А потом он просто протянул руку, взял мою ладонь в свою, пожал, сам «разбил» и ухмыльнулся, диктуя правила игры, в которой я участвовать не хотела.
Может, потому, что... боялась?
Глава 5. Тихон
Да-а-а-а!
Кошечка зашипела, выдергивая свою ладонь из моей руки. Кажется, у нее от негодования даже нарисованные усики зашевелились. Никуда не денешься, малышка, не сегодня, но максимум через неделю я тебя получу.
Я так увлекся игрой с леопардовой кошечкой, что не сразу обратил внимание на любопытный нос Коляна, который он сунул в наш диалог с Яниной. И я любимой нижней долей печени почувствовал, что друг мой не просто так с умным видом подсел поближе, поменявшись местами с командиром, пока основной прайд, за исключением замужней дамы, которая уехала домой, развлекали мои друзья.
— Зря вы согласились, Янина, — влез он.
Я расслабился на стуле и победно смотрел на рисующегося Коляна.
— Я не соглашалась, — нос училки взлетел вверх, — он сам.
— Тихон у нас что тот доберман, — душевно продолжал Колян, склоняясь поближе к моей Янине.
— Кобель в смысле? — уточнила Янина. — Так это и без того видно. Но про добермана вы загнули, там максимум шпиц.
Ауч... Язычок у училки, конечно, как мне нравится. Остренький. Даже немного ядовитый.
Я только хмыкнул. Она может сколько угодно убеждать себя в том, что я ей неинтересен, но я уже ее заинтересовал. Как минимум харизмой и нахальством.
Ну такой я, ничего не поделаешь!
Колян спрятал улыбку, но решил нарываться до конца:
— Нет, если что решил, то прет до конца. Он у нас отбитый Колдун.
— Ну это мы еще посмотрим, — пообещала Янина.
— А вы с виду очень приличная женщина, — льстил Колян.
Я начал напрягаться.
— 364 дня в году, — согласилась Янина.
Колян на пальцах посчитал дни, что-то прикинул в уме и обрадовался:
— А один день выпускаете внутренних бесов?
— Просто весело провожу время. Учителям тоже надо отдыхать, — пожала плечами Янина.
— Не поверите, но я такой же. Мы, бюджетники, вообще должны молоко за вредность получать. Вот мы и нашли что-то общее между нами, и это только начало. Весь год я приличный мужчина, а вот один день в году могу почудить. И этот день — сегодня. Янина, я предлагаю вам усложнить задачу для Тихона. Выставляю вам свою кандидатуру в качестве его соперника. Я готов вступить в эту гонку за ваше сердце.
Янина натурально крякнула, потянулась за соком, сделала несколько глотков, аристократично вернула стакан на стол и тяжело вздохнула. Посмотрела на нас по очереди так, словно она психиатр, а мы у нее на приеме.
С тоской перевела глаза на меня, повернула голову в сторону Коляна и откинулась на спинку стула, чтобы видеть обоих. А я готов был открутить другу уши и поменять местами, потому что эта кошечка — моя.
— Не надо было в детстве со спичками играться, бабушка говорила, что боженька накажет. Кажется, всей 19-й пожарной бригадой наказал, — выдала Янина.
Колян улыбнулся так, словно всю жизнь репетировал. И покосился на меня. Почти победно.
Лук хохлатый.
Может, намекнуть Машке моей, что этот чипиздрик на нее слюни пускает не по нормативному акту? Пусть поулыбается, что ли, должна мне все-таки.
Конкуренцию я уважал, но с кошечкой хотел играть в одного.
— Вы ведь ничего не теряете, Янина, награда — ваше внимание. И все честно, по-взрослому. Мы ухаживаем, вы выбираете, — хитромордый лис продолжал нарываться.
— Гладко стелешь, — прошипел я.
— Очень красивая женщина, — пропел Колян так, словно за пять секунд умудрился стать блаженным.
— Я в курсе, — согласился я, — и она моя.
— Нет, погодите, — жестом остановила нас Янина, — вас как зовут?
Это она мне или Коляну?
Надо память училке подправить, сильно мне не нравилось, что она мое имя забывает. Или специально дразнит?
— Тихон... Колян... — в голос дружно представились мы.
— Николай, — она грациозно отмахнулась от меня и обратилась к моему другу, — а ваша ставка какая? Вот ваш коллега по спору машину поставил, а вы?
— Машину? — заржал Колян, встретился со мной взглядом и затих. — Я тоже машину ставлю.
Янина нахмурила бровки, обвела нас с другом профессиональным взглядом строгой учительницы и...
— Ладно. Вперед, мальчики. Если от каждого по машине, потом продать, то я кредит закрою.
Я наклонился к ее уху и напомнил:
— Я не проигрываю, кошечка.
И вообще не ожидал, что она вернет мне улыбку и твердо ответит:
— Я тоже.
В моей груди зажглась новая волна азарта. Словно по венам пустили чистый огонь, который заставлял двигаться строго вперед, не замечая препятствий. Никогда не думал, что с виду обычная, чопорная училка, даже в леопардовом, может так завести. И я не про сексуальное желание, а что-то другое.
Необычная она. Интересная. За маской скромного учителя скрывалась настоящая львица, которая сегодня показала свои зубки и характер. А что там за маской еще пряталось? Правая почка подсказала, что мне все понравится.
Она точно не была пустой и надутой куклой. И не стала одной из очень приличных барышень, которые краснеют при слове на букву «ж». Нет, эта женщина, кажется, имела характер и точно знала, чего хотела.
А я хотел узнать ее поближе.
В тот момент я понял, что игра, которую я затеял от скуки, будет по-настоящему интересной. О последствиях я в тот вечер не думал...
А Колян... Что ж, так даже интереснее. Я боялся, что все будет слишком просто, но друг добавил стране угля.
— Тогда предлагаю отметить это событие танцем, — предложил я, — только указку... ага... и сумочку. Чур сегодня меня не бить, я и так отбитый.
— Я в курсе, — кивнула Янина, — и раз уж я сегодня выгуливаю себя, то согласна танцевать.
— Тащусь от тебя, как шланг по огороду, — выдохнул я, глядя, как она грациозно поднималась.
— Я уже говорила, что аллегории у тебя хромают? Может, устроим литературный вечер? Втроем... Будем читать Бальзака. Или Островского.
— Янина, прелесть, любой каприз, если читать будешь вслух и в этом платье, — решил я.
Она только фыркнула, обошла меня, жестом позвала вторую такую же усатенькую девчонку, с которой они нас арестовали за плохие оценки, с собой на танцпол, и...
Я на пару минут забыл, что собирался делать. Просто стоял и смотрел.
Играла «ай соу ю денсинг».
А она танцевала. Скромно. Ни одного призывного или пошлого движения. Грациозно и, блин, прилично. Но было в ней то, что не каждой дано — природная грация. Каждое движение словно произведение искусства.
Она подняла руки вверх, рисуя кистями круги в воздухе, немного качнула бедрами из стороны в сторону, сделала шаг вперед и тряхнула головой. Копна светлых волос, переливаясь в свете софитов, гладила ее спину, вызывая натуральную зависть.
Интересно, даст себя коснуться?
Янина не обращала на меня внимания, словно вообще забыла, что я за ее спиной. И это било по моему эго. Очень.
Пришлось тряхнуть головой, напомнить себе, кто я такой, и красиво идти к ней. Ее подруга заинтересовалась, а вот Янина играла в Снежную Королеву.
Не учел я одного: что Колян тоже воспримет этот спор серьезно и потащится на танцпол за мной.
А дальше... Мы напоминали двоих павлинов, исполняющих брачные танцы перед самой крутой самочкой.
И я еще ржал над Фролом полчаса назад!
Азарт, Колдун, до хорошего не доводит, да.
Янина смотрела на нас минуты две, а потом засмеялась, покачала головой и ушла за столик — пить сок. И танцевать стало уже неинтересно. Особенно когда она взяла свою сумочку и уплыла в дамскую комнату.
Пришлось цеплять Коляна и тащить на улицу — подышать и поговорить.
Мы встали на крыльце плечом к плечу, а я наехал:
— Колян...
— Что? — с издевкой протянул он.
— Травматологическое отделение по тебе плачет, — покачал я головой. — Кошечка моя.
— Кошечка выбирает сама, Тихон, а эта точно не для тебя.
— Ты давно стал прынцем, спасающих кошечек из моих лап?
— Сегодня. А это тебе за Розочку.
— Тогда все честно было, — напомнил я.
— Дак и сейчас честно. Мы с тобой в курсе, кошечка тоже.
— Я не понял, а ты по Арии уже слюни не пускаешь? — припомнил я.
Колян загадочно отвернулся, а из кафе уже вылетала кошечка. Взведенная, она держала в руке мобильный и нервно тыкала пальчиком в экран.
— Ты нам даже туфельку не оставишь, кошка? — подошел я поближе.
— Не до тебя, — прошептала она, — такси не могу вызвать.
Она подняла голову и посмотрела растерянным взглядом чистых голубых глаз.
У меня в горле пересохло.
— Что случилось? — слова звучали хрипло.
— Мне нужно срочно уехать!
— Поцелуешь — довезу, куда скажешь. Вторым номером поедешь?
— У тебя байк? — уточнила она.
— Ага, так быстрее.
— Куда ты все время торопишься?
— Жить, — улыбнулся я, доставая ключи от байка.
И взглядом обозначил своего мустанга на парковке.
— Поехали? За поцелуй. Хотя бы в щеку, — я поднял ладони вверх.
Янина отмахнулась и снова уткнулась носиком в мобильный.
— Да не приедет такси, это я наколдовал отсутствие машин. Тебя везу я.
