— В чём? — Кот нахмурился. Насколько может нахмуриться существо без половины морды.
— Неважно. Слушай, Ханако… Кто ты? Почему ты тут? И почему ты говоришь?
Он сел, обернул обрубок хвоста вокруг лап (получилось криво) и посмотрел на меня своим единственным глазом.
— Я фамильяр. Был фамильяром. Служил некромантке триста лет назад. Той самой, что прокляла твоего жениха-мертвяка.
Мир вокруг меня качнулся.
— Какая некромантка? — спросила я, чувствуя, как внутри всё холодеет.
— Той, что жила здесь до тебя. Хозяйка этого замка. Могущественная, злая, прекрасная сволочь. — В его голосе звучала… тоска? Злость? — Она и Данте были… сложными. Он её предал. Она его прокляла. Классическая любовная история. Со смертями, кровью и вечным проклятием.
Я опустилась на пол рядом с котом, скрестив ноги.
— Расскажи. Всё.
Ханако посмотрел на меня долгим взглядом.
— Не могу рассказать прямо: магическая клятва превратит меня в прах. Но могу намекать и показать кое-что.
— Показать что?
Вместо ответа он поднялся, пошёл вглубь библиотеки, хромая на три лапы из четырёх. Я последовала за ним.
Мы петляли между стеллажами, углублялись всё дальше, пока не уткнулись в стену. Обычную, каменную, покрытую плесенью.
— Тупик, — констатировала я.
— Для тех, кто не умеет смотреть, — парировал Ханако. — А ты умеешь?
— Что?
— Смотреть. Видеть магию. Ты некромантка, хозяйка. Ты должна чувствовать её. Сосредоточься.
Я вздохнула, но послушалась. Закрыла глаза. Попыталась… почувствовать. Как тогда, на кладбище, когда поднимала Данте.
И вдруг…
Я увидела.
Нет, не глазами. Как-то… иначе. Внутренним зрением? Чувствами? Перед стеной плясали тонкие нити света, образуя узор. Сложный, переплетённый, похожий на паутину.
— Вижу, — прошептала я.
— Тогда открывай.
— Как?
— Это должна сделать ты. Я не владею магией: я всего лишь мёртвый кот.
Я протянула руку к узору. Пальцы коснулись невидимых нитей. Они затрепетали, заискрились. Я потянула… и узор распался.
Стена задрожала. Потом с тихим скрежетом часть её отъехала в сторону, открывая узкий проход.
— Вот это да, — выдохнула я.
— Пошли, — Ханако первым прошмыгнул внутрь.
Я последовала за ним, пригнувшись (проход был низким).
За стеной открылась маленькая комната. Секретная. Скрытая от чужих глаз веками.
Она была… обжитой. Стол, кресло, свечи (погасшие), полки с книгами, свитками, какими-то странными артефактами. На столе лежали пергаменты, чернильница (чернила давно высохли), гусиное перо.
— Это… её комната? — спросила я.
— Её рабочий кабинет, — кивнул Ханако, запрыгивая на стол. — Здесь она творила магию. Здесь проклинала. Здесь… мечтала.
Я подошла к столу, осторожно взяла один из пергаментов. Текст был на том же непонятном языке, но рядом лежала другая бумага. И на ней… чертёж?
Я развернула его.
Это был план замка. Детальный, с подписями на… русском? Нет, не русском. Но похоже. Я щурилась, пытаясь разобрать.
Это был подробный план замка. Подписи сделаны не по-русски, но стоило сосредоточиться, и смысл проступил в сознании — вероятно, сработала магия Мортхолла.
ТРАКТИР?!
— Ханако, это… этот замок был трактиром?!
— Не просто трактиром, — мяукнул кот. — Лучшим заведением в округе. Сюда приезжали мертвецы и живые со всех концов мира. Еда, напитки, развлечения. Некромантка была не только магом. Она была… бизнес-вумен, как бы сказали в твоём времени.
Я лихорадочно перебирала пергаменты. Вот ещё один план. План второго этажа. Комнаты для гостей. Много комнат.
Вот список… что это? Цены? Меню?
Вот рисунок — схема какого-то мероприятия. Бал?
— Ханако, — позвала я, не отрываясь от чертежей. — А почему всё это заброшено? Почему замок в таком… упадке?
Кот зевнул, устраиваясь на краю стола.
— После смерти прежней хозяйки Данте забрал замок, закрыл трактир и превратил его в резиденцию. Потом она прокляла его. Триста лет Данте оставался мёртвым, замок пустовал, а слуги постепенно рассыпались. Денег не осталось.
— Погоди, — я подняла голову. — У Данте совсем нет денег?
— Совсем. Казна пуста. Армия держится на остатках магии. Скоро начнут рассыпаться окончательно. — Ханако посмотрел на меня своим единственным глазом. — А ещё у него долги.
— Какие долги?
— Перед Советом Мёртвых — местной властью загробного мира. Они собирают налоги и контролируют территории. Данте носит герцогский титул, а значит обязан платить. Через два месяца будет аудит.
Я почувствовала, как по спине пробежал холодок.
— И что будет, если он не заплатит?
— Лишат титула, конфискуют замок и уничтожат Данте окончательно. Барьер принадлежит Мортхоллу, поэтому для тебя ничего не изменится.
Я села на пол, прислонившись спиной к стене. Информация обрушивалась лавиной.
Данте не просто проклят. Он банкрот. У него долги. Его могут уничтожить. А я… я застряну здесь навсегда. Совсем одна.
— Приятная перспектива, — пробормотала я.
— Поэтому он так цепляется за тебя, — пояснил Ханако. — Любовь разрушит проклятие и вернёт ему живую силу. Но аудит наступит на месяц раньше основного срока, поэтому ждать нельзя.
Я смотрела на чертежи. На планы замка-трактира. На меню. На схемы балов.
И вдруг в моей голове что-то щёлкнуло.
Замок. Огромный замок. С десятками комнат.
Данте. Банкрот, с долгами, с разваливающейся армией.
Два месяца до аудита.
И этот замок КОГДА-ТО был процветающим трактиром.
Идея родилась мгновенно. Яркая. Безумная. Гениальная.
— Ханако, — прошептала я, чувствуя, как внутри разгорается азарт. — А что, если…
— Что если что? — Кот смотрел на меня с подозрением.
— А если превратить Мортхолл в гостиницу? Вернуть то, чем он был, только сделать ставку на настоящих призраков и магию.
Ханако моргнул. Долго.
— Хозяйка, ты гений или идиотка? — Ханако подозрительно прищурил единственный глаз.
— Пока не решила. Но замок огромный, комнат много, слуги уже есть, а такой атмосферы конкуренты не создадут даже за большие деньги.
— И запах разложения входит в стоимость?
— Его устраним магией. Или хотя бы перебьём травами.
— Хозяйка, у тебя нет денег на запуск.
— Зато есть замок! И мотивация! Данте нужны деньги, чтобы заплатить Совету. Если мы заработаем — он не потеряет титул. Замок останется. Я… я не останусь тут одна навсегда с разваливающимися зомби!
Ханако медленно кивнул.
— Логика железная. Безумная, но железная. Проблема одна.
— Какая?
— Данте. Он гордый. Пафосный. Он никогда не согласится превратить свой замок в… гостиницу.
Я ухмыльнулась.
— Посмотрим. У меня есть аргументы.
— Типа?
— Скажу правду: через два месяца Совет заберёт замок и уничтожит его. А через три месяца, если Совет не успеет, Данте всё равно распадётся из-за проклятия.
Ханако хмыкнул. Звук был похож на карканье вороны.
— Мне нравится, как ты мыслишь, хозяйка. Цинично. Практично.
— Я училась выживать. — Я собрала чертежи, свернула в рулон. — И если мне суждено застрять здесь, то я хотя бы сделаю эту тюрьму… терпимой.
Мы вышли из секретной комнаты. Я аккуратно закрыла проход (магия среагировала на моё намерение и запечатала стену обратно).
Ханако семенил рядом, постанывая.
— Больно? — спросила я.
— Я мёртв. Мне всегда больно. Или не больно. Сложно объяснить. — Он зевнул. — Ты знаешь, что твоя магия нестабильна?
— Что?
— Тот первый зомби. Он распался. Я видел. Я тоже… чувствую это. Твоя энергия как будто… разрушает, а не удерживает.
Я нахмурилась.
— Это плохо?
— Для меня — да. Если ты не научишься контролировать, я снова стану трупом. — Он посмотрел на меня. — Но для Данте… для проклятия… это может быть как раз то, что нужно.
— Почему?
— Потому что проклятие — это магия, хозяйка. А ты… ты можешь разрушать магию. Неосознанно. Неуклюже. Но можешь.
Это была новая информация. Важная.
Мы дошли до выхода из библиотеки. Я толкнула дверь…
