– Влад… – начинает мелодичным, заискивающим шепотом. – А можно… я у вас телефон на секундочку одолжу? Ну пожа-а-алуйста? Я только концовку запишу… Очень коротенькую, обещаю!
Я медленно поднимаю на нее взгляд. Все мое тело, кажется, замирает. Все кроме нижнего века, которое начинает мелко, но отчетливо дергаться. Шикарно, еще и глаз задергался сам по себе.
Я ничего не отвечаю, просто смотрю на Чудину. На ее протянутую руку и этот немой вопрос в ее глазах. А в голове всего одна мысль: где я так накосячил?
Глава 6. Настя
Мой телефон умирает прямо у меня в руках. Экран вспыхивает предсмертной белизной и гаснет, оставаясь бесполезным кирпичом. Просто эпичное завершение репортажа. Ну что мне так не везет?
Ладно, сдаваться не в моем характере. Собираю все свое мужество в кулак и иду прямиком к Владу. Он сидит, будто статуя и выглядит устрашающе, но выбора нет.
– Влад… А можно… я у вас телефон на секундочку одолжу? Ну пожа-а-алуйста? Я только концовку запишу… Очень коротенькую, обещаю! – пищу я самым мелодичным на свете голоском и протягиваю руку. Не откажет же
Он поднимает на меня взгляд. Не злой, а скорее бесконечно уставший. Смотрит и молчит, словно решает можно ли мне доверять.
– Что вам жалко что ли? – выдавливаю я, пытаясь шутить, но шутка зависает в воздухе и замерзает.
Он все же сует руку в карман и достает свой навороченный агрегат. Такой большой, что, кажется, им можно орехи колоть.
– Держи, – протягивает мне. – Только не убейся.
– Спасибо огромное! – на лице сама по себе расцветает улыбка.
– Давай, я покажу, – предлагает Влад.
– Не надо, я сама справлюсь, – гордо заявляю я. Я же продвинутый юзер как никак. Разберусь уж с этим чудом техники.
Я отступаю в сторону и начинаю войну с телефоном Влада. Это не телефон, а артефакт древней цивилизации, защищенный от дураков в целом и, видимо, от меня в частности. Все не так, как у нормальных людей. Где тут вообще камера?
По логике тыкаю на иконку с фотоаппаратом, а открывается… карта с кучей значков. Пытаюсь свайпнуть в сторону, вылезает что-то вроде журнала вызовов. Пыхчу, бормочу себе под нос, пробую другую кнопку, включается фонарь такой мощности, что я слепну на секунду.
Через десять минут я полностью капитулирую и возвращаюсь к Владу, держа его телефон двумя руками, как подношение.
– Сдаюсь, – честно признаюсь я. – Помогите мне, пожалуйста.
Он смотрит на меня с усмешкой. В его глазах написано ровно то, что я и боялась увидеть: «Я же говорил». Но Влад не комментирует, молча берет телефон, двумя четкими движениями открывает камеру и возвращает мне.
– Запись – красная кнопка. Стоп – еще раз. Не трогай больше ничего, – поясняет, как неразумному ребенку. Хотя именно так я себя и чувствую. Рядом с этим мужчиной вообще невозможно чувствовать себя иначе. Он вот просто максимально всезнающий и всеумеющий.
– Спасибо, – бормочу я.
Отхожу, навожу камеру на себя, палец замирает над красной кнопкой и тут меня осеняет. А что, собственно, я должна говорить? В голове, как в плохом монтаже, начинают прокручиваться два варианта: один тот, чего ждет Ольга. Максимально показывающий работу отряда. Второй же, реальный. Что весь поиск был постановкой.
Я не знаю, что выбрать. Чаши весов в моей голове раскачиваются. Совесть не позволяет соврать подписчикам, я всегда говорю только правду, но что, если эта ложь во спасение?
Палец дрожит над кнопкой, я не могу заставить себя принять решение и нажать. Оборачиваюсь и снова иду к Владу. Он смотрит на костер, но я чувствую, что видит меня.
– Влад, – говорю тихо. – А что бы вы сделали? Солгали бы ради спасения отряда?
Он не поворачивается.
– Я не умею врать про лес, – отвечает просто. – В нем все по-честному, либо ты справился, либо нет. Показуха не для меня.
Мне близка его позиция, ее я понимаю, но мою дилемму она не решает. Точнее я, наверное, хотела получить поддержку или разрешение на обман, но получилось наоборот. Влад наполни меня еще большими сомнениями.
– Настя, давай обсудим материал, – Ольга подходит к нам. – Мы можем сделать историю сильнее. Правда никого не волнует, людей цепляет эмоция и…
– А если я не хочу врать? – внутри все сжимается.
Она мягко улыбается.
– Милая, твой блог живет на красивых историях и донатах. Наш отряд на моих кредитах. Мы просто помогаем друг другу выживать. Без всякой лирики.
Я ничего не отвечаю, просто сдуваюсь, как проколотый шарик.
– Ладно, поехали, Чудина. Домой тебя отвезу, – делает одолжение Влад и указывает направление. – А потом отсыпаться.
Я молча плетусь за ним к его внедорожнику. В салоне пахнет кожей и табаком. Двигатель заводится плавно, почти дружелюбно и негромко урчит.
– Ну и? Что решила? – спрашивает Влад, выруливая на трассу.
Я пожимаю плечами и прилипаю лбом к холодному стеклу. Не знаю я, отряду помочь хочется, а себя предавать противно. Усталость накрывает с головой. Глаза слипаются и держать их открытыми все сложнее.
– Телефон-то верни, – хмыкает он и я так же молча отдаю ему не пригодившийся гаджет.
Тепло от печки, мерное покачивание… Я борюсь со сном, пытаясь придумать гениальный пост, но мысли путаются. «Донаты… ложь… поиски…» Полная белиберда.
Сквозь дрему слышу голос Влада, тихий и деловой:
– Где? В «Пятерочке» на Центральной? Понял. Документов нет и ничего не помнит? Ясно. Беру. Через двадцать минут буду.
Мгновенно просыпаюсь и открываю глаза. Сон испаряется в никуда. Машина стоит на обочине. Влад смотрит в навигатор, его лицо в синем свете экрана сосредоточено.
– Что случилось? – протираю глаза.
Он смотрит не на меня, а в экран.
– Бабушку одну нашли в круглосуточном магазине. Заблудилась. Не помнит ничего.
– И что, вы сейчас к ней? – оживляюсь я.
– Ага. Тебя только доставлю домой, – Влад мельком смотрит на меня. – Во двор заезжать не буду, добежишь?
Я киваю и нервно кусаю губы, представляя, как там старушка совсем одна. Ей же страшно, наверное.
Мы едем по ночному городу, мимо мелькают витрины. Я смотрю на Влада и искренне восхищаюсь им. Он же устал, хочет домой спать, но услышал, что кто-то в беде и без раздумий сорвался туда. Это же… вау!
– Влад… – тихо зову я.
– Ну что еще? – он не отрывается от дороги.
Я делаю глубокий вдох, как перед прыжком в воду.
– А можно… мне с вами?
Глава 7. Влад
От неожиданности нажимаю на тормоз и резко виляю влево. Останавливаюсь на обочине и строго смотрю на Чудину.
– Ты серьезно?
Она лишь часто кивает, а глазищи огромные, в пол лица. Мозг мигает, как новогодняя елка, что не стоит вестись. Это ходячее недоразумение только подкинет проблем, но от нее исходит такой мощный шлейф желания помочь, что я сдаюсь.
– Ладно, – выдыхаю обреченно. – Но, если опять ослушаешься – вынесу в ближайший сугроб. Поняла?
– Поняла! – она нетерпеливо ерзает на сидении, а у меня просыпается интуиция, которая подсказывает, что о своем решении придется пожалеть. Но я игнорирую ее и плавно нажимаю на газ.
Спустя пятнадцать минут паркуюсь напротив входа в сетевой магазин. Меня здесь знают, не первого потеряшку уже забираю.
– Пойдем, – бросаю Насте и первым выхожу из машины.
Продавец курит у входа и ждет нас.
– Добрый вечер, – киваю женщине в возрасте.
– А я так и знала, что приедете именно вы? – бросает она, как будто мы старые знакомые и улыбается. – Там ваша бабушка. Сидит у кассы, тихо плачет. Ничего не говорит.
– В полицию сообщили?
– А смысл? Только вам до них есть дело…
Женщина, конечно, преувеличивает. Полиция всегда включается в поиск и по возможности помогает нам, но спорить бессмысленно.
Входим в магазин. Старушку вижу сразу, на стуле у кассы. Сгорбленная, в старом пальто, сжимает сумочку, будто это самая большая ценность, и что-то беззвучно говорит.
На автомате оцениваю ее состояние. Дрожит, значит замерзла или переживает. Одета не по погоде, обувь такая, что далеко не уйдешь. Вся сжалась в комок, скорее всего боится.
Подхожу ближе, обращая на себя внимание.
– Здравствуйте. Мы из поискового отряда. Поможем вам вернуться домой.
Старушка поднимает голову, мутные, испуганные глаза смотрят на меня не так, как надо. Она отодвигается, прикрывается сумкой, словно я большой, незнакомый, потенциально опасный мужик. Впрочем, так и есть, разговора не получится. Надо звонить психологу.
Напряженный взгляд невольно цепляется за Цыпленка, что я привез с собой. Нахмурившись, рассматриваю ее, вполне располагающая внешность. Можно попробовать.
Отступаю на шаг, киваю Насте.
– Попробуй ты, – тихо говорю, отворачиваясь к полке с макаронами. – Надо найти с ней контакт.
Краем глаза наблюдаю за ней. Подходит и присаживается на корточки, становясь ниже.
– Здравствуйте, – голос тихий и участливый. – Меня Настей зовут. Я сегодня тоже потерялась, но меня нашли.
– На-астенька, – улыбается бабушка. – Какая ты красивая. И на внучку мою похожа.
Сработало, контакт есть.
– Спроси, холодно ли. Предложи термос.
Настя кивает и поворачивается:
– А хотите чайку горячего? У меня есть.
Бабушка кивает, а Чудина ловко откручивает термос и даже руки не трясутся. Словно всегда это делает.
Работа двигается очень медленно, но главное двигается. Я диктую, Настя исполняет.
– Спроси про животных.
– А у вас дома кто-нибудь есть? Котенок? Птичка?
Пауза.
– Кеша… мой Кеша… не покормлен…
Первый возможный ключ. Кеша.
– А дети у вас есть?
– Дети? – старушка на мгновение зависает, роясь в памяти. – Люсенька… моя Люсенька сейчас на работе…
Отлично, вот и Люся нашлась.
– А фамилия Люсеньки? – осторожно встреваю я.
– Так… Пономарева, вроде…
Отлично. С этим уже можно работать.
