Андрей Стоев "Кровь Дельфора"

– Куда? – лениво спросил дежурный, оторвавшись от книги, судя по виду, какого-то учебника.

– К ректору, – коротко ответил я, также не затрудняя себя приветствием.

– Уверен? – скептически хмыкнул он.

– Уверен, – подтвердил я.

– Второй этаж, – он ткнул пальцем в сторону лестницы и потерял ко мне интерес, снова углубившись в свой учебник.

Я поколебался немного, но двинулся к лестнице. Долго искать кабинет ректора не пришлось, он обнаружился прямо напротив лестницы. Потянув за начищенную до сияния бронзовую ручку, я попал в приёмную с сидящей там секретаршей – симпатичной женщиной лет около тридцати.

– Абитуриент, к ректору, – представился я.

– Подумал? – секретарша с сомнением посмотрела на меня. – Твоё дело действительно важное?

– Подумал, – вздохнул я. – Важное.

На самом деле я, конечно, уже начал сильно сомневаться, но повернуть назад было совершенно невозможно. Куда мне пойти, если поверну назад – в холопы? Я усилием воли подавил сомнения и посмотрел на секретаршу уверенным взглядом.

– Ну, если подумал… – она пожала плечами и сказала в переговорную трубку: – Великий, к тебе посетитель.

Трубка каркнула что-то неразборчивое, и секретарша кивнула на дверь. Я выбросил из головы лишние мысли и открыл дверь – уверенно, но уважительно.

Ректор сидел за огромным столом красного дерева и что-то писал, не обращая на меня ни малейшего внимания. Лицо было видно плохо, потому что он не поднимал головы, но с виду ему было лет тридцать пять, не больше, и в аккуратно причёсанных чёрных волосах не было ни малейших признаков седины. Хотя если вспомнить то немногое, что я слышал о великих магиках, внешний вид у них совершенно ни о чём не говорил.

– Приветствую, великий, – уважительно начал я. – Прошу прощения за беспокойство…

– Короче! – рявкнул он, подняв голову и посмотрев на меня.

Взгляд у него был пронзительным и очень недовольным. У меня по спине пробежал холодок, и мне стало предельно ясно, что ещё одна ошибка будет последней. В лучшем случае я просто вылечу отсюда как пробка, а в худшем то, что от меня останется, выметут веником.

– Абитуриент Тим Браст, – чётко и ясно доложил я, вытянувшись по стойке смирно. – В приёмной комиссии возникла проблема. Я владею магией, но Сфера Признания почему-то не признала меня одарённым.

Ректор откинулся на спинку кресла, задумчиво меня рассматривая. Во взгляде у него появилась лёгкая заинтересованность, и меня немного отпустило.

– Владеешь магией, говоришь? – с сомнением переспросил он и приказал: – Продемонстрируй.

Стрельба из пистолета здесь была бы явно неуместной, да и не факт, что у меня это бы вышло. Как-то совсем нестабильно эта стрельба у меня получалась. Открывать свою чувствительность к переходам было бы полной глупостью, так что единственным вариантом оставался телекинез – впрочем, я предпочитал воспринимать это чем-то вроде третьей руки, суть телекинеза я представлял себе слишком смутно. Но чем бы я себе это ни представлял, двигать мелкие предметы у меня выходило уже довольно неплохо.

Я боялся, что, как это частенько бывает, в самый напряжённый момент умение откажет, но всё получилось как надо. Я подхватил первую попавшуюся книжку, лежавшую на небольшом столике в углу, переместил её на стол ректора, положив прямо перед ним, открыл, захлопнул и перенёс обратно.

– Довольно убогий фокус, – хмыкнул ректор, – но определённое владение магией действительно имеет место. То есть ты утверждаешь, что наша Сфера Признания работает неправильно?

– Я в этом совсем не уверен, великий, – почтительно возразил я. – До этого я проходил испытание в храме, и там результат также был отрицательным.

– Вот как? – сейчас он, похоже, заинтересовался. – Что ты чувствовал во время испытания?

– Когда проходил испытание первый раз, я сначала почувствовал сферу как целое и некоторую сущность внутри. Эта сущность потянулась ко мне, но сразу потеряла интерес, и ощущение сферы ушло. В этот раз было почти так же, но сущность внутри как будто меня узнала и вообще не проявила интереса.

– Любопытно, любопытно… – пробормотал он, роясь в ящиках стола. – Куда же я его засунул?

Наконец, его поиски закончились успехом, и из недр стола появилась чёрная прямоугольная пластинка на ручке – что-то вроде лорнета, если представить, что сквозь эту пластину кто-то бы стал смотреть. Как оказалось, именно это и надо было делать. Ректор поднёс её к глазам и скомандовал: «Стой смирно!».

Не представляю, что можно было видеть через совершенно непрозрачную, по виду каменную, пластину, но ректор рассматривал меня долго, временами многозначительно хмыкая.

– Всё ясно, – он отложил свой лорнет. – Как ты сюда попал? Прошёл сам или кто-то тебя провёл?

– Мне сказали в приёмной комиссии как пройти… – начал я, слегка растерявшись от вопроса.

– Как попал в мир Полуночи? – прервал он у меня. – Я вижу, что ты не из нашего мира. Кто тебя провёл?

– Никто не проводил, – хмуро отозвался я, не понимая, чего ждать дальше.

– Значит, сам прошёл, – понимающе кивнул он. – Сознательно проходил, или тебя просто случайно затянуло?

– Случайно затянуло, – признался я.

– Интересно, сколько ваших сейчас по Полуночи бегает, и сколько застряло в дороге? – покрутил он головой и, видя моё непонимающее лицо, усмехнулся и пояснил: – Сейчас как раз время схождения сфер, у вас там на севере много стихийных провалов возникает. В основном туда наши зверьки проваливаются, но небольшой обратный поток тоже есть. Правда, из ваших мало кто у нас выживает, неприспособленные вы.

В общем-то, он совершенно прав, приспособиться к этому миру действительно непросто. Не уверен, что у меня получилось бы выжить, не встреть я Арну. Она считает, что это она выжила благодаря мне, но, положа руку на сердце, я обязан ей не меньше.

– Как тебя на север-то занесло? – полюбопытствовал ректор. – Ты сам откуда?

– В Рифейске живу, – неохотно отозвался я. – То есть, жил. На север в экспедицию пошёл, я геолог по специальности.

– Геолог, говоришь? – усмехнулся он. – Уже понял, что здесь твоя специальность никому не нужна?

– Понял, великий, – вздохнул я.

– Однако гляжу, ты уже хорошо адаптировался, молодец, – одобрительно сказал он. – Ну а от меня-то что хочешь?

– Отвести меня домой ты не можешь? – без особой надежды спросил я.

– Могу, но зачем мне это? – равнодушно пожал плечами он. – Это не так просто, усилий надо много приложить, да и опасно это, что уж там. Чем ты можешь меня заинтересовать? Не отвечай, я и сам знаю, что ничем.

– Тогда я хотел бы учиться, чтобы получить возможность переходить самому.

– Обитель тебе никак не сможет в этом помочь, – посмотрел на моё вытянувшееся лицо и, сжалившись, пояснил: – У тебя слишком сильный дисбаланс, слишком много нахватал энергии, потому тебя и Сфера Признания не приняла. Мне, к примеру, Мать сейчас тоже никакого благословения не дала бы. А с тобой довольно странно, кстати – обычно на переход энергию тратят. Многие и пропадают в пути – не так уж редко случается, что энергии не хватает. Её очень много надо – даже великие после перехода бывают практически выжаты. А вот ты каким-то образом умудрился наоборот, получить там энергию. Надо будет как-нибудь расспросить тебя поподробнее насчёт твоего путешествия.

Он немного помолчал, задумчиво меня рассматривая, явно что-то решая. В конце концов всё же махнул рукой и продолжил:

– Наша программа обучения магиков для тебя совершенно не годится, ты просто гарантированно убьёшься. Тебе подходит только индивидуальное обучение у очень сильного магика, но кому ты нужен? Живи себе спокойно как неодарённый, парень ты вроде с головой. Зачем тебе возвращаться? Случалось мне бывать в твоём Рифейске, дыра дырой. В Полуночи ты наверняка сможешь не хуже устроиться.

По какому-то наитию я сорвал с пояса нож и положил его на стол перед ректором:

– Со всем уважением прошу принять, великий.

Он с удивлением посмотрел на лежащий перед ним нож, но всё же взял его в руки и выдвинул из ножен. Некоторое время он недоумевающе смотрел на лезвие, а затем в его глазах забрезжило понимание.

– Ты хоть знаешь, сколько это стоит? – спросил он, поднимая на меня глаза.

– Я знаю, что кристаллит дорогой, – кивнул я.

– Кристаллит разный бывает, – усмехнулся он. – Мечей и копий довольно много, а вот ножей и разного необычного оружия очень мало. Дверги не хотят с таким связываться, потому что спрос очень маленький, им проще клепать стандарт. Этот нож стоит намного, намного дороже меча. Правда, продать его непросто, покупателя найти трудновато. Но главное в нём всё же не цена, а редкость.

Мне сразу с сожалением вспомнились целых два ножа, потерянных нами в подземелье. Хотя один не совсем потерян, можно будет как-нибудь вернуться и поискать.

– А почему тот же меч не перековать на ножи? – непонимающе спросил я.

Ректор удивлённо посмотрел на меня, а потом вспомнил, что я не местный, и пояснил:

– Кристаллит невозможно перековать. Ковке поддаётся только сырой кристаллит, который никто и никогда в глаза не видел. Дверги продают исключительно готовые изделия.

– Один кузнец что-то говорил насчёт работы с кристаллитом, и я так понял, что нужен просто специальный горн.

– Популярная легенда, – презрительно отмахнулся он. – Якобы существуют какие-то специальные горны для правильного нагрева, но это полная чушь. Насчёт кристаллита подобных легенд полно, потому что на самом деле никто не знает, что же такое кристаллит. Не считая Мерада Великого, конечно. Если вещь из кристаллита сильно нагреть, то она не расплавится, а рассыплется в порошок. А если этот порошок нагреть ещё немного, то он всё-таки расплавится, но это будет обычное железо, только очень чистое. Никогда не давай понять двергам, что интересуешься сырым кристаллитом – тебя прикончат просто на всякий случай. Ну так что, не жалко отдавать настолько ценную вещь?

– Ценную вещь отдавать всегда жалко, – криво усмехнулся я. – Но бывают ситуации, когда жадничать не стоит.

– Правильно рассуждаешь, – одобрительно кивнул ректор. – Ну ладно, Тим, давай подумаем, что нам с тобой делать. На самом деле отвести домой я тебя не могу, у тебя слишком много энергии, как бы не больше, чем у меня самого. Мне тебя просто не вытянуть. Тебя никто провести не сможет, во всяком случае, я таких не знаю. Перейти домой ты сможешь только сам. Сейчас как раз время схождения сфер, миры сошлись очень близко… – он задумался, что-то прикидывая. – Можешь поискать стихийные провалы в Тираниде, они в основном там возникают.

– Мне этот вариант не нравится, великий, – хмуро заметил я.

– Правильно не нравится, – усмехнулся он. – Шансы самому пройти через провал у тебя очень маленькие. Хотя ты и до провала вряд ли доберёшься, ведьмаки тебя раньше зарежут. Плохое место для прогулок, знаешь ли. Чтобы там гулять, тебе нужно стать очень сильным, да и тогда, пожалуй, не стоит.

– Ещё какие-нибудь варианты есть? – про то, что Тиранида плохое место для прогулок, я прекрасно знал и без него.

– Я вижу для тебя единственный вариант: стать достаточно сильным магиком. Тогда ты сможешь пройти в свой мир сам, в любое время. Хотя всё равно не советую, опасно это. Даже для таких, как я, опасно… ну, это тебе решать. Вернёмся к разговору об ученичестве. Для того чтобы стать моим учеником, этого ножа, конечно, недостаточно, однако для начала сойдёт. Я мог бы взять тебя в ученики, если ты поклянёшься после обучения выполнить моё задание. Но!

Я напрягся, сразу поняв, что ничего приятного не услышу.

– Дело в том, что сейчас учить тебя бесполезно, твоё развитие абсолютно не соответствует энергии, которую ты получил. Позволь объяснить это на простом примере: вот ты нашёл героический двуручный меч, с которым ты сможешь стать великим воином. И вместе с этим мечом пришёл к знаменитому тренеру, чтобы он научил тебя сражаться. Вот только проблема в том, что этот меч ты поднимаешь с трудом. Каким приёмам боя научит тебя наставник, если ты не можешь удержать свой меч больше минуты? Сейчас тебя легко изобьёт любая двенадцатилетняя девчушка из младшей группы, хотя в нашем случае дело совсем не в физической силе как таковой, это просто показатель развития. Показатель плотности духовной структуры, если тебе так будет понятнее. Не развив тело, невозможно приступать к развитию души, понимаешь?

– Ты имеешь в виду, что надо охотиться, великий? – я вспомнил, что Арна рассказывала мне насчёт охоты на стражей, и эта идея мне совсем не понравилась.

– Например, – кивнул ректор. – Охота на стражей – это самый быстрый путь, правда, самый опасный. Ещё необходимо медитировать, это тоже очень помогает развитию, хотя без охоты всё равно вряд ли получится обойтись. Есть, конечно, и другие пути, но они для тебя плохо подходят. Давай договоримся так: я дам тебе методичку по медитации и разрешение на охоту в Дельфоре. Если у тебя хватит упорства и удачи, чтобы подтянуть своё развитие до приемлемого уровня, возвращайся, и мы поговорим об ученичестве более предметно.

– Благодарю тебя, великий, – вздохнул я и поклонился. А что мне ещё оставалось?

Глава 2

Арна так и сидела на лавочке; когда я вышел, на лице её сразу отразилось облегчение. Для правительницы княжества она слишком уж явно показывает свои чувства – хотя я давно уже понял, что она просто домашняя девочка, которую никто не готовил ни в магики, ни в правительницы. Правда, для домашней девочки она очень уж ловко обращается с копьём, но увлечения у людей разные бывают.

– Ну как? – она сразу же потребовала отчёта.

– Сложно сказать, Арна, – со вздохом ответил я. – Ректор заявил, что учить меня здесь не будут, но один вариант всё-таки предложил.

– Риной зови… Тим, – потребовала она. – Если будешь Арной звать, рано или поздно кто-нибудь услышит и задумается.

– Думаешь, ничего не закончилось?

– Есть у меня чувство, что ничего ещё не закончилось, – грустно ответила Арна. – Даже можно сказать, уверенность. Если задуматься, то как меня может достать здесь мелкий князёк из дальней дыры? А если не задумываться, то у меня предчувствие просто кричит, что надо спрятаться поглубже. Разум убеждает меня, что всё позади, но я почему-то больше верю предчувствию.

– А мелкий князёк из дальней дыры – это ты про Мерка Галена? – я заинтересованно на неё посмотрел.

– Я не обманываюсь насчёт величия секторали Корус, – резко ответила она. – Да, это захолустье. И я прекрасно сознаю, что князья Коруса вовсе не великие правители. Никаких иллюзий насчёт собственной значимости у меня нет, так что можешь оставить свою иронию при себе.

– Иронии и не было, – мягко сказал я. – А что касается твоей значимости, то твоё предчувствие ясно говорит, что ты её сильно недооцениваешь.

– Может, и недооцениваю, – недовольно буркнула Арна и перевела разговор: – Так что тебе сказал ректор?

– Пойдём в канцелярию тебя определять, – я подхватил со скамейки свой рюкзак и копьё. – По дороге всё расскажу. В общем, ректор сказал, что учить меня по стандартной программе нельзя, нужно ученичество у сильного магика. Он готов взять меня в ученики, если я соглашусь после обучения выполнить его задание. Но прежде чем обучаться, я должен сначала укрепиться физически. Должен охотиться и ещё медитировать.

– Почему-то я не чувствую в твоём голосе радости, – она проницательно посмотрела на меня.

– Ну, охота на стражей дело рискованное…

– Да, риск есть, охота дело опасное, – подтвердила Арна. – Но это ведь необязательно. Всегда можно податься в холопы – никаких опасностей, знай трудись, ну разве что выпорют иногда.

– Очень смешно, – скривился я. – Мне больше всего не нравится его условие насчёт того, что после обучения я должен буду выполнить какое-то задание. Что это будет за поручение, и получится ли у меня выжить в процессе? Вряд ли он собирается поручить что-то простое.

– Вряд ли простое, – согласилась она. – А кто-то другой сможет тебя обучить?

– Он сказал: достаточно сильный магик. Наверное, такого можно найти, вот только я не уверен, что его стоит искать. Ректор же сразу понял, что я в этом мире гость. А ещё Дельгадо сказал, что у меня слишком много энергии, и что Мать отказала мне в благосклонности как раз из-за этого. Так вот, не захочет ли какой-то другой сильный магик вместо учёбы меня просто выпотрошить и забрать эту энергию?

– Такое тоже нельзя исключать, – признала Арна. – Я слышала, что магикам нужна энергия. Правда, непонятно, почему ректору это не нужно.

– Возможно, великий это просто перерос, – пожал я плечами. – Кстати, он уже бывал у нас – может, поэтому? Мой Рифейск назвал дырой, что истине полностью соответствует. Дыра и есть дыра, хоть и нехорошо так отзываться о родном городе.

– Не одной же мне так отзываться о родных местах, – хмыкнула Арна. – А он может тебя домой отвести?

– Сказал, что не может из-за того, что у меня слишком много энергии. Да и не хочет – чего ради он стал бы это делать? И ещё он сказал, что сам я тоже не перейду, практически наверняка погибну по дороге.

– А ты действительно хочешь вернуться? – она серьёзно посмотрела на меня.

– Не то чтобы хочу вернуться… – я задумался, пытаясь сформулировать для себя то, о чём до сих пор не особо хотел задумываться. – Ты правильно тогда сказала, что мне незачем возвращаться. Никто меня там не ждёт. Я не вернуться хочу, я хочу иметь возможность вернуться. Чтобы остаться здесь потому, что я так решил, а не потому, что мне больше некуда деваться, понимаешь?

– Кажется, понимаю, – кивнула она.

– Ну а чтобы иметь возможность решать самому, нужно учиться. В общем, раз Дельгадо согласился, то я не вижу смысла искать кого-то другого. Если другой великий и согласится меня обучать, это точно так же будет не даром, и он за это спросит тоже не деньги. А кстати, вот ещё вспомнил: мне пришлось подарить ректору нож, а то он поначалу никакое ученичество мне предлагать не собирался.

– Ножи у нас просто улетают, – заметила она.

– Этот с пользой улетел, – немного виновато ответил я. – Его стоило отдать даже не ради ученичества, а за то, что он про эти ножи рассказал. Оказывается, кристаллитные ножи – это очень большая редкость, дверги их практически не делают. И если бы он это не рассказал, я практически наверняка стал бы продавать сначала именно ножи, и это могло для нас очень плохо кончиться. Ножи нельзя никому показывать, и навершия для булавы, наверное, тоже. Продавать можно только мечи, их много делают. Ну, много только по сравнению с ножами, так-то с ними тоже лучше подождать.