— Жанна! — я раздраженно вздыхаю, тушу окурок и поднимаюсь. — Не учи отца ебаться. Сказал же — разберусь.
— Кстати, — она откидывается на спинку стула и начинает закручивать прядь на палец. — А что это ты не звонишь? Не приезжаешь?
— Пост у меня.
— В смысле?
— Аппетит нагуливаю. Перед Пасхой — лыблюсь.
Почему — сам не знаю?
— Так Пасха же прошла Ты заезжай, Давид.
— Заеду! — киваю и прячу визитку с номером «крыши».
Реально молодежь нынче берегов не видит. Мудрость и опыт не уважают.
Жанна на этом рынке еще в начале двухтысячных банчила, может, в чем-то и дура, но девка работящая, с молодости пахала и свое место выгрызла вполне заслуженно. Да и с Администрацией района дружит.
Пока еду на обед с дочерью, набираю юным рэкетирам.
— Да! — бандит отвечает сонно.
Ну? Говорю же, бездельники.
Время — обед, он еще подушку носом трахает.
— Ты кто? — спрашиваю, открывая окно.
— В смысле? — голос становится хамоватым.
— Имя, фамилия. Ориентацию можешь не называть. И так знаю, что пидор.
— Ты че? — спрашивает ошалело. — Ты кто такой? Че те надо?
— Жанну с рынка знаешь? Больше ее не беспокой. А нет — цветов привези. В качестве извинений, да побольше.
— А ты че ее крыша?
— Мансарда. — усмехаюсь и хмурюсь, глядя на новую развязку.
Москва. Это ж надо, как все перестроили.
А я ни петь, ни свистеть. Хоть по карте не езди.
— Это наш рынок. — басит старается молодой.
— Чей это наш?
— Группировки нашей.
— Мухосранской?
— Почему? Ты че мужик? Охренел? — вопит. — Лосиноостровские мы.
— Еще хуже
— Ты за базаром следи.
— А ты потеряшкой не прикидывайся. Еще раз к Жанне сунешься, будешь по всему городу своих лосей собирать и плакать.
— Нет. Ты охренел, мужик. Давай стрелу забьем. Пообщаемся.
— Как же тяжело с вами — вздыхаю. — Ну, давай.
— Завод автомобильный старый знаешь?
— Сам ты старый. Знаю.
— К шести подгребай-те.
— Лады.
— Только вы это на территории скорость ограничена. Не больше двадцати километров в час, а то охрана залупится.
— Разберемся. — убираю телефон во внутренний карман пиджака.
Братки нынче не те. Боятся, что мамка заругается.
В мясном ресторане, который для встречи выбрала моя дочь, пафосно и уныло. Хотя бы потому, что на двери огромными буквами выведено «НОУ СМОКИНГ». Я и так без него, но отчего-то грустно сразу становится.
Только мысли о сочном, жирном стейке держат.
— Привет, пап. — Эмилия поднимается и смотрит на меня выжидающе.
Говорю же, я тактильности всей этой не люблю: поэтому пару раз бью ее по-отцовски по плечу.
— Ну привет, привет. — опускаюсь рядом, чтобы смотреть на вход, и озираюсь. — Чего звала?
— Да просто. Что мы, пообедать с тобой вместе не можем?
— Прям вдвоем? Без поводыря?
— Ренат в университете. — она хитро улыбается. — Я хотела только с тобой.
Глаза у нее мои — то ли бирюзовые, то ли голубые.
Хрен разберешь, но красивые.
Гляжу на нее и каждый раз думаю: «Смотри, какая у нас дочка, Маринка, выросла. Аж гордость берет. Двадцать шесть уже Пол-Москвы ее фотографиями обклеена, а она сидит вот пирожное ест. Губы в креме. Совсем как девчонка. Только не уберег ее. Аскеров хрен свой лысый в нее пристроил».
— Я тебе уже заказала, пап. — обыденным голосом прерывает дочь.
— Да? — с грустью отодвигаю меню.
— Кофе без кофеина и овощи с белой рыбой на гриле. — очень «радует» дочка.
— Ну спасибо тебе, дочь, — уныло прощаюсь с мыслями о стейке.
— Тебе надо за собой последить, пап. Ты чек-ап давно делал?
Хмурюсь.
— Чека? Да я гранату лет пятнадцать в руках не держал.
— Чек-ап, пап! — Эми смеется.
Она, когда так делает, у нее на щеках ямочки.
Это Маринкины.
Как видео после себя оставила. Только лучше.
— В смысле, медосмотр. Кровь сдать на холестерин, например.
— Нормальный у меня холестерин. Попрошу его не трогать, — ворчу.
— И сердце проверить.
— А че его проверять каждый раз? Как часы ходит.
— И курить бы тебе бросить — дочь снова загадочно лыбится, а я вдруг замечаю, что изменилась она.
Щеки круглее стала, губы — пухлее, волосы — еще блестящее.
— Можешь нормально сказать? — я хмурюсь и бью по карманам в поисках пачки, потому что нервничаю. — Никак не пойму, ты меня либо в космос готовишь, либо с заводчиком своим на продажу?
— Я беременна! — объявляет моя девочка, и я вздрагиваю всем телом.
Как электрошокером проходятся.
— Беременна?
Официант расставляет тарелки, а я уже перевариваю. Даже не пожрав.
— Ты станешь дедушкой!
Дедушка? Я?
Вздыхаю уныло, принимая реальность.
Да не Брехня.
Скажет тоже
Какой же я дедуся, если я еще ебуся?
***
Сегодня скидка на моих золотых героев из молодежки - историю студентки и преподавателя- "Мой препод лед"
Г
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
