— Хочу сказать, что ты едва не упала.
— Это обувь виновата, — фыркает она и кривит аккуратный носик.
— Разумеется, — соглашаюсь, но Яна неожиданно кривится ещё сильнее.
— Мне не нравится твоё «разумеется».
— Могу сказать иначе.
— Не нужно. У тебя на лице уже написано, что ты невыносимый.
— Удивительно, — слегка улыбаюсь и не могу оторвать от неё взгляда. А это плохо. — В твоём досье то же самое написано.
Мать твою, Орлов. Ты сейчас что сделал? Прокололся? Яна прикрывает глаза и прикладывает палец ко лбу, слегка растирая его, будто не расслышала последнюю часть.
— Что, прости? — всё же переспрашивает она.
— Я сказал, это заметно и без досье.
— Врёшь ты скучно, Орлов, — отвечает Яна.
Она проходит мимо меня в сторону лифта. Делает четыре уверенных шага. На пятом слегка покачивается, а я не могу оторвать от неё взгляда. Интуиция вопит, что она принес только проблемы, а ноги идут за ней. И это не вяжется с моим отлаженным миром.
Через неделю мне предстоит с ней работать. А сейчас мы оба понимаем, куда нас приведёт эта дорога в одну сторону. И каждый из нас молча соглашается встать на неё.
Догоняю Янину и придерживаю дверь лифта.
— Моя подруга живёт на пятом, — сообщает она.
— А ты?
— Сегодня нигде, — безразлично отвечает она.
— Содержательно.
— Я оставила сумку у неё, а сама возвращаться не хочу. Там сейчас либо пусто, либо происходит знакомство с будущим мужем. Зная удачливость Сашки, ставлю на второе.
— Могу предложить свой номер.
— Так быстро? — Янина вскидывает бровь, но я не слышу в её голосе испуга, только предвкушение.
— Там есть вода.
— Господи, Орлов, продолжай в том же духе — и ты соблазнишь меня на целый графин.
Двери лифта открываются.
Она выходит первой, но не спрашивает, куда идти. Ждёт. Значит, предложение принято.
Я не люблю импульсивных решений. Тем более решений, принятых под воздействием алкоголя и физического желания. Они создают последствия, от которых потом приходится избавляться.
Но сейчас, глядя на эту фурию, я понимаю две вещи.
Первая: она опаснее, чем указано в досье.
Вторая: мне хочется узнать, насколько.
Глава 2
Провожу карту через считыватель и открываю дверь.
Янина входит, осматривается. Номер большой, но стандартный: гостиная, спальня, панорамные окна, тёмное дерево и стекло. Всё как я люблю. Никаких лишних деталей. И только эта женщина, как инородное, притягательное тело.
Но она уже идёт к бару, открывает холодильник и достаёт бутылку воды. Пьёт прямо из горлышка.
А я просто наблюдаю.
Она знает, что я смотрю. Более того, делает всё немного медленнее, чем требуется.
— Лучше? — спрашиваю я.
— Мне и не было плохо.
— Конечно.
— Ещё одно такое «конечно», и я начну думать, что ты зануда.
— Ты уже так думаешь.
— Значит, начну говорить вслух, — добавляет она, ставит бутылку и поворачивается ко мне. Несколько секунд мы просто смотрим друг на друга.
Без музыки, коридора и посторонних её присутствие ощущается острее.
Она красивая. Но дело не только в этом.
Красивых женщин я встречаю постоянно. С некоторыми провожу ночи. Секс давно стал для меня простой потребностью тела. Как еда, сон или физическая нагрузка. Никаких обещаний. Никаких звонков на следующий день. Никаких попыток сделать вид, что короткое удовольствие способно заполнить пустоту.
Янина не похожа на пустоту. Скорее на взрыв в закрытом помещении. Опасный, бессмысленный и притягивающий взгляд.
— Ты так и будешь молчать? — спрашивает она.
— Решаю, что тебе предложить.
— Судя по выражению лица, варианты тебе самому не нравятся, — а вот её прямолинейность подбешивает и это что-то новое.
Может я погорячился, решив что смогу с ней сработаться?
— Вода, кофе или такси, — начинаю перечислять самые безопасные варианты, но я думаю сейчас не о них. Ох, не о них.
— Ты не это хочешь мне предложить, Орлов, — довольно хмыкает она, будто сама уже всё прочла.
— А какое правильное предложение? — спрашиваю я, а Яна подходит ближе. Между нами остаётся один шаг.
— Ты же расчётливый мужчина. Просчитай.
От неё пахнет парфюмом, текилой и чем-то тёплым, женским, от чего тело реагирует быстрее, чем разум успевает это прокомментировать.
— Я не пользуюсь пьяными женщинами.
— Во-первых, я не настолько пьяна. Во-вторых, это ещё большой вопрос, кто сегодня кем воспользуется, — довольно заключает она слишком демонстративно осматривает меня, как новый экспонат в её личную коллекцию.
— Янина, — предупреждающе произношу я, снова теряя контроль.
И она замирает. Вот теперь точно замечает.
— Я не называла своего имени.
— Охранник обращался к вам.
— Не обращался.
Улыбаюсь едва заметно.
Прокол.
— Значит, слышал раньше.
— Или ты всё-таки ходишь за незнакомыми женщинами не просто так?
Она изучает меня, но недолго. Видимо, решает, что разберётся позже.
— Ладно, Орлов. Свою мрачную тайну можешь оставить до утра. Где душ?
Указываю на дверь спальни.
Яна проходит мимо. На пороге останавливается, поворачивает голову и смотрит через плечо.
— Я приму душ.
— Разумное решение.
— Только не порть всё своим голосом скучного папочки.
Она снимает сначала одну бретель платья, затем вторую.
Медленно.
Ткань соскальзывает с груди, открывает спину и падает к её ногам чёрным шёлковым облаком.
Под платьем только тонкие чёрные трусики.
Янина переступает через ткань и оставляет её лежать на полу.
— Ты решила, что одежда тебе больше не понадобится? — спрашиваю я, чувствуя, как напрягается каждый мускул.
Она поворачивается ко мне вполоборота. Волосы закрывают часть обнажённой груди, но не настолько, чтобы облегчить мне задачу.
— Ты же большой мальчик, — говорит она невинно. — Чего ты там не видел?
— Сейчас пытаюсь вспомнить.
— Не перенапрягайся. В твоём возрасте нужно беречь сосуды.
— В моём?
— Ты слишком серьёзный. Это старит.
Она уходит в ванную, не закрывая дверь.
Через несколько секунд слышится шум воды.
А я остаюсь на месте. Смотрю на чёрное платье посреди комнаты и пытаюсь вспомнить, когда последний раз женщина выбивала меня из равновесия одним движением плеч.
Не вспоминается. Подхожу к бару, наливаю воду. Выпиваю половину стакана.
Не помогает.
Душ продолжает шуметь.
Я могу остаться здесь. Должен остаться. Утром нас, скорее всего, ждёт неприятный разговор, а через неделю — совместная работа. Усложнять ситуацию неразумно.
Из ванной доносится её голос:
— Орлов, ты там умер?
— Проверяю, умеешь ли ты думать раньше, чем раздеваться.
— Умею. Поэтому дверь и не закрыла, — слышу её ехидный голос, упрекающий меня в тупости.
Молчу. Мне просто нужно выдохнуть и но проходит несколько секунд, а воздух так и не выходит из легких, как и прежде.
Снимаю пиджак и кладу на кресло. Затем часы.
Прошла ровно минута.
