– Знаю, – выдыхаю и приземляюсь на скамейку, как только выходим из здания.
– И? Что будем делать дальше? – спрашивает, а сама оглядывается по сторонам.
Ищет кого-то?
Наши расходятся кто куда. Кто небольшими группами, кто парами. Машины, самокаты… Здесь учится элита. У кого личный шофер, у кого личное авто. Кто не заморачивается, тот на электросамокате или на моноколесе, если уж совсем хочется выделиться из толпы.
Я? Я хочу закрыться в своей комнате и никого не видеть. Я не то чтобы ненавижу свое окружение. Я его переела. Тошнит!
– А не знаю, – вздыхаю. – Хотя, я бы сейчас выпила чашку крепкого…
– Пить? Ты серьезно? – удивляется Ника.
– Кофе, кофе конечно, о чем ты вообще подумала? – деланно возмущаюсь и натягиваю улыбку. Даже улыбаться мне больно. Начинает казаться, что я вся сплошная боль.
– А, ну пойдем в наше кафе, – предлагает. – Я бы тоже съела кусок пиццы, – вздыхает.
– И потом будешь жаловаться, что эта пицца отложилась в твоих боках? – задеваю ее. Даже уже не знаю, специально или так… по привычке. Или потому что хочется чтобы больно было не одной мне.
– Вот сейчас могла бы и промолчать. Но куда там? Тебе даже головная боль от похмелья не завязывает узлом язык, – все же обиделась Ника.
– Ладно, прости, пойдем, я плачу, – и извиняться я тоже не умею.
В нашем кафе любим тусить не только мы. Многие студенты, так как оно недалеко от универа находится. И здесь, надо признать, варят самый отменный кофе. Сюда я только из-за него и могу ходить после пар.
Ника заказывает пиццу для нас двоих. Так и быть, я все же попробую запихать в себя кусок, так как с утра ничего не ела. И тошнить меня сейчас может только по двум причинам – или все же от вчерашнего пойла, или от голода. Третьего не дано.
– М-м-м, – с удовольствием откидывается на спинку диванчика.
Мы всегда выбираем место у окна. Здесь можно пялиться на прохожих и оставаться незамеченными. И еще видно зал как на ладони. В общем, люблю это место. А таких в городе не так уж и много.
Делаем заказ. Я утыкаюсь в телефон, Ника на меня.
– Что? – не выдерживаю ее взгляда.
– Вот знаю тебя второй год, а так тебя и не поняла, – выдает мне признание.
– Чудненько, – хмыкаю. – А в чем вопрос?
– Ты почему такая колючка?
– Да здрасти. Я такая, какая есть. Не думай, что я тут под прикрытием. Не-а, – опираюсь спиной о спинку.
– Ну-ну, – поджимает губы и берет свой телефон в руки.
Я же продолжаю заниматься, скроля ленту.
– Ваш заказ, – приносят нам и кофе, и пиццу.
Надо признать, я действительно проголодалась. Судя по желанию съесть слона, как только запах пиццы попадает в нос.
Налетаем с Никой на бедную пепперони и с жадностью вгрызаемся в нее зубами.
– М-м-м, – тянем почти одновременно. И встретившись взглядами, улыбаемся.
А черный крепкий кофе бодрит не по-детски. Ощущение, что все нейронные клетки в моем мозгу заискрили. Кажется, жизнь заиграла новыми красками.
После кафе выходим на улицу. Набираю сообщение водиле.
– Тебя подвезти? – спрашиваю Нику.
– Нет, спасибо, я на автобусе.
– Да брось, – осуждающе смотрю на нее.
– Да не парься. Пойду на остановку.
– Пока, – прощаемся, и я остаюсь ждать машину.
Пока пялюсь в телефон, то и дело поднимаю взгляд и смотрю на другую сторону дороги. Замечаю дорогое авто, как машина паркуется у обочины. Снова в телефон опускаю взгляд. А когда поднимаю вновь, то вижу мужчину. Вернее, его спину, затылок… и что-то внутри ёкает.
Тряхнула головой, усмехнувшись. Приглючит же!
Рядом останавливается машина. Надо же, не прошло и года. Водитель выходит, открывает мне дверь, и я забираюсь в прохладный салон авто. Выдыхаю, закрыв глаза.
– Куда?
– Домой, – отвечаю устало.
Этот день выжал из меня все силы. Или их и так не было еще после ночного загула? Да и не важно. Сейчас бы добраться до дома, забраться в горячую расслабляющую ванну, а потом под одеяло и спать. До вечера, а лучше до следующего утра.
И все задуманное было вполне выполнимым. Мне удалось принять ванную. Удалось уснуть. Но меня разбудил телефонный звонок. Не ответить не получилось. Потому что трель телефона продолжалась снова и снова.
– Да, – отвечаю резко, охрипшим ото сна голосом.
– Ты что там делаешь? Спишь? – звучит отцовский голос.
Черт.
– А что, это запрещено в твоем доме? – огрызаюсь.
– Будь добра спуститься к ужину, который будет в восемь часов. Я скоро буду дома, – говорит он, заставляя мои нервные клетки бунтовать.
– Не хочу есть!
– Составишь компанию, – сбрасывает вызов.
Да как тут жить?
Откидываю телефон на кровать и зарываюсь головой в подушки.
Задолбал! Достал! Командир хренов!
К назначенному времени спускаюсь вниз. В столовой накрыт стол. Отец в своем кабинете с кем-то разговаривает по телефону. Его голос слышно даже тут.
– Его ждать? Ага, разбежалась.
Сажусь за стол и накладываю себе поесть. Оказывается, я жутко голодная. Да и домработница сегодня постаралась на славу. Сколько всего вкусного! Запеченные овощи, нежнейшее мясо, несколько видов салатов. И эти пирожные, от которых отказаться просто невозможно.
– Приятного аппетита, – появляется родитель.
– Извини, тебя не дождалась, – отвечаю с набитым ртом. Он такое не любит. В прошлый раз устроил скандал, когда я за столом в телефоне сидела. Этикет, аристократические замашки, хотя дед вообще в шахтерской семье вырос.
Отец морщится.
– Хотя нет, – тут же поправляюсь, – не извиняй. – Усмехаюсь и наливаю себе в бокал воды. Лимон тоненькой долькой плавает на поверхности.
– В кого ты такая заноза? – рычит он, но садится за стол. Разглядывает блюда.
– Надеюсь, это риторический вопрос, – отвечаю ему, – а то тебе ответ не понравится.
– Всё, хватит дерзить, – злится.
– Так по какому поводу ты хотел меня сегодня видеть? – кажется, я наелась. Отодвигаю тарелку с недоеденным мясом.
– У меня юбилей на днях.
– Угу, – беру кусочек пирога. Надкусываю. Крем тает во рту, пальцы испачкались в шоколаде, ищу взглядом влажные салфетки.
– Заказан ресторан. Будет много гостей. Много важных гостей, Агата, – давит интонацией, будто я не понимаю с первого раза. Он всегда так со мной разговаривает – как с умственно отсталой.
– И? – поднимаю на него взгляд. – Я-то тут при чем?
– Ты моя дочь, – будто напоминает. Кому? Мне?
Усмехаюсь.
– Ты обязана быть там. Дресс-код соответствующий. И никаких открытых пупков и разрезов до трусов!
Да, я могу. Могу надеть то красное платье, которое он ненавидит, могу выглядеть так, что все эти важные гости рты откроют.
– День, время?
– Пятница, семь вечера. Ресторан «Гранд».
Оу… Дорого-богато… Пафосно до тошноты.
– А если…
– Никаких если. Ты обязана там быть. Иначе лишу всего! – рычит и бьет кулаком по столу.
Классика жанра – сначала просьба, потом ультиматум.
– Хорошо, папочка! – растягиваю гласные, вкладывая в это слово максимум сарказма.
– Как учеба? – вдруг меняет тему.
– Что? – округляю глаза. – Мне послышалось?
– Хватит ерничать! Я серьезно спрашиваю.
– Ты серьезно? Зачем тебе эта информация? Ты лучше следи за своими заказами, поставщиками, тендерами, что там еще у тебя?! А не отвечай, мне плевать! – с грохотом отодвигаю тарелку и выхожу из-за стола. – Умеешь ты испортить аппетит.
Тороплюсь наверх, к себе в комнату. И от души хлопаю дверью.
Достал!
Падаю на кровать, смотрю в потолок. Бежевый. Мама когда-то выбирала этот цвет, говорила, что он успокаивает. Не успокаивает.
Пятница. Это буквально через два дня. Нужно подумать, что надеть, найти нормального мастера по маникюру в такую спешку, решить, как пережить вечер в компании отцовских друзей. И мне, по сути, плевать бы на этот чертов юбилей. Там будут его партнеры, важные для него гости. Что мне делать среди этих пузатых и лысых мужиков в возрасте, которые будут обсуждать курсы валют и новые яхты? По мне так завалиться в клуб с Никой, заказать пару коктейлей, танцевать до упаду – и то приятнее.
Беру телефон и падаю на кровать. Листаю ленту, просматриваю сообщения.
Ника: “Ты это видела?” – прилетает от подруги сообщение.
И фотка.
Листаю дальше, почти не глядя, но что-то заставляет вернуться. Палец замирает над экраном.
Зависаю.
Телефон снова пиликает.
Ника: “Это он, да?”
Похож. Очень похож. Хотя прошло три года, и я запрещала себе гуглить его, искать в соцсетях, спрашивать у общих знакомых.
Строчу ответ ей, а сама снова возвращаюсь к фото. Здесь плохо видно. Размыто, вечернее освещение, кто-то снял на телефон издалека. Но видно же...
