Страница 9 из 14
– Давно. – Сглатываю, старательно изучая интерьер ресторана, расположенного на втором этаже. – Со мной пытались познакомиться в Армении. Но… это было не то, что меня волновало в тот момент.
Ирка кивает с умным видом. Будто добирает недостающие пазлы для моего психологического портрета.
– По тебе видно, что у тебя недотрах, детка. Я знаю, что ты пережила нелёгкие времена. Но, знаешь, ты не можешь всю оставшуюся жизнь прятать себя в безопасном уголке своего сознания.
Хмурюсь.
– Что ты хочешь сказать?
Слова подруги неприятно кололи.
– То, что ты десять лет бережёшь свое тело, как монашка. И то, что один мудак с тобой так плохо поступил, вовсе не значит, что все мужики такие, – глубокомысленно заявляет, когда мы подходим к хостес. – Столик на двоих у окна. Бронь на Могилёва.
Понятия не имею, кому принадлежит эта фамилия.
– У него похоронный бизнес – представляешь, какая ирония? – Подруга строит смешную рожицу, пока девушка ведёт нас к нашему месту.
– В его компании, очевидно, не бывает трудных времён. – Морщусь.
– Да! – Иринка весело кивает. – Смертельная стабильность.
Официант с вежливой улыбкой оставляет перед нами меню и даёт время определиться с выбором.
– Я не просто так спросила про секс. В Москве, откровенно говоря, туго с мужиками. Особенно с теми, кто мог бы отнестись к твоим потребностям с должной степенью… заботы. – Ира посылает мне знающий взгляд.
Тру указательным пальцем межбровку, печалясь, что после этого разговора у меня появится глубокий залом.
– К чему ты клонишь, Ир?
– В этом месте есть множество развлечений. – Она подаётся ближе ко мне. Её глаза отчаянно горят, будто одна мысль об этом её уже возбуждает. – На пятом этаже ты можешь облачиться в маску. И наблюдать, как другие трахаются. Или присоединиться к ним.
Я смотрела на подругу, заливаясь румянцем с головы до пят.
– Я не настолько безнадёжна, чтобы платить за чужой секс! – слова буквально слетели с моих губ. И я поздно спохватилась, что произнесла их слишком громко.
Я судорожно уставилась в меню. Интересно, а здесь подают цианид?
– Эй, малышка, я не имела в виду ничего подобного. Просто… очевидно, что кроме Стасика у тебя никого больше и не было. Ты хотя бы раз кончила с ним? И я не о тех случаях, когда ты дорабатывала за ним, закрывшись одна в ванной комнате со шлангом от душа.
Ирку в этой жизни вообще ничего не смущало. Она даже не подумала понизить тон. Я напряжённо оглядела зал, пытаясь сообразить, мог ли кто-то слышать наш исключительно познавательный диалог.
И сердце покатилось вниз, больно ударяясь о кочки, когда я встретилась глазами со своим… шефом.
Керимов, или как его там, сидел через несколько столиков от нас и смотрел на меня так, будто я ожившая статуя Ленина. Шокированно и напряжённо.
И я в ответ подарила ему такой же взгляд – оленя, попавшего в свет фар на ночной трассе.
С трудом переборола острое желание стечь под стол, а потом тихо отползти в сторону выхода.
Мой взгляд переместился к той, кто составляла ему компанию. Ожидала увидеть рядом с ним Нелли. Но… это оказалась совершенно другая девушка.
Подруга, заметив, куда направлено моё внимание, обернулась всем корпусом.
– И кого это ты там увидела?
– Повернись обратно, – зашипела на неё, выпучив глаза.
– Вау, – довольно громко присвистнула она, – это кто такой и почему он на нас так смотрит? Или, погоди-ка. Он смотрит на тебя?
– Это Керимов. Тамерлан.
Слова падают камнем в воду.
Весь игривый запал подруги тут же охлаждается до минусовых значений. Она бледнеет. На щеках появляется румянец. Но уже другой. Злой.
– Вот сучёныш, – теперь наступил её черёд по-змеиному шипеть.
К нам возвращается официант. Я в полном раздрае, чтобы понять, что вообще хочу съесть. Хотя после долгого рабочего дня и скромного обеда у меня в желудке дыра. Прошу подругу выбрать что-то для меня самостоятельно.
Мне не хочется находиться на одной территории с Керимовым. Точнее, теперь он Ямадаев. Но, когда я бросаю украдкой взгляд в его сторону, он больше на меня не пялится. Наоборот, он весь поглощён своей собеседницей.
Выдыхаю.
Подруга выглядит задумчивой. Словно пытается сложить в голове уравнение, но каждый раз ошибается в расчётах.
– Говори уже. – Толкаю её под столом ботинком в ногу.
– Должна признать, этот психопат очень хорош собой. Как думаешь, он до сих пор что-то испытывает к тебе? – Ирка бросает на меня любопытный взгляд. Будто я должна знать ответ на её абсолютно дикий вопрос.
– О боже, нет! Точно нет. – Интенсивно качаю головой. – У него даже невеста есть.
Наличие которой, кстати, не мешает ему ужинать с другими.
Я коротко пересказываю подруге всю нелепость ситуации, в которую попала. О том, что я теперь на него работаю. О его невесте – моей бывшей ученице. И его озабоченном дружке. Не забывая упомянуть, что оба этих элемента свидетельствовали на суде против меня. А когда меня оправдали – в их жизни ровным счётом ничего не изменилось.
Постепенно наш стол обрастает едой и напитками.
К моему недовольству, Тамерлан всё ещё сидит в одном со мной зале. И явно никуда не спешит. Меня раздирает злость. Но я привычно утрамбовываю её в себе, пряча подальше.
Запиваю её терпким вином, который выбрала подруга.
– Всё это крайне странно, Ника. – Ирка украдкой оборачивается, чтобы взглянуть на моего шефа. – Но должна признать, он невероятно горячий. Будь я тогда на твоём месте, меня было бы за что посадить. Чёрт возьми.
– Очень смешно.
Я тысячу лет не пила алкоголь, и теперь даже от одного глотка ощущаю, как мышцы отпускает напряжение, а голова становится лёгкой.
– Интуиция подсказывает, что он всё подстроил. Не верю я в такие совпадения. – Ирка хитро щурит глаза, вновь оборачиваясь в его сторону.
– Что ты хочешь сказать? Что он намеренно выследил меня и сделал так, чтобы я устроилась к нему на работу?
Конечно, эта мысль тоже меня посещала. Но я гнала её от себя подальше. Потому что меня слишком пугали его возможные мотивы.
– Готова поставить на кон печень.
Я встряхнула головой. Взгляд вновь упал за плечо подруги. Как раз в тот момент, когда Тамерлан, по-хозяйски положив на поясницу девушки широкую ладонь, направлял её к выходу из ресторана.
Как только он пропал с радаров, дышать стало легче. Напряжение ушло, как воздух из проколотого шарика.
– Он уничтожил меня, Ир. Дело даже не в тюремном заключении, а в том, что из-за его поступка моя личность… переформатировалась. Я стала совсем другим человеком. Я потеряла себя. – В горле застрял ком. Сцепила челюсть. Я не буду из-за него реветь.
Ощущаю, как тёплые пальцы мягко сжимают моё запястье. Вливая в меня своё участие и поддержку.
Трачу несколько минут, чтобы восстановить дыхание.
– Поэтому я хочу его уничтожить. Поможешь мне в этом?
Её безумные глаза загораются.
– У меня есть связи на кладбище. – Она двигает бровками, напоминая про своего ухажёра.
Слабо улыбаюсь.
– Нет. Это слишком просто и быстро. – Кусаю нижнюю губу. – Я ведь теперь его подчинённая. Думаю, этим можно как-то воспользоваться. Например, слить информацию о его планах конкурентам.
– Коммерческий шпионаж? – Она щурит глаза, напоминая лисицу.
– Да. Я сделаю подборку компаний-конкурентов. Сможешь выйти на них?
Блеск в глазах подруги медленно затухает.
– Детка, ты ведь понимаешь, что рискуешь. Разве он стоит того?
– И это мне говорит девушка, которая отсидела за убийство своего парня? – Смотрю на неё круглыми глазами.
– Он заслужил, – равнодушно заявляет, пожимая плечами. – А ты сидеть второй раз – нет. Подумай хорошо.
Обижаюсь на неё за эту рациональность.
– Детка, уничтожить мужика можно по-разному. Найди его слабые места. Хотя я уверена, что уже знаю одно такое местечко.
Я всё ещё раздражена. Но не могу отрицать, что её слова не лишены логики. Угодить вновь из-за него в тюрьму мне не хотелось.
– И какое же? – Сомневаюсь, что она могла бы успеть оценить его настолько глубоко по одному взгляду.
– Ты, конечно.
Глава 12
Сказала, как ледяной водой окатила.
Мне мерзко даже помыслить, что я ему когда-то была действительно симпатична. Люди не относятся так к тем, кто им нравится. И уж тем более к тем, к кому они питают слабость.
Признать, что всё его поведение связано с влюблённостью ко мне, – всё равно что ступить на путь прощения. Будто его чувства – это какое-то смягчающее обстоятельство.
Но нет. Я уверена, что он просто хотел меня унизить. Преподать злой урок. В отместку за моё равнодушие.
– Бред. – Я злюсь. – Он психопат. Я не его слабость. Он… наверное, хочет завершить начатое. Не знаю, какой там у него на меня план.
Ирка качает головой.
– И чего бы ты больше всего хотела? – Она смотрит на меня участливо. Как смотрят мамы на неразумное дитя.
Мой взгляд скользнул к тому столику, что недавно занимал Тамерлан с девицей.
Ещё вчера мне хотелось разорвать рабочий контракт. И больше никогда не видеть Тамерлана. Но чем больше проходило времени, тем сильнее мне казалось, что я не должна всё оставлять как есть.
Моё нутро жаждало возмездия. Кроваво и алчно. Зло должно быть наказано. А меня буквально съедала мысль, что никто из них не понёс наказания за то, что они сотворили со мной. С бабушкой. С нашими жизнями.
– Я не могу всё это так оставить, Ир. – Отвожу от неё взгляд, не желая показывать слабость.
– Думаешь, я тебя не понимаю? – Она заглядывает мне в глаза, удерживая зрительный контакт.
Да, я точно знала: если кто на этом свете и может меня понять, так это девушка, убившая своего парня, который подвергал её насилию.
– Не горячись, детка. Следи за ним. Если нужно – играй по его правилам. Найди другие его слабые места. Хотя уверена, что именно ты – его криптонит. И если ты считаешь, что возмездие возможно только через шпионаж – мы воплотим эту идею в жизнь. Ну, а в крайнем случае Бог его простит, а мы приблизим их встречу.
Она подмигивает мне, давая понять, что поддержит любой план.
Боже, за что мне дали такого друга?
Выдыхаю.
Ирка вызвала трезвого водителя, который довёз меня до съёмной квартиры в спальном районе.
– Вы тут пока живёте? – Она с кислой миной изучала унылую обстановку двора.
– Да… но, три «ха», через пару месяцев мне обещали служебное жильё, – произнесла я без всякой надежды.
– Ну да, ну да, – протянула она задумчиво.
Попрощавшись, я добралась до пустой квартиры. Бабушка пока находилась в больнице, но скоро я должна была забрать её домой. В тишине коридора я просто сползла на пол. Прямо на придверный коврик. Когда алкоголь перестал бурлить в крови, меня с головой накрыл липкий страх.
Куда я лезу? Зачем мне эта месть? И против кого? Тамерлан богат и успешен. А я из себя ничего не представляю. Так, сгусток ненависти и старой боли. Слишком взрослая для начинающего специалиста, каким числюсь. Слишком обыкновенная для девушки, которая жаждет вендетты.
Слова Иры всё ещё гулом отдавались в голове. Как эхо в пустом колодце.
Его слабое место.
