Лисса — значит, это та самая королева Серебряных Клыков. Но что она делает с первокурсниками?
Она медленно обошла вокруг меня, её глаза не отрывались от моего лица.
— Ты не обычный человек, — прошептала она так тихо, что слышала только я. — В тебе течёт что-то ещё. Что-то... старое.
Старое? О чём она говорит?
Лисса остановилась прямо передо мной, её лицо было в нескольких дюймах от моего.
— Я чувствую это, — прошептала она, и её глаза начали светиться серебряным светом. — Древняя кровь. Кровь врагов.
И тут её контроль сломался.
Глаза вспыхнули серебряным огнём, клыки выдвинулись, когти проросли. Она зарычала и кинулась на меня, но её рычание было не просто звериным — в нём читалась настоящая ненависть.
Враги? Какие ещё враги?
Но на этот раз Гримм не успел среагировать. Лисса была слишком быстрой, слишком яростной.
Её когти метили мне в горло, но вдруг что-то чёрное промелькнуло между нами. Рэйвен материализовался из воздуха, его рука схватила Лиссу за запястье в дюйме от моей шеи.
— Достаточно, — прорычал он, и в его голосе звучала такая угроза, что даже Гримм отступил.
Лисса боролась в его хватке, но Рэйвен был сильнее. Он прижал её к стене одной рукой, его глаза пылали синим огнём.
— Она под моей защитой, — сказал он тихо, но каждое слово резало воздух. — Тронешь её — и я разорву тебя на части.
Под его защитой? С каких пор?
— Отпусти меня, грязный изгой! — прошипела Лисса, но страх в её глазах был очевиден.
— Мистер Морган, объясните ваше присутствие в моём классе, — холодно произнёс Гримм.
Рэйвен медленно повернулся к профессору, не отпуская Лиссу.
— Я почувствовал... проблему, — сказал он с дерзкой усмешкой. — Решил помочь.
— Вы не имеете права...
— У меня есть все права, — перебил его Рэйвен, и в его голосе прозвучала такая власть, что Гримм замолчал. — Особенно когда речь идёт о ней.
Он отпустил Лиссу, и та отшатнулась, потирая запястье.
— Это ещё не конец, — прошипела она мне. — Я узнаю, что ты такое. И когда узнаю...
— Когда узнаешь, будешь иметь дело со мной, — холодно сказал Рэйвен.
Лисса бросила на нас последний ненавистный взгляд и выбежала из класса.
— Урок окончен, — объявил Гримм. — Все свободны.
Студенты-люди поспешно покинули класс, оставив меня наедине с Рэйвеном и профессором.
— Мисс Морен, останьтесь, — сказал Гримм. — Нам нужно поговорить.
Рэйвен посмотрел на меня, и в его глазах промелькнуло что-то похожее на беспокойство.
— Я подожду снаружи, — сказал он.
Когда дверь закрылась, Гримм подошёл ко мне. Его стальные глаза изучали меня с новым интересом.
— Что вы почувствовали, когда Лисса приблизилась? — спросил он.
— Ничего особенного, — соврала я. — Просто страх.
— Не лгите мне, — его голос стал тише, опаснее. — Лисса Арден — одна из самых сильных оборотней в Академии. Её инстинкты безупречны. Если она почувствовала в вас что-то... необычное, значит, так оно и есть.
Необычное. Опять это слово.
— Я не знаю, о чём вы говорите.
Он изучал меня ещё несколько секунд, затем кивнул.
— Возможно. Но будьте осторожны, мисс Морен. Лисса не забывает и не прощает. А если она права насчёт вас...
— Что тогда?
— Тогда вы в большей опасности, чем можете представить.
Я вышла из класса, где меня ждал Рэйвен. Он прислонился к стене, его поза была расслабленной, но глаза настороженными.
— Всё в порядке? — спросил он.
— Отлично, — ответила я сарказмично. — Просто замечательно. Меня чуть не убили на первом же уроке.
Он усмехнулся.
— Добро пожаловать в Академию Алуктрас, сладкая. Здесь каждый день может стать последним.
И самое ужасное — мне кажется, он прав.
Мы шли по коридору молча, каждый думая о своём. Но один вопрос не давал мне покоя.
— Рэйвен, — позвала я.
— Да?
— Что она имела в виду под "древней кровью"?
Он остановился и повернулся ко мне. В его синих глазах я увидела что-то, что заставило моё сердце сжаться.
— Не знаю, — сказал он тихо. — Но надеюсь, что это не то, о чём я думаю.
Дорогой дневник, я думала, что самое худшее в этом месте — это то, что меня могут съесть на завтрак. Оказывается, есть вещи и похуже.
Например, быть той, кто не должен существовать.
Интересно, сколько ещё секретов скрывает моё прошлое? И выживу ли я достаточно долго, чтобы узнать ответы?
День в Академии Алуктрас только начался, а я уже поняла: здесь каждый урок — это урок выживания. И я намерена их все пройти.
Любой ценой.
Глава 8
"В некоторых домах стены хранят секреты. В других они их шепчут. А в Академии Алуктрас они зовут тебя по имени в три часа ночи."
Дорогой несуществующий дневник,
Если бы кто-то сказал мне, что бессонница может стать смертельно опасной, я бы посоветовала ему меньше читать Стивена Кинга. Но в этом месте даже сон превращается в минное поле, где каждый шорох может быть последним, что ты услышишь в жизни.
После сегодняшнего "урока выживания" я лежала в постели и смотрела в потолок, обтянутый чёрным бархатом. Балдахин над кроватью напоминал саван, а тени от свечей плясали на стенах как призраки давно умерших студентов.
Возможно, именно давно умерших. В этом месте сложно провести границу между живыми и мёртвыми.
Мила уже спала, тихонько всхлипывая во сне. Сара читала при свете маленькой лампы — толстую книгу в кожаном переплёте с латинскими надписями. Время от времени она делала пометки на полях своим изящным почерком.
— Не можешь уснуть? — прошептала она, заметив, что я не сплю.
— После сегодняшнего дня? — я повернулась на бок. — Сложно расслабиться, когда знаешь, что ты ходячая мишень.
Сара отложила книгу и сняла очки.
— То, что произошло с Лиссой... это не нормально, — сказала она тихо. — Я изучаю здешние архивы уже два года. Такие реакции случаются редко.
Не нормально. В школе оборотней это звучит особенно зловеще.
— А что считается нормальным? — спросила я с сарказмом. — Попытка убийства раз в неделю вместо каждого дня?
— Лисса — старшекурсница, — объяснила Сара. — У неё отличный контроль. Если она потеряла рассудок при виде тебя, значит, ты действительно что-то особенное.
Особенное. Это слово преследует меня, как проклятие.
— А что говорят архивы об "особенных"?
Сара колебалась, затем подошла к своему сундуку и достала другую книгу — ещё более древнюю, с обложкой, покрытой странными символами.
— Есть упоминания о древней расе, — прошептала она, садясь на мою кровать. — Их называли Стражами. Они были... другими. Могли видеть истинную природу существ, влиять на оборотней, создавать барьеры.
Стражи. Интересное название.
— И что с ними стало?
— Их истребили, — сказала Сара просто. — Двести лет назад оборотни объявили им войну. Считали угрозой для своего существования.
Мой желудок сжался. Если я действительно связана с этой расой...
— Но это всего лишь легенды, — поспешно добавила Сара. — Никто не знает, правда это или миф.
Легенды. В месте, где подростки превращаются в волков, понятие "легенда" приобретает новое значение.
Она вернулась к себе, а я осталась наедине со своими мыслями. За окном завывал ветер, и звук был настолько похож на волчий вой, что мурашки бежали по коже.
Стражи. Древние враги оборотней. А я лежу в их логове.
Часы на башне пробили полночь. Звук разнёсся по спящей Академии, глухой и торжественный. И тут я услышала это.
Шёпот.
Сначала я подумала, что это ветер в щелях, но звук был слишком отчётливым, слишком... человеческим.
"Алая..."
Моё имя, произнесённое голосом, который словно доносился из-под земли.
"Алая... приди к нам..."
Я села в кровати, прислушиваясь. Мила и Сара спали, их дыхание было ровным. Шёпот доносился... из стен.
Отлично. Говорящие стены. Именно того, что не хватало для полноты картины.
"Не бойся... мы ждём тебя..."
Голос стал яснее, настойчивее. И что-то во мне откликнулось на этот зов — какая-то глубинная потребность встать и идти навстречу неизвестности.
Нет. Я не из тех, кто следует за голосами в голове. Особенно если эти голоса зовут меня к чему-то явно опасному.
Но любопытство оказалось сильнее здравого смысла.
Я тихо встала с кровати, накинула халат и подошла к стене. Голоса становились всё отчётливее, и теперь я могла различить несколько источников.
"Дочь наша... наконец-то..."
"Так долго ждали..."
