– …таким образом, литературоведение изучает не только текст как таковой, но и контекст его создания, – говорит Анна Викторовна, наша преподавательница. – Кто может привести пример взаимосвязи биографии автора и его произведения?
Поднимаю руку.
– Лермонтов, «Герой нашего времени». Печорин во многом автобиографичен – Лермонтов вложил в героя собственные переживания о бессмысленности светского общества и поиске своего места в мире.
– Отлично, Богомолова. Именно поэтому современники так болезненно восприняли роман – они узнавали в Печорине реальных людей.
Записываю ее комментарий. Рядом Дина восхищенно шепчет:
– Как ты все это помнишь?
– Много читаю, – коротко отвечаю.
– Ах, да, ты уже говорила.
Дине явно не до литературоведения, она больше рассматривает немногочисленных парней в аудитории, чем слушает преподавателя. Не знаю вообще, зачем она пошла на филфак, ей бы в модели. Высокая, стройная с копной рыжих волос, приехала из Питера, но без пафоса. Хотя, знала я недавно одну Питерскую сучку, та тоже была милашкой, первое время.
После лекции мы идем в буфет. Дина, снова болтает без остановки.
– Анна Викторовна такая строгая! А ты с ней говоришь как равная с равной. Откуда у тебя такая уверенность?
– Знания дают уверенность, – отвечаю, выбирая салат. – Если знаешь материал, то нечего бояться.
– А вот я всегда боюсь наговорить глупостей, – вздыхает Дина. – Особенно когда вокруг столько умных людей.
Садимся за свободный столик. Дина начинает есть свою булочку, которая явно не повредит ее фигуре, а я думаю о ее словах. Раньше я тоже боялась показаться глупой. В школе всегда тщательно готовилась к каждому ответу, перепроверяла факты по нескольку раз. Но сейчас все по-другому. За лето я не только похудела – я стала увереннее в себе. Поняла, что мой ум – это мое главное оружие. И теперь не собираюсь его прятать.
– Сима, – говорит Дина вдруг, – а тот парень, с которым ты вчера разговаривала в коридоре… ну, я видела, чисто случайно. Он кстати симпатичный. Кто это?
– Какой парень?– чуть не подавилась салатом.
– Ну, высокий такой, темноволосый, с красивой улыбкой. Он же явно тебя знает – так заинтересованно смотрел.
Арсений. Конечно, она заметила Арсения. Его трудно не заметить.
– Просто одноклассник, – равнодушно отвечаю. – Из того же города. Бывший одноклассник.
– И все? – не унимается Дина. – А по-моему, он в тебя влюблен. Видела бы ты, как он на тебя смотрел!
– Новиков влюблен только в себя, – говорю с легким смешком. – Он из тех людей, которые считают себя центром вселенной.
– Арсений… красивое имя. А он правда такой самовлюбленный?
Задумываюсь. Самовлюбленный ли Арсений? В школе он всегда был уверен в себе, легко заводил знакомства, не боялся быть в центре внимания. Но самовлюбленный ли он… не знаю. Хотя после того, что произошло летом, возможно, и да.
– Он привык, что все вокруг него крутятся, – отвечаю наконец. – В школе все девчонки были от него без ума. Вот он и решил, что неотразим.
– Понятно, – кивает Дина. – Такие парни обычно поверхностны. А мне казалось, он умный.
– Умный-то умный, – соглашаюсь. – Но легкомысленный. Для него все – игра. Люди, отношения… все несерьезно. Шут, вот он кто.
Это правда. По крайней мере, так было в школе. И судя по тому, как он вел себя после выпускного… ничего не изменилось.
– Жаль, – вздыхает Дина. – А выглядит так романтично.
– Внешность обманчива. Пойдем, скоро следующая пара.
Вечером сидим в комнате общежития. Дина делает маникюр, а я готовлюсь к семинару по древнерусской литературе. Завтра нужно будет анализировать «Слово о полку Игореве».
– Сима, – говорит Дина, не отрываясь от ногтей, – а почему ты так резко отзываешься об этом Арсении? Что-то между вами было?
Вопрос застает меня врасплох. Дина оказывается наблюдательнее, чем я думала. И любопытная.
– Ничего не было, – отвечаю, не поднимая глаз от учебника.
– Ну да, конечно. Люди всегда так реагируют на тех, кто им безразличен.
– Что ты имеешь в виду?
– То, что ты говоришь о нем слишком эмоционально для человека, который «просто одноклассник». А это определение шута, я бы сказала даже оскорбительно.
Дина права, но я не собираюсь в этом признаваться.
– Может быть, я просто не люблю самодовольных типов.
– А может быть, ты от него когда-то пострадала, – замечает Дина. – И теперь защищаешься. Слушай, у меня одна подружка была в Питере так вот она…
– Дина, мы можем поговорить о чем-то другом?– з учебник и поворачиваюсь к ней.
– Конечно, – соглашается она. – Просто мне показалось… Ладно, забудь.
Но я вижу, что она не забудет. В ее глазах горит любопытство. Дина – девочка, которая обожает романтические истории. И ей наверняка кажется, что она напала на след интересного романа.
Если бы она знала, насколько все сложнее…
На следующий день у нас семинар по древнерусской литературе. Небольшая группа – человек пятнадцать, самые активные студенты. Преподаватель – молодой мужчина, Игорь Андреевич, недавно защитивший диссертацию.
– Итак, «Слово о полку Игореве», – начинает он. – Кто готов проанализировать образ князя Игоря?
Поднимаю руку первой.
– Игорь – противоречивая фигура. С одной стороны, он храбрый воин, готовый защищать родину. С другой – честолюбивый князь, который отправляется в поход скорее ради личной славы, чем ради блага Руси.
– Интересная трактовка, – кивает преподаватель. – Развивайте мысль.
– Автор показывает, что личные амбиции Игоря противоречат интересам государства. Игорь хочет повторить успех Святослава, но отправляется в поход в неподходящее время, не объединившись с другими князьями.
– А как это связано с общей идеей произведения? – спрашивает Игорь Андреевич.
– «Слово» – это призыв к единению. Автор показывает, что междоусобицы губят Русь. Игорь – пример того, как личные амбиции могут навредить общему делу.
– Превосходно! – говорит преподаватель. – Богомолова, вы глубоко понимаете текст. Кто еще хочет высказаться?
Остальные студенты робко поднимают руки. Кто-то говорит о художественных особенностях текста, кто-то – об исторической основе. Но я вижу, что все они не так уверены в себе. После семинара ко мне подходит одна из девочек – Кира, кажется.
– Сима, ты так здорово рассуждаешь! – восхищенно говорит она. – Откуда у тебя такие знания?
– Много читаю, – привычно отвечаю.
– А не хочешь заниматься в литературном кружке? – спрашивает она. – Мы каждую неделю собираемся, обсуждаем новинки, классику…
Задумываюсь. Раньше я бы сразу отказалась – боялась, что не впишусь, что буду выглядеть неуместно. Но сейчас…
– А чем именно вы занимаетесь в кружке?
– Обсуждаем книги, пишем рецензии, иногда встречаемся с писателями.
– Интересно. Я подумаю.
– Отлично! В пятницу у нас встреча в аудитории 312. Приходи!
Кира убегает, а я остаюсь в коридоре и думаю. Литературный кружок… почему бы и нет? Здесь, в университете, я могу быть тем, кем хочу. Умной, уверенной в себе девушкой, которая не боится высказывать мнение.
– Умничаешь, как всегда?
Знакомый голос заставляет меня обернуться. Арсений стоит в нескольких метрах, прислонившись к стене. На лице насмешливая улыбка.
– Что ты здесь делаешь? – холодно спрашиваю. – Это филологический факультет.
– У нас общие пары бывают, – пожимает плечами он. – Только что был семинар по философии.
– Понятно. Ну и как успехи? Всех уже рассмешил?
– А что, нельзя совмещать ум и чувство юмора?
– Можно. Но у тебя проблемы с первым.
– Сима, можно мы поговорим нормально? Без колкостей?– Арсений поморщился, но улыбка не исчезла с его лица.
– А о чем нам говорить? – спрашиваю, поправляю сумку. – Нам не о чем разговаривать.
– Есть о чем. О том, что произошло…
– Ничего не произошло, – резко перебиваю. – И разговаривать не о чем.
Поворачиваюсь и иду к выходу. Арсений догоняет меня.
– Сима, подожди! Я хочу объяснить…
– Объяснять нечего, – не оборачиваясь. – Все и так понятно.
– Что понятно?
Останавливаюсь и поворачиваюсь к нему. В коридоре много людей, но мне все равно.
– Понятно, что для тебя люди – это игрушки. Поиграл – выбросил. Но знаешь что, Арсений? Я больше не та наивная толстая девочка, которая верит в твои игры.
– Какие игры? – в его голосе звучит растерянность.
– Не притворяйся. Ты прекрасно знаешь, о чем я говорю.
И ухожу, не дав ему ответить.
Вечером я рассказываю Дине о литературном кружке.
– Здорово! – радуется она. – Может, и мне стоит туда записаться?
– Там серьезно обсуждают литературу, – предупреждаю. – Нужно много читать.
– Ну и что? Я читать умею. А вдруг там будут интересные люди?
– Под «интересными людьми» ты подразумеваешь парней?
– Ну… не только, – смущается Дина. – Но парни тоже важны. Я же не монашка!
Усмехаюсь. Дина – это противоположность меня. Там где я серьезна, она легкомысленна. Где я осторожна, она импульсивна. Где я защищаюсь, она открыта.
– Кстати, – говорит Дина, – сегодня видела твоего одноклассника.
– Какого одноклассника? – настораживаюсь.
– Того, с красивым именем. Арсения. Он в буфете сидел с каким-то парнем. Смеялись над чем-то.
– И что?
– Ничего. Просто он все время оглядывался по сторонам. Как будто кого-то искал.
– Наверное, очередную жертву для своих шуток, – отвечаю равнодушно.
– Может быть, – соглашается Дина. – Хотя мне показалось, что он грустный.
– Арсений? Грустный? – не могу скрыть удивления. – Ты ошибаешься. Он не умеет грустить. Для этого нужны мозги.
– Сима, ты так жестоко о нем отзываешься, – замечает Дина. – Что он тебе сделал?
Молчу, глядя в окно. За стеклом начинает темнеть – день короткий, по-осеннему. Что он мне сделал? Об это даже думать не хочется. Но Дине я ничего не расскажу. Некоторые вещи лучше держать при себе.
– Просто я не люблю легкомысленных людей. А Арсений именно такой.
