Котел, водичку и специи? Или как тут готовят мой вид?
– Девушки, всё потом, – поднял ладони лорд. – Сейчас мы проводим нашу гостью в выделенные апартаменты, потом подберем кабинет и через некоторое время откроем прием!
Женщины недовольно заворчали и разошлись. А мы двинулись вниз по улице, вымощенной зеленым камнем.
Так как Феликс держал меня за руку, я покорно плелась следом и сквозь пелену какой-то отчужденности отмечая детали. Место больше всего напоминало Изумрудный Город из моих детских фантазий, к тому же, на большинстве жителей были очки. И конечно, с зелеными стеклышками. Болотник и мне такие на нос нацепил. Правда, я все равно посмотрела поверх них, дабы удостовериться, что город действительно выдержан в этом цвете и Великим Обманщиком тут даже не пахнет. В недоуменье спросила:
– А зачем очки?
Мужчина искоса на меня взглянул и ответил:
– Солнце. Вредное для глаз излучение. Потому лучше ходить в очках и в первом облике.
– А?
– Потом, – покачал головой Ла-Шавоир.
Шок уже несколько отпустил, поэтому я покорно кивнула и стала искоса рассматривать окружающих. Из всех встреченных только Феликс и Богиня Маэжи больше всего напоминали людей, хотя спустя некоторое время я стала замечать в толпе и других человекообразных. Остальные… невольно вспоминалась славянская, кельтская и шумерская мифология. Человекоподобные только фигуры, и то не всегда. Некоторые маленького роста, тоненькие, с руками-веточками и неприятными лицами. Другие – покрытые шерстью и с клыками, третьи в чешуе, и даже головы походили на змеиные. От разнообразия типажей у меня скоро зарябило в глазах. А от любопытных взглядов, в которых мне чудился гастрономический интерес, сердце ушло в пятки.
Я поежилась, решила пока не обращать на местных внимание и вновь вернулась к изучению ландшафта и архитектуры.
Город был красив и, я бы сказала, вполне обычен для моего взгляда. Походил на старые кварталы европейских городов, только дома пониже и аккуратнее. В голубом небе не было ни облачка, потому солнце играло золотыми искрами в глубине малахитового камня. Или изумрудного. Или цвета персидской бирюзы… У зеленого цвета оказывается столько оттенков! Красиво. Очень красиво.
– Куда мы идем? – все же решила нарушить молчание. – И главное, зачем?
– Идем во дворец, где я занимаю должность управляющего, – ответил Болотный лорд. – А вы, леди, с этого дня будете штатным психейлогом.
Слово «психолог» у него на языке явно не удерживается. Ну ладно, так как с таким спорить чревато, стану зваться «психейлогом».
– Зачем вам такой сотрудник? Если можно – скажите правду и доступно. Я хочу знать, с чем могу столкнуться.
Решила, пока он не издевается, вызнать, как можно больше. Потому как у меня стойкое ощущение, что тогда, в храме этот зеленый прикалывался над бедной девушкой, пребывавшей в культурном шоке. От его неземной прелести, да. И правда, неземной…
– Как я уже говорил, не далее, чем месяц назад прибыло эльфийское посольство, – со вздохом начал болотник. – Конечно, их внешний вид весьма задевает наши эстетические чувства, но мы – раса цивилизованная и никогда не допустим демонстрацию антипатий.
– Это, в смысле? – не поняла я. – Они вам кажутся…
– Некрасивыми, – кивнул Феликс. – Я бы сказал, страшны неимоверно. Даже вы, по сравнению с ними, – красавица.
Я ошарашенно замолчала. Эльфы – некрасивые… Хотя… оглядела контингент вокруг и поняла почему. Если им нравятся такие же, как они, то ушастые в их глазах, и правда, редкостные уроды.
– И что дальше? – мне стало реально интересно!
– А дальше они смутили умы наших женщин, – тоскливо протянул Ла-Шавоир. – Почти весь женский персонал дворца проникся к ним нежными чувствами. Но эти черствые эгоисты отвергли наших прекрасных дев и даже высказались на тему их несоответствия вкусам эльфийского народа!
Я немного подумала и решила, что понимаю «черствых эгоистов». Вот только вопрос: почему местные дамы прониклись прелестью эльфов? Они ведь не извращенки… Ну, теоретически.
– Это странно, – честно признала я.
– Более чем, – кивнул Феликс. – Брожения продолжались. Девушки не могли нормально работать. Смена персонала ничего не дала. Спустя некоторое время те же симптомы.
– А эльфов проверяли?
– Конечно, – он поморщился. – Никаких результатов. Но как итог – парализована почти вся инфраструктура дворца. Чем дальше – тем хуже. Потому правитель и решил воззвать к Маэжи. Богиня сказала, посоветовала вправить мадамам мозги, и вытащила вас.
– А тогда зачем вы мне втолковывали, будто я тут для того, чтобы сделать их красивыми?!
– Это официальная версия, – высокомерно оглядел меня Ла-Шавоир. – Эльфов тоже проверите.
– А их зачем? – от такого поручения я вообще в осадок выпала.
– Гудвин так сказал.
От этой новости я споткнулась и полетела бы на мостовую, если б Феликс не успел поймать. Впрочем, он тут же меня отпустил. Правда руки брезгливо отряхивать не стал. Вот… зеленый!!!
– Кто?!
– Гудвин Ла-Дашр, правитель зеленого сектора, – с легким недоумением посмотрел на меня сопровождающий.
Приехали!
– Великий и Ужасный? – слабым голосом уточнила я.
– Ну почему же, – пожал плечами управляющий. – Может и великий, но ужасным его назвать нельзя. Наоборот, очень внушительный и привлекательный. Дам интересует.
Я прикинула, что для этого народа может скрываться под характеристикой «очень привлекательный», и содрогнулась! Кстати… если человекоподобность тут некрасива, то полагаю, сам Феликс среди соплеменников считается довольно страшненьким. Какая прелесть… Все шиворот-навыворот!
– Куда меня поселят? И станут ли учить? Пойму ли я вашу письменность? Будут ли какие-то гарантии безопасности? – закидала я вопросами Феликса.
Тот потряс головой и сказал:
– Все потом! Для вашего спокойствия одно могу сказать сразу. Вам ничего не угрожает, более того, вы не первая переселенка, и у нас давно разработана программа адаптации, которая решает и моменты с письменностью тоже, не волнуйтесь. Но в нашем случае все пойдет немного по-другому.
Разумеется, после такого заявления я насторожилась, но не стала испытывать терпение Ла-Шавоира и расспрашивать далее.
Тем временем, мы вышли на небольшую площадь, вымощенную белым мрамором с зеленоватыми прожилками, а впереди располагался дворец, сложенный из камня цвета морской волны. Красивый, в готическом стиле, он не выглядел мрачным из-за воздушности архитектуры, больших окон и ажурности лепнины и резьбы. Маленький он какой-то для королевского… Впрочем, виден только фасад, да и, возможно, это просто летняя резиденция или что-то в этом роде.
Рассмотреть здание более подробно мне не позволил зеленый сопровождающий. Глядеть на него без нервной дрожи я не могла до сих пор. Вроде от человека отличается только цветом, да большей резкостью черт лица, но все равно… жутко.
Мы свернули на одну из узких улочек, немного поплутали по закоулкам и спустя несколько минут зашли в неприметный тупик. Кстати, меня порадовало, отсутствие грязи, ухоженность и приятный, хоть и немного терпкий запах каких-то незнакомых трав. Хороший город.
– Как называется это место? – полюбопытствовала я.
– Изумрудный город, – предсказуемо ответил Феликс, сосредоточенно ощупывая стенку.
Ну да… А чего я ожидала? Но интересно, имеет ли он что-нибудь общее с фантазиями незабвенного Фрэнка Баума? Насколько я помню, жители там были вполне обыкновенные. Тут же этим и не пахнет. Но сам город… Гудвин, опять же… Очень интересно!
Тем временем зеленый нащупал, наконец, то, что искал. Стенка перестроилась и расступилась, открывая нам вид на чудесный сад. Я замерла в восхищении.
Все же в чем-то чувство прекрасного у этого странного народа с моим совпадало.
Сад был… Не дворцовым. Или у нас просто разные представления?
Все парки, которые я видела на родине или на фотографиях, имели одну общую черту. Симметрию. С этим было связано все остальное: аккуратность, гармоничные сочетания цветов, вымощенные плиткой дорожки, лужайки и прочая прелесть. Тут же…
Трава была отросшая, но ровно настолько, что на нее так и тянуло ступить, ощутить, как гладкие стебельки скользнут по ступне, немного щекоча нежную кожу. Деревья, старые, раскидистые, на их ветвях так и хотелось посидеть, в обнимку с шероховатым стволом. Никакого порядка или ровных линий насаждений я не видела. Почти как лес… ухоженный, но лес. Правда, в лесу яблони не растут, но листья были вполне узнаваемые, я даже притормозила.
Я так засмотрелась на это зрелище, которое моему утомленному городом взоруказалось восхитительным, что Ла-Шавоиру пришлось опять взять меня за руку и повести за собой. Мимолетно удивилась, почему он не окликнул меня, а сделал именно так. Но не спрашивать же? Тем более, может быть, такая бесцеремонность у них в порядке вещей.
К сожалению, скорость нашего перемещения не позволила полноценно оценить чудесный сад. Но общая картина не потеряла своей прелести.
Утоптанные лесные тропинки сменились дорожкой, вымощенной гранитными, округлыми булыжниками. В моих балетках, на небольшом, но все же каблучке по таким ходить было не очень удобно, и я задумалась над тем, каково приходится благородным дамам на шпильках или… хм… копытах. Конечно, я настолько впечатлилась светлыми ликами местных женщин, что их ноги не особо рассматривала, но… Тут возможно все!
Кстати, про «возможно все»:
– Господин Феликс, а куда вы меня ведете? – поинтересовалась я у зеленого крейсера, который шел быстрым шагом, а мне из-за разницы в росте и, стало быть, в длине ног приходилось почти бежать. Наконец не выдержала, затормозила и уперлась пятками в землю:
– Объясните мне, наконец, куда мы идем и что меня ждет!
Феликс обернулся и удивленно меня оглядел. Видимо, вообще успел забыть, что объект, который он тащил, способен к диалогу.
– Потом, – он резко мотнул головой, и нефритовые пряди рассыпались по плечам и спине, потом развернулся и сделал попытку двинуться дальше.
Ага… Сейчас! Я, как та самая коза, взяла и «упёрлась рогом». Вернее, «копытами» в землю, и идти следом недвусмысленно отказалась. О-о-очень изумленный этим фактом, лорд Ла-Шавоир потрясенно на меня уставился.
Я рывком выдернула руку, перекинула вперед толстую пшеничную косу и независимо скрестила руки на груди.
– Здесь и сейчас.
– Барышня, вы забываетесь, – процедил Феликс, презрительно прищурившись.
– Нет, – доброжелательно улыбнулась я в ответ. – Скорее вы во мне нуждаетесь. А не наоборот.
– Правда? – он иронически вскинул бровь, на полминуты задумался, потом одним текучим движением переместился мне за спину и вкрадчиво поинтересовался. – Юлия, угадайте, что будет, если я вас сейчас тут оставлю одну…
– И что же? – я послушно задумалась.
– Сад-то королевский, – болотник продолжил «радовать» меня «интимными» подробностями. – И даже не в этом дело… Калин-Зар, очень необычная резиденция. Стало быть и сад, не так-то прост. Если вы, не имея метки доступа в замок и его окрестности, свернете с дорожки, то эти прекрасные деревья оживут, а потом медленно и «нежно» вас удушат. Или даже разорвут на кусочки… Смотря, какое настроение было у заговаривающих их дриад. А чудесная травка, на которую вы любовались, с удовольствием впитает кровь и поглотит… другие останки. Надо заметить, именно потому трава такая красивая, ведь всё вышеупомянутое – просто замечательное удобрение.
Мне резко стало плохо. Очень резко. И уже совсем не хотелось пройти босиком по этой земле.
– Я поняла, – от такого, и правда, сообразительность в разы улучшается.
– Чудесно, – этот кикимор ласково провел по моим волосам, снова взял за руку и пошел к замку. Интересный замок… что же это за место, если кикимор так о нем говорил?
Ладонь у него была прохладная. Почти холодная. Не очень приятное ощущение.
– Можно помедленнее? – грустно спросила, глядя по сторонам и гадая, кого этот зеленый гад оставил на вторую акцию устрашения. Ведь только флору немного «осветил»… А тут наверняка есть и фауна…
Мужчина ничего не ответил, но шаг сбавил. И на том спасибо…
В замок мы вошли, судя по всему, через черный ход. Наверное, мой сопровождающий не желал раньше времени демонстрировать всем нового психейлога. Зверь редкий, и на ужин приглашены только избранные? Интересно, а что думают куропатки про элитное общество и гордятся ли тем, что, как правило, не попадают на стол к среднему классу?
Какие бредовые мысли…
Мы прошли по нескольким коридорам, простые, побеленные известкой сменились сначала на облицованные деревом, а потом и мраморные.
Когда мы там оказались, Феликс почти перешел на бег. По всей видимости, тут и живут «аристократы», с которыми психейлогом не хотят делиться. Но, к сожалению, или к счастью, незамеченными пройти не удалось.
Когда мы оказались в длинной, алебастрового оттенка мраморной анфиладе, камень которой, казалось, впитал солнечный свет и стал просто нестерпимо сверкающим.
– Глазам больно, – пожаловалась, прикрывая веки ладонью.
– Знаю, – тихо отозвался он. – Тут даже очки не помогают. Но держитесь, мы почти пришли.
– Меня не должны видеть?
– Некоторые – да, – лаконично ответил спутник и на миг крепче сжал мою ладонь. – Пока я не решил… в каком качестве, вы тут останетесь.
Уточнить, что же он имел в виду, я не успела.
Но вдруг с той стороны анфилады раздался стук распахивающихся створок. Появилась и стала приближаться группа… скажем пока, людей. Видеть лица я не могла, а в снежном великолепии анфилады они казались мрачными воронами. Их было трое, и во главе, окутанный черным шелком, шел высокий светловолосый мужчина. Только у него было открыто лицо, у остальных они были прикрыты черным шелком.
Болотник тихо зашипел и стремительно запихнул меня себе за спину.
О-о-чень весело.
– Ла-Шавоир… Позволено ли мне вас приветствовать? – мягко спросил один из новоприбывших, и я на миг прикрыла глаза. Никогда не слышала настолько необычного голоса. Тягучий, как мед, бархатный, почти ощутимо ласкающий кожу, и эротичный, до состояния «я уже твоя». Это что вообще такое?! Юля, очнись!
– А у меня есть варианты? – иронично ответил Феликс и великодушно разрешил: – Приветствуй!
– Это была шутка.
Р-р-раз – и мёда в голосе не осталось. Меня мигом пробрал озноб, и, спустя еще пару секунд, я поприветствовала вернувшийся разум. Только вот теперь интересно, а что это за тип?
Честно старалась смирить любопытство. Очень долго и старательно. Почти десять секунд. Но это было сильнее меня! Я быстро, всего одним глазком!
Сказано – сделано: осторожно выглянула из-за плеча Феликса. Правда, пришлось встать на цыпочки, но это же такие мелочи! Наглый тип, показавшийся по голосу прекраснейшим, оказался обладателем надменной морды аристократа в энном поколении, на которой аршинными буквами было написано: «смерть несовершенству». Собственно, кроме этой откровенной породистости, ничего особенного в нем не было. Высокий блондин с черными глазами, высокомерным выражением лица и острыми ушами. Привет эльфам! Я искренне считала, что вы будете симпатичнее…
Ла-Шавоир, разумеется, в это время не молчал, и я решила прислушаться к набирающему обороты скандалу.
– А вы, Элливир, много на себя берете, и хамство вас совсем не красит. Как и все остроухое племя.
Элливир…
Изумрудный Город.
Гудвин.
