К примеру, когда-то я решила, что буду мягким терапевтом. Принимающим, не старающимся давить на клиента собственным мнением или выводить его на эмоции.
Психология сродни массажу. Он бывает жестким и с синяками, или расслабляющим. Хотя многие считают, что таким может быть только бесплатный. И кстати. Если бы у меня не было нужды кормить детей, трехлетнего сфинкса и полдюжины коммунальных служб, бесконечно вымогающих деньги, я бы обязательно помогала людям на безвозмездной основе.
Но вы вообще видели, сколько стоит корм для сфинкса?
Мои дети обходятся мне дешевле.
— Так, — откладываю блокнот.
Интересно, располагающая атмосфера для беседы уже прочувствована в полной мере?
— Как дела, Нина? Удалось отдохнуть в майские праздники?
— Если только немного, — девушка скромно пожимает плечами. — Я работала в праздники. Начальник улетел с семьей в Сочи, напарницы тоже отпросились. Хорошо, что я никуда не собиралась.
— Это, наверное, очень обидно — работать, когда все отдыхают!
— Для меня нормально Я ведь привыкла. Мне нравится выручать начальника и коллег.
— Что вы чувствуете, когда они вас благодарят?
Она улыбается и, подумав, отвечает:
— Чувствую себя нужной. И гордость за себя чувствую. Будто со всем справляюсь. Мне это правда нравится
— Вот и отлично. — делаю пометку для дальнейшей работы. — А как прошло ваше свидание с тем молодым человеком? Женя, кажется?
— Я ему не понравилась, — вздыхает грустно и трогает переносицу. — Снова нос подвел
Качаю головой, потому что у Нины обычный нос, который она считает «страшным». Никакого явного уродства там нет. Она симпатичная девушка, но в ранней молодости какой-то не самый умный парень бросил ее с такой ужасной формулировкой.
— Женя сам сказал, что вы ему не понравились?
— Нет.
— То есть и об этом, и о причине — вы сделали выводы сами?
— Я догадалась. А из-за чего еще он пропал?
— Помните, Нина, в прошлый раз мы с вами это уже обсуждали?
— Я помню, но это не додумывание за другого Это ведь правда. Констатация факта. Посмотрите на меня, Милослава. Я ведь адекватный, взрослый человек. Мне двадцать пять. Как вы считаете? — теряется.
— Конечно. Все так.
— Зачем мне за кого-то додумывать? У меня есть зеркало.
— Я тоже адекватный взрослый человек, Нина, и я вижу перед собой ваш нормальный нос. Нас уже двое Значит, истина посередине. Хотите, мы увеличим выборку? — спрашиваю, поднимаясь и выправляя юбку.
— Хочу, но только ради того, чтобы вы увидели реакцию, которую обычно вижу я.
— Пойдемте. — беру ее за руку и выхожу в безлюдный коридор.
Быстро сообразив, стучусь к загадочному новому соседу. Как же все удачно вышло! За одним схожу в разведку. Опускаю ручку и толкаю дверь.
В нос проникает табачный дым.
— Здравству — хмурюсь, замечая зажженную сигару у него в руке и сжимая свободную руку в кулак.
Так и знала!
— Давненько не виделись! — говорит он, недобро поглядывая на мою юбку, как уже делал это утром.
Уже, грешным делом, думаю — может он кукурузу любит? Чего так на зеленый горошек взъелся? И вообще — галантным, мужским поступком было бы подняться со стула, когда в кабинет зашли две дамы.
Но у этого мужлана из галантных только широкие, черные брови. Вот они поднимаются как по команде. Удивленно.
— Мы к вам с экспериментом, — приободряюще смотрю на Нину и нервно тереблю кольцо пальцем. — Ой — Оно соскальзывает и с соответствующим звуком валится на пол.
Я резко отпускаю руку клиентки и кружусь, в поисках крошечного украшения, а, отыскав его на полу за дверью, наклоняюсь, чтобы поднять.
Когда наконец-то выпрямляюсь и возвращаю кольцо на место.
Волосы с лица воинственно сдуваю.
Жарко
Попутно осматриваю обстановку. Темные стены, дубовый стол. Никаких кроватей и видеокамер, слава богу.
— Простите — бормочу.
Откинувшись на спинку стула, сосед медленно кивает на пол и смачно затягивается.
— Можешь еще что-нибудь уронить — выпускает дым. — Я подожду
Я держу себя в руках, но не сильно.
— Вы можете хотя бы при мне не курить? — злюсь.
— Ты сама пришла. Я тебя не звал.
Валенок какой.
— Так — надо успокоиться. — Я к вам по делу.
У тебя клиент, Мила! Ты потом ему все ноги Хм. Осматриваю широкоплечую фигуру под два метра ростом. Ты потом с ним серьезно поговоришь и отчитаешь.
— Простите, как вас зовут? — откашливаюсь.
— Давид Андреевич Литвинов.
Вообще, не слишком ли представительно для похоронного бюро?
— Прекрасно. Давид Андреевич Мы к вам с экспериментом. Видите, эту девушку? — подталкиваю Нину вперед. — Скажите, есть ли у нее хм на лице что-то необычное? То, за что зацепляется ваш взгляд?
— Например? — хмурится.
— Хоть что-нибудь
— Ничего такого не вижу — лениво отвечает и потирает щетину.
Я внутренне ликую.
— Спасибо! Вот видишь? — мягко приобнимаю Нину. — Я же говорила Пойдем.
— Мила! — прилетает мне в спину что-то хриплое и густое.
— Что? — оборачиваюсь недоуменно.
— А про себя спросить не хочешь?
— Я? — округляю глаза.
— Ты. — он еще раз затягивается и с мрачным выражением лица наблюдает за мной.
— А про себя, Давид Андреевич, я все знаю! — с достоинством отчеканиваю и, взмахнув челкой, покидаю накуренный кабинет.
Глава 3. Милослава
До конца консультации остается полчаса и это время я посвящаю работе с ложными убеждениями Нины.
К сожалению, так часто бывает.
Людям кажется, что их неудачи в коммуникации или отношениях связаны с тем, что у них плохая фигура, кривые зубы или прыщи. Они тратят много усилий и средств на то, чтобы похудеть, вставить зубы или подлечить лицо, но, избавившись от недостатков, так и остаются совершенно одни
Все дело в низкой самооценке.
— Милослава, можно мне пять минут?
— Что случилось?
— Я забыла отправить отчет по работе, сейчас — хватает из сумки планшет и нервозно его подключает.
Взглянув на часы, откашливаюсь и жду, пока Нина закончит. В носу все еще мерзко. Терпеть не могу табачный дым. На дух не выношу.
Давид Андреевич — вспоминаю.
Грустно улыбаюсь, как и всегда, когда слышу имя мужа в любой интерпретации и воссоздаю в голове его образ. Светлые волосы, тоже высокий и плечистый, сероглазый красавец, которого я встретила в Ледовом дворце, когда пришла туда, чтобы написать свой первый журналистский репортаж.
Андрей тогда был самым талантливым игроком в молодежной команде «Спартака». Подающим надежды. Самым лучшим
Не скажу, что я быстро в него влюбилась, но бабочки в животе всколыхнулись.
Потом было пять лет профессионального хоккея, съемные квартиры, рождение сына и обрывающая все это досадная травма. Спорт для нас закончился слишком резко, Андрей переживал только об единственном: на что мы будем жить.
Место в системе клубе ему не предложили. Вообще, поступили крайне некрасиво. Когда самый результативный нападающий был в строю и забивал — собственники давали много обещаний и ценили, а потом включили режим тишины.
Да и муж был не из просящих и бьющих челом.
Андрей проявил спортивный характер и не сдался. Поступил в Институт физической культуры на заочное и нашел работу. Вышел водителем скорой помощи.
Жизнь потихоньку стала налаживаться.
Это было такое счастливое время, что бабочки беззаботно порхали.
Учеба, Савелий подрастал, даже на первый взнос по ипотеке накопили. Шумно отпраздновали новоселье, решили поторопиться со вторым ребенком и в первый же цикл залетели.
Правда, летала я недолго. Разбилась
И бабочки тоже сдохли.
На шестом месяце пришла беда.
Страшная ночная авария в центре Москвы. Машина известной актрисы Паулины Лавр на скорости двести километров въехала в спешащую на вызов скорую помощь.
Андрей умер сразу. Почему-то именно эта мысль тогда часто меня подбадривала. Представлять, что любимый человек мучался перед смертью было невыносимо.
Беременность, роды и первые полгода жизни Богданы помню смутно.
Квартиру банк забрал, а мы с Савелием и малышкой снова перебрались к моей маме. В нашу уютную трешку рядом с Лужниками.
— Я все — извиняющимся голосом, говорит Нина. — Задержала вас, наверное.
— Нет. На сегодня вы последняя — вздыхаю. — Давайте обсудим, что вы чувствуете после нашего разговора?
— Мне стало спокойнее, — отвечает после недолгих раздумий.
— Я очень рада.
— Но еще немного тревожно.
— И это тоже нормально
— Можно я приду к вам в понедельник?
