Мы вернулись на общую лестницу, что после последнего этажа упиралась в люк. Как и входная дверь, он был деревянный и когда-то синий, но и его время не пощадило.
– Кстати, как тебе комната? – как бы промежду прочим спросил капитан, примеряясь к люку.
– Какая? Эта? Да как все, – пожала плечами.
– Отлично, – Виктор обернулся и кивнул. – Значит, будет твоей.
– Почему? – удивилась я. – Я думала, буду жить в самом низу…
– Чтоб все через твой этаж шастали? Еще чего, – скривился парень.
– А? – не поняла я.
– Будешь жить наверху, – отрезал капитан.
– А ты? – зачем-то спросила я.
– А я – сразу под тобой, – улыбнулся Виктор, и его карие глаза как-то хитро сверкнули.
И почему мне кажется, что в этом есть какой-то скрытый смысл?
14
Люк на крышу, ожидаемо, легко и просто открываться не собирался.
Виктор, шедший первым, долго копошился с навесным замком, выглядевшим ну чисто символическим. Но маленький замочек держал последний рубеж обороны башни крепко. Изо всех своих замочковых сил!
– Может, срезать? – предложила я, наблюдая за процессом.
– Могу только выломать, – раздраженно произнес в ответ Виктор.
– Это я даже не сомневаюсь… – пробормотала я.
– Что? – парень поднял на меня вопросительный и немного сердитый взгляд, и треснулся макушкой о деревянный люк.
Тот в долгу не остался и осыпался трухой прямо ему на голову.
– Да чтоб тебя! – матюгнулся Виктор.
Впрочем, ругался парень больше из общего раздражения, чем от реального ущерба: Виктор мгновенно раскрыл базовый щит, и все щепки осыпались на пол, даже не запылив капитана.
– Ого, – произнесла я, наблюдая, как парень смахивает остатки люка вместе со щитом.
– Прости, – отозвался Виктор, – это было неожиданно.
– Да нет, это было великолепно, – улыбнулась я. – Такая реакция… впечатляет.
На самом деле мало кто мог похвастаться такими хорошими рефлексами в обычной жизни, если он по профессии не военный маг. И не просто военный, а тот, что настоящую службу несет, а не бумажки перекладывает в кабинетах!
Так что я совершенно искренне восхитилась Виктором, а Виктор на какое-то долгое мгновение посмотрел на меня внимательным взглядом, но комментировать не стал.
– Я поднимусь первым. Проверю, не опасно ли, – произнес капитан и скрылся в квадратном отверстии.
– Да что там может быть опасного, – проворчала я, но спорить не стала.
Просто достала блокнот, в котором вовсю разрастался список самого необходимого, и сделала пометку: «Люк на крышу – новый!».
– Поднимайся! – крикнул Виктор и в проем в потолке просунулась его рука, опираясь на которую я и выбралась наверх.
Крыша у башни была плоской, с высоким каменным ограждением и узкими бойницами. Идеальная позиция для стрелка.
Здесь тоже не было ничего лишнего, казалось, что, уходя, люди, забрали с собой все до последнего болтика. Лишь немного вездесущих осенних листьев, осенний промозглый ветер и удивительный вид на территорию академии.
Я подошла к краю башни и посмотрела на полигон аэрена, раскинувшийся под нами. Сейчас это была просто овальная поляна с аккуратно подстриженным, жизнерадостно-зеленым газоном, который чихать хотел на осеннюю пору.
– Что думаешь? – спросил Виктор, подходя со спины.
Он стоял близко. Так близко, что пронизывающий ветер перестал пытаться сдуть меня с башни, но недостаточно близко, чтобы почувствовать тепло его тела.
– Думаю, что сегодня будет очень длинный день, – отозвалась я, продолжая смотреть на пейзаж под нами и боясь лишний раз пошевелиться.
– А насчет башни? – спросил парень. – Ты действительно думаешь, это поможет нам стать более сыгранными?
– Не знаю, – честно ответила я. – Но ты перестанешь жаловаться, что парни тебя выселяют из собственной комнаты.
– Это да, – хмыкнул капитан. – Идем?
– Угу, – отозвалась я и повернулась, рассчитывая, что Виктор уже зашагал к лестнице вниз.
Но он стоял на месте. Так близко, что у меня перехватило дыхание. Такой серьезный, что сердце почему-то болезненно защемило. Такой спокойный и уверенный, что казался надежнее даже этой смотровой башни, пережившей века службы и забвения.
Виктор смотрел на меня потемневшими глазами, а я поймала себя на мысли, что жду, когда же он преодолеет разделяющее нас пространство.
– Идем, – повторил парень тихим, низким голосом и, рывком развернувшись, зашагал к лестнице.
Противный осенний ветер в тот момент мне показался недостаточно охлаждающим. Недостаточно!
15
Когда мы спустились с крыши, то обнаружили, что парни вовсю уже наводят порядок. На лестнице четвертого этажа нам попался Микаэль. В рубашке с закатанными рукавами парень мыл пол по палубному типу.
Он брал ведро воды, выливал на пол и не очень ровно возюкал невесть откуда взявшимися тряпкой на палке.
– Ты что творишь? – ахнула я.
– Ты где взял воду? – задал более важный вопрос Виктор.
– Полы мою, – ответил здоровяк мне и повернулся к Виктору: – В ванной.
– Тут есть ванная? – удивилась я, окинув круглое и абсолютно пустое помещение взглядом.
– Ага! – радостно улыбнулся Микаэль. – Личная у каждого!
– И… где? – поинтересовался Виктор.
– Здесь! – Здоровяк подошел к одной из стен и утопил ничем не примечательный камень.
Часть стены отъехала довольно плавно, демонстрируя что-то вроде подсобки, которую я мысленно тут же переоборудовала под гардеробную, и санузла.
– И так на каждом этаже? – с удивлением спросила я.
– На первых пяти точно, – ответил Микаэль.
– Меня больше интересует, как вы нашли, куда нажимать? – приподнял бровь Виктор.
– Всегда хотел проверить легенду, что в старых домах спрятаны клады предыдущих хозяев. Это, конечно, не дом, но надо было попробовать…
– Что бы ты сделал с тем кладом? – хмыкнула я.
– Уж нашел бы применение, – мечтательно протянул парень.
– У Микаэля три сестры, – пояснил Виктор. – Образование, приданое, бантики-булавки…
Хотелось бы мне спросить, а что с отцом у парня, но я не стала. Лишь понадеялась, что у того есть уважительная причина не помогать своей семье. И смерть не являлась достойным оправданием.
Вместо этого я задала другой вопрос:
– Ты поэтому играешь в аэрен?
– Ага, – просто ответил Микаэль, оперевшись на импровизированную швабру. – Если мы возьмем кубок императорского турнира, этих денег мне хватит, чтобы закрыть все потребности сестер.
– Ясно, – коротко ответила я.
Микаэль не сказал ни слова про себя, значит, все призовые деньги парень потратит на семью. Это было благородно и очень мне импонировало. А еще я поняла, что не знаю размер выплат, а стоило бы. Да и вообще, наверняка в нашей команде есть те, кому деньги нужнее, а я с легкостью могу отказаться от своей доли.
Под каким-нибудь благовидным предлогом…
– Ты о чем задумалась? – спросил Виктор, возвращая меня в реальность.
– О том, что Вы так только грязь хаотично размазываете, – пробурчала я.
– Ну ты командуй, мы будем размазывать ее творчески, – хмыкнул Микаэль.
– Идите отсюда, – махнула я рукой. – Составьте список, что нужно вытрясти с завхоза. Потом сравним с моим, и кто-нибудь сходит…
Парни спорить не стали. Наверняка пошли размазывать грязюку в другой комнате. Я же закатала рукава и принялась очищать помещение от того, что там было, и от того, что тут успел натворить Микаэль. Ходила по башне и бурчала, что некоторым мужикам нельзя давать в руки даже палку, они и с ней придумают, как намусорить.
Процесс был небыстрый, потому что я все-таки была лишь на втором курсе, но довольно простой, потому что никакой мебели или прочей сложной поверхности здесь не было. Только скучный серый камень.
От медитативной уборки меня отвлек голос Микаэля:
– Ого, да тут все сверкает!
Я от неожиданности подпрыгнула, оборвав магию.
– Я еще не закончила!
– Да так сойдет, – отмахнулся парень.
– Дай мне еще разок пройтись! – заспорила я.
– Разок? – округлил глаза Микаэль. – А сколько ты разков тут уже намывала?
– Три… – растерянно проговорила я.
– Ви-и-и-ик! – крикнул Микаэль куда-то в лестницу: – Угомони нашего стрелка, а то она вспомнила, что учится на бытовом, и не может остановиться.
– Но тут же вековая пыль! – заспорила я. – Это же вредно для здоровья!
– Вредно для моего здоровья будет, если ты сегодня перенапряжешься и завтра не явишься на тренировку, – сурово заметил здоровяк. – Так что давай, иди отсюда. Тем более тебя внизу посыльный ждет.
– Меня? – удивилась я. – С чем?
– Не знаю, какое-то письмо, – пожал плечами парень и хохотнул. – Под дверь-то не сунешь, как в общаге, – двери же нет.
– Да, действительно, – пробормотала я. – Ладно, я потом домою!
– Конечно-конечно, – не стал спорить здоровяк. – Иди давай, нам еще завхоза мучить.
Спускаясь по лестнице, которую кто-то уже помыл, точнее, протер, я подумала, что, в принципе, за день я смогу привести в порядок пару комнат, а завтра продолжим. И так потихонечку обживемся…
Главное, чтобы уборка закончилась раньше, чем учебный год.
