— Разумеется, — уверенно кивает Кай.— Адептка Лив Руж по ошибке перепутала заклинание призыва с заклинанием обезоруживания.
— Что? — охает профессор Сайра.
Ректор похож на неподвижную угрюмую статую, а я… А я пытаюсь переварить слова наставника.
Не было ведь такого! Я все правильно сделала!
— Хотите сказать, адептка-первогодка использовала древнее запретное заклинание? Где она, по-вашему, его взяла? — Седовласый ректор прищуривается.
Меня же дрожь берет от упоминания о запретности. Только обвинения в подобном мне не хватало. Может, вмешаться? И что я скажу? Что понятия не имею, как это произошло?
— Возможно, она читала когда-то об этом в библиотеке староверов. Вот и отложилось в голове. Нам ведь известно, что у староверов много интересныхкниг, — отвечает Кай, делая странный акцент на слове «интересных».
На что это он намекает?
— Даже если так, Силах — это не обычное оружие. Он привязан к душе и сердцу, заклинание обезоруживания не сработало бы. Тем более что ее магия почти не просыпается. Для подобного нужен очень сильный резерв! — не соглашается профессор Сайра, в то время как господин ректор становится не на шутку задумчивым.
— Магия адептки Руж нестабильна. Эмоции пробудили ее на мгновение, а Дэзар не успел коснуться своих стрел. Это я видел своими глазами. И утверждаю, что все это — случайность. Лив Руж сделала это по незнанию, без злого умысла. Сама не поняла, как перепутала, — заверяет Кай.
А я уже не понимаю: он мне помочь хочет или уничтожить. Но взглядом велит помалкивать.
А стоит ли его сейчас слушаться?
— Перепутала? Вот так просто? Предлагаете спустить это ей с рук? — не унимается Сайра.
— А вы жаждете ее наказать? — Наставник Гарей щурится. И это «жаждете» звучит так, словно тут замешано что-то личное.
— Адептка Руж была неосмотрительна и перенервничала. Она поклялась, что больше такого не будет. Более того, она сегодня же выучит все правила, — убеждает ее Кай.
Теперь это звучит как попытка выгородить меня.
Но зачем? Зачем вообще нужна вся эта ложь? Или он действительно думает, что дело обстояло так?
— Я вас услышал, наставник Гарей. Ситуация ясна. Что касается меры наказания или его необходимости… — тянет ректор, глядя сначала на преподавателей, а затем на меня. — Адептка Руж, жду вас к концу дня в своем кабинете. А сейчас возвращайтесь на занятия.
Ректор и профессор Сайра, которой явно хотелось крови, уходят. Мне тоже следует покинуть кабинет, даже несмотря на то, что к наставнику у меня куча вопросов. А еще у него есть тот камень, к которому я точно не намерена притрагиваться.
Так как же быть? Остаться? Или уйти, пока меня опять не начали пытать?
— Адептка Руж, вы не собираетесь возвращаться на занятия? — поторапливает профессор Сайра.
Итак, выбор сделан за меня.
Молча киваю и под пристальным взглядом наставника Гарея следую за женщиной. Чувство, что я вляпалась в какую-то непонятную опасную игру, усиливается. В голове десятки вопросов, и нет ни намека на ответ. А у профессора Сайры такой вид, будто она хочет устроить допрос с пристрастием прямо сейчас.
— Адептка Руж… — начинает она, но ректор, остановившись на первых ступенях мраморной лестницы, подзывает ее к себе.
— У нас с вами дела, профессор Сайра, — выдает он, даже не догадываясь, что спасает меня. Или он делает это специально?
В любом случае она вынуждена подчиниться. Кинув на меня злой взгляд, профессор Вобла уходит за ректором. Я же несколько секунд смотрю им вслед, наблюдая, как длинные мантии скользят по белоснежным ступеням. Светлый холл пустеет, а мне пора в темный длинный коридор.
Идти на стадион совсем не хочется. Наверняка сейчас все кому не лень будут глазеть. Потому шагаю медленно, разглядывая то каменную кладку стен, то мерцающий желтый свет тусклых канделябров. Как вдруг спиной ощущаю взгляд. Оборачиваюсь, но вокруг пустота. Почудилось? Опять?
«Лучше поскорее уйти», — думаю я, но едва делаю несколько шагов, как меня будто волной подталкивает в сторону. Подвернув ногу, я припадаю локтем к двери. Только вот дверь вовсе не твердая, а упругая. И она ловит меня… рукой?
Боги! Невидимой рукой!
От осознания случившегося в ужасе пытаюсь отпрыгнуть, но вместо этого заваливаюсь вперед, потому что дверь как по волшебству открывается. Я падаю на пол. Точнее, на нечто невидимое, что располагается между мной и полом.
— Боги! — хочу завопить я что есть силы, но мои губы запечатывает невидимая, однако вполне себе ощутимая горячая рука.
От ужаса подскакиваю, впечатываюсь спиной в стену и во все глаза смотрю на невидимку. Точнее, на пол, так как самого мага, ясное дело, не видно. Если он вообще на полу. А может, уже встал? Рядом?
Кто и зачем будет ходить в таком виде? Явно ведь, что не из хороших побуждений скрывается. А что, если схватит меня?
Меня охватывает такая паника, что я вылетаю из комнаты, которую толком даже не рассмотрела. Как угорелая несусь по коридору, пока не натыкаюсь на трех знакомых здоровяков.
Дил, Асар и Клайм!
— Боги, Лив! Тебе что, экзамен по бегу поставили? Убьешься! — хохочет самый высокий из шатенов.
И я бы и рада ему сказать, от чего убегала, но дыхания не хватает.
— Погоди, Дил… — Самый серьезный из троицы, он же Асар, подмечает мою бледность и испуганные глаза. — Лив, что-то случилось?
— Там… Там… — запыхавшись, выдаю я, только вот двух слов связать пока не получается.
— Может, главу нашего встретила, вот и удирала, — подкалывает Клайм.
— Там невидимка! — наконец-то озвучиваю я парням свой ужас.
А они смотрят на меня так, будто я сказала, что черепахи могут летать.
— Хорошая шутка, Лив, — хохочет Дил, однако стоит ему приглядеться к моему лицу, как смех сходит на нет. — Это не шутка, да?
— Невозможно! — тут же отрезает язва Клайм. — На территории Эш-Альса иллюзии и невидимость под запретом!
— Под запретом — не значит, что невозможно, — задумчиво тянет Асар.
— Блокирующие печати, брат, — напоминает Дил.
Потом эти трое очень подозрительно переглядываются и переводят на меня пугающие взгляды.
— Ты уверена, что ничего не перепутала? Где это было? — спрашивает Асар.
— Там. — Я указываю пальцем в глубь коридора.
Парни тут же выстраиваются в живую стену. Они что, туда собрались?
— Ну пойдем. Найдем этого гада! — решает Асар, стреляя в меня решительным взглядом.
— Чего? Я обратно не пойду!
— Пойдешь-пойдешь! А этот шкодник, если он есть, за все ответит. Нечего запугивать нашу новенькую.
— Где еще мы найдем такую бестию, которая даже у главы Силах умудрилась отнять? Страх в сторону, рыжуля. С нами тебе нечего бояться, — добавляет Дил.
И даже язвительный Клайм сейчас с ним согласен.
— Показывай дорогу.
Э-э-э…
— Туда, — говорю я героям, а сама думаю: «Не лучше ли было позвать профессора?»
Но парни уже загорелись игрой в охотников, и их, кажется, не остановить. Да и не страшно уже рядом с ними. Вроде.
— Расскажи подробно, что случилось, — просит Асар.
Пытаюсь воспроизвести все, что запомнила, пока мы подходим к высокой темной двери.
— Здесь? — спрашивает Клайм.
Я киваю. Он дергает ручку, но дверь даже не думает открываться.
— Запечатана. Причем сильной магией.
— Уверена, что не ошиблась? — уточняет Асар.
— Скорее, она головой ушиблась, вот и померещилось, — опять язвит Клайм и получает суровый взгляд не только от меня, но и от всех парней.
— Только что была открыта, — не соглашаюсь я и хватаюсь за ручку.
И… дверь открывается.
Парни награждают друга колким взглядом.
— Что? — тянет Клайм, но ответа его не удостаивают.
Все входят внутрь, и теперь я могу разглядеть мрачное помещение, заполненное мебелью и вещами, накрытыми пыльными простынями.
— Это склад? — приходит мне на ум.
— Склады просто так не запечатывают. — Клайм напрягается и резко переходит на шепот. — Как ты вообще открыла дверь, Лив?
— Говорю, это не я!
— Ага, невидимка. Только вот никого, кроме нас, тут нет, — шепчет он.
Затем парень вытаскивает из кармана розовый порошок в женской пудренице и, буркнув что-то себе под нос, сдувает верхний слой. Тот легким облаком разлетается в воздухе и бесследно исчезает.
— Что и следовала доказать. Никого, кроме нас, тут нет. Да и нам не стоит тут находиться. Дверь не просто так была запечатана!
— Погоди, — останавливает ребят Дил, который уже успел заглянуть под одну из простыней. — Это вещи покойного ректора?
— Какого ректора? — переспрашиваю я, хотя слово «покойный» расслышала четко.
Даже мурашки по спине побежали. Не люблю я такие разговоры.
— Ректора Гайба. Он погиб два года назад. Отец Дьемара его убил, — выдает Асар, пока остальные парни начинают изображать из себя инспекторов и все осматривать.
— Что? — охаю я.
— А тебя правда вдали от мира держали, — вздыхает Клайм, только уже не так колко, как прежде. — Ты разве не знаешь, что творилось в Эш-Альсе в последние несколько лет? Его даже закрывали на год.
— А когда открыли, история повторилась, — подхватывает Асар. — Преступник был пойман с поличным и убит при сопротивлении. Правда, и инспектор погиб.
Инспектор — это отец Дэзара?
— Не верю я, что ректор Гайб был виновен, — бубнит себе под нос Клайм. — Мой старший брат у него учился. Говорит, что старик не пошел бы на такое.
— На какое — такое? — спрашиваю я, а у самой вместо кожи уже одни мурашки. И страх липнет к телу так, что даже дышать боязно.
— Давайте обсудим это потом. А сейчас уходим, пока нас не поймали, — поторапливает Асар.
Мы подаемся к выходу, но застываем на месте.
— Глава? — охает Дил, обнаружив в дверях сурового дракона, глядящего на нас таким взглядом, будто сейчас на части разберет.
— Что вы здесь делаете… вчетвером? — сталью звучит голос Дьемара. Даже воздух густеет в этот момент.
Взгляд его становится строже и застывает прямо на мне. У него на меня зуб? И этот зуб очень острый, судя по выражению его лица.
— Лив кое-что почудилось. Дверь была открыта, вот мы и… — начинает Дил.
Но глава не ждет окончания невнятной речи.
— Я вас здесь не видел. Возвращайтесь на занятия, — спокойно, но весьма пугающе приказывает Дэзар.
И едва мы втроем хотим прошмыгнуть мимо, как над ухом звенит:
— А ты останься. Лив.
Глава 13. Искорки
