Алекс Гор "Клинок Сибура: ОХОТНИК"

Клинок Сибура: ОХОТНИК
Алекс Гор

Клинок Сибура #1
В покрытых вечной туманной дымкой болотах Сибура, дикой планеты, затерянной на окраинах исследованного космоса, рождается тот, кто станет легендой - Лакин Стакс. Но это будет ещё не скоро. Путь вчерашнего подростка только начинается, и впереди его ждут нужда, боль, кровь и стремление выжить. Выжить, сохранив в себе дух охотника.

Алекс Гор

Клинок Сибура: ОХОТНИК

Пролог

Рангора - самое высокое дерево, произрастающее в болотах, его корни, словно ищущие свою жертву щупальца дробохвата уходят настолько глубоко вниз, что рано или поздно умудряются зацепиться за твёрдую почву. Именно поэтому живучее растение получает возможность поднять свою крону выше болотного тумана, и именно здесь оборудовал свой временный лагерь молодой сибурианец. Ловко взобравшись по практически гладкому стволу, он смог добраться до ветвей и, найдя среди них подходящую развилку, удобно уселся, положив перед собой самодельный рюкзак, с которым всегда отправлялся на промысел.

Больше десяти лет юный охотник ходит в эти гиблые места за добычей, с тех пор как в восьмилетнем возрасте принёс старейшине посмотреть какое именно животное он добыл без посторонней помощи и получил своё первое настоящее железо. Пусть оно было не самым качественным, но тем не менее этот дар позволил ребёнку не просто выживать, но и получить уважение взрослых соплеменников. А уж как завидовали ему практически все остальные мальчишки, ведь им еще только предстояло получить это право.

Лакин рано повзрослел, его отец однажды просто не вернулся из дальних топей, и пареньку приходилось самостоятельно осваивать сложную науку выживать, сначала выслеживая мелких тварей, годящихся только в пищу, да и то с натяжкой, на окраинах, но со временем он научился чувствовать дух Сибура, слышать болото и добывать всё более и более опасных существ. Юный охотник рос нелюдимым, да и как могло быть по-другому, ведь всё их общество основано на культе личной силы и ловкости, по-другому здесь просто не выжить.

Сибур - планета не просто опасная, она гиблая. Больше её часть покрыта болотами, хотя безусловно кое-где встречается и гористая местность, только вот выжить там ещё сложнее, потому как весь живой мир сосредоточен именно в заболоченных низинах.

Парень меланхолично достал из рюкзака небольшую, не единожды использованную консервную банку, выменянную довольно давно у контрабандистов, регулярно посещающих их поселения с целью скупки разнообразных ингредиентов, добываемых из болотных тварей, а затем вытащил небольшой кожаный сверток. С тканью на Сибуре проблема - высокая влажность не подразумевает длительного срока службы подобного материала, поэтому все используют кожу. Это не только практичнее, но и гораздо безопаснее, особенно когда идёшь вглубь болот, где каждая кочка, каждый куст, каждая грязевая полынья может таить в себе смертельную опасность. Здесь просто не водится то, что не хочет тебя убить, но что самое пакостное - даже самые мелкие твари способны на это. Ведь если крупные монстры побеждают силой, то скромные по размерам используют яд. Именно поэтому контрабандисты сами и не жалуют болота, не пытаются самостоятельно охотиться, потому что знают, с высокой долей вероятности они погибнут, даже если будут одеты в свои бронированные металлические одежды.

Сама природа в процессе эволюции наградила сибурианцев способностью выживать в столь неблагоприятном месте. Физически представители этой расы были худощавыми, довольно высокими и обладали не столько физической силой, сколько жилистостью и ловкостью. Скорость реакции их мозга, по словам контрабандистов, производивших когда-то замеры своим оборудованием, имела высокие значения, что и позволяло им моментально реагировать на быстроизменяющуюся обстановку.

Но не только эти факты способствовали выживанию. Старейшины любого племени строго следили за тем, чтобы молодая поросль с самого раннего возраста начинала привыкать к суровой жизни. Взрослые охотники регулярно приносили разнообразных тварей в поселение и приучали детей к яду. Каждые два дня начиная практически с двухлетнего возраста они давали им небольшие порции природных токсинов, тщательно следя за тем, как организм детей реагирует на них. Причём никто бы не стал горевать, если бы слабый ребёнок умер, ведь таким в этом мире не место.

Та же самая судьба постигла и Лакина, его отец до тех пор, пока не пропал в болотах, готовил сына к взрослой жизни, правда довести дело до конца он не успел, и осиротевшему пацанёнку пришлось самостоятельно заканчивать начатое. Никто бы не стал помогать ему, вышедшему из поры детства, здесь это не принято, поэтому он не раз и не два чуть не умер, неверно рассчитав дозировку. Быть может, именно благодаря своему упорству и несгибаемому характеру он и выжил, выжил и стал сильнее.

Вот и сейчас он находится довольно далеко от края болот и идёт за очередной добычей. Однако сейчас настало время обеда, поэтому его руки достают из свертка небольшие сухие веточки, а ловкие пальцы разламывают их и засовывают в банку. Следом из рюкзака появляется небольшой деревянный тубус, у каждого охотника есть такой, впрочем, и сделать их не очень сложно, этому учатся с детства, ведь иметь при себе источник огня – жизненно необходимо. Он поможет приготовить пищу, прижечь рану, а иногда и спасет жизнь. Отделив небольшую крышку от основной части, Лакин посмотрел внутрь, едва заметно улыбнулся и слегка подул в отверстие, после чего сразу же появился лёгкий дымок. Там на специальной подложке из свёрнутых листьев и волокон высушенной травы хранился взятый из поселения уголёк, в таком виде он мог просуществовать до нескольких суток, позволяя разжечь в нужный момент небольшой костерок. Вытащив пучок сухих волокон, предварительно измочаленных до состояния ваты, сибурианец прислонил его к угольку и снова подул. Легковоспламеняющийся материал, тщательно уберегаемый от влаги, практически сразу задымился, а чуть позже, когда парень переложил его в банку и снова слегка на него дунул, вспыхнул. Тоненькие веточки благосклонно восприняли появление огня и весело затрещали, а руки охотника уже споро разделывали небольшую тушку чёрного прыгуна. Несмотря на наличие ядовитых желёз и специфический мускусный аромат, эти существа имели ряд преимуществ: во-первых, их мясо быстро готовилось, а во-вторых, было весьма недурным на вкус, и лучшего варианта для обеда здесь сложно было придумать.

В прочных кожаных ножнах на груди висел его новый металл - красивый боевой нож, выменянный Лакином на охотничий трофей почти полгода назад. Его самое первое железо, добытое им в восьмилетнем возрасте, давно уже вышло из строя, и теперь парень щеголял с гораздо более серьёзным оружием. Руки действовали практически сами по себе, словно сами знали, что и как нужно разрезать, что удалять, а что оставить. В течение пары минут, разделав тушку, сибурианец сложил всё лишнее на широкий лист, сорванный с дерева, и оставил неподалёку - выбрасывать отходы сразу было небезопасно. Если сделать это сейчас, то их достаточно быстро найдут падальщики и могут помешать насладиться обедом. Стакс не боялся этих пожирателей плоти, но не хотел тратить на них время, он отдаст эту дань чуть позже, когда сам закончит пиршество.

Разделив добытое из хитинового панциря мясо на небольшие кусочки, он насадил их на деревянные прутки и начал обжаривать над импровизированным костерком. Дыма веточки давали мало, а вот жар от них шёл приличный, поэтому куски мяса достаточно быстро зарумянились, и когда охотник посчитал их годными к употреблению в пищу, то сразу же принялся с аппетитом их поглощать. Мясо слегка отдавало болотной тиной, но в жареном виде неплохо утоляло голод, да и не избалованный народ сибурианцы, они способны употреблять в пищу всё что угодно, а их внутренние органы в процессе эволюции подстроились под экосистему планеты. Их не брали ни болезни, возбудители которых в изобилии присутствовали, не суровый климат, ведь влажность здесь достигала практически ста процентов, ни специфический рацион питания.

Как только поджаренное мясо подошло к концу, Лакин достал небольшую флягу, сделанную из высушенного практически до состояния камня местного растения, и сделал несколько глотков, завершая тем самым трапезу. Быстро собрав вещи и затушив импровизированный костерок, просто вытряхнув угли вниз, Лакин поудобнее уселся, прислонился головой к стволу дерева и прикрыл глаза. Веки представителей этой расы непрерывно находились в движении, это позволяло им постоянно находиться на чеку, видеть всё, что происходит вокруг, а бахрома вокруг век мешает мелкой живности, повредить чувствительный орган. А её там внизу в тумане очень много, ведь насекомые являются частью биоценоза и кормовой базой для самых мелких созданий экосистемы, которая в свою очередь по цепочке дает возможность выживать более крупным существам. Но сейчас Лакин не нуждался в зрении, он просто слушал болото, а его разум рисовал картины окружающего пространства. Молодой охотник знал, что где-то выше в кроне притаилось несколько мелких рептилий, они чувствуют его, но понимают, что со столь крупной добычей им не совладать. На Сибуре вообще практически все твари достаточно разумны, по-другому они бы не смогли выживать, каждая из них ищет способ устроить ловушку на более мелких и не столь удачливых созданий, но в конечном итоге и сама рано или поздно становится пищей для других. Есть твари, которых в одиночку не победить, и тогда охотники вынуждены объединяться, добывая особо ценные трофеи.

Почему-то люди со звёзд считают, что внутренности этих существ имеют большую ценность, хотя что может быть ценнее мяса, но тем не менее иногда они покупают и его, забирая туши целиком, но чаще делают специальные заказы на конкретных существ. В таких случаях старейшины племени сразу же начинают торг, пытаясь выгадать как можно больше благ для поселения. Но Стакс всегда предпочитал охотиться в одиночку. Несмотря на то, что он слыл очень удачливым охотником, ему претила сама мысль делиться трофеями с другими. Нет, конечно же, когда он возвращался с богатой добычей, то всегда оставлял, согласно законам, часть для общины, ведь нужно кормить молодую поросль, которая ещё не может самостоятельно добывать себе пищу, стариков, для которых путь в болото наверняка окажется последним, женщин, которым вообще запрещено приближаться к охотничьим угодьям. Это табу соблюдается беспрекословно, ведь только женщина может принести племени нового охотника.

Ветра на Сибуре редкость, вот и сейчас листья над головой Стакса лишь едва шевелились, что впрочем не помешало парню услышать лёгкий шелест хитиновых чешуек по коре дерева. Тренированный разум услужливо подсказал, кто решил попытать счастья со столь непростой добычей, и Лакин весь словно превратился в сжатую пружину.

Только переступая границу болот, любой сибурианец оставлял за ней всё наносное, всё что может помешать выживанию и добыче трофеев, а в момент, когда наставала пора непосредственной охоты на болотных тварей, траппер должен был превратиться с самого страшного хищника, порождённого этой небезопасной планетой.

Вот я сейчас парень стал таковым, поэтому, когда достаточно крупный, достигший по меньшей мере полуметровой длины заглотышь уже подполз вплотную к расслабленно сидящему охотнику, рука Лакина моментально выстрелила и схватила алчное создание, уже вознамерившееся воткнуть ядовитые зубы в шею сибурианца. Многосегментное тельце тут же начало судорожно извиваться, пытаясь вырваться, однако что оно могло сделать против многолетнего опыта. Крепкие пальцы надавили на точку в мягком подбрюшье, и трупик хищника опал, лишь несколько лапок продолжили конвульсивно дергаться. Жрать эту жёсткую гадость Лакин бы никогда не стал, поэтому попросту отбросил свою нежданную добычу в сторону, и она полетела вниз, практически сразу скрывшись в туманном мареве. Стакс знал, что вскоре после того как этот кусок невкусной плоти окажется в болотной жиже, на него тут же найдутся желающие. Дармовая еда, даже такая, ни для кого не бывает лишней. Следом, правда чуть дальше, полетели остатки пиршества охотника, а затем он снова расслабился, дичь, за которой он сегодня пришёл, выбирается наружу только в тёмное время суток, а значит у него ещё есть время чтобы как следует отдохнуть.

Глаза сибурианца вновь плавно закрылись, и он погрузился в полудрёму, лишь частью своей натуры контролируя окружающее пространство. Солнце, скрытое за вечной полудымкой, постепенно опускалось за горизонт, и мир вокруг одинокого охотника стремительно темнел. Одни звуки сменялись другими, дневные жители спешили укрыться, уступая место ночным ужасам. Сами интонации тоже изменились, уступив место более пугающим, но Лакину было на это наплевать, ведь он знал наперечет каждую обитающую поблизости тварь, каждый звук, который могут издавать их тела, каждый запах и способы охоты, поэтому мог прекрасно ориентироваться во всей этой какофонии.

Спустя ещё примерно час, где-то далеко на востоке протяжно завыла-заклекотала щербатка - верный признак того, что пора приступать к делу. Глаза сибурианца открылись и осмотрелись вокруг. Сейчас, благодаря тому что он долгое время не видел свет, мир перед ним становился более чётким и осязаемым, чем раньше. Закрепив на спине походный рюкзак и тщательно проверив остальное снаряжение, парень начал спускаться вниз, туда, куда большая часть его соплеменников в здравом уме в такое время практически не ходит. Охотники вообще-то народ рисковый, но они далеко не идиоты, тем более что добыть пропитание можно гораздо более простыми способами. Однако сейчас Лакину требовалось гораздо более серьёзная тварь, и он должен был заполучить её во что бы то ни стало, ведь у него на неё есть контракт. В этот раз небесные торговцы запросили целый экземпляр ядовитого токсарха - достаточно редкого ночного хищника, и амбициозный парень обещал им его добыть. Тем более, что за целую особь пообещали неплохую цену. Вообще-то употреблять в пищу этих созданий можно, однако Стакс доподлинно не знал, чем именно они привлекают странных светлокожих существ, прилетающих на космических кораблях откуда-то с неба.

По их рассказам, мир гораздо больше, чем бесконечные болота Сибура, и в нём существует миллионы таких как он, но, к сожалению, как бы не хотелось многим его соплеменникам хоть одним глазком увидеть подобное чудо, торговцы никогда не соглашались на подобные сделки. Они объясняли это тем, что в их обществе существует закон, который запрещает им это делать, но тем не менее, ничего не мешало им вести торговлю. Хотя, как правило, и Стакс был совершенно точно уверен в этом, они делали это не особо афишируя свои посещения. Обычно они прилетали по ночам, после чего достаточно быстро осуществив все свои торговые операции, чаще всего заключающиеся в натуральном обмене разнообразных предметов на туши разнообразных представителей местной фауны, улетали обратно.

Лакин помнил, как он впервые увидел корабль небесных торговцев. Огромная гудящая штука спускалась с неба, а затем, выпустив свои страшные ноги, затихла. Тогда ему казалось, что ничего более величественного он никогда в жизни не видел. А потом из неё показались странные существа в ещё более необычной одежде, однако старейшины спокойно общались с ними. А спустя некоторое время, когда паренёк впервые добыл серьёзный трофей, то его первое железо как раз и было одним из тех предметов, которые привезли эти торговцы.

Оказавшись у подножия дерева, сибурианец замер, прислушиваясь. Его сильные ловкие пальцы опустились на уровень черной жижи, в которую его ноги погрузились по щиколотку, и прикоснулись подушечками к вечноживому телу болота. Натренированные нервные окончания ощущали малейшие вибрации и могли подсказать охотнику, что где-то поблизости может находится опасность, однако сейчас инстинкты подсказывали Лакину, что всё спокойно, и он может двигаться дальше.

Ходить по болотам не просто, ноги ежесекундно норовят провалиться, потеряв зыбкую опору, и нужно знать, где тебя может подстерегать выжидающий в засаде хищник. Юноша знал, поэтому шёл вперёд по направлению к ещё днём разведанным охотничьим угодьям токсарха. Выискивая дневное укрытие этого хищника, Лакин обнаружил немного отличающуюся от всех остальных кочку. Трава на ней выглядела чуть желтее - верный признак того, что под её корнями находится достаточно едкие продукты жизнедеятельности этого хищника, который как правило утаскивал в своё логово пойманные им жертвы, где постепенно и поедал.

Приблизившись к небольшой проплешине черной в ночи воды, парень замер, чтобы вновь прочувствовать вибрацию болот. Отец учил его, что у Сибура есть душа, обитающая где-то в глубине планеты, и если научиться её слышать, то она всегда подскажет, где притаилась опасность. Подушечки пальцев прикоснулись к грязной жиже, и спустя несколько секунд подали в мозг Стакса сигнал о том, что его предположения оказались верны - ночной хищник вышел на охоту и сейчас подстерегает какую-нибудь свою незадачливую жертву неподалёку от своего лежбища.

Лакин осторожно двинулся вперёд, на ходу доставая из рюкзака небольшую деревянную трещотку, которая должна была сымитировать поведение одного небольшого создания, питающегося болотными червями. Во второй руке он зажал свой боевой нож - основное оружие, которым он пользовался на охоте на относительно крупных и опасных тварей. Приблизившись на максимально возможное расстояние, Стакс осторожно разместил трещотку, сооружённую из нескольких тщательно выстроганных дощечек и стебля гибкого растения, скрученного множество раз. После высвобождения этот стебель начинал раскручиваться, и дощечки издавали ритмичный стук, приманивая жертву.

Как только небольшая палочка-фиксатор оказалась отброшена в сторону, сразу же пошли размеренные щелчки, которые в свою очередь передавались по болотной жиже на достаточно большое расстояние. Несколько секунд ничего не происходило, но затем до охотника донеслось специфическая хлюпанье, видимо токсарх, клюнув на приманку нырнул в болотную жижу для того, чтобы максимально незаметно подобраться к своей жертве. Стакс очистил разум от лишних мыслей и приготовился, он прекрасно знал, что ему следует делать, этот трофей он уже добывал, поэтому когда его алчная жертва совершила молниеносный бросок из глубины в сторону приманки, парень был уже готов. Рука сибурианца метнулась и пробила нервный пучок, расположенный чуть ниже головы твари. Это было сделано специально, в заказе чётко значилось, что трофей должен быть свежим, а только добираться до поселения предстояло ещё как минимум семь часов, и это значило, что торговцы скорее всего уже к этому времени улетят на своих кораблях и вернуться только следующей ночью. Поэтому, если сразу убить заказанное существо, то они могут его и не принять, ведь оно начнёт портиться, почему-то им это было важно, и спорить в таком вопросе с теми, кто платит, смысла не имеет.

Остро заточенное железо пробило чешуйчатой панцирь, и тварь моментально оказалась обездвижена, ловкие руки Лакина тут же свернули её тело и перевязали верёвкой, остатками которой он тщательно связал морду токсарха, дабы он случайно не выпустил яд. Перекинув через голову и правую руку получившуюся связку, охотник подобрал свой примитивный, но очень действенный манок и, посмотрев в ночное небо, видеть которое ему мешала туманная дымка, каким то шестым чувством четко выбрал направление движения в котором находилось его поселение, после чего слегка пригибаясь, двинулся в нужную сторону, оставляя за спиной опустевшее логово одной из бесчисленного полчища тварей населяющих болота Сибура.

Глава 1. Дитя Сибура

Ночной Сибур - это особый мир, мир в котором нет места слабости. Время, когда каждый хищник, выходящий на охоту в тёмное время суток, старается добыть себе пропитание. Их много, очень много: крошечные надоедливые насекомые, норовящие насладиться сладкой тёплой кровью или отложить под кожей более крупных созданий свои личинки, дабы спустя некоторое время получить потомство; более крупные, средние и гигантские, встреча с которыми не сулит ничего хорошего. И всё-таки самый главный хищник на планете - это разумная часть её обширной экосистемы - сибурианцы, существа, которые научились выживать, существуя под чахлым солнцем там, где никто другой попросту бы не выжил.

Движения Лакина Стакса, уверенно идущего сквозь ночное болото, были настолько скупы и профессиональны, что сторонний наблюдатель, даже обладая какими-нибудь хитроумными приборами небесных торговцев, позволяющими им улавливать мельчайшие звуки, с трудом бы смог услышать его движения. Ноги, обмотанные кожаными ремнями, защищающими не только от мелких тварей, которые могли легко присосаться в болотной жиже, но и от укусов более серьёзных хищников, не издавали практически ни звука. Каждый шаг делался таким образом, чтобы не производить всплесков. Да, это влияло на скорость передвижения, но, с другой стороны, позволяло дойти до поселения в целости и сохранности.

Молодой охотник не мог видеть звёздное небо - ведь болота всегда скрыты в туманной дымке, что днём, что ночью. Однако он обладал одним неоспоримым качеством: Лакин чувствовал этот мир, чувствовал болота, чувствовал сам Сибур, его душу, какой её описывали старики. Мало кому из сибурианцев удавалось дожить до глубокой, почтенной старости, а ежели таковое и случалось, то подобные патриархи становились старейшинами и вели молодую поросль вперёд, обучая науке выживания в этом негостеприимном мире.

Народ Сибура никогда не был многочисленным. Каждый день их существования был наполнен опасностью, даже в относительно сухом районе, где селились общины, ведь всякая мелочь, особенно летающая, легко могла добраться куда угодно. Сам мир научил этих жестких созданий суровой науке выживания. Он преподавал её с момента рождения - через каждый укус, каждую рану, каждый шаг. А старики помогали сохранять свой род посредством передачи знаний об этом месте.

Лакин с перекинутой через голову связанной добычей двигался безмолвно. Все его органы чувств находились в постоянной готовности к любому изменению окружающей обстановки. Малейший звук, дрожь болотной жижи под ногами, шелест травы - всё могло скрывать смертельную опасность. Но парень был к этому готов. Одна из его рук всегда держала наготове острое железо, выменянное у небесных торговцев, и могла в любой момент предотвратить посягательство на жизнь охотника.

Парень двигался уже четвёртый час без остановки. Его сильное тренированное тело без особых проблем и усилий позволяло справляться с подобными нагрузками, ведь с каждым пройденным километром он приближался к месту, которое давно привык считать своим домом. Эти районы уже считались условно безопасными и являлись первой зоной охоты для молодых охотников, а таковыми в племени как правило становились в возрасте десяти лет. Хотя сам Лакин, ради собственного выживания, вынужден был начать эту карьеру гораздо раньше. Может быть, именно благодаря этому он и стал тем, кем сейчас являлся - самым дерзким и удачливым траппером, способным добыть практически любой трофей. Здесь уже практически невозможно было встретить серьёзных противников - их истребили ещё задолго до рождения Стакса, и с тех пор прореживали иногда возникающие популяции, ведь на чём-то молодую поросль необходимо было учить.

Эти места были уже хорошо знакомы: семилетним пареньком он день за днём пропадал здесь, оттачивая навыки, подражая старшим охотникам, как и другие мальчики, которым повезло чуть больше, чем ему. О своём собственном отце Лакин помнил мало, и он так никогда и не узнал, за каким именно трофеем тот отправился в последний раз. Матери Стакс лишился задолго до этого момента, так что поведать об этой истории ему было некому, ведь спрашивать у кого бы то ни было постороннего о подобном означало показать свою слабость. А юный гордец, даже оставшись один на один с этим злобным миром, не желал показывать тех качеств, которые его предок искренне презирал.

Лакин запомнил его сильным и жизнерадостным: в детстве у них всегда в доме было свежее мясо, а иногда и экзотические продукты, выменянные у небесных торговцев. Однако всё это однажды закончилось, как закончились и запасы пищи. И настала пора взрослеть.

Постепенно уровень болотной жижи под ногами стал уменьшаться: вот парень брёл в ней по щиколотку, а некоторое время спустя уже едва касался ступнями мокрой мелкой травы, ковром устилающей всё вокруг. Значит, дом уже рядом, и с направлением охотник не ошибся. Да и как вообще такое возможно для такого, как он?

Спустя ещё полчаса, когда поверхность под ногами перестала при надавливании выделять влагу, парень понял, что дошёл. Всего каких-то пятьсот шагов - и он окажется у границы поселения. Остановившись на небольшом удалении, он вытянул губы в трубочку и издал характерный свист, показывая притаившимся во тьме дозорным, по очереди оберегающим ночной сон жителей от непрошенных гостей, о своём прибытии. В ответ раздался ухающий звук, свидетельствующий о том, что его поняли, узнали и не станут мешать пройти дальше. У каждого охотника был свой собственный, уникальный опознавательный сигнал, и каждый, кто жил в этом месте, должен был знать их наперечёт. Поселение охранялось всегда, и днём, и ночью, ведь никогда не знаешь, как может повести себя Сибур. Вдруг кто-то ненароком чем-то обидел душу планеты, и она решила наказать нечестивцев, послав по его душу своего охотника.

Ещё на подходах к относительно спокойным местам Лакин, не особо утруждая себя, добыл нескольких шелестунов - съедобных членистоногих, мясо конечностей которых можно было давать даже детям после небольшой термической обработки, а взрослые сибурианцы могли употреблять его в пищу прямо сырым.

Дойдя до центра поселения, Лакин остановился возле пятиметрового резного столба, олицетворяющего душу Сибура. Охотник осторожно опустил к подножию идола свою добычу и встал на одно колено, склонив голову. Бросать трофеи категорически запрещалось, считалось, что тем самым можно оскорбить сердце болотной планеты. Дары преподносить следовало только с благоговением и благодарностью за успешную охоту и добычу. Утром её разделят старейшины среди стариков и тех, кого посчитают нужным. Хотя почему-то в период нужды они подобным юного Стакса совсем не баловали. Однако именно это и сделало его тем, кто он есть теперь.

- Сибур, прародитель мой, благодарю за твоё благословение, за то, что одарил своей милостью, за крепкую топь под ногами, - скороговоркой пробормотал охотник ритуальную фразу, и ему сразу же почудилось, что душа планеты, с которой он искренне ощущал постоянную связь, ответила, посмотрела благосклонно на своего отпрыска и приняла подношение.

Лакин поднялся с земли и ещё раз склонил голову, как бы прощаясь. Наступало утро, и пора было отдыхать. Новый день ему не интересен, а вот ночью должны будут появиться заказчики, ради которых он и рисковал в поисках редкого хищника. Закончив общение с высшими силами, Стакс направился к своей личной хижине. Он жил здесь с самого рождения и знал каждую ветку, из которой когда-то давно она была построена его отцом. Никто не посмел выселить осиротевшего паренька, и он всегда возвращался сюда после охоты.

Жилище сибурианца всегда, в любом поселении, представляло из себя хижину созданную из ветвей нукассы - гибкого, живучего кустарника, в изобилии произрастающего повсеместно. Именно этот строительный материал, правильным образом срезанный и высаженный в особом порядке в несколько рядов, достаточно быстро приживался, пускал корни и продолжал свой рост и выживание. Всё на Сибуре старается выжить, и растения входят в этот список. Со временем стебли становились толще, а строители переплетали их, формируя купол и оставляя только узкий вход свободным, но его плотно занавешивали или плетёными травяными циновками, или же шкурами болотных тварей. Спустя некоторое время расстояние между стеблями полностью исчезало, перекрывая любую возможность летающей живности попасть внутрь. Таким образом получался живой дом, внутри которого было достаточно комфортно и, что самое главное, относительно сухо. Кустарник, сама природа которого состояла в том, чтобы расти в топких районах, требовал много влаги. А так как хижины ставились в более сухих местах, то ему приходилось восполнять недостаток из воздуха. Иногда, когда места внутри уже не хватало, жилище увеличивали, высаживая новые комнаты. Но, как правило, большая часть сибурианцев предпочитали простые круглые формы с одним общим пространством. Так было проще обеспечить безопасность, ведь исключать того, что какая-нибудь мелочь решит полакомиться спящими, было нельзя. Каждый обустраивал своё жилище исходя из личных предпочтений, но никто и никогда не развёл бы внутри огонь, так что пищу готовили снаружи.

Осмотрев закрепленную перед входом шкуру, сшитую из нескольких крупных лоскутов, Лакин убедился, что оставленные им незаметные метки никуда не делись, а значит, в его отсутствие никто к нему не наведывался. Обычно так никто и не делал, но Стакс слишком ревностно относился к своим вещам. Он вообще отличался от остальных охотников, и дело было не в его личных способах и уловках, которые он применял, выискивая добычу. Нет, сам его внутренний мир отличался. Ведь ему, как это ни странно, нравилось что-то новое и неизведанное.

Когда-то давно, получив своё первое железо, он долгое время боялся к нему даже лишний раз прикоснуться, считая чем-то удивительным. Однако повзрослев и набравшись опыта, он стал по-другому смотреть на многие вещи. Исчезла юношеская восторженность, но появился интерес. Стакс искал любую возможность узнать то, как работают чудесные штуки небесных торговцев, что ещё нового они могут дать, и о чём умалчивают.

Лакин всегда был внимательным, по-другому бы на охоте он не выжил, поэтому подмечал мельчайшие детали их экипировки, в особенности оружие. Как же мечтал парень увидеть то, как оно действует! Старики рассказывали, что оно поистине может быть грозным и убивать врагов на большом расстоянии. Однако сам он так и не смог стать свидетелем этого чуда. Только издалека рассматривать сами предметы, назначение которых ему объяснили ещё в детстве.

Зайдя внутрь своего жилища, Лакин окинул взглядом своё имущество и ещё раз убедился в том, что всё находится на своих местах. Уже несколько лет он старался брать заказы у жителей других миров в обмен на их товары. Он делал это для того, чтобы иметь возможность получить от них что-нибудь новое. Именно поэтому часть предметов несли на себе технологический отпечаток. Хотя, безусловно, большая их часть являлась откровенным ширпотребом, на который и не посмотрели бы более продвинутые представители Содружества - полумифического составного государства, о котором нехотя рассказывали пришельцы. У Стакса имелся даже комбинезон - одежда, которую носили все без исключения торговцы. За то, чтобы получить эту обновку, охотнику пришлось изрядно потрудиться и добыть с десяток обитателей болот. Но хотя по большому счету носить эту экипировку Лакин на планете не мог, в этом просто не было смысла, всё равно сам факт обладания чем-то необычным грел его душу.

Осторожно положив свой трофей в деревянный ящик, смазанный специальной смолой, не позволяющей вытекать хранящемуся в нём небольшому количеству болотной жижи, парень обеспечил сохранность добычи. Это было необходимо для того, чтобы кожа отловленной твари не пересыхала и позволила сохранить трофей в живом виде до передачи заказчикам. Закрыв перфорированную крышку, Лакин аккуратно принялся снимать экипировку, с которой он постоянно ходил на охоту. Он предпочитал строгий порядок у себя в хижине, поэтому всё аккуратно раскладывал по своим местам. Затем он разделся, критически осмотрев сначала одежду на предмет повреждений и возможного наличия кровососущих, притаившихся в складках паразитов, а затем и собственное тело. Не найдя ничего, он наконец-то смог расслабиться и почувствовать себя в относительной безопасности. Несколько худощавое, но очень жилистое и крепкое тело сибурианца на плечах было покрыто затейливой вязью ритуальных татуировок. Эта традиция существовала испокон веков, и благодаря ей любой мог сразу понять, какого уровня мастерства и удачливости охотник находится перед ним. Каждый узор означал подтвержденную добычу определенного трофея. И чем больше их было нанесено, тем большим уважением пользовался житель Сибура. Узор, имевшийся у Стакса, был очень сложен. Мало кто мог похвастаться подобным, ведь в болотах практически не осталось существ, на которые он бы не охотился. Осталось всего несколько орнаментов, но чтобы добыть их, могло не хватить и нескольких жизней, да и мало кто решался попытать счастья в их поисках. Как правило, это были самые крупные, коварные и опасные представители местной фауны. Лакин мечтал когда-нибудь заработать их все и стать настоящей легендой, а пока он был лишь самым молодым обладателем подобного набора, что не могло не вызывать закономерного недовольства со стороны более старших охотников.

Достав несколько кусочков вяленого мяса, парень закинул один из них в рот и завалился на кровать, покрытую мягким пледом, также полученным в обмен на трофеи от небесных торговцев. Закинув руку за голову, Стакс прикрыл глаза и начал мечтать. Он часто так делал, чтобы расслабиться после охоты и сбросить груз эмоционального напряжения. Выходя на промысел, охотник погружался в особое состояние, называемое коттис, когда сибурианец становился частью окружающего мира и все его чувства обострялись, а реакция ускорялась в разы. Этому трюку его научил ещё в детстве отец, а потом уже сам Лакин развил эту способность до текущего уровня. Однако сейчас необходимо было переключиться.

Перед мысленным взором пролетали образы космических кораблей, парящих в пустоте. Он представлял, как управляет одним из них и посещает другие планеты, видит непохожих на сибурианцев существ, перенимает от них полезные навыки. Парень мечтал когда-нибудь оказаться внутри такого корабля, однако торговцы допускали к себе только старейшин, а ему в силу возраста в подобном было отказано, даже несмотря на то, что он регулярно добывал редких обитателей болот и был на хорошем счету. Постепенно Лакин расслабился и начал засыпать. После непростой ночи необходимо было отдохнуть и подготовиться к передаче заказа, однако сделать ему это не удалось, потому что снаружи раздался явно взволнованный детский голос, зовущий его:

- Лакин, Лакин, ты тут?

Стакс медленно открыл глаза, словно выплывая наружу из глубины болот. На секунду его посетило раздражение, но затем оно испарилось, потому что подобное поведение среди жителей поселения, ведущих достаточно уединенный стиль жизни, являлось нетипичным. А значит, что-то произошло. Ведь по-другому бы его вряд ли побеспокоили. Молодой охотник поднялся на ноги одним слитным движением, словно перетёк из одной стойки в другую, и, подойдя к выходу, выглянул наружу. За порогом стоял ребенок, вся одежда которого состояла из кожаной набедренной повязки.

- Что случилось? - хмуро поинтересовался уставший парень.

- Тебя Кагал зовёт.

Стакс на секунду задумался, интересно зачем он мог понадобиться старейшине, и, не найдя веской причины, спросил:

- Не знаешь, что ему нужно?

- Дарза потерялась. С утра её дома не нашли, думают, что ушла на болото. Ты же знаешь, что она ненормальная. Искать надо, - скороговоркой поделился информацией мальчик.

Судя по его тону, он был очень горд полученным важным поручением и старался выполнить его как можно лучше.

- Я сейчас подойду, - принял решение сибурианец и скрылся в хижине.

Он знал эту молодую девушку. Она действительно отличалась от всех остальных, за что её регулярно наказывали родители. Ведь вместо того, чтобы готовиться стать матерью, Дарза мечтала стать охотником. Небывалое дело! Ведь дух Сибура не любит подобного к себе отношения. Женщина должна находиться в безопасности, и подобного допускать нельзя. Однако, несмотря на внешнее давление, девушка, которая, к слову сказать, была достаточно симпатичной и сам Лакин вполне мог бы рассмотреть её в качестве подруги, настойчиво старалась доказать обратное. Вот и сейчас, похоже, она решила показать всем, что и она что-то умеет, и теперь придётся возвращаться в топь.

На экипировку ушло всего пара минут, по истечении которых Лакин покинул свой дом, прикрыв вход кожаным пологом и поставив несколько незаметных меток. Эта привычка уже въелась в поведение, и менять её Стакс не собирался. После чего быстрой лёгкой походкой парень поспешил к центру поселения. Добравшись туда за пару минут, он увидел там нескольких явно взволнованных соплеменников. Пристроившись к краю, Лакин попытался понять, всё ли верно растолковал ему юный гонец, и, судя по всему, тот не ошибся в своих суждениях. Девушка действительно покинула дом ещё ночью, и её исчезновение не было обнаружено вплоть до утра. Оперативно организованные поиски ничего не дали, и сейчас собирали всех мужчин для поисков в районых, где заканчивалась относительно безопасная зона.

Стасу всё стало понятно без дополнительных разъяснений. Поэтому он развернулся и молча направился в сторону границы поселения. Болота Сибура обширны, они практически бесконечны, и шансов обнаружить одинокого человека среди этих бескрайних гиблых мест весьма невелики. Поэтому особого смысла в том, чтобы координировать свои действия с остальными, парень не видел. Он пойдёт и сделает то, что от него требует его долг. А повезёт или нет ему на этом пути - так то известно только самому Сибуру.

Спустя примерно полчаса после того как он пересёк границу, его ноги вновь вступили в пока ещё доходящую только до середины стопы болотную жижу. Постепенно её уровень начнёт повышаться, а когда поднимется ещё сантиметров на 15, то это будет означать, что он достиг уже обследованной зоны и начнёт поиск. Несмотря на бессонную ночь и то, что ему не удалось отдохнуть, Стакс чувствовал себя достаточно неплохо и был уверен в себе. Он погрузился в своеобразное полутрансовое состояние, словно слившись с этим мрачным миром, став его частью, в которой он являлся главным хищником. Наверное, самым страшным их всех детей планеты, перед которым, если задаться целью, пасуют все другие.

Глава 2. Скорбная добыча

- Дарза, - едва слышно прошептал Лакин, внимательно осматривая простирающуюся перед ним заболоченную топь, тонущую в густом, едва колышащемся, сером мареве.

Видимость составляла всего метров двести, да и гораздо ближе этой границы очертания предметов уже подёргивались легкой дымкой. Сибур жил и дышал, и с этим ничего нельзя было поделать.

- Ну и куда тебя могло понести, самоуверенная идиотка?

Болота Сибура бескрайни, если не знать пути, то по ним можно идти много дней и в конечном итоге так и не выбраться на твёрдую поверхность. Хотя говорят, что существовали племена, живущие прямо посреди самых гиблых топей, сооружающих свои хижины прямо на деревьях, и способные добывать любых тварей. Но, честно говоря, Лакин в это особо не верил, потому что искренне считал, что обеспечить безопасность подрастающему поколению при таком подходе просто невозможно.

Парень задумался. Ну и куда могла отправиться девчонка, которая хочет доказать, что может стать ровней мужчинам? Ответ один: туда, где водится тот, кого она выбрала своим трофеем. Интересно, что будет, если ей удастся задуманное? Лакин никогда прежде не слышал, чтобы женщина из народа Сибура стала охотником. Нет, безусловно, в юном возрасте все дети учатся ходить по относительно безопасным районам. Это, во-первых, приучает их к постоянной бдительности, а во-вторых, позволяет добыть дополнительный рацион питания для семьи, ведь даже неподалёку от поселения можно найти созданий, годящихся в пищу. Собственно говоря, так и вырастают охотники, а их подруги учатся защищать себя и детей на территории жилища.

Но вот Дарза - совсем другое дело. Эта бойкая девчушка никогда не желала быть как все и мечтала стать чем-то большим. Заработать уважение, не родив детей и оберегая свой дом, а став полноправным охотником. Глупость несусветная! У женщины идёт кровь раз в два месяца, делая их желанной добычей для многих тварей, ведь они чувствуют этот самый приятный для них аромат издалека. В такие дни даже на улице показываться не стоит. Да и мало ли еще какие неприятности можно заработать женщине в болотах, ведь они всё-таки предназначены для другого.

И тем не менее сумасбродная соплеменница всё-таки решилась. Глупая девчонка. Куда же ты могла пойти? Понимая, что сейчас большая часть мужского населения, находящегося в посёлке, уже направилась на поиски, Лакин выбрал самый, на его взгляд, сложный маршрут. Ведь все остальные вряд ли подумали бы, что она могла направиться сюда. Это путь для настоящих охотников, да и топи здесь слишком глубокие. И очень опасные. При наличии других вариантов рисковать здесь - однозначное самоубийство. Но, в отличии от более безопасных мест, здесь гораздо проще найти серьёзный трофей. На этом и построил свои умозаключения Стакс, направившись в сторону заката.

Понимая, что охватить весь объём безграничных пространств он не в состоянии, Стакс выбрал для себя определённый сектор и принялся его методично прочёсывать, совершая челночные переходы змейкой. Да, это занимало много времени, но, с другой стороны, позволяло тщательно проверить местность.

Периодически сибурианец останавливался и прикасался кончиками пальцев к болотной жиже. Сейчас, когда день уже разгорелся вовсю, основные хищники, промышляющие в тёмное время суток, уже отправились в спячку, расползшись по своим укромным логовам. Большую их часть Лакин замечал издалека и обходил по небольшой дуге, дабы лишний раз не провоцировать тварей. В данный момент он двигается здесь совсем с другой целью, и их жизнь ему не нужна, да и мясо, которое в случае нападения у него однозначно появится, придется бросить, а это является практически преступлением.

Примерно через час впервые за этот день он вынужденно испытал свою реакцию. Еще молодой и не до конца сформировавшийся скрипунец - ядовитый падальщик - совершенно непонятно почему решил выбрать его в качестве своей жертвы. Эти небольшие членистоногие существа обладали гибким, но достаточно прочным хитиновым панцирем и достигали после полного созревания размеров около метра. Перемещались они при помощи сорока восьми суставчатых лап, на концах которых находились небольшие плоские пластинки, позволяющие им бегать даже по поверхности болотной жижи. И двигались они настолько стремительно, что если хоть на секунду замешкаться, то можно и не успеть среагировать. Этому ядовитому болиду-скрипунцу достаточно было лишь слегка провести своими жвалами по коже, чтобы поразить её своим ядом. А дальше он отбегал и выжидал, пока жертва не умрёт, ну или не ослабнет и не потеряет сознание, и тогда он спокойно сможет полакомиться начавшей стремительно разлагаться в районе повреждения плотью. Однако была у него одна черта, которая позволяла понять, что он находится рядом: во время движения он издавал характерный скрипящий звук - это хитиновые сегменты на его теле тёрлись друг об друга из-за движения лап. Собственно говоря, своё наименование он и получил как раз из-за этого.

Острый клинок охотника, заточенный до бритвенной остроты, метнулся в нужную сторону ровно в тот момент, когда это было нужно. Кончик пробил тело болотной твари в районе головного нервного узла, и она, издав негромкий писк, задёргалась, в отчаянной попытке спастись, хотя её судьба уже была предрешена. Лакин, с первого взгляда убедившийся, что его удар, как всегда, оказался точен, спокойно вытянул руку, осматривая этот не в меру агрессивный экземпляр, и отметил, что он, несмотря на некоторые признаки незрелости, всё-таки достаточно крупный. Хороший скрипунец. Жаль, что небесным торговцам подобные трофеи были не интересны. Они вообще обладали весьма ограниченным списком того, что готовы были купить. Хотя иногда, безусловно, брали на пробу и тех созданий, которых до этого не видели. Но такое случалось редко. Сотни лет сибурианцы поставляют им свою добычу, и за это время практически вся она давным-давно оказалась изучена. Так что подобные трофеи добывать было бессмысленно, разве что использовать их в пищу.