Поздоровавшись как минимум с двадцатью разными людьми, добираюсь до машины и по осенним улицам Новгорода гоню на работу.
Как только захожу в раздевалку, залетает наш старший – Павел Георгиевич Пидорин.
– О, Русский! Пришел?.. Дело есть. Поручение от администрации города.
– Снова в группу губернатора надо добавиться и лайки поставить? Или не такое важное?
– Да нет… Тут посерьезнее. Жениться надо!..
– Я? Жениться? – хохочу, застегивая тяжелый гидрокостюм.
Совсем уже сдурела администрация. Константин на радостях от отцовства всех вокруг решил осчастливить?
Начальство за мной еле поспевает. Нудит в ухо:
– А ничего смешного, Мик. Допрыгался. В администрации города решили избавляться от холостяков! Ты – первый.
– Ну спасибо, что не методом отстрела, – захожу в бассейн.
– Новые технологии, Микула! Даму для тебя выбрала сама нейронка. Цени!
– Высокую, стройную блондинку? – мечтательно уточняю.
Мой типаж – что-то вроде Полины. Такая русская девица, можно даже в кокошнике. Я в хорошем смысле извращенец.
– У вас с ней стопроцентная совместимость!
– С блондинкой или с нейронкой? – скалюсь.
Достал, Пидорин!
Зафиксировав хвост, натягиваю шлем.
– С… Ясминой Набиевой, шутник. Она, кстати, на проходной тебя дожидается. Сюда не идет, говорит, воды боится.
– Набиева… Воды боится… – чувствую подвох. – Пал Георгич! У меня фамилия – Русский. И я водолаз. Что-то напутала ваша нейронка…
– Может, вы в другом чем схожи?
– Это вряд ли… – замечаю несущуюся на меня черноволосую девицу. Не то мальчонка, не то собачонка… Еще и злющая, как черт. – В общем, делайте что хотите – на ней жениться я не согласен! И разговаривать тоже.
– Давай-давай, умник! Пообщайтесь тут. Осторожнее только, она плавать не умеет. А то из холостяков да во вдовцы так сразу, – ржет Пидорин.
Оставляет нас вдвоем, а я делаю вид, что не замечаю смуглую Кнопку и демонстративно отворачиваюсь.
– Вы… этот… как его… – шелестит бумагами. – Микула… Русский?
– Ну… я.
– Нам бы поговорить, – робко просит.
– О чем нам разговаривать? – спрашиваю, резко закидывая на спину баллон с воздухом.
О том, что она сзади, забываю.
Как кеглю в боулинге сбиваю.
Типа… страйк.
– Вы совсем?! – слышу вскрик и наблюдаю, как Пуговка поскальзывается и валится прямиком в бассейн.
Что примечательно – глубиной он двенадцать метров.
– И откуда ты взялась?.. – Погружаюсь в воду.
Глава 7. Микула
«Ненормальная…» – пролетает в голове, пока пытаюсь ее догнать, потому что девица даже не собирается проявлять признаки базового инстинкта самосохранения и мелкокалиберной пулей несется прямо на дно.
Черт.
По ощущениям, ловлю где-то посередине и, перехватив за хрупкую талию, прижимаю к себе. Вытягиваю наверх. Как назло, курсанты перед практикой заняты теорией в учебном классе, поэтому в бассейне ни души.
И Пидорин ушел.
Так.
Ладно.
Поднатужившись, забрасываю девчонку на борт, а затем снимаю баллон и выбираюсь сам.
– Так, давай-ка дыши, – стягиваю маску с лица и резинку с волос. – Ты чего, помирать тут удумала?..
Решаюсь быстро, потому что чего ждать?
Запрокинув голову девчонки, обхватываю ладонью хрупкую шею и большим и указательным пальцами зажимаю маленький носик.
Как дебил, смотрю на розовые с мелкими синими прожилками губы. Верхняя – тонкая. Таких сейчас днем с огнем не сыщешь, научились надувать и маскироваться. А нижняя – пухлая, выдающаяся вперед, будто девица не дышит, но уже заранее на меня обижена.
– Спящая красавица, значит… – потираю влажную шею и бросаю взгляд на закрытую дверь.
В конце концов, спасатель я или кто?
Не хватало, чтобы она тут и правда скончалась.
Глубоко вдыхаю и плотно прижимаюсь к неподвижному рту. Делаю выдох в ее легкие. Много ли там надо? С кулак Пидорина, поди?..
В нос проникает аромат чистоты, и что-то подсказывает, это не хлорка от бассейна. Так пахнет девица сама по себе.
Все по правилам: первые десять выдохов быстрые, резкие, как шлепки, затем замедляюсь. Похоже на секс, только ни хрена не секс.
Спасатель-профессионал внутри борется с мужиком.
Особого фетиша на поцелуи у меня давно нет: я в отношениях был целых восемь лет. Так, раз-два-три в качестве небольшого аперитива перед основным блюдом. С аппетитом у меня все в порядке, нагуливать не приходилось.
– Дыши, блин, – рычу в нее.
Скосив глаза на вздымающуюся грудную клетку, замечаю, что бюстгальтером девица, как и техникой безопасности, пренебрегает. Белая футболка облепила аккуратную окружность с холмиком посередине. Чисто на эмоциях обхватываю его и припадаю к приоткрытым губам.
Девчонка оживает, но я хороший спасатель – иду до конца.
Она пытается сжать зубы – я не даю.
Языком, конечно. У меня во рту больше ничего под рукой не имеется.
Как только пытаюсь отодвинуться, моя утопленница входит в раж и тянется за мной. Ну а я чего? Решаю отметить спасение французским дежурным поцелуем и захватываю остренький язычок.
Тоже мелкий.
Она вся такая…
Прикрываю глаза и чувствую, что гидрокостюм становится маловат в районе паха, а это ощущения не самые приятные, поэтому отлепляюсь и осматриваю порозовевшее лицо малыхи.
– Вы… викинг? – спрашивает она, поглядывая на мои волосы, и тянется к ним дрожащей рукой.
– Я… водолаз, – отвечаю.
Темные глаза чернеют.
– Водолаз… – она хмурится и привстает на локтях, а я не успеваю вовремя убрать руку с…хм… грудной клетки. – Вы что… меня лапали?
– Вот еще, – невозмутимо поднимаюсь и тут же отворачиваюсь, чтобы не светить раздутым пахом.
– Вы лапали мою грудь. Я видела… – обвиняет малыха и прикрывается.
– Там была грудь? Не заметил. – Невозмутимо разбираю баллон, чтобы просушить.
– Вы… – вскакивает, – вы уронили меня в бассейн?
– Ты сама подошла слишком близко.
– А вы… бешеный? К вам близко нельзя?..
– Не такой бешеный, как ты, Кнопка, – усмехаюсь и, присев на скамейку, еще раз ее осматриваю.
Забавная.
Худая, капец. Но пропорциональная. Не коротконожка. Хотя чисто внешне не в моем вкусе, да и наглая.
Нет бы спасибо сказала.
Мол, так и так, спаситель мой Микула Никитич. Что хочешь проси – я на все согласная.
– Так… – сжав кулаки, она опускает руки и медленно втягивает воздух в микроскопические легкие. Типа успокаивается. Про то, что футболка просвечивает, забывает, а я – нет. – Я пришла поговорить с вами. По какой-то нелепой случайности администрация включила нас в проект, и мы должны пожениться.
– Ну и? – Единичка или двойка? Интерес чисто спортивный.
– Я татарка, и моя семья придерживается традиционных взглядов. – Девица собирает с пола свои бумажки. – Поэтому нам надо отказаться.
– Так отказывайся. Я – Русский.
– По условиям проекта, мы должны отказаться вместе.
– Администрация в своем репертуаре, – вздыхаю. – Еще не согласился, уже условия ставят.
– Давайте съездим туда вместе и поскорее закончим с этим… недоразумением.
– Да хотелось бы, – ворчу и поднимаюсь, складывая руки прямо перед пахом. – Сейчас постараюсь смениться и переоденусь. Съездим.
– Спасибо, – отвечает с облегчением.
– Тебе бы тоже переодеться.
Она опускает взгляд и вскрикивает. Прикрывается застенчиво. Девственница, что ли?
Как школьница. Даже стыдно становится, что я к ней с французским дежурным приставал.
Бес попутал, заработался.
– Пойдем, – вздыхаю. – Дам тебе чего-нибудь. – Вспоминаю, что в шкафчике лежит подарок от Полины. Они с Геморроичем гоняли на чемпионат мира по футболу и, конечно же, привезли мне, как самому близкому, подарок: футбольную форму с автографом Месси.
Подмениться с трудом, но получается.
Запрыгиваю в джинсы и футболку и оставляю девицу в раздевалке.
– В машине подожду, – ворчу, забирая ключи со стола. – И в бассейн больше без круга ни ногой.
– Очень смешно. – Она пыхтит и дергает щеколду после того, как дверь за мной закрывается.
Уже в тачке, нацепив очки, дожидаюсь, пока татарочка выйдет из здания, и с интересом наблюдаю, как она обходит служебную стоянку в поисках меня. Мужские шорты выглядят на ней как юбка, а синяя майка явно большевата.
В руках набитый мокрыми вещами женский рюкзак.
