Надежда Волгина "Консуматорша"

- Блин! – невольно простонала, когда встала босыми ступнями на холодный асфальт. Пробрало до самых костей. – Идиот! – буркнула себе под нос, когда поняла, что Молчалин продолжает на неё пялиться.

Шагнула в воду. Ступни обожгло сразу же. На носочках Арина преодолела лужу и выскочила рядом с Молчалиным на сухую ступеньку.

- Можешь не благодарить, - кивнул ей Молчалин, вставляя в уши наушники и скрываясь в корпусе.

- Ну не придурок ли, - поражённо смотрела Арина ему вслед.

Опоздала на лекцию Арина на пятнадцать минут. Влетела в аудиторию в носках и с кроссовками в руках. Одногруппники встретили её громким хохотом, а профессор словесности – хмурым лицом.

- Что за цирк, Ранева?! – перекричал профессор веселье, которое, впрочем, быстро стихало само по себе. – Ещё раз позволите себе такое, получите пропуск. Чем это вам грозит, сами знаете. А теперь – марш на своё место!

Арина заняла место в первом ряду, успев заметить, что Катя сидит там же, где обычно они с ней и сидели. А Молчалин, как обычно, забился в свой угол. А вот интересно, ему профессор тоже высказал? Или таким, как он, можно делать всё, что угодно? Он же отличник по всем дисциплинам. Гений чёртов!

Арина оглянулась на Катю, поймав её взгляд раньше, чем она отвернулась. Ладно, с ней она поговорит на перемене…

Глава 5

Лекция по литературе казалась Арине бесконечно длинной. А ведь обычно ей интересно на них сидеть. Внимать словам профессора, анализировать фрагменты произведений, делать выводы… Но не сегодня. Сегодня слова Владимира Сергеевича пролетали мимо ушей.

И почему она раньше не задумывалась, что аудитория эта пропитана духом позапрошлого века? Всё такое старинное. Высокие своды с лепниной, облупившиеся от времени; ряды деревянных парт со скамейками, исцарапанными именами студентов, и огромные окна, через которые серо-золотой свет щедро сочится, отражаясь от луж на подоконниках.

После ночного ливня воздух в помещении был тяжёлым, пропитанным запахом мокрой штукатурки, старых книг и чьего-то кофе из термоса. Студенты, как обычно, вели себя лениво: кто-то зевал, уткнувшись в телефон, кто-то писал конспекты, а где-то сзади хихикала парочка, игнорируя преподавателя и его замечания.

Профессор, Владимир Сергеевич - строгий мужчина лет шестидесяти, с седой бородкой и глазами, пронизывающими насквозь, - расхаживал у кафедры, как полководец на поле боя. Его голос, глубокий и размеренный, разносился эхом по аудитории, разбирая "Преступление и наказание" Достоевского.

- ...Раскольников не просто убийца, дамы и господа! - гремел он, тыкая указкой в проекцию с цитатами. - Это трагедия совести, раздираемой идеей "твари дрожащей" и "право имеющего". Кто может процитировать момент, когда его теория рушится под тяжестью реальности?

Арина сидела ближе всех к профессору и к проходу, тетрадь раскрыта, но ручка замерла в воздухе. Мысли витали где-то между замерзшими ступнями в носках и кроссовками, стоящими рядом, под партой. Она размышляла, сможет ли обуть их так, чтобы не привлечь к себе внимания. Еще она поглядывала на Катю через три ряда от себя. Подруга сидела сгорбившись, закрыв лицо волосами, как занавесом, и уставившись в конспект. Взглядов Арины она избегала. Еще и поэтому хотелось, чтобы пара поскорее закончилась, не терпелось поговорить с Катей.

- Ранева! - вдруг раздался голос профессора, острый, как скальпель. Он остановился напротив неё, скрестив руки на животе. - Объясните, как Соня Мармеладова становится катализатором раскаяния Раскольникова?

Арина вздрогнула. Кажется, спрашивает он её уже не первый раз. И аудитория затихла в предвкушении чего-то. И как назло, вопрос сразу же вылетел из головы Арины.

- Простите, Владимир Сергеевич... Можете повторить вопрос? - выдавила она, краснея.

Повисла пауза, профессор нахмурился. С задних рядов раздался хохот. Грубый, пошловатый голос парня из компании "а-ля мачо" прокомментировал:

- Она в облаках витала, профессор! Наверное, о Сонечке мечтала... или о том, как "Соня" на ней скачет! Ха!

Ну не дебил ли? Арина аж скривилась. А смех прокатился волной по аудитории, хоть ничего смешного в шутке не было. Арина вспыхнула и резко обернулась. Взгляд упёрся в галёрку - верхний ряд, где Молчалин, как всегда, одиноко возвышался над всеми. Черная толстовка, наушники, тетрадь с рисунками вместо конспекта… Он смотрел прямо на неё - серые глаза холодные, с лёгким прищуром превосходства, уголок рта дёрнулся в усмешке. Чёртов сноб! И почему он её сегодня бесит сильнее обычного? И этот его показательный идиотизм с лужей…

Арина отвернулась, сглотнув. Велела себе сконцентрироваться на предмете и вопросе.

- Повторите вопрос, пожалуйста, - снова тихо попросила она профессора.

Владимир Сергеевич вздохнул, но в глазах мелькнула теплота - Арина была его любимицей: всегда собранная, все эссе на "отлично", в дебатах огонь.

- Соня Мармеладова как катализатор раскаяния. Мы все слушаем.

Арина выпрямила спину и громко проговорила:

- Соня - воплощение чистоты в грязи Петербурга. Её жертва - не просто любовь, а зеркало для Раскольникова. В сцене с Евангелием, когда она читает "Воскресни, Сын Человеческий", его теория "сверхчеловека" трещит: он видит в ней "право имеющую", но не по убийству, а по страданию. Это ломает его - приводит к исповеди Лазарю.

Аудитория притихла, профессор кивнул, бородка дрогнула в одобрении.

- Браво, Ранева. Как всегда точно и глубоко. Но в следующий раз прошу вас быть внимательнее и не отвлекаться на моих лекциях. Невнимательность - первый шаг к забвению Достоевского, а он этого не заслужил, согласитесь. - Профессор улыбнулся уголком рта и продолжил лекцию.

Арина почувствовала облегчение. Получилось даже поймать взгляд Кати, в котором прочитала гордость за неё. Не заметить Молчалина тоже не получилось. Тот всё так же наблюдал за всеми холодно, отстранённо. Профессор рисовал на доске схемы "идеи-совести", студенты «скрипели перьями», а за окном капало с карнизов… Обычный день филфака - поэзия и пытка в одном флаконе. Арина же ждала свободы. И разговора с Катей.

- Катька, стой! – неслась Арина за подругой по коридору.

Пока она обувалась, Катя умудрилась сбежать. Пришлось припустить за ней.

- Да стой ты! – схватила Арина Катю за руку, заставляя остановиться. – Куда… бежишь? – ещё бы отдышаться. Аж в боку закололо.

- Я-то?.. В деканат тороплюсь, - быстро нашлась Катя. В глаза Арине она по-прежнему не смотрела.

- Правда? И зачем тебе туда?

- Нужно!

- Всё понятно – причину придумать не успела. И так ты торопилась в деканат, что из общаги сбежала, пока я сплю?

- Но мне правда…

- Кать, ну хватит делать из меня дуру! – закричала Арина и тут же осеклась. На них смотрели многие, если не все. – Пошли, поговорим, - потянула Арина подругу за руку, говоря уже намного тише.

Когда остановились возле окна, Арина сначала отдышалась, а потом посмотрела на Катю.

- Не хочешь знать, чем вчера всё закончилось?

- Хочу, но я… - Катя отвернулась, а потом взглянула на Арину повлажневшими от слёз глазами. – Арин, прости… Я такая дура и трусиха! Я не хотела… Они тебе ничего не сделали?.. – затараторила она.

- Как видишь, жива и здорова, - развела Арина руками, невесело усмехаясь. – Но теперь я на них работаю.

- Как?! – ахнула Катя и прикрыла ладошкой рот. – Нет! – стали ещё огромней её глаза.

- Кать, ну ты о чём подумала? Да я бы лучше умерла, чем… - договаривать не стала, и так было понятно, куда она клонит.

- Тогда, что? Я не понимаю… - затрясла Катя головой.

- Слушай! – осенило Арину. – А давай слиняем? В торговый центр. Там и поговорим.

Второй парой у них было языкознание, а третьей – философия. И у Арины, и у Кати с этими предметами был полный порядок. Не беда, если разок они их прогуляют.

- Слинять согласна, - радостно улыбнулась Катя. – Но расскажешь ты мне всё по дороге.

- Договорились!

Глава 6

- Не могу поверить, что ты согласилась на такое! – с ужасом смотрела на Арину Катя.

- На какое?..

- Работать на этого… У него же бордель самый настоящий!

- Кать, а по-твоему, у меня был выбор? – вздохнула Арина.

Реакция подруги была неприятна ей. Она, как и обещала, рассказала всю правду, ничего не утаив. А в итоге получила и голос, и взгляд, полные осуждения. Тогда как искала поддержки и хоть чуть-чуть подбадривания.

- Арин, прости, - уголки губ Кати поползли вниз. – Прости! Я такая дура!.. Вместо того чтобы… В общем, всё правильно ты сделала! И мы ему ещё покажем – этому пузачу! – потрясла она кулаками.

Они сидели на фут-корде самого крупного торгового центра, который располагался недалеко от их учебного корпуса. Сначала решили перекусить и поговорить, а потом уже заняться делами.

- Кать, ты в эти дела не лезь, пожалуйста, - попросила Арина. Знала точно, что если подруга впряжётся за неё, то ничем хорошим для них обеих это не закончится. Она не собиралась долго заниматься тем, что сама считала позором. Просто, пока ещё не придумала, как будет из всего этого выкручиваться.

- Что значит, не лезь! – сразу же встала Катя в позу. – Отчасти страдать ты будешь из-за меня тоже.

- Подожди немного, мы что-нибудь придумаем.

- А может, обратиться в полицию? – осенило Катю. – Ты ведь действуешь по принуждению и под шантажом. Пусть привлекут его…

- Кать, он мне сам сказал, что в полиции у него всё схвачено. Думаешь, я об этом не думала?

- Ну да… У таких, как он, везде свои люди, - подпёрла Катя щёку. - А когда ты должна начать работать?

- Завтра вечером у меня первый клиент, - от последнего слова Арину невольно передёрнуло. Неужели это она говорит о таком? – А сегодня мне велено купить вечернюю одежду.

- И каков бюджет? – подбоченилась Катя.

Арина озвучила сумму, которую ночью перевёл Артур ей на карту.

- Ничего себе! – аж присвистнула Катя. – Сколько же он на тебе планирует заработать, если столько бабла отвалил? И кстати, тебе сколько будет перепадать?

- Не знаю, - пожала Арина плечами. – Это он мне сообщить не потрудился.

- Ладно, - махнула Катя рукой. – Значит, тебе нужно прикупить несколько вечерних платьев? Наверное, туфли?.. Что ещё? Бельё?..

- Кать! – не сдержала Арина крика. – Я не собираюсь!.. Ну ты поняла, - уже тише добавила.

- Да это я так, ляпнула, - смутилась подруга. – Ну что! Тогда пошли в самый дорогой бутик?

- А ты знаешь такой? – рассмеялась Арина.

Слово «шопинг» Кате было знакомо ещё меньше, чем Арине. В основном они закупались одеждой на барахолке.

- Нет, но обязательно найду! – тоже рассмеялась Катя.

Искали они долго, но в итоге нашли небольшой магазинчик, где посетителей не было совсем, а две продавщицы явно скучали. И встретили их там не очень дружелюбно, видно, решили, что зашли в бутик девочки поглазеть на брендовые шмотки. Но Катя их деловито заверила, что сумму они тут планируют потратить неприлично большую. И тогда продавщицы подобрели.

- Расслабься, - легонько пихнула Катя Арину локтем. – Сегодня ты королева!

Собственно, почему бы и нет. У неё есть деньги, которые она обязана потратить. И она может себе позволить хоть на время забыть о неприятностях. Вспомнит о них завтра! С этими мыслями Арина и прошла в центр бутика, словно королева по своему дворцу.

Кто бы мог подумать, что воздух в магазине одежды (пусть и брендовой) может быть пропитан ароматом дорогих духов. Тут прямо витала смесь ванили, сандала и… денег, наверное. Полы из чёрного мрамора сияли как зеркало, вешалки с платьями переливались под софитами, а в центре небольшого зала позировал манекен, будто ждал, когда ему вручат Оскара. И продавщицы соответствовали окружению. Обе блондинки с идеальным макияжем, высокие, стройные, в чёрных костюмчиках и улыбками шире, наверное, чем их комиссионные.

- Кого будем одевать? – ещё шире улыбнулась старшая, судя по бейджу, продавщица.

- Её! – гордо указала Катя на Арину. – Она должна быть… шикарна!

Глаза блондинки оценивающе окинули фигуру Арины с головы до пят.

- Ищем что-то особенное? – уточнила она, включаясь в работу.

- Да! Вечерние платья!

Диалог продолжала вести Катя. Арина позволила это подруге, полностью избавившись от неловкости и приготовившись примерять одежду. Этого она, конечно, не любила, но придётся потерпеть.

- Моей принцессе нужно три вечерних платья, - хихикнула Катя. – На все случаи. Соблазн, гламур и «вау-эффект». В любом из них она должна быть звездой вечера.

Арина слушала подругу и поражалась. Откуда Катя всего этого набралась? Из книг, что ли, в которых пропадает днями и ночами?

Младшая продавщица уже суетилась у стойки с кофе-машиной.

- Девушка, может, пока ваша подруга примеряет, хотите кофе? - обратилась она к Кате. - Эспрессо? Латте? С печеньем из нашей кондитерской? – у них и кондитерская своя есть? Вот это уровень! – недоумевала Арина. – Нам как раз только час назад доставили альмондные круассаны!

Катя, явно почувствовав себя особой королевских кровей, уселась в плюшевое кресло у примерочных и закинула ноги на пуфик.

- А давайте! Латте с двумя круассанами! А ты, Арин, давай блистай!

Старшая продавщица уже несла в примерочную платье из чёрного шёлка цвета воронова крыла, с асимметричным вырезом на бедре и на тонких бретельках.

- Это наш хит, - сообщила она по пути Арине. – Сидит как вторая кожа. Отлично подчеркнёт вашу талию и стройность ног. Прошу! – торжественно пригласила она Арину в примерочную.

Примерочная тоже поразила Арину. Просторная, с тремя зеркалами и мягким ковром. В таких она ещё не была.

Платье приятно проскользило по телу, подчёркивая все изгибы. Разрез открывал бедро ровно настолько, чтобы дразнить, а не шокировать. Самой себе в отражении Арина показалась секс-бомбой. Глаза загорелись, а волосы захотелось рассыпать по плечам. И именно такой она вышла на суд Кати и даже крутанулась перед ней.

- Ну как тебе?