Глава 5
– Да ёпт! – уже в пятый раз за последнюю минуту крикнула шаманка. – Да ну куда ты?!
– А я тебе говорила, что в открытой обуви нельзя, – напомнила Стеклова без злорадства, как бы между делом.
– Говорила-говорила, – нахмурилась Ксюха и присела на корточки. – Спасибо за заботу. В прошлый раз же всё нормально было…
Затем вздохнула тяжко и начала шарить рукой в трясине. На ногах у неё сегодня были надеты самые обычные сандалии на ремешках, которые довольно плотно застёгивались, обычная повседневная летняя обувь, однако местная хлябь засасывала их на раз-два. Да даже я в армейский ботинках с высоким голенищем уже набрал воды и еле чавкал от кочки до кочки.
Но я – это я. А «Альта» у нас – самостоятельное подразделение. Вот пускай сами себе шишки и набивают, если это не угрожает их жизни. А сандалии не угрожают, только неудобства создают.
– Василий Иванович, а почему тут всё по-другому?
– Без понятия, – честно ответил я. – Чертанова? Ты не в курсе?
– Нет, – помотала головой Катя. – Об этом демоница не рассказывала. А сама я как-то спросить не додумалась.
– Ну… теперь будем знать, – сказал я, наконец-то выбрался на твёрдую поверхность и подал девкам руку. – И готовиться получше. А то в следующий раз попадём в какой-нибудь арктический бублик и отморозим себе всё к чёртовой матери.
– Осторож! – заорала Ромашка и экстренно обратилась; так экстренно, что даже слово не договорила.
Из трясины безо всякого предупреждения выскочило зелёное чертырёхзубое хлебало. Местные «бегемотики». Зелёная такая чешуйчатая хрень, внешне неуловимо похожая на помесь гиппопотама и аллигатора. По всей видимости, придурошная эволюция бублика сплавила воедино два воинствующих вида.
Как та собака из мемов «Миритесь».
Размером твари были плюс-минус с промышленный двухдверный холодильник. Казалось бы, и покрупней монстрюг видали, но опасность заключалась в том, что… как бы так выразиться, чтобы прозвучало вменяемо? Короче, рот бегемота составлял не меньше половины самого бегемота, а потому распахивался в полтора человечьих роста.
И вот одна из этих тварей кинулась на Чертанову.
Ромашка метнулась спасать, но явно не успевала. Всех остальных девок я уже вытащил. Выход из ситуации был очевиден, и я уже приготовился расплющить тварь зарядом сырой энергии, но тут вдруг – вжух! – и кадет Дольче изволила ультовать.
Выдала в рот бегемоту настолько жаркий столб пламени, что он не то что запёкся, а обуглился и обратился в золу. Одни кости остались, и те копчёные – самое то на гороховый супчик. Ещё и болото вокруг Дольче закипело.
– Ух ты-ы-ы-ы, – выдохнула шаманка.
Вот как. Уроки с Чамарой не прошли даром.
– Ну давай, – хохотнул я и подал Чертановой руку. – Забирайся и рассказывай, что это было…
***
– Не-не-не-не, – сказал я. – Забудь. Сегодня ты не огневик.
– Ну, Василий Иванович!
– Всё, что не затрачивает ману, сразу идёт побоку.
– Но почему?!
– Потом поймёшь.
Чертанова уставилась на меня, как говнистый подросток на родителя, который отобрал у него приставку, и недовольно засопела.
– Я вообще-то повелительница огня.
– Гхм…
Смеяться я не стал, потому что это не смешно. Вот вообще ни разу. Судя по тому, что я видел несколько минут тому назад, прогресс у Дольче внушительный. Но как бы мне ни хотелось обесценивать её учёбу у демоницы, мне было что сказать по этому поводу:
– Уважаемая повелительница огня, – я мягко улыбнулся, чтобы заранее не обижалась. – Смотри, как получается. Судя по тому, что рассказывает твоя суккуба, в Аду с огнём так может любой дурак обращаться. А вот встретишься ты с демоном, и что тогда? И всё! Ты перед ним, по сути, безоружна…
– С чего бы мне вдруг встретиться с демоном? – продолжала супиться Дольче. – Чамара говорила, что вторжений не будет.
– А мы верим Чамаре на слово, да? Рогатая баба красного цвета с копытами, которая жрёт души, ну прямо вот сама собой вызывает доверие. Да и не может она говорить за весь Ад. Раз что-то случилось однажды, оно может повториться и вновь.
– Но…
– Сегодня мы развиваем магию, кадет Дольче. Твой побочный демонический дар к магии никакого отношения не имеет.
– Но…
– Я всё сказал. Чтобы огня я сегодня больше не видел. Только если от этого будет зависеть чья-то жизнь. Всё! Давайте лучше осмотримся получше…
Итак.
По эту сторону трещины оказалось болото, а потому бублик был тут же переименован из «астрального» в «болотный». Топь предстала перед нами во всём своём многообразии. Где-то обманчиво-твёрдый мох с прогалинами чистейшей воды, где-то грязевое месиво, где-то зелёная хлябь, а где-то живописные участки с камышом и водяными лилиями.
Кое-где островки размером самое большое пять метров в поперечнике. Ну и кочки. Кочки при этом как будто нарочно были расположены эдакими дорогами от островка к островку, как будто рукотворно.
Ну а теперь самое интересное.
Неба не было.
Основной свет давали синие и зелёные грибы, похожие на кучные семейства фосфоресцирующих опят. А светили они, внезапно, прямо сверху. Будто россыпь маленьких люстр.
Как так?
Да понимал бы я, блин, что тут происходит!
Пространство здесь выкинуло интересный фортель. Привычная мне физика махнула рукой, плюнула и куда-то свалила. Вместо того, чтобы уходить за горизонт, как и подобает нормальному вменяемому болоту, оно, наоборот, загибалось кверху. Круче, круче, ещё круче, на сто восемьдесят градусов и дальше до полного круга.
Болото было закольцовано вокруг нас.
Короче говоря, это и впрямь был бублик изнутри. Без самого бублика, зато с глазурью из болота. Почему вода не проливалась на нас сверху, почему светящиеся грибы росли только на «потолке», почему кочки расположились таким странным образом – всё это очень интересно и всё без ответа.
– Дичь какая-то, – сказала Шестакова, задрав голову кверху.
– А можее-е-е-е-ет, – задумчиво протянула Фонвизина. – Это осколки каких-то других миров? – но тут же тряхнула головой и добавила: – Нет, не может. Тут как будто бы всё специально спроектировано, вам не кажется?
Кажется! Ещё как кажется! Её Сиятельство тоже уловила что-то такое и подтвердила мои собственные мысли. Вот они – преимущества классического образования.
– Хотя, с другой стороны, – продолжила рыжая рассуждать вслух. – Откуда мне знать, какими должны быть осколки миров? Может, они и должны такими быть? Или всё-таки должны? Вот ведь… я, кажется, запуталась!
Так.
Хорош.
Я поймал себя на мысли, что слишком сильно загнался на тему всего нас окружающего. С одной стороны, трудно устоять перед желанием выдвинуть всякие разные гипотезы. С другой, дело это глупое и ненужное. Фактов у нас нет, приборов для измерения тоже. Этим будут сотрудники Державина заниматься, когда мы им всё это в отчете напишем. Им за это зарплату начисляют.
Мы пришли сюда качаться, а потому принимаем условия как данность и вперёд-вперёд-вперёд.
Тем более, судя по десяткам ноздрей, беспалевно торчащим над поверхностью болота, первая схватка вот-вот начнётся.
– Василий Иванович, а вон другие порталы, – это Смерть махнула куда-то рукой. – Видите?
Я присмотрелся и увидел кружащееся марево, тусклое, бугристое, цветом ну прямо грязь. В этом конкретно взятом бублике порталы почему-то не светились. Но! Размышлять и угадывать, почему они не светились, я специально не буду, ведь только что говорил себе про тщетность подобных размышлений.
И кстати!
– Тань, вырасти какую-нибудь опознавалку, как тогда, – попросил я. – Чтобы знать, откуда мы пришли.
Сказано – сделано.
На сей раз Стекловой не понадобилась её чудо-сумка с семенами. Здесь она и так была в родной природной стихии. Альтушка лишь присела на корточки, сорвала какую-то красную, похожую на клюкву ягодку и метнула её в сторону выхода.
И-и-и-и-и… бам!
Кусты выскочили из болота будто бумажный букет из рукава у клоуна. Выскочили и тут же начали обильно плодоносить. Так что теперь мы портал точно не перепутаем, – среди окружающего пейзажа он откровенно выделялся.
Вокруг него было красным-красно от ягод. Гроздьями прям висят. Яркие такие, наливные, сочные, аж съесть хочется.
Но делать я этого, конечно же, не буду.
Вернуться из первого же официального похода в иные миры с трофеем в качестве диареи не входило в мои планы. Министры не поймут.
– Василий Иванович, а ботинки можно магией просушить? – спросила Дольче с явным вызовом.
– Ботинки можно, – кивнул я. – И давайте уже готовьтесь к бою. Ромашка, ты первая пойдёшь.
– М-м-м-м? – оборотнесса по-собачьи наклонила голову.
– Да-да, первая. Вы сегодня по одиночке будете воевать. То, что вы сработались, это мне уже понятно. Теперь пора развивать дар.
– Но…
– И не надо мне тут! – оборвал я Фонвизину на полуслове. – Прозвучит как клише, но забудьте всё то, чему вас учили в Институте. Потому что в Институте такому не учат…
Я же ведь не просто так Чертановой огнём пользоваться запретил. Не из вредности или дурости. И в поле по мане просаживаться до упора тоже неспроста заставлял. Мне же их на Золото затащить нужно. А после Золотого Уровня теория, всё, заканчивается.
Точнее, заканчивается перед ним.
Уровни магии, как известно, получили своё название в честь металлов, простых и благородных.
Стартовый уровень – железо. Это потолок абсолютного большинства неродовитых магов, в которых сила пробудилась стихийно. Сельской знахарки, талантливого кузнеца, везучего торговца. Многие из них даже не подозревают, что своим успехам обязаны пробудившемуся источнику.
Родовитые же уровень «железа» преодолевают в возрасте несмышлёном и начинают учебу с этапа «меди».
Доучиваются до «бронзы», в самом лучшем случае до «стали». «Бронзой» обычно владеют хорошие маги-бытовики. Целители, артефакторы, архитекторы. На них держится весь наш современный магический мир.
«Сталь» – уровень воинов. Не простых, а элитных, вроде как императорская лейб-гвардия и кое-какие гвардейские полки. Обычно боевой маг берёт уровень «стали» годам к 30-и. И с ним же выходит на пенсию. Достигается долгими и упорными упражнениями, а также участием в различных мероприятиях, связанных с непосредственным риском для жизни.
У альтушек уже «сталь», так что они в своём возрасте элита из элит. А вот дальше уже сложнее. «Золота» достигают всего сотни из всех магов. «Платины» – единицы.
И, как и по какой причине происходит этот переход, никто до конца не знает. Точнее, есть теории, которые в институтах точно не преподают.
Но пускай сами всё увидят, а я пока решил озвучить им сегодняшнюю побочную миссию. Тоже, к слову, очень важную.
– Кадеты! Смотрите, как получается. У нас есть целитель, многофункциональный друид в качестве поддержки, аж два мага контроля и два беспримесных бойца ближнего боя. Это я сейчас о Шаме и Ромашке.
Девки заинтересовались и даже как-то машинально построились, чтобы внимать было поудобней. Ноздри в болоте пока что просто принюхивались и нападать не спешили.
– Группа у вас тем временем уже укомплектована. Новеньких не ждём, стареньких не отпустим. И вот какая заковыка получается, девочки: на роль танка никто из вас не годится… во всяком случае пока что. И всё бы ничего, если бы Его Величество не попросил сделать из вас отряд егерей. А егерям танк необходим, у них работа такая – волны отбивать. Нужен фронтмен, который мимо никого не пропустит и всех на себя соберёт…
– Так ведь Ромашка…
– Я тоже так думал, – сказал я. – Но оборотнесса видится мне в качестве эдакого берсерка. Осмысленного и беспощадного. И быстрого, что важней всего! Каждая секунда её простоя в перспективе может оборвать жизнь какому-нибудь монстру.
Девки покивали, а Ромашка почесала когтистой лапой голову.
– Но мы здесь сегодня за тем, чтобы прикинуть все варианты. И именно поэтому вы будете драться по одиночке, и именно поэтому Ромашка первая. Всё! Погнали! До полной разрядки, поняли?! И не ссаться мне тут! Я рядом и, если что, поддержу…
До полной, мать её, разрядки.
До предела возможностей и чуть-чуть за него.
Именно так оно и работает.
Маг на самом деле – это ведь та же батарейка. Чтобы она хорошо работала, её периодически нужно гонять по крайностям. Максимально разряжать и максимально заряжать. И вот тогда-а-а-а… тогда и только тогда возможен прорыв к Золоту и выше.
Всё, что до, приходит само, постепенно и незаметно, без каких-либо резких рывков в развитии. Всё, что до, можно сравнить с мышцей. Практикуешься, качаешься, тягаешь железяки, и мышца будет в тонусе. Обленился и забросил, вполне ожидаемо обрюзг, одрях и ничего не можешь.
Вопрос дисциплины.
А вот всё, что дальше, это уже совсем другое дело. Именно поэтому Золотого уровня чаще всего достигают именно боевые маги, военные, которые именно в активных боевых операциях участвуют, на линии соприкосновения с противником.
Почему?
