Это была хитро расставленная ловушка. И она прямо сейчас в нее угодила.
Капкан закрылся.
Брут подтолкнул ее к выходу.
— Не думала ли ты, что брошу тебя на полпути? — показал он. — Я прослежу за тем, чтобы ты оказалась в Чистилище. И даже запру за тобой все двери.
— Чистилище?.. О чем ты...
— Не удосужилась ознакомиться со сводом правил? Хотя так только веселее, — Брут схватил ее за руку и потащил по лестнице. Холодная кожа перчатки спасала от прямого контакта.
И прямо сейчас Нильде была рада, что не касается его ладони и не видит лица. Так было проще отделить холодного психопата от мальчика, который когда-то был частью ее израненной души.
Тот, кто тащил Нильде сейчас за собой по темному внутреннему двору братства...
Полное отсутствие эмпатии к окружающим. Неспособность к раскаянию. Манипулятивное поведение. Эмоциональная замкнутость. Невозможность испытывать привязанность к кому-либо.
Нильде слышала сотни раз эти фразы в его адрес. Антисоциальное расстройство личности — один из диагнозов, которым Ардена наградили еще в раннем детстве. Но она наивно верила, что в его системе могут существовать исключения.
Спойлер: не могут.
Нильде в этом наглядно убедилась еще тогда...
Из мыслей ее вырвали голоса.
Они стояли перед входом в знаменитый парк аттракционов, где должна была состояться инициация — и их обступили парни в масках. Все были в одинаковых красных черепах, кроме одного — на нем была полностью черная гладкая маска с прорезями для глаз.
— Так, так, так, смотрите, кого к нам привел Грейсон, — хриплый голос заставил девушку подскочить. — Представься.
Брут выпустил ее руку, а Нильде вдруг стало не по себе. Тело помнило, как раньше его присутствие означало безопасность. Теплоту.
«Очнись. Самое главное зло — он сам. Другие лишь приспешники».
Уменьшало ли это жестокое осознание боль в груди? Ни на йоту. Глупый орган сжимался от нехватки воздуха. Рана, оставленная его потерей, кровоточила. До сих пор.
— Нильде.
Девушка нервно потерла лямки рюкзака, пока тот, кто к ней обратился, ходил по кругу.
— Почему я не помню твое имя в списке?
В горле пересохло. Если она надеялась, что Брут может прийти на помощь... Надежда рассыпалась сразу в прах.
Потому что он равнодушно показал:
— Давай, скажи ему. Почему твоего имени нет?
— Ты вообще из нашего университета? — продолжил допытываться незнакомец.
— Да, я поступила в КЛ. Первый курс, — это было чистой правдой.
— На инициацию нельзя попасть без приглашения.
— А кто сказал, что у меня его нет? — она приподняла бровь, с готовностью вступая в игру.
Мгновение, и Нильде протянула ему металлическую карту.
Парень забрал ее, внимательно разглядывая. Убеждаясь в подлинности.
— Разве это не младшая сестра Йохансена? — спросил кто-то из красных черепов.
— Все занимательнее и занимательнее, — черная маска подобрался ближе к ней.
Нильде инстинктивно отступила. От этого человека исходила неприятная, скользкая энергия.
Она не заметила, как вжалась спиной в железные прутья решетчатого забора, разделяющего их и парк.
Ей хотелось быть как можно дальше от него. От страха запотели ладошки.
— Не так быстро, — он навалился на нее всем телом, заставляя прошипеть. Потому что металлические стержни впились в обнаженную часть спины, царапая.
— Мне хочется насадить тебя на пики этого забора. Представь, какая прекрасная картина выйдет. Живое пугало. Или как это лучше назвать?..
Черная маска наклонился, почти касаясь ее лица.
— Я хочу с тобой поиграть. Очень.
Парень уже протянул руку, чтобы дотронуться до ее шеи...
Кто-то оттащил его. Швырнул с такой силой, что он больно врезался затылком в один из столбов, вбитых у ворот.
— Отъебись от нее, Хейд, — показал Брут. — Иначе я разломлю тебе череп.
— Как скучно, — черная маска издал страдальческий вздох, но послушно отодвинулся. Никаких возражений. Никаких споров.
Нильде перевела дыхание.
«Так значит это был Хейден Блэквуд. И он определенно слушается Брута».
— О, ты сам хочешь с ней поиграть, да? Справедливо, ведь именно ты привел ее сюда.
Брут даже не удостоил его ответом. Молчал, сунув руки в карманы своей кожанки.
— Вся команда в сборе, какая прелесть, — Хейд махнул кому-то за спиной друга.
Девушка насторожилась.
Маска сгнившего черепа животного с большими рогами. Смуглая кожа. Он был в одних темных джинсах. Не удосужился надеть верх, демонстрируя идеальные мышцы живота, груди и накаченные руки в татуировках. По скорпиону, набитому на его пальцах полукругом, Нильде сразу узнала одного из лидеров мятежников.
Скорпион.
Облегчение затопило ее.
— Ради всего святого, что ты здесь забыла, Лучик?! — строго отчитал он девушку.
Нильде неловко улыбнулась.
— Я пришла на инициацию.
— Свихнулась? Совсем из ума выжила или что? — Скорп обхватил ее плечи руками, но мгновение спустя его тоже грубо отпихнули.
Парень едва не влетел плечом в забор.
Темные глаза Брута предупреждающе прожигали друга.
— Не трогаю, не сходи с ума, — пробормотал Скорпион, подняв руки верх ладонями в знак мира. Пытаясь успокоить.
«Мое», — он точно также в детстве взбешенно толкал его, если видел вблизи от Нильде.
Как и других.
Любого, кто посмел тронуть куколку. Обидеть ее.
...Дружить с ней. Говорить. Обнимать. Любить. Всех, кому она улыбалась. Всех, кто мог бы занять его место. Всех, кто мог бы отнять ее у него...
Громкий звук заставил их вскинуть голову.
Нильде содрогнулась.
Эта пугающая музыка...
Сирена из Судной ночи.
Ее пробрало до ледяных мурашек.
Инстинкты кричали бежать отсюда. Как можно дальше. Как можно быстрее.
— Пора начинать нашу игру.
Забор со скрипом отворился.
Она видела очертания аттракционов, колеса обозрения, бесконечных каруселей...
Нильде повели к группе людей. Они все были в безличных круглых белых масках с отверстиями для глаз. Сорок человек. Парни, девушки разных возрастов. Студенты КЛ, разумеется. У каждого на шее была бирка с римской цифрой. Они оживленно общались между собой, не обращая внимания на сирену.
Нильде заметила, что этот звук ада напротив возбудил их интерес.
«Сумасшедшие. Боже, Мия, наверное, места себе не находит...»
Наушник успешно выпал из ее уха еще по дороге к парку.
Телефон лежал в рюкзаке, который у нее, к удивлению, пока не отняли.
— Все получили маску? — красные черепа начали обходить толпу и один из них заметил Нильде.
«Блин, я хотела улизнуть незаметно...»
Лидеры мятежников стояли поодаль, общаясь между собой. Красный повел ее обратно к ним.
Толпа проводила спину девушки завистливыми взглядами.
«Я бы на вашем месте радовалась, что избежала очередной встречи с этими монстрами!»
Парень, который ее привел — один из членов мятежников — Нильде предполагала, что все красные были действующими участниками, прошептал что-то лидерам.
— Дай ей такую же, как у всех. Разве у нас нет запасных? — сказал Скорпион.
— Есть, конечно. Просто девушку привел Грейсон, и...
Брут стоял спиной к Нильде, поэтому она не видела, что он показал в ответ. Но зато услышала полный ярости голос Хеймонда.
— Это безумие! Ты обрекаешь ее на...
Спор, впрочем, длился недолго.
Хейден отправил одного из членов братства за нужной вещью.
Нильде переступала с ноги на ногу, ежась. Холодный ветер окутал обнаженную кожу ног.
«Кто же знал, что придется проходить через такое! Думала, быстренько заберусь в особняк, а не стану шнырять по заброшенным паркам посреди ночи...»
Вскоре маска была доставлена.
Улыбка, прошитая светом, натянутая по лицу как шрам. Шов из света пульсировал кислотно-бирюзовым свечением. Маска продолжалась выше в странный венец в форме короны Статуи Свободы, а ее острия походили на орудия средневековых пыток.
— Брут, нет. Не эту маску, — попытался его вразумить Скорпион. — Ты же знаешь, что делают с теми, кто ее носит. Не надо.
— Как жаль, что не тебе, блядь, решать. Надевай, — обратился он к Нильде.
Девушка впилась зубами в нижнюю губу. Желудок скрутило.
Что означала эта маска? Она была особенной?..
— Ах, даже так, — раздался приглушенный голос Хейда. — Я рад, что ты припас всю жестокость. В моменте мне показалось, что ты смягчился. Каюсь, — в тоне Блэквуда сквозило извращенное восхищение.
— Брут и смягчиться? Он спасет тебя от эшафота, только чтобы самому снести тебе голову тупым ножом с сотой попытки, — содрогнулся один из красных черепов.
— Кто-нибудь мне может объяснить, что вообще происходит?!
