– Нам хватит, – уверенно ответила Тиана. – Просто «живые тропы» двигаются постоянно, поэтому нужно шагать вовремя и не задерживаться.
– Вот это фокус, – хмыкнул Никлас. – Болото будет подгонять нас, как телят, чтобы не отстали от стада.
– Идти всем сразу рискованно, – решил Рианс, глядя на зыбкую поверхность впереди. – Разбиваемся на звенья. Первые проходят, остальные держат прикрытие.
– Разумно, – тут же подхватил Дамиан, даже не скрывая удовлетворённой ухмылки. – Я готов пойти на разведку. В паре, не более. Кто знает, вдруг наша земляная фея переоценила свои силы, и тропа окажется куда слабее.
Тиана недовольно дёрнула плечом, но промолчала.
– Хорошо, – после короткой паузы согласился Рианс. – Но в этом случае с тобой пойдёт Андрас.
– Я привык работать с Фреей. Демоны мне не нужны, – резко отозвался Дамиан
– Сейчас речь не о привычках. Если тропа начнёт уходить вниз, Андрас сменит ипостась и подхватит тебя.
Мрачный чуть наклонил голову, будто выбирал: подхватить или тут же швырнуть за ближайший корень.
– Напомню, летать здесь умеют не только демоны, – Дамиан провёл ладонью по волосам, приглаживая и без того аккуратные пряди.
– Смущает только одно, – Хелена оторвала взгляд от ветвей, переведя его на Дамиана. – Здесь нет пространства для такого полёта. Или ты думаешь, что Топи проигнорируют дракона в полный рост? Попробуй, конечно. Чем больше цель, тем легче местным обитателям её обнаружить.
– И тем проще братству понять, где именно мы находимся, – негромко добавил Арес. – Сигнал получится громкий и яркий.
Медные глаза прищурились, скулы напряглись так, что под кожей проступила жёсткая линия. Рука скользнула к пряжке пояса, словно он сдерживал импульс сорваться, а плечи остались подчеркнуто прямыми. Во взгляде дракона мелькнула тень раздражённого признания: правы, но не дождутся, чтобы он это вслух подтвердил.
Да никто и не ждал.
Рианс воспользовался паузой и скомандовал:
– Решено. Первое звено – Андрас и Дамиан.
Дамиан довольно хмыкнул, по-видимому, удовлетворённый, что слово «первое» звучит именно о нём. Склонился к сестре, приобнял за плечи и что-то тихо сказал на ухо. Фрея кивнула, взгляд у неё стал тревожнее, но мимика не изменилась.
А потом он вскинул голову и уже громко заявил, глядя прямо на Рианса:
– На время моего отсутствия за Фрею отвечаешь ты.
И вроде бы ничего странного, ведь больше драконов здесь и не наблюдалось, чтобы «передать бразды». Только интонация, с которой это было сказано, мне совсем не понравилась. Чувствовалось в ней некая подоплёка…
– Ответственность на мне за весь отряд, – напомнил Рианс. – В том числе и за твою сестру.
Он посмотрел на Андраса. Тот без лишних слов кивнул и двинулся вперёд. До тропы было метров десять по зыбкой жиже с небольшими островками, покрытыми мхом. Андрас вбил клинок в корень, что торчал над поверхностью, чтобы использовать как точку опоры. Перебросил вес, шагнул на ближайший островок, проверил его устойчивость. Коротко сообщил:
– Держит.
Дамиан непринуждённо направился следом, демонстрируя всем, что ни в чём не сомневается. Они медленно передвигались от островка к островку. Наконец, оставив позади половину видимого в тумане пути, они оказались всего в нескольких шагах от «живой тропы» – свежей полосы земли. Дракон задерживаться не стал: воспользовавшись своей стихией, поднял из болота три водных круга, похожих на большие блюда, и широкими шагами по ним преодолел оставшееся расстояние, выйдя на участок новой тропы. Под сапогом у него хлюпнуло, но он удержал равновесие и бросил через плечо:
– Не видел смысла нам двоим проверять надёжность естественных островков, – Дамиан пожал плечами. – Впрочем, я могу протянуть такой путь для каждого из членов отряда.
– А раньше он из принципа не хотел предлагать или из-за бахвальства? – поинтересовался Никлас.
– Из-за врождённого тугодумия, – прошипела я, наблюдая, как Андрас добрался до тропы.
– По крайней мере, он придумал, как облегчить нам всем путь до тропы, не играя в «горячо-холодно» с болотом, – ледяным тоном заступилась за брата Фрея.
Надо же, у неё голос прорезался…
Я невольно задержала взгляд на Фрее: несмотря на высокомерную интонацию в голосе, тонкие пальцы, судорожно сжавшие край плаща, выдали внутреннюю тревогу.
По команде Рианса мы один за другим перебрались на тропу, пользуясь импровизированным водным мостом Дамиана, и продолжили движение.
Кайрит Шаорнэл
10 дней назад
Спасибо, Хаос, что я смог выбраться в освещённые коридоры!
Хоть какая-то надежда на то, что выход есть. А то эти катакомбы – как живое чудовище: глотают, пережёвывают и не собираются выплёвывать. Десять дней я блуждал по этой треклятой утробе: тупики, двери, коридоры, ведущие в никуда.
И они. Безликие.
Повезло лишь в одном: они здесь чувствуют себя в безопасности. Ходят мелкими группами, иногда поодиночке, уверенные, что в своей норе им нечего бояться. А мне так легче их вырезать. Один, другой, третий. Я уже сбился со счёта, сколько трупов лежит с перерезанным горлом.
Через время до меня дошло: балахон – лучший пропуск по их «дому». Теперь, если в темноте я встречу очередного последователя в капюшоне, есть шанс сойти за своего. Пусть даже пару мгновений, но этого хватает, чтобы первым вонзить клинок в печень.
В последний раз под балахоном оказался демон домена Талассар. Мой родич, кто должен был стоять рядом, а не против. Если честно, я не удивился. Но это не помешало мне ещё два десятка раз всадить нож в уже остывающее тело. Каждый удар был как плевок в подлого предателя, гной демонического рода. Одного убийства мало, даже пытки были бы слишком мягким наказанием.
Когда я впервые понял, что среди них есть демоны, привычный мир сгорел. Сначала я надеялся, что это единичные гниды, случайные трусы, которых поймали. Но нет – десятки. Десятки тех, кто продался безликим. Они предали свои семьи, повелителя, Эридон. И каждый их хрип в момент смерти был усладой для ушей.
Слабым утешением было лишь то, что среди братства оказались все: люди, эльфы, драконы, демоны. Всё та же мешанина, что когда-то поднимала мятеж против богов. Видимо, у гнили нет расовых различий.
Поначалу я прятал тела. Тащил по колено в мерзкой жиже в один из боковых ходов, сбрасывал в ямы, заталкивал под провалившиеся перекрытия. Потом плюнул – пускай видят. Живым я им всё равно не дамся, а если уж этот театр кончится, то я заберу с собой как можно больше безликих отродий.
Иногда приходилось брать их кровь, чтобы восполнять силы. Пара глотков из ладони – и мышцы вспоминают, как двигаться без дрожи, а шаг становится шагом, а не шатанием по стенам.
Но откаты выворачивали мозг наизнанку: коридор оживал, каменные плиты пытались раздавить меня, в тени мерещились лица тех, кого я убил на войне и в этих туннелях. Я пережидал это в укромных закоулках, пока видения не отпускали. Но чем дальше я шёл, тем труднее было понять, где кошмар, а где действительность.
Помимо прочего, поймал себя на том, что разговариваю с тишиной. Смеялся, чтобы не забыть, как звучит собственный голос. Смех отражался от стен и возвращался ко мне, усиливая ощущение бреда.
Однажды я расслышал звук воды. Тихий плеск, похожий на движение подземной реки. Сердце ёкнуло: я так долго мечтал хотя бы умыть лицо, смыть запах катакомб. Уже свернул в нужный коридор, когда взгляд зацепился за отметины на камне: мелкие зубцы, выцарапанные по краю арки, и ряд крошечных рунических точек. Я развернулся в другую сторону: ловушка или сигналка, неважно.
Безликие просто так ничего не делают.
На очередном повороте я вышел на одного из них. Маленький зал перед развилкой: три коридора в разные стороны, в центре зацементированная плита, некогда, кажется, закрывавшая шахту. Из бокового хода вышел безликий. Я натянул капюшон глубже, пряча лицо. Мы столкнулись почти нос к носу. Повисла глупая пауза, как в дешёвой пьесе.
– Чей голос тише тени? – тихо спросил он.
Их пароль. Правильный ответ, если память меня не подводит, звучал: «Того, кто без имени». Но я в их играх участвовать не намерен.
– Того, кто бродит в бездне.
Ему хватило секунды, чтобы понять и попробовать крикнуть. Этой же секунды мне хватило, чтобы зажать его рот ладонью, а второй рукой вогнать клинок в живот. Он рванулся в сторону, вцепившись мне в запястье: сильный, ублюдок. Я провернул лезвие и рванул его вверх, воздух из безликого вышел с сипом, тело обмякло.
Тишина вернулась, будто её и не тревожили. Я снял перчатку, провёл пальцем по своей окровавленной руке: не моя. Хорошо.
Начал осматривать тело. Удача наконец-то улыбнулась: до этого его «братья» попадались мне безоружными или с жалкими скальпелями из их «мастерских», а у этого оказался клинок. Я вытянул короткий меч, похожий на широкий кинжал с плотным, чуть волнистым лезвием. На рукояти был выгравирован уже знакомый мне символ безликих: шесть кругов разной величины, вложенных друг в друга, с треугольником в центре. Полезная штука.
– Спасибо, выродок, – сказал я трупу. – Возьму взаймы.
2 дня назад
Трупы их не обрадовали. Скорее, наоборот, – будто муравейник пнули. Балахонов по коридорам расплодилось вдвое больше: шуршат, нюхают, ходят уже не по одному, а связками. Пару раз они были близки. В узком пролёте я едва увернулся от клинка, что свистнул у виска, пока добивал другого. В долгу я не остался, с резкого поворота вонзил свой туда, где у выродка должно быть сердце.
Почему должно? А потому что я сомневаюсь, что у этих уродов оно есть.
Второй раз уже было сложнее: их было слишком много, в открытую атаку нельзя идти. Но даже при таком раскладе мне удалось избежать столкновения и остаться незамеченным. То ли везение отдаёт долги за тринадцать лет, то ли сам Хаос мне подмигнул, то ли мне попадаются идиоты… Не знаю.
Главное, что я не оказался снова в плену и даже пока жив – уже праздник.
Впереди послышались голоса. Я замер.
– …в восточном коридоре начинается шумиха, – голос наставительный, с привычкой командовать. – Поступила информация: скоро будут гости. Надо подготовиться к встрече, если всё же явятся.
Гости? Вот это уже интересно.
– Среди них те, кого ищет Круг. Отличный шанс.
– Разве мы не должны запустить протокол «Занавес»? – несмело подал голос второй, явно подчинённый.
– Нет, – оборвал его старший. – Держим в готовности. Но пока приказа сверху нет, коридоры не трогаем, – шаги начали удаляться, уводя разговор.
Что ж, удача, не подведи, ты мне всё же должна.
Я дождался, пока эхо почти стихнет, и двинулся за ними.
Ардаэн-Рианс Драк’Вельд
Мы сделали короткий привал на довольно большом участке сухой земли, когда уже смеркалось. Круглая прогалина, окружённая болотами, казалась островом, выросшим в Топях. Редкая роскошь для путников.
За прошедшие шесть часов после нападения верлиссов Топи подкинули нам ещё несколько испытаний.
Для защиты от нарастающей концентрации болотных испарений и едкой серы в воздухе нам пришлось соорудить импровизированные маски из кусков ткани, смоченных водой. Никлас, рискнувший снять её раньше времени, долго кашлял, проклиная всё болото вплоть до его предков. Дважды мы натыкались на провалы, скрытые под ковром мха, – Тиана успевала остановить отряд, почувствовав «дыру». Хелена, не выпускавшая из рук лука, останавливала тварей, которые пытались подобраться сверху и снизу.
Когда отряд расселся полукругом, Арес активировал проекцию карты в центре, прочерчивая пальцем траекторию:
– Мы прошли северный сектор и вышли на островную цепь, – он отметил уже пройденные точки. – До нужного места час хода, если темп сохраним.
Я кивнул и всмотрелся в карту.
– Подходить нужно тихо и как можно незаметней. Чем позже нас обнаружат, тем больше шансов успеть заметить, что там творится.
– Было бы кому замечать. Вы так говорите о братстве, словно оно существует вне ваших страшилок, – насмешливо заметил Дамиан.
Фрея мягко вмешалась:
– Перестань, Дамиан, – и повернулась ко мне. – Что мне делать при подходе? Прикрытие или наблюдение?
– Сначала наблюдение, – я отметил точку на карте. – Здесь подойдём к кромке, и ты сможешь занять позицию.
Зарен, молчавший всё время пути, спросил:
– Как действуем, если они нас уже ждут?
– А как они могут ждать, если никто не знает, что мы идём? – Никлас потянулся к куску сушёного мяса и подбросил его вверх, зубами поймав в обратном падении.
Хелена посмотрела на него с долей удивления, после чего пояснила наставительным тоном:
– Нет хуже ошибки, чем считать врага глупее себя. Так чаще всего теряют головы. Причём буквально.
Никлас картинно сложил ладони на горле, будто проверяя, всё ли на месте:
– Надеюсь, это не намёк на мою голову. А то язвочка может это счесть неплохой идеей.
Астра на его реплику никак не отреагировала. Фрея приподняла голову и прислушалась.
– Слышите? Тише стало, – в серо-голубых глазах мелькнуло беспокойство. – Бурление болота утихло, пузырей почти нет.
Андрас отвёл взгляд от карты.
– Это может быть реакцией на стороннее вмешательство, – он повернул голову в сторону трясины. – Топи реагируют на любые изменения как живой организм. Но тишина здесь не всегда говорит об угрозе. Некоторые обитатели терпеть не могут шум и вибрацию. Мы вполне можем сейчас находиться в том месте, где жизнь привыкла течь в относительном беззвучии.
Астра задумчиво произнесла:
– Будет лучше, если первое. Новая стычка с монстриками может стать сигналом для братства. А мы потеряем эффект неожиданности.
Дамиан безрадостно усмехнулся и откинул волосы с виска.
– А что, если в этих болотах единственными незваными гостями являемся мы? – он посмотрел на меня, а потом перевёл взгляд на Астру. – У вас есть другой план? Или это единственная соломинка, за которую держатся демоны, чтобы оправдать свои действия?
Поняв по выражению лица Астарты, что в её ответе не предполагалось и тени дружелюбия, я поспешил ответить первым:
– В братство верят не только демоны, но и я.
Сознательно сделал паузу и добавил жёстче:
– И хватит саботировать миссию, Дамиан. Твои провокации неуместны, раз ты согласился принять участие в поиске.
Дамиан вскинул голову, похоже, удивился. Потом рассмеялся.
