— Я могу и сама раздеться, — тоже улыбнулась, хотя сейчас улыбка ощущалась чем-то противоестественным.
Казалось, на лице отпечаталась маска ужаса и не собирается исчезать.
— Ты сведёшь меня с ума.
Арк потянулся к моей груди, расстегнул первую пуговицу, вторую, ведя кончиками пальцев по коже. По телу разбежались мурашки. Прерывисто вздохнув, я прошептала:
— Поцелуй меня.
И Аркарион не стал отказывать в просьбе: накрыл мои губы своими, будто вкладывая в этот поцелуй все те чувства, что испытал сегодня, когда обнаружил меня в руках врага. Он целовал яростно, напористо, жадно сминая мои губы. И стало так хорошо, что почти затих засевший в глубине души страх.
Глава 5
/Лучница/
Лалиэн прикрыла дверь каюты Аркариона, оставляя сестру и друга наедине. Сердце беспокойно трепыхалось в груди после пережитых волнений. И щёки вспыхнули, когда она поняла, что оставила сестру на ночь наедине с мужчиной. Конечно, они почти помолвлены, да и Александра долгое время провела в мире с более свободными нравами. Раньше бы Лалиэн не позволила подобного, но сейчас, после того как сама чуть не отдала невинность мужчине, которого думала, что любит, решила не вмешиваться в жизнь сестры.
Из каюты Александры раздавались голоса, и Лалиэн на цыпочках подошла к двери, прислушиваясь. Разговаривали капитан Арчер и Дайрос. Но наверняка и Ривен находился там.
— Защиту усилим. Только не понимаю, — голос капитана звенел от напряжения. — Мы в открытом море, как они нашли нас?
— Не просто нашли, а поджидали Александру в её каюте, — голос Дайроса напоминал грозовые раскаты грома: опасные и угрожающие.
Первое время будущий жених казался Лалиэн холодным, даже пугающим, но к ней он всегда относился тепло и с участием.
— Эй.
Лалиэн подскочила на месте, резко оборачиваясь на голос Ривена.
— Ты почему не заходишь? — брат стоял в коридоре и смотрел на неё с укоризной.
— Там… — Лалиэн отчаянно покраснела.
И почему решила, что её выгонят? Она ведь такой же член команды.
— Лали, ты не во дворце, — Ривен демонстративно закатил глаза и подошёл к ней ближе, чтобы толкнуть дверь каюты.
Стараясь унять румянец на щеках, Лалиэн первая вошла в каюту. Следом шагнул брат и закрыл дверь. В помещении стало невероятно тесно, а в нос ударил железистый запах крови. Пленного асура увели. Судя по всему, за этим проследил Ривен. А труп первого мужчины находился здесь.
— Как принцесса? — Арчер обратил к ней внимательный взгляд карих глаз.
Капитан производил приятное впечатление, всегда улыбался и был обходителен. Но сейчас тени наползли на его лицо, а взгляд сделался мрачным.
— Она… — Лалиэн закусила губу, вспоминая бледное лицо сестры.
Привыкла, что Александра всегда весела и серьёзна, когда необходимо. Но сегодня сестра оказалась напугана, а на её щеках блестели слёзы. Наверное, привыкшей сражаться Александре было страшно оказаться беззащитной перед врагами.
— Ей нужно прийти в себя, — наконец нашлась Лалиэн.
Наверное, это ей необходимо даже больше, чем помощь целителя. Оставалось надеяться, что рядом с женихом Александра успокоится.
— Не стоит оставлять принцессу одну, — капитан нахмурил брови, взглянув на Дайроса.
— Вряд ли она одна, — пробормотал тот, и Лалиэн согласно кивнула, вновь смутившись.
— Чего?! — воскликнул Ривен.
— Они помолвлены, — напомнила Лалиэн вмиг вскипевшему брату. — И не забывай, что именно Аркарион её спас. А мы бы не спохватились до утра, если бы ты и дальше не позволял им общаться.
Ривен резко изменился в лице. На щеках брата заходили желваки, а губы вытянулись в прямую линию.
— Ладно, — буркнул он. — Давайте вернёмся к нападению.
— Я бы хотел, чтобы вы все позволили вновь проверить ваши вещи на наличие магических маяков, — капитан по очереди посмотрел сначала на Дайроса, потом и на Лалиэн с Ривеном, ожидая согласия.
— Наши вещи уже проверяли, — Ривен в нервном жесте похрустел костяшками пальцев. — Я сам присутствовал при проверке.
— Сто́ит проверить ещё раз. Тщательнее, — жёстко ответил капитан.
— И проверить всю команду, — заявил Дайрос.
Капитан Арчер с возмущением взглянул на принца Драко, но тот даже не дрогнул. Черты лица окаменели, будто лишились эмоций, хотя глаза по-прежнему метали молнии.
— Они подписывали магический контракт. Я уверен в каждом, — Арчер выпрямился, продолжая немигающим взглядом смотреть в чёрные глаза принца.
— Мы тоже были уверены в Кириане. А магические клятвы можно обойти, если есть желание.
Лалиэн невольно дёрнулась при упоминании своего телохранителя. Доверяли, даже слишком. Она сама привела врага в их ряды. И только удача помогла им всем выжить в тот день. Хотя иногда кажется, что часть её всё же умерла тогда. В ней погибла наивная принцесса, мечтающая о любви. Сейчас Лалиэн сомневалась, что способна вновь хоть кому-то довериться. Даже общаясь с Дайросом и понимая, насколько он верный друг, она слышит в глубине противный голосок, напоминающий, что никому нельзя безоговорочно верить.
— Проверить всю команду нереально. Тем более что и время поджимает, — произнёс сдержанно капитан.
— Почему? — вопрос сорвался с губ раньше, чем Лалиэн подумала.
Но мужчины не разозлились, а Ривен пояснил причины:
— Асуры прибыли на шлюпке. В такую погоду даже при поддержке магии они бы не решились на дальние заплывы.
Выводы сформировались мгновенно, взрываясь в мыслях испугом и разгоняя только успокоившееся сердце до предела.
— Вражеский корабль настиг нас? — предположила она сипло.
— Да, они близко, — кивнул Арчер. — Битвы не избежать.
Судорожно вздохнув, Лалиэн прижала ладонь ко рту. Это Александра чувствовала себя в безопасности на воде. А Лалиэн боялась столкновения. Битвы, когда некуда бежать и нет спасения посреди бескрайнего моря. Ведь его воды несут не меньше опасностей, чем враги на приближающемся судне.
Обсуждение перешло к деталям, но Лалиэн внимательно слушала, стараясь не пропустить ничего важного. Потом она ходила со всеми по каютам, чтобы провести проверку вещей, в которой и сама участвовала. Силы уходили с каждым заклинанием, а найти ничего не удавалось. Капитан Арчер, желая показать свою верность и подать пример команде, попросил проверить и его каюту. К тому времени, как они закончили, время перевалило за полночь, и было решено продолжить после рассвета.
Лалиэн отправилась к себе. Нападение на Александру напугало, и она входила в помещение с опаской. Теперь жалела, что не попросила Ривена проводить её, но он собирался спуститься к пленнику. Она отправила вперёд магический светлячок, только войти не успела.
— Лалиэн, — ладонь Дайроса легла на плечо, он прошёл в каюту вперёд неё. Внимательно осмотрелся и только потом махнул, приглашая и её войти. — Будь осторожнее. В тебе могут видеть хороший рычаг давления на сестру.
— Ты умеешь успокоить, — проворчала Лалиэн, пытаясь скрыть дрожь в теле.
— Прости, — Дайрос растрепал и так безбожно взъерошенные волосы, подступил к ней, чтобы сжать её руку в знак поддержки. — Я и сам переволновался.
Он потянул её в каюту, а потом закрыл и дверь. Лалиэн смутилась. Неужели он решил остаться с ней на ночь? Ехидный голос напомнил, что муж и жена, которыми им предстоит стать, ночи проводят вместе. А если брак удачный, то и не только проводят...
— Я хотел спросить у тебя. Только не думай, что я тебя в чём-то обвиняю. Вчера я видел Аркариона, выходящего из твоей каюты.
— Ой, — Лалиэн схватилась за ладонь Дайроса и второй рукой.
Нужно объясниться. Понимала же, что поздний визит могут не так истолковать, но сама слишком увлеклась.
***
Аркарион пришёл вечером. Такой радостный, что Лалиэн сама улыбнулась, глядя в его искрящиеся глаза.
— Предисловие, — заявил он, бесцеремонно входя в каюту. — Когда мне плохо, я беспрерывно машу мечом. Меня это успокаивает. Я узнал у Ривена, что ты любишь музицировать.
— Да, — растерянно отозвалась Лалиэн.
Точнее, любила. Несколько месяцев она не держала инструмент в руках, а ноты извлекала лишь из натянутой тетивы верного лука.
— Держи, это тебе, — Аркарион вытянул из-за пазухи лиру.
Деревянный корпус был потёрт и поцарапан, но струны выглядели крепкими. Сам инструмент оказался меньше обычных лир, а на фоне её любимой арфы смотрелся совсем игрушкой.
— Откуда? — пальцы почему-то дрожали, когда она приняла подарок.
Казалось, музыка осталась там, в прошлой жизни беззаботной принцессы, из которой она так безрассудно сбежала.
— Поспрашивал у команды, — Аркарион беспечно махнул рукой, продолжая улыбаться. — Только чур я первый слушатель.
— Но я так давно не играла, — пролепетала Лалиэн, а пальцы подрагивали в желании ущипнуть струну, чтобы извлечь задорную ноту «ля» или грустную «до» из инструмента.
— Талант же при тебе, — Аркарион сжал руками её плечи, развернул к себе спиной и слегка подтолкнул к кровати.
Лалиэн растерянно прошла вперёд, а потом и присела, взглянув на лиру. Аркарион умостился рядом и затих, ожидая, пока она соберётся с мыслями. Первая нота вышла какой-то несуразной, она вибрацией пробежалась по узкому помещению и затихла, вылившись в румянец на щеках девушки. Пальцы казались неповоротливыми, деревянными, когда она вновь тронула струны.
— Не волнуйся, — подбодрил Аркарион. — Если тебе будет легче, могу сыграть я. Только потом не сетуй на то, что ундины приплыли требовать моей смерти.
Лалиэн рассмеялась, вспомнив опасных обитательниц морей. По словам Александры, они потрясающе пели. Но обычных людей их пение не просто манит, а обрекает на смерть.
Она вновь дёрнула струны, и на этот раз аккорд прозвучал гармонично. Лалиэн сама зажмурилась, ощущая, как окунается в воспоминания прошлого, когда могла часами просиживать в музыкальной комнате.
***
— Очень красиво, — прошептал Дайрос.
Он сидел на кровати, на том же месте, где и Аркарион вчера. Последняя нота мелодии ещё звенела в воздухе. Лалиэн подняла взгляд к жениху, мягко ему улыбнувшись. Дайрос спокойно воспринял её рассказ и даже попросил сыграть. Аркарион был прав, музыка её отвлекает, позволяет отбросить плохие мысли и найти успокоение в сочетании нот. Кажется, и Дайрос забылся. Чёрные глаза потеплели, больше не пугали таящейся в глубине яростью.
— Сыграй ещё, — он придвинулся к ней, откинувшись спиной на стену, и прикрыл глаза.
Лалиэн не ответила, продолжала смотреть на Дайроса, пока пальцы, приноровившись к новому инструменту, играли знакомую мелодию. Черты лица будущего жениха расслабились, а губы приподнялись в лёгкой улыбке, преобразившей его черты. Под глазами пролегли тёмные круги. И днём он казался усталым, говорил, что плохо спал, и сегодня не удалось лечь раньше.
Лалиэн опустила взгляд к лире, боясь, что Дайрос заметит столь пристальное разглядывание. А когда вновь подняла глаза, поняла, что он заснул. С минуту она смотрела на него, не зная, что предпринять. Будить его казалось кощунством, он и так устал за день, перенервничал, но так спать неудобно.
— Дайрос, — она коснулась его плеча.
Мужчина дёрнулся, приоткрыв глаза.
— А? Я заснул? — пробормотал он, приподнимаясь и на рефлексах хватаясь за рукоять меча, лежащего рядом на кровати.
— Всё в порядке. Не вставай, — Лалиэн надавила на его плечи, и Дайрос не стал сопротивляться, прилёг, положив голову на подушку.
— Спасибо, — пробормотал и, кажется, снова заснул.
Лалиэн помотала головой, глядя на лежащего в её кровати мужчину. И только отложив лиру, поняла, насколько устала сама. Тело наливалось свинцовой тяжестью, а глаза болели, словно под веки насыпали песок. Приготовления ко сну не заняли много времени. Она стянула с Дайроса обувь и пояс с оружием и ножнами. Укрыла его, и сама легла рядом, не став раздеваться.
Сначала боялась даже коснуться, но смущение быстро забылось под тяжестью навалившейся усталости. Как заснула, даже не заметила, и кошмары ей не снились, хотя мелькал страх, что во сне придётся убегать от притаившихся в тени врагов. Наоборот, это была одна из самых спокойных ночей. Тревоги не отпустили, нет, но рядом с Дайросом она невольно ощущала себя в безопасности. Неизвестно, как сложатся их отношения, но она больше не сомневалась, что сможет полюбить его как мужчину, как друг он уже завоевал её доверие.
А утро было душным. Дайрос обнимал так крепко, что было трудно дышать. Она лежала, уткнувшись носом в его грудь, но не пыталась высвободиться из надёжных объятий, наслаждалась минутами тишины. Ведь скоро придётся вынырнуть из туманной неги утра и окунуться в беспокойство дня. И она совсем не ожидала, что утро из расслабленного станет внезапно жарким. Дайрос завозился, кажется, просыпаясь. Ладони с нажимом прошлись по её спине, пока одна не стиснула бедро, вжимая его в твёрдое тело мужчины, а вторая не скользнула в волосы, закапываясь пальцами в них и вынуждая принцессу запрокинуть голову. Глаза Дайроса были закрыты, когда его губы отыскали её. Жадные и требовательные, они накрыли её уста, не давая и шанса сбежать.
Лалиэн замерла, не отвечала, но и не пыталась оттолкнуть. Зря она легла спать рядом с Дайросом. Он порядочный, но не стоило забывать, что он мужчина. И почему-то вспомнился тот поцелуй с Кирианом, когда она чуть не совершила самую большую в своей жизни ошибку, отдав ему невинность. Кириан так же целовал, с горячностью и порывистостью. Наверное, потому так захотелось стереть те горькие воспоминания о предателе, заменив их новыми.
Пальцы вцепились в рубашку на груди Дайроса, и Лалиэн ответила на поцелуй, пытаясь силой воли стереть воспоминания о том другом мужчине, что засел в сердце ядовитой занозой. И почти получилось! Горячность Дайроса увлекала, разливалась дрожью в теле и отзывалась взрывом в мыслях, пока он не прошептал имя, вмиг заставив принцессу очнуться. Он звал не Лалиэн, он звал Александру. Её он целовал, находясь на грани между сном и явью.
Глава 6
/Дракон/
Давно так спокойно не спалось. И было невероятно тепло. Обоняние щекотал приятный цветочный аромат. Так могла пахнуть только девушка. Похоже, ему снится сон. Откуда в его постели взяться девушке, если последние месяцы проходят в тяжёлой дороге и тревогах?
Но как же не хочется выныривать из этого сна! Представить на мгновение, что путь их окончен, они достигли цели и добились успеха. И теперь Безликий не угрожает миру новой войной, в которой больше нет противников, способных ему противостоять. Представить, что рядом лежит она… Александра. Что её волосы он пропускает сквозь пальцы, её губы ласкает своими, требуя ответить, её тонкое тело прижимает, ощущая, как впиваются в кожу на груди острые ноготки, и её стон разносится в тишине, когда она, наконец, отзывается на его ласку.
Сон, такой реалистичный, продолжался, врываясь в мысли новыми образами и ощущениями. Но всё хорошее имеет свойство заканчиваться. Поцелуй вдруг прервался, и в грудь ударили, требуя пробуждения. Дайрос нехотя приоткрыл глаза, проморгался, пытаясь понять, где находится. Последние ночи проходили в тревоге, почти без сна, потому он не помнил, где и как заснул. А сейчас, глядя в голубые глаза Лалиэн, начал понимать, что так и не добрался до своей каюты. И кажется, сон стал не совсем сном, чуть не вылившись в реальность с вполне естественными последствиями.
Дайрос медленно разжал объятия, осторожно выпуская волосы девушки из хватки и убирая вторую руку с уже обнажённого бедра. Лалиэн завозилась, опустила голову и поправила юбку платья. Возбуждение наполняло сознание, и Дайрос даже чувствовал некоторое разочарование из-за того, что она его остановила. Может, так было бы легче?
Он мотнул головой, пытаясь отбросить остатки сна. Лалиэн — невинная девушка, только пережившая разочарование в любви. Ей бы точно не стало легче. Не говоря о том, что между ними нет других чувств, кроме дружбы. И до сегодняшнего пробуждения с ней в одной кровати он не мог воспринимать её как девушку. А сейчас возникали мысли вновь обнять её, поцеловать и оценить свои чувства уже не во сне, а наяву. Но следующие слова Лалиэн заставили вмиг опомниться:
— Ты любишь её?
— Кого? — растерянно отозвался он.
— Александру. Ты назвал меня её именем, когда целовал.
— Она красивая девушка, — выдавил из себя Дайрос, не зная, как ответить.
