Глава 7
– Гадская калитка! – капризно раздалось за забором.
Ее металлическое ребро толкнуло меня между лопаток так, что я влетела прямо в руки Макару. Не надо меня трогать! Я отпрянула от мужчины, выдернула свои локти из его моментального захвата.
– Уй-й, – врезавшись в уже открывающуюся дверку, я взвыла.
– Саша!
– О, Макарчик, ты тут? – во двор Усольцевых вплыла...
Дива, не иначе.
Высокая, статная, фигуристая женщина. Обозвать ее дамой хотелось, но по возрасту она еще не подходила к этому званию, явно была моложе Макара.
Я застыла даже от неожиданности.
Хорошо хоть рот не раскрыла. Шикарная какая! Очень красивая, очень эффектная. Темные длинные волосы крупными локонами спадали на плечи и спину, ярко-красная помада сразу притягивала взгляд к пухлым губам. А глаза...
Я никогда не видела таких длинных, пушистых ресниц!
От нее просто за километр несло дороговизной и высоким статусом.
– Иза? – Макар явно был раздосадован ее появлением. Снова потянулся ко мне, но я отпрыгнула. – Почему не позвонила?
– Боги, а разве я должна? – она усмехнулась. – Поменяй уже замок на калитке, будь добр. Что у вас тут происходит?
Та-а-ак...
Твой выход, Санек! В прямом смысле этого слова! Ты тут явно задержалась.
– Всего хорошего, Макар Львович! – я рванула в открывшийся мне путь к свободе.
– Саша! Да, черт возьми, Саша!
Но я уже бежала по улице.
Не, не, не. Не надо. Не будет ничего. Я знала, что он за мной не побежит, не такой он. Да и у него же гости, в конце концов! На шаг я перешла примерно метров через двести.
Поправила, перехватила сумку удобнее.
И широко улыбнулась. Давай, Саня, лети навстречу своему увольнению. Я глянула на часы. Отлично. У меня даже уже времени нет, чтобы заскочить домой, придется ехать сразу в клинику. Может, так даже и лучше, кстати. Нельзя пить яд по каплям. То, что организм к нему привыкает – обман. Просто это растягивает время отравления.
Я предпочту выпить сразу все залпом.
Первый глоток мне Усольцев уже обеспечил, чего тянуть с остальными? Пока он будет занят своей сногсшибательной гостьей, я спокойно поговорю с шефом. Объясню ему все и может быть, сохраню свое рабочее место.
Я старалась держать себя в руках.
Не позволяла истерике вырваться наружу.
Нашла в картах на телефоне маршрут, чтоб доехать до клиники, дошла до остановки. Но когда уселась в теплое кресло маршрутки, на меня накатило. Я! Меня! Это меня-то обвинили в том, что я охотница за мужчиной? Да у меня за мои двадцать семь даже романов серьезных не было! Меня любой медик поймет, нам просто некогда.
Злость мешала думать рационально.
Я не могла ответить ему на поцелуй. Не могла. Я знаю, что можно забыть что-то из-за сна, что называется заспать некоторые события. Но не вспомнить о том, что меня целовал отец моей пациентки? Не может такого быть. Нереально и все тут. Даже думать об этом мне не хочется.
«Я хочу его повторить!»
Это что вообще было?
Любые отношения между врачом и представителем пациента запрещены вообще-то. То, что он подумал про меня такое, не дает ему права нарушать границы и приставать.
Я ведь исполняла свои обязанности, а не просто к ним в дом заглянула в гости. Мы не друзья-приятели.
– Да? – я с мысленным вздохом приняла звонок с работы. Я его ждала, что уж скрывать.
– Александра Ивановна? – голос секретарши шефа я узнать была в состоянии.
– Да, я.
– Марат Романович вас искал. У вас сейчас прием?
– Нет, я, – я потерла лоб между бровями. А что говорить-то? Правду? – Я еще не на работе, у меня вечерняя смена сегодня.
– Поняла. Вы сможете поговорить с Маратом Романовичем по телефону в таком случае?
– Нет! – я даже глаза вытаращила. Только не это!
– Эм...
Секретарша зависла точно так же, как и я.
Отказаться беседовать с шефом, наверное, мало кто себе позволял.
– То есть, я не это имела в виду, – я попыталась взять себя в руки. – Я сейчас еду в клинику. Может быть, если шеф свободен, лучше поговорить лично? Я бы подошла.
– А, ну, конечно, – до меня донесся облегченный вздох. – Тогда подходите, да. Марат Романович будет у себя до обеда.
– Спасибо, всего доброго.
Я уронила телефон на колени и закрыла лицо ладонями. Провела по нему, задержалась на лбу. Хотелось громко и шумно выдохнуть. И о чем он хотел со мной поговорить? Ему же наверняка уже позвонил Усольцев. А у них очень тесное общение, близкое, как я поняла.
Мне точно конец.
Я навалилась виском на автомобильное окно и прикрыла глаза.
Обалдеть. Никогда не думала, что у меня могут возникнуть конфликты с пациентами. А уж о том, что они могут привести к потере рабочего места – тем более.
– Да куда ж ты прешь? – вдруг громко и от души выматерился водитель маршрутки. – Понаберут мерседесов, мажоры!
Женщина напротив меня взвизгнула, когда машина резко вильнула влево. А я поморщилась, касаясь виска. Больно же. Мне и спины хватило, до сих пор между лопатками ноет. Машины, стоящие на обеих полосах дороги возмущенно загудели, но выровнялись.
Я опять склонила голову.
Нигде покоя нет сегодня, ни у кого. Даже самому Макару досталось, кстати. Интересно, кто ему та женщина? Постоянная любовница? Я вспомнила выражение его лица и вопрос и даже посочувствовала ей. Красивая такая женщина, а влюбилась в подонка.
Любая другая характеристика для Усольцева будет слишком мягкой.
И Маруську жалко...
Я сморщила нос от внутренней, душевной боли. Что бы придумать, как бы помочь девочке. Ей сейчас и так несладко от ветрянки. Да еще и я сбежала, и тетка непонятная притащилась. Отец перманентный тиран, похоже. Полное комбо.
Бедные детки, они всегда страдают первыми.
Мне стало физически плохо. Застучало в голове, тело стало горячим. Саня, соберись, давай. Может быть и отыщется способ оказать ребенку помощь. Как минимум, я расскажу Марату Романовичу о ситуации с ее психоэмоциональным состоянием. Он же ее крестный! Неужели ему будет все равно?
– Здравствуйте, – я вошла в административное крыло клиники через полчаса.
Уже уставшая и вымотанная мыслями так, что ничего не хотелось.
Но было надо.
Я врач, я умею подчиняться этому слову.
– А, Александра Ивановна! – секретарша в приемной подскочила, смотря на меня дикими глазами. – Наконец-то!
– Что случилось? – я даже вздрогнула от ее такой реакции. Обернулась на раскрытую дверь, потому что по нему как-будто кто-то быстро шел.
– Там, – она показала на дверь шефа. – Вас там ждут.
– Уже нет, – в проеме за моей спиной вдруг, от края до края, встал Макар Усольцев. – Ее ждут в другом месте.
Глава 8
– Макар Львович!
Мужская рука сцапала меня за мгновение.
А меня захлестнуло.
Накрыло паникой с головой. Откуда он тут взялся? Я выгнулась всем телом, пытаясь вырваться из сильных мужских пальцев. Но Усольцев не дал освободиться.
Наоборот!
Перехватил меня одной рукой поперек живота, поднял в воздух и вот так занес к шефу в кабинет. Я только бешеные круглые глаза секретарши успела заметить, потянулась к ней руками, нещадно болтая ногами в попытке нащупать пол.
И заорала, само собой.
– Саша, тише, – вполне мирно посоветовал мне Усольцев, ставя меня перед собой и перехватывая за корпус снова.
– Отпустите меня-я! – визжала я, дергаясь в кольце его рук.
– Макар? – обалдел от всего этого представления шеф.
– Привет, брат.
– Марат Романович! – Макар прижал меня к себе крепче, и у меня выходило только елозить спиной и попой по его телу. – Марат Романович, помогите мне, пожалуйста, это какое-то безумие!
– Это я вижу. Макар, объяснишь?
– Сейчас многоуважаемая Александра Ивановна прекратит истерику, и я все объясню.
Я захлопнула рот моментально.
Ну? Я молчу.
Объясняй!
Мне тоже о-очень интересно, что происходит, в конце концов! Марат Романович посмотрел на меня, успокаивая профессиональным, привычным мне взглядом. Насколько я знала из рабочих сплетен, в прошлом он был шикарным хирургом, но потом вдруг изменил вектор интересов и ушел в бизнес, развлекаясь ветеринарией время от времени.
– И? – он нагнул голову, словно пытаясь боднуть Марусиного отца. – Что за цирк?
– Никакого цирка, Марат, – Усольцев даже не думал меня отпускать. Вообще словно не расслаблялся. – Я тебе уже все объяснил по телефону. Я забираю Александру Ивановну, чтобы она присматривала за Маруськой.
– Братишка, кхм...
Шеф глянул на меня и тут же поправился, не стал выносить их дружбу на всеобщее обозрение. Только я все знала уже еще со вчерашнего вечера, бесполезно это.
– Макар, Александра Ивановна – врач-педиатр. Она... Да отпусти ты ее!
– Нет, – меня стиснули еще крепче.
– Макар!
– Нет.
– Вот черт! – шеф даже по столу хлопнул ладонью. Откинулся на спинку своего кресла, с силой сминая пальцем свою губу в сторону, задумался на секунду, буравя Усольцева взглядом. – Все, да? Оно?
– Да.
