Скрещиваю руки на груди под протяжный выдох Монстра. Недоволен чем-то?... Его взгляд падает на мои ноги. Бедра под халатом открылись для обозрения, а одергивать ткань и запахивать плотнее — глупо. Не хочу, чтобы Борзов вконец решил, что я глупа и по-детски наивна.
Отставив недопитую чашку с кофе на столе, Монстр поднимается на ноги. Я рефлекторно цепляюсь руками за столешницу позади. Живот прошивается испугом насквозь. Сама вытягиваюсь струной и будто бы становлюсь на пару сантиметров выше.
Раф подходит вплотную. Накрывает меня одеялом из своего запаха и тела. При каждом вдохе бьюсь грудью о его широкую грудную клетку. Литые мышцы, покрытые различными рисунками, внушают первобытный ужас, и… интерес.
Я никогда не видела такого расписного тела. Сколько же у него времени ушло, чтобы забить себя целиком? Да и боль эта нестерпимая.
— У тебя есть? — спрашивает бархатистым голосом. Мои глаза на полпути к тому, чтобы закатиться от удовольствия.
— Что? — спрашиваю, когда ответ ясен нам обоим.
Хочу отвернуться. Его взгляд ощутим. Пульс ускоряется, как бы я ни пыталась успокоить взволновавшееся сердце.
— Есть, — довольно смело кладу ладонь на его грудь. Затем пальцем поочередности очерчиваю рисунки, чувствуя, но не видя, мурашки на его коже. Из-за татуировок я не могу понять ее оттенок.
Выходит какой-то вынужденный флирт на грани соблазнения. Мысль, что это может быть неплохой рычаг для контроля Борзова, цепляется в голове довольно быстро и основательно.
Сколько женщин в истории поступало так же и имели в этом деле успех? Я точно не хуже них, если получится справиться со страхом, все еще присутствующим в моем теле, когда Монстр в поле зрения.
— Где? — бегло проходится по плечам и ныряет взглядом ниже, под пупок.
Халат магическим образом подчиняется воле Монстра и медленно, но уверенно спадает. Ткань держится на мне только благодаря поясу.
Ощущение неправильности происходящего тревожит изнутри. Но я стою как приколоченная. Будто перестала контролировать разумом свое тело и свои реакции. Не убежать, не скрыться.
— Тебе не позволено смотреть туда, — отвечаю шепотом и закусываю нижнюю губу.
— Мне позволено все,Ржавая, — грубо хватает за запястья, смыкая пальцы стальными браслетами. Хватка мертвая, не вырваться. И только он знает, что будет дальше.
Ярость обуревает такой силы, что кислорода в помещении не хватает. В глазах стоит красный непроглядный туман. Я в бешенстве.Ржавая? Серьезно?!
Кручу головой в разные стороны. Дергаю руки в бесполезной попытке высвободиться. Стучу ногами по полу под дикий смех Монстра..
Ему на самом деле забавно наблюдать за мной, изучать реакции, проверять…
Запястья заколочены железной хваткой его пальцев. Мне одновременно не нравится это состояние пленницы и рабыни, но жажда в глазах Монстра придает уверенности в себе и своих силах: я ему нравлюсь. Тело мое нравится.
Одним движением он берет мою талию и сажает на столешницу, вклинившись между бедер. Ахнуть не успеваю.
Халат висит дешевой тряпкой. На мне снова только… стринги. За резинкой прячется небольшая татуировка.
— Так где она? — не унимается.
Вскидываю подбородок.
Мне кажется, я бы смогла подчинить себе этого Монстра.
— Там? — касается лобка своей огромной, горячей ладонью. Пальцы утопают в складках, и никакая тонюсенькая сетка стрингов не преграждает им путь. Скользит ими вперед и назад.
Втягиваю носом воздух и поджимаю губы.
Это… шквал ощущений.
— Значит, там.
На его лице играет победоносная улыбка. Тоже мне, победитель! В глазах тьма, в которой тонешь. Я вижу свое отражение, как в глади самого глубокого и опасного озера. На дне кишат опасные чудовища, готовые поглотить в любой момент.
Раф ловко поддевает резинку моих трусов и стягивает их по ногам. Отходит и любуется мной. Телом, то есть. Мои ноги чуть разведены в стороны.
А когда взгляд падает на лобок, где сверху выбито сердечко, довольно усмехается. Пальцами, влажными после касаний моей промежности, проводит по своим губам.
— И почему именно там? — смотрит прямо туда!
— Не помню, чтобы между нами был уговор о таких вопросах и таких действиях, Раф Борзов, —шиплю с гневом.
Я ловлю восторг от его наслаждения в глазах, но и чувствую себя не в своей тарелке. Не каждый день мужчина смотрит между твоих ног и слизывает со своих пальцев твою влагу. И да, она имеется…
— Пожалуйся, — отвечает просто. — Дорогой папочка, мой муж снял с меня трусы… — пародирует.
Садится на стул, вновь расставляет широко ноги, и кружит взглядом по моему телу.
Он прав, это последнее, что я расскажу отцу. Маме? У нас не такие доверительные отношения. Да и после красной открытой сорочки для брачной ночи обращаться с подобной проблемой странно.
Очередная ловушка.
— Пошел к черту, Раф Борзов! Пусть тебя гиены сожрут в аду! Насмотрелся? — упирает руки в бока.
Этот дьявол во плоти заразительно смеется.
— Только тебе это и светит — смотреть. И истекать слюной! — восклицаю так громко, что режет уши. В глазах собираются слезы. Скорее потому что"в глазах Борзова отражается скука. Я снова будто неинтересна ему, и это… злит.
Топаю ногой, запахиваю халат и убегаю в спальню. На двери нет замка, я, как самая находчивая во вселенной, подставляю стул. Наутро мои стринги демонстративно висят на ручке двери.
Ненавижу! Проклятый Монстр.
Глава 12. Марго
Звонок в дверь в двенадцать дня меняет мои планы продолжать поиски в интернете«Кто же такой Раф Борзов?». Если покопаться глубже, всплывает больше информации. Ну и Мари всегда на связи. Она-то мастер найти даже то, что было стерто с лица земли в допотопную эру.
— Доставка, — курьер заносит в коридор несколько пакетов, и… оранжевый чемодан.
Ни слова не говоря, уходит, ныряет в кабину лифта и исчезает, точно его и не было.
Я не успела выкрикнуть, что ничего не заказывала. А потом вспомнила, что у меня есть сожитель — муж. Не появляющийся ровно трое суток. Вот тебе и не любитель ночевать вне дома, где стены чужие и кровать холодная.
Вранье! Не хочется думать о белобрысой, но мысли крутятся вокруг нее волчком.
Раскрыв пакеты, вижу женские вещи. Новые. Там бирки, ценник… приличный.
Присвистнув, достаю оттуда все, что куплено: трикотажное платье, джинсы, классические брюки, жакет, кардиган нежно-сливового оттенка. В другом — нижнее белье, в третьем — две пары обуви: легкие кеды и туфли на высоком каблуке. В них я буду ростом с Эверест. Вся одежда идеально сидит по размеру.
Телефон оживает входящим сообщением: «Через час будь готова. Мы выезжаем». Абонент «Монстр».
Выезжаем… Куда? Зачем? И по какому праву мне ехать с ним?...
Расхаживаю по всей гостиной и кусаю ногти. Все это тянет на какое-то очередное представление. От неизвестности сводит живот, и просыпается что-то вроде голода, когда есть совсем не хочется. Не подумаю спрашивать обо всем Борзова. Этот зверь почувствует мой страх и будет лакомиться им, пока я в полном замешательстве.
Я могу завредничать, но Монстр в таком случае лично закинет вещи в чемодан и увезет меня против воли в том, в чем сейчас нахожусь: обычная футболка, едва прикрывающая ягодицы.
Выбираю джинсы и кардиган, от остальной одежды отрезаю бирки и бережно укладываю их на дно чемодана. Туда же белье, косметику, и… пистолет, конечно же. На ноги надеваю кеды, а туфли, вытащив из коробки, перекладываю в чемодан.
Борзов появляется в дверях ровно в обозначенное время. Киллеры четкие, как часы.
— Удивлен, — бросает на меня молниеносный взгляд и утыкается в свой телефон.
Я рассчитывала на маленький комплимент. Как-никак, на мне новая стильная одежда. Та словно сшита по моим меркам.
— Я тоже, — и первой выхожу из квартиры.
За спиной слышу тихое ворчание. Я просто проехалась ножками чемодана по его ногам.
Машину Борзова узнаю сразу. Представляла ее только бронированной черной махиной с тонированными стеклами. А на деле это обычный темно-серый седан. Внешне скучный, но начинка, уверена, приведет в восторг любого.
— Ждешь, что я открою тебе дверь? — быстро говорит на ухо и обходит. За разглядыванием машины не заметила, как ко мне вплотную подошел Монстр, обдавая меня ароматом своего парфюма.
— Это было бы вежливо и галантно с твоей стороны, но ты, скорее, отрежешь себе руку, чем откроешь для меня дверь, — кричу.
Надо быть сдержаннее, но его повадки, слова, поведение… С первой секундой это как погрузиться в эпицентр злостного шторма. Страшно, опасно и уже не выплыть. Ты закрыта со всех сторон. Но в этой силе есть что-то манящее, почти неукротимое…
— Скорее, ты мне ее откусишь.
Подхожу к двери, когда Раф стоит у своей водительской. Мы смотрим друг на друга поверх отполированной крыши.
— Не имею привычки совать в рот что ни попадя, — отвечаю и краснею. Прозвучало двояко, хотя я говорила без всякого подтекста. Ну не могу я оставить его «бросок» без ответа.
Раф точечно проходится взглядом по моему лицу, отчего я чувствую себя как на операционном столе с ярко направленным в глаза светом.
— Твой язык явно нуждается в хорошем уроке.
И на этот раз Борзов не ждет моей колкости, а открывает дверь и садится. Я тихо бью ладонью по крыше. Сложно принять, когда он поставил точку. И продолжает это делать с завидным успехом еще со дня свадьбы.
В машине приятно, но ненавязчиво пахнет. Кожа сидений мягкая, и хочется откинуться,прикрыть глаза. Уверена, что путь неблизкий.
— Документы, — протягивает. Я пугаюсь от резкого движения.
— Какие еще документы?
Уточнить он не считает нужным.
— Рыжова Маргарита Валентиновна… Что это такое? — хмурюсь. Вот-вот отброшу всю эту липу.
— Это ты. На время. Мы едем в один город, где на выходные приезжает отдохнуть тот, кто мне нужен. Оставить тебя я не мог, сама понимаешь, придется идти на дело со мной.
— Даже не знаю, это такая проверка моей тебе преданности или наоборот, ты настолько мне не доверяешь, что предпочитаешь следить за мной лично.
— И то, и другое. Я вообще тебе не верю, Ржавая, — посмеивается и касается моего колена, отодвигая его от коробки передач.
Я вновь оказываюсь в школе, где меня дразнят за мои волосы. В детстве они были светлее и ярче. И правда ржавые. Мне было чертовски обидно.
А сейчас меня отравляет не обида, а дикая ярость. Даже дорога перед глазами мутнеет и покрывается тонкой пеленой.
Раф, ненадолго отвлекаясь, цепляет прядь моих волос. Я ловлю его взгляд, в котором смесь удовольствия и интереса. И вспоминаю, как именно он смотрел на мою крошечную татуировку. Слюной исходился!
Ржавая… Уверена, я такая у него одна. Первая и последняя.
Путь до неизвестного мне города занимает больше трех часов. Мы приезжаем к закату. Борзов паркуется возле большого комплекса, где над главным зданием горит вывеска «Отель Ривьера».
— Почти что свадебное путешествие, — говорю вслух и прикусываю язык.
В начале пути успела отправить сообщение Мари о планах. Так, пара слов. «Свадебное путешествие» — ее версия, и сестра слезно умоляла… попытаться сбежать.
Дура. Вот она точно ржавая. Все ее шестеренки в голове проржавели!
Раф не позволит мне сделать это во второй раз, и его предупреждение замаскировать мое убийство под Решетняка ни капельки не шуточки.
— Именно. Мы молодожены, решившие провести выходные вдвоем, вдали от городской суеты. Это наша легенда, — уточняет, будто я не читала файлы.
Глядя на Рафа, закатываю глаза. Мышцы сводит, по вискам стреляет болью. Я не хочу во все это играть, но по-другому будто не получается. Повзрослевшая Марго сидит внутри и ждет своей очереди, когда рот ей затыкает та самая Ржавая.
Борзов забирает мой новенький чемодан из багажника, достает свой черный, металлический. В таком обычно деньги перевозят, только у этого телескопическая ручка имеется. Скучно до зубного скрежета.
До ресепшена идем молча. Совсем молча.И останавливаемся у стойки, улыбнувшись опрятной девушке в бордовой форме. Ладно, улыбнулась я, а Монстр стоял со своей каменной маской на лице, будто все ему должны.
Протягиваем паспорта и переглядываемся.
Если честно, я еще никогда не была на задании с поддельными документами. Папа не допускал. Он обучал, многое рассказывал, наставлял, но моя жизнь ограничивалась привычными точками для жизни девушки моего возраста.
И вот… Рыжова Маргарита Валентиновна. Уверена, это будут незабываемые выходные.
— Ваш номер для новобрачных. Широкая двуспальная кровать, отдельная ванная комната со всем необходимым, мини-бар. На цокольном этаже спортивный зал, сауна и СПА-салон. Ресторан по коридору и направо. Хорошего отдыха, — заученно говорит девица в бордовом.
Что значит широкая двуспальная кровать?!
Поджав губы, поворачиваюсь к Монстру. Закипаю от злости и невозможности высказать ему все прямо здесь. А он… подмигивает, подхватывает чемоданы и идет к лифтам.
Глава 13. Марго
— Наш объект — вот тот мужик. С ним еще белобрысая сидит, — не смотря в сторону «объекта», объясняет Раф.
