– Возникли определенные сложности, – расплывчато отвечаю я. – Приготовь мне ванну и новую одежду.
– Камзол? – уточняет он.
– Нет. Кожаную куртку.
Гридер только кивает, тут же исчезая, чтобы выполнить мое поручение. Сам я отправляюсь в кабинет. Пишу несколько сообщений: агентам тайной полиции, своим людям в городе и запрос в храм. Еще один, хотя уже получал от них ответ.
На столе нахожу ответные письма из храмов других городков герцогства. К счастью, туда еще не докатилась волна похищений, но их тоже надо поставить в известность, чтобы они были готовы. Еще бы понимать точно к чему.
– Ваша ванна готова, – докладывает Гридер. – Завтрак накрыть в столовой?
– К демонам столовую! Кухни достаточно, – отмахиваюсь я.
Иду к себе, стягивая грязную, провонявшую потом и дешевым табаком куртку разбойника и его же рубашку. Но должен отметить, ткань и кожа добротные – наверное, тоже снял с кого-то.
Проходя мимо, только бросаю взгляд в зеркало, видя, что сейчас сам больше похож на того разбойника, чем на герцога Фларена. Не удивительно после последних двух суток.
Погружаюсь в горячую воду, чувствуя, как ноют все мышцы после вчерашнего путешествия без седла и утренней неблизкой прогулки. Все же человеческие тела более хрупкие, драконьи. Да, у меня есть фора по сравнению с обычными людьми, но все же…
Забавно, что это позволяет мне лучше понять, каково это, жить без драконьей магии, но делает в то же время уязвимым.
Например, к нападениям из засады. Гады знали, что герцог Фларен поедет той дорогой. Откуда – уже десятое дело, но ловушка там была хорошо продумана. Там, где дорога выходила из перелеска на край обрыва у реки. Их было десять хорошо обученных ассасинов, намеренных идеально выполнить свое задание.
К сожалению, нападавшие увидели мое лицо – активировать артефакты морока я не успел, к счастью – никто из них точно никому и ничего не расскажет. Но и я в полной мере смог почувствовать, что значит быть на краю жизни и смерти. Видимо, тогда и свалился с обрыва в воду. Хорошо, что наручи остались на месте.
А потом была эта сумасшедшая девчонка, которая вытащила меня на берег, вместо того чтобы бежать. Ночь у костра, потом дорога на одном коне…
Элиз.
Кулаки невольно сжались. Я запрокинул голову и закрыл глаза.
Перед внутренним взором снова возникло ее лицо. Упрямый подбородок, раскрытые от удивления пухлые губы и этот взгляд… Даже когда я придавил ее, готовый убить, она не испугалась. Точнее, она испугалась моего резкого движения, захвата, внезапности. Но не меня!
Она не знала, кто я. Для нее я был просто наемником, которому не повезло. Не чудовищем, хотя я был не в том состоянии, чтобы прятать глаза.
Элиз дерзила, ворчала, донимала вопросами, на которые я не собирался давать ответы, но не видела во мне монстра.
Эта мысль резанула по сердцу острее ножа.
А должна была.
Я посмотрел на свои руки, лежащие на бортиках мраморной ванны. Широкие ладони, способные ломать шеи. Но не эта сила убивала, а та, которая сейчас запечатана глубоко внутри меня. И так на свой страх и риск выпускал Армареля, чтобы разобраться с платьем Элиз и немного подлатать себя.
Элиз.
Память, безжалостная и точная, мгновенно перенесла меня на несколько лет назад. В другой дом. К другой женщине. Я ее не любил, нет… Но между нами было то, что зовется душевной близостью. Доверие.
Лайара, дочь обнищавшего аристократа, как и Элиз, не боялась меня.
Она была тихой, заботливой, нежной. Она смотрела на меня с теплотой. Но каждый раз, когда я приближался, я видел, как расширяются ее зрачки. Она не любила меня, но и не убивалась из-за необходимости быть моей женой.
Лайара даже… Даже выдержала поток моей силы во время брачного ритуала. Казалось, раз Праматерь не дала мне истинную, так хоть семья у меня могла быть.
И дома, в Сиртании, я позволял себе снимать наручи, а сила Искры в Лайаре позволяла ей выдерживать мою магию.
“Ты никогда не сделаешь мне больно”, – говорила она, доверчиво обнимая и глядя в глаза.
Я сжимаю бортики ванны, пытаясь отогнать видение, но оно стояло перед глазами, как живое. По мрамору разбегается паутинка трещинок, а грудь стягивает застарелая боль вины так, что дышать невозможно.
Нет. Я ни за что не позволю повториться этому. Никогда.
Вода уже остыла, и я, отмыв с себя остатки последних трех дней, вылезаю из ванны. Гридер оставил плотные льняные штаны и простую рубашку на моей кровати. Рядом же лежит кожаная куртка, которая не стесняет движения и удобна с моими наручами.
– Гридер, – зову я камердинера. Он тут же возникает на пороге моей спальни. – Не буду озадачивать этим Тардена. Найди мне все, что известно о Лизабет Левенс. За последние… семь лет.
– Что-то конкретное? – Гридер стоит передо мной, сложив за спиной руки в замок.
– Все. Особенно про ее семейную жизнь, – натягивая куртку, говорю я. – Что у нее за очень заботливый и любящий муж такой…
Гридер кивает, не задавая лишних вопросов, и выходит. Я подхожу к зеркалу и заглядываю в свои глаза чудовища.
– Ты не тронешь ее, – говорю я себе и дракону, который заперт наручами. – Ты просто убедишься, что ей ничего не угрожает. И будешь держаться от нее подальше.
Глава 15
Что?! Пока я обалдеваю от произошедшего, Бьерн берет ключ и уходит в сторону лестницы. Я дожидаюсь, пока он скроется из вида, а сама подхожу к хозяйке:
– Как это называется?! – возмущенно спрашиваю я. – Вы сказали мне, что комнат нет.
– А их и нет, – не моргнув глазом отвечает женщина.
– Но вы уже после меня выдали ключ!
– Вы – не он.
Неоспоримость этого утверждения не вызывает сомнений. Я точно не Бьерн. И даже не мужчина. Порой это невыносимо бесит.
И вот что теперь делать? Мне нужно место для Грома, для меня и для моих экспериментов. Сегодня, потому что ночевать под открытым небом мне не очень хочется.
Догнать Бьерна и попроситься к нему? После того как он ушел и даже не попрощался? С одной стороны – почему нет. Выгода, да и есть вероятность, что не откажет. А с другой – на душе неприятно, уязвленная гордость и обида царапают, мешают самой первой подойти к нему.
Хотя о какой гордости вообще может идти речь, учитывая, что я семь лет жила с мужем, который только пользовался мной и моими наработками?
Вот поэтому и не пойду к Бьерну! Сама, значит, сама!
Пока я стою и взвешиваю все за и против, не замечаю, как рядом все громче звучит странный диалог.
– Неужели откажешься? – слышится слащавый, растягивающий слова голос. – Я тебе не дам заскучать. Тебе понравится…
– С моей женой мне никогда не бывает скучно, – над ухом раздается низкий раскатистый и очень знакомый голос, а потом меня в охапку сгребает большая, сильная рука. – Ведь так?
Прижатая к мощному торсу Бьерна, я с трудом поднимаю голову и встречаюсь с его взглядом. Глаза сейчас не золотые, а скорее похожие по цвету на густую темную карамель, и лишь в их глубине я все еще замечаю отсветы драгоценного металла.
Что? С… женой?
Его губ касается едва заметная улыбка, как будто говорящая: “Бросаю тебе вызов. Слабо?”
Я поднимаю одну бровь, и взглядом отвечаю: “А не обнаглел ли ты?” Но вслух произношу совсем другое:
– Конечно, ты прав, дорогой мой, – и скольжу рукой по его груди вверх, чуть задевая кожу на шее.
Вот тут золото глаз в момент вспыхивает, и я успеваю заметить, как Бьерн усилием гасит пламя. Не только же мне удивляться.
Лишь краем глаза я замечаю, как девушка в весьма откровенном наряде надувает обиженно губы и теряет интерес. В груди почему-то разливается удовлетворение, как будто для меня было бы очень неприятно, если бы Бьерн все же предпочел эту разряженную красотку.
– Тогда чего ждать? – словно продолжая играть роль, говорит наемник. – Идем… не скучать.
Он ослабляет хватку, и мы поднимаемся в комнату, которая, вообще-то, должна была быть моей!
В самом конце коридора, за тонкой низкой дверью нас встречает крохотное помещение с узкой кроватью, стулом, столом и умывальником в углу около окна с не очень чистыми стеклами. В общем, было бы за что бороться, но на безрыбье и рак рыба.
– Что это значит? – дождавшись, когда Бьерн закроет за собой дверь, спрашиваю я. – Какая жена?!
– Взаимовыгодный договор? – вопросом на вопрос отвечает наемник.
– И в чем моя выгода? – не удерживаюсь я. – Вообще, я имею полное право послать тебя лесом.
– Мы оттуда уехали уже, – усмехается Бьерн. – Тебе нужна комната. А мне нужно было отделаться от навязчивого внимания.
Я скептически смотрю на него, ощущая тут какой-то подвох. Но решаю не упускать появившуюся возможность, поэтому сразу предлагаю решить насущный вопрос:
– Мы не будем спать на одной кровати.
Да, это не вопрос, но ситуация требует пристального внимания.
Бьерн бросает взгляд на единственное спальное место, потом на меня, как будто примеряясь, вдруг получится, но я переплетаю руки на груди, ясно давая понять, что не стоит даже рассчитывать.
Он возвышается надо мной огромной скалой, заполняя почти все пространство комнаты, согревая одним присутствием и наполняя спертый воздух комнаты ароматом лесного костра и опасности.
Бьерн некоторое время молчит, но по глазам вижу, что он принял уже решение, просто заставляет меня поволноваться.
– Я куплю одеяло, чтобы спать на полу, – наконец, говорит наемник. – С тебя мыло, потому что тем безобразием, которое выделяется в этой гостинице только сапоги мыть, и то опасно. Для сапог.
Мыло? Вот уж нашел проблему. Я из любого мыла сделаю конфетку, если будут ингредиенты и возможность. Хотя тут я ограничена, да…
– Договорились.
На самом деле условия более чем выгодные. Да и после проведенного дня на одном коне уже не очень страшно. Наверное.
Мы договариваемся встретиться вечером, чтобы вместе поужинать. Бьерн уходит по своим делам, а я отправляюсь по своим, которых у меня немало, если я хочу, чтобы у меня все получилось.
Первым делом иду в ближайший салон с платьями. Не очень дорогой, но и не совсем простой. Выбираю сдержанное платье темно-бордового цвета с белыми кружевами. Оно не вычурное, но заметно, что из качественной ткани и пошито аккуратно и со вкусом. Именно то, что мне надо. Его доставят прямо в гостиницу.
Далее посещаю аптечную лавку, где беру фарфоровую ступку с пестиком, венчик и несколько стеклянных пипеток и палочек. А еще масляную горелку. Под странным взглядом аптекаря выбираю обычные розовую и мятную воды, а еще несколько редких масел и вытяжек. Вижу яркий блеск любопытства в его глазах, но он не решается спросить.
Заодно захватываю с собой мазь, которая должна помочь с раной на руке – ее время от времени начинает дергать, а это не самый хороший признак. Могла и занести туда что-то нехорошее.
Это все забираю с собой сразу, потому что не доверяю никому, и уже на обратном пути захожу на рынок: это только кажется, что самые лучшие косметические средства требуют только дорогих ингредиентов. На самом деле основа всегда самая простая и доступная. Но чем качественнее она, тем эффективнее действие.
Поэтому особо тщательно выбираю сметану, подсолнечное масло, использование которого стало инновацией, позволившей нашей фабрике стать уникальной, мед и несколько разных овощей. А, ну и кусок хорошего мыла, которое точно не высушит кожу.
Конечно, разойтись по полной мне не позволяет ограниченность бюджета, но и этого должно оказаться достаточно, чтобы сделать кое-что абсолютно новое. То, что до Франца еще не добралось. И не доберется!
В приподнятом настроении я возвращаюсь к гостинице, когда на город уже начинают опускаться сумерки. Я уже предвкушаю, как обустрою себе небольшое рабочее место, наверное, как раз на подоконнике. Так уже соскучилась по работе!
А потом меня ждет вкусный ужин.
Но чаяниям моим не суждено сбыться. Потому что за квартал до гостиницы меня резко дергают за рукав и затаскивают в какой-то проулок. Я оказываюсь в окружении очень… нет ОЧЕНЬ недовольных женщин, в одной из которых я узнаю ту самую, что проигнорировал Бьерн. Что ж, понятно…
– Ты! – восклицает та самая. – Решила, что можно беспрепятственно работать на нашей территории?
Глава 16
Я, конечно, пережила за последние дни многое, но чтобы меня приняли за девицу не самых крепких моральных устоев… Ну это уже слишком!
– Я? Ни в коем случае! – отказываюсь я и натягиваю самую наилюбезнейшую улыбку.
С ними точно не хочется ссориться, потому что сдерживаться они не будут, а выйти победительницей из этой схватки я не смогу. Я не настолько хорошего мнения о себе. К тому же у меня под мышкой мои драгоценные инструменты, которые могут драки не пережить.
– Врешь! Нам хозяйка сказала, что ты отдельно от этого красавчика пришла. А потом свои руки загребущие на него протянула! – выступает обиженная девица.
– Ну, допустим, это не я на него, а он на меня, – говорю, а сама судорожно пытаюсь придумать, что же мне делать. – Да и не заплатил он мне ни монеты. Еще и мыло с меня потребовал.
Кажется, эта информация сбивает всех с мысли, потому что они как-то удивленно переглядываются:
– Вот прям… И не заплатил? Вот козел, – доносится со всех сторон.
Так… эффект нужный, я основной запал с них сбила, осталось только “добить”. Кстати…
– Ох, – хмурюсь я, и хватаю одну из девушек за руку. – Что у тебя с руками?
