В общем, этот вариант я отмел.
Но Иванна рано или поздно проявится во всей своей красе, и правда всплывёт. Невозможно будет скрыть, что она — жемчужный дракон. Однако если оттянуть этот момент, то можно успеть удачно выдать ее замуж и заработать ее искреннюю благодарность. Таким образом я смогу минимизировать негативные последствия. Получив счастливую дочь, а может сразу и внуков, Жемчужные будут гораздо благодушнее, чем если им прямо сейчас вернуть маленькое злобное чудовище, которое из вредности будет есть кашу вилкой и дерзить всем вокруг. И у моего клана не будет ко мне претензий, если я в силу непреодолимых обстоятельств вынужден буду рассказать об отцовском долге жизни, который перешел ко мне, а не сознаюсь в его преступлении по собственной инициативе.
Оставался еще один сложный момент — преподаватели. Едва они вошли в мой кабинет, очень эмоционально споря друг с другом, я сразу понял, что поладить с Иванной им будет сложно. А позже Никола добавил еще больше аргументов в пользу того, что от учителей придется отказаться.
— Ива не дикарка, Хейн, — сказал он мне после того, как провел исследования. — Она умная и вполне образованная. Такое поведение — защищающий от проявления дракона механизм, вызванный ведьминскими зельями.
— Она специально себя так ведет? — уточнил я.
— Не она, а ее вторая ипостась. Сейчас я тебе объясню. Живущий в нас дракон — это мощная, агрессивная и хищная магия. У вас, у высших, она получает удовлетворение и пищу за счет оборота, полета, тренировок и ярких впечатлений. У нас — у тех, кто не может совершить оборот — драконья суть не такая агрессивная, но ей все равно нужна пища, поэтому мы тоже постоянно ищем впечатлений и каждый день обращаемся к магии. У Иванны дракон заперт и усыплен, но его суть никуда не делась. Он не может расправить крылья и подняться в небо. Он не может запустить огненные шары...
— Если Иванна — Жемчужная, она бы запускала водяные бомбочки, — зачем-то вставил я.
— Неважно. Важно, что ее дракон требует пищи даже во сне, как и все остальные. Если его не кормить, он проснётся. Значит, нужно дать ему возможность получать достаточно яркие впечатления. А что можно получить в Клюквенном уезде, да ещё и в тех условиях, в которых Иванна жила? Одно уныние. Поэтому ведьма сделала так, чтобы дракон получал своё за счет своей вредности, идя наперекор всему и всем. Так он удовлетворяется. Ты просто попробуй плавно переключить Иванну на что-то более позитивное — может, и получится ещё какое-то время держать её происхождение в тайне, — посоветовал Никола.
И в этот момент я понял, что мне придется на какое-то время отодвинуть все дела и самому заняться Иванной.
Я отправил учителям отказы с извинениями и компенсацией — хотя уверен, что они сами готовы были мне приплатить, лишь бы не работать с моей подопечной — и позвал домоправительницу. Федосья Товая — представительница одной из младших ветвей Аметистовых и рядом со мной с самого детства. Ей я тоже всецело доверяю.
— Скажи, как тебе моя воспитанница? Не сильно тебя и горничных изводит? — спросил ее, немного опасаясь ответа.
Собирался убеждать проявлять к Иве терпение и делать скидку на её трудное детство, но…
— Да что вы, владыка! — даже слегка возмутилась Федосья. — Такая хорошая девочка! Ей несладко пришлось, а она сохранила надежду на счастье, животных любит и вообще вся такая светлая. С ней рядом одно удовольствие находиться!
И я пришел к окончательному решению: проявлю к Иванне мягкость и такт. Начну с того, что вывезу её в парк покататься верхом.
И уже после завтрака убедился, что выбрал правильную стратегию. Я мог бы гордиться собой, если бы ни одно «но».
Иванна сбежала по лестнице в амазонке цвета топленого молока, в кокетливой шляпке, с уложенными в аккуратную прическу локонами, сияя ослепительной открытой улыбкой, и даже у меня сердце пропустило удар. А что говорить о всех тех мужчинах, которых мы встретим в парке? Они не видели ее в убогой одежде и не сталкивались с ее выходками. Нужно ли ей такое внимание прямо сейчас?
— Прекрасный выбор! — выдохнул я, не в силах отвести от нее восхищенного взгляда.
Ива мило смутилась, потупилась и пробормотала:
— Если волнуетесь, что я быстро испачкаю наряд, то не нужно. Я умею быть аккуратной.
— Вообще не сомневался в этом, — соврал я и подал ей руку.
Правда, этот жест Ива не оценила и поспешила на улицу впереди меня. Пока плёлся сзади, не мог не отметить ее врожденную грацию. Даже при том, что приличные драконицы ходят неспешно, не отметить то, что дано природой, просто невозможно.
И в седло породистой белоснежной кобылы она взлетела, как настоящий дракон. И лошадь тут же признала в ней главную. Все сходилось. Все вокруг Ивы — настоящие слепцы, раз их столько лет удавалось обманывать. И я тоже такой, раз в ней сомневался.
Мы выехали за ворота и спокойным шагом направились в парк. Мой дом в центре, от него до парка рукой подать. Я только успел сказать Иванне, что она прирожденная наездница, как мы уже миновали его арку и…
— Владыка Аметистовый, доброго утра! — воскликнул посол Жемчужных. — Удивительно встретить вас в этот час на прогулке, да ещё и в сопровождении прекрасной незнакомки. Кто же она такая?
Мы столкнулись с ним и его сопровождением нос к носу. У меня в висках застучало от того, каким взглядом Жемчужные уставились на Иванну. А от того, как она прилипла взглядом к жемчужному ордену посла — символу его статуса, — вообще дыханье сперло.
Глава 9
Я очень старалась соответствовать, поэтому копировала поведение Лизки. Опускала глаза в пол, говорила тихо и на лошади сидела, будто мне к спине привязали дрын. Хотелось пуститься в галоп и прижаться грудью к шикарной лошадиной гриве, но я держалась и, разглядывая столичную улицу и жителей, улыбалась только уголками губ.
Я как будто в неведомый мир попала!
Люди, дома, трандоезды и даже деревья с кустами тут совсем другие! Как будто их намыли, нарядили и причесали прямо как меня! Нельзя сказать, что мне тут понравилось и вдруг страшно захотелось остаться навсегда. Нет, родное озеро и лес, небо и ветер мне оставались гораздо милее. Они казались более настоящими, что ли.
Я размышляла об этом, и вдруг важный господин (даже про себя язык не поворачивался по привычке назвать его дядькой) остановил нас на въезде в парк. С ним были нарядные дамы и господа, но я даже лиц их не рассмотрела — мое внимание привлекли перламутровые гладкие круглые камешки на большой брошке, приколотой на мундир этого важного господина в районе сердца. Они молили меня к ним прикоснуться, клянусь! Так и говорили: «Ива, скорее погладь нас, мы живые и изнываем без твоего тепла!»
Я сжала поводья так, что даже через перчатки ногтями в свою кожу впилась, лишь бы не опозориться, прыгнув на грудь незнакомца.
— Знакомьтесь, посол, это Иванна Шелест. Моя подопечная. Приехала в столицу, чтобы блеснуть на сезоне, — донесся до меня голос Аметистового как сквозь толщу воды.
Я с трудом оторвала взгляд от броши и постаралась сосредоточиться на лице посла. Получилось с огромным трудом, и то с помощью вдруг решившей прийти на выручку ящерицы. Она вдруг пробежалась по моей спине до плеча и легонько меня куснула. Не больно, но это помогло разорвать странное притяжение к этим камушкам.
— Ваша подопечная? Как интересно. Разве в клан Аметистовых драконов входят люди? — зачем-то пристал с вопросами господин с волшебной брошкой.
И посмотрел на меня совсем иначе. Как будто я ему золотой шумлян задолжала. Я решила, что хватит послу улыбаться, и отвела взгляд. Посмотрела на Аркхейна, и мне сразу полегчало. Выглядел он привычно хмуро, смотрел с выражением: мы вам прощаем всё, что были должны.
— Разумеется, Аметистовые, как и все остальные драконы, могут брать под опеку кого угодно, если предварительно дадут этому человеку гаранта. Так что не беспокойтесь за Иванну. Она полноправный член клана и защищена так же надежно, как все мои подданные, — отчеканил дракон недружелюбно.
Я подумала, что этот посол сейчас разобидится на такое нелюбезное обращение, но он вдруг снова поменялся в лице — расплылся в такой широкой улыбке, будто вспомнил, что это он нам денег должен, а не мы ему.
— Но вы нас так и не представили, владыка. Наше посольство в этот сезон планирует активное участие. Вы знали, что наследники из наших кланов, в том числе и Корул Жемчужный, планируют посетить Шумляндию и, возможно, присмотреть себе невест?
— Иванна, это посол Игнат Чужный — доверенное лицо Жемчужного владыки и владычицы, — нехотя пробурчал Аркхейн, повернув ко мне голову.
Опять этот камень! И целитель про него спрашивал… Зачем? Странно, что я никогда раньше о нем не слышала и не видела его. Но если у клана есть целый посол в Шумляндии, значит, это большой клан. Почему я знаю: Золотых, Серебряных, Алмазных, Рубиновых и даже Алюминиевых с Ртутными и Яхонтовыми. Да я столько знаю, что устанешь перечислять! Но никогда не слышала о Жемчужных?
— Мне так приятно с вами познакомиться, Иванна, — пропел посол.
Он хотел еще что-то сказать, но Аметистовый легонько шлепнул мою чудесную белую лошадку по крупу, и та аж прыгнула вперёд.
— Просим прощения, посол, у нас запланированы встречи, — сухо бросил Аркхейн и тронул бока своего вороного коня.
Мы промчались мимо компании иностранцев и углубились в парк. Только там вороной перешел на шаг, и моя лошадка последовала его примеру.
— Какие у нас встречи? — спросила я насмешливо. — Тоже хотите пройти урок хороших манер? Даже я понимаю, что вы вели себя невежливо.
Аметистовый поморщился.
— Ты плохо на меня влияешь, — сказал, но не с обидой или угрозой, а как будто в шутку.
Я к нему пригляделась — и правда, в глазах блестят смешинки.
— Не боишься, что это ты после наших уроков станешь другим, а не я? — осмелилась пойти дальше, раз уж он настроен веселиться.
— Совсем не боюсь. Тем более я сейчас убедился, что ты умеешь себя вести, когда захочешь. И в знак поощрения у меня будет для тебя подарок.
Ничего себе! А такую учебу, где за достижения станут подарки дарить, я, пожалуй, с легкостью полюблю.
— Какой? Если сладкий, то сразу предупрежу: я больше люблю немного кисленькое, чем приторное! — выпалила я.
Дракон поднял вверх палец:
— Запоминай мой первый совет: никогда не озвучивай свои желания раньше, чем выслушаешь предложение. Я заметил, как ты смотрела на посольский знак Игната, и хотел отвести тебя в ювелирный магазин Жемчужных, но раз ты будешь рада кисленькому, то куплю тебе фруктовый лед.
Я с шумом втянула носом воздух. Ну надо же, какая я балда! Ужасно продешевила! Но Аметистовый тоже хорош! Ведет себя, как торговец какой-то, а не богатый владыка!
Однако не успела я рассказать ему все, что думаю о жадинах, как на дорожке появилась пара на породистых лошадях: молодой красивый мужчина и уже знакомая мне драконица Власта. Ей невероятно шла ее розовая амазонка, и ее спутник явно это мое мнение разделял.
А вот сама драконица выглядела недовольной, и мой наряд совершенно точно ей не понравился. Она окинула меня надменным взглядом и фыркнула. Даже ее искристые чешуйки сверкнули угрожающе, приобретая более тёмный оттенок. Я приготовилась отвечать ударом на удар, как привыкла. И даже наказание отказом купить фруктовый лед никак не смогло бы меня остановить. Вот если бы на горизонте маячили те перламутровые чудесные камушки... тогда да, я бы сумела сделать вид, что ничего не заметила. А так я сощурилась и глянула на Власту исподлобья.
— Ты только посмотри, Люциан, куда катится мир! — воскликнула драконица тоном ярмарочного актера. — Если даже главы кланов не стесняются средь бела дня вывозить в центральный парк своих...
— Госпожа Морганитовая, господин Аловый, мы с моей воспитанницей рады встрече, но вынуждены раскланяться — у нас урок, — перебил ее Аметистовый.
Почему-то глаза Власты Морганитовой загорелись, а брови приподнялись. Кстати, я о таких драконах ничего не слышала — видимо, это какой-то мелкий клан. А вот Аловый — скорее вторая ветвь Опаловых, а они большие и сильные.
— Воспитанница?! — выдохнула она.
— Совершенно верно, — подтвердил Аркхейн. — Не понимаю, чему ты удивляешься, Власта. Я глава большого клана, у которого множество обязательств и деловых связей. Иванна — подопечная Аметистовых и прибыла в столицу, чтобы найти жениха на будущем сезоне.
Спутник Власты расплылся в улыбке и почтительно мне кивнул. А я прикусила щеку изнутри, пытаясь унять всплеск раздражения. Зачем Аметистовый ей все это сейчас рассказывает?! Почему промолчал, когда она влетела в его гостиную и придумала про нас всякие глупости, а сейчас оправдывается? Я понятия не имела, почему мне это так не понравилось, но сил моих слушать их разговор дальше почти не осталось.
— То есть эта девушка живет в твоем доме под гарантом? — промурлыкала драконица.
— Разумеется. Все обязательные приличия строго соблюдены, — снова отчитался Аметистовый.
Мне многое хотелось сделать. Например, спросить, какое ей дело до моей чести. Или есть ли у нее у самой гарант и не возражает ли он, что она по мужским домам вечерами шарахается. В похождениях поручика Ртутного, которые я стащила у мачехи и досконально изучила, был рассказик про такую всю из себя правильную и скромную леди, которая всех обманывала, ночами принимая в своей спальне целый взвод! Однако я ведь не глупышка какая-то и прекрасно себе представляла последствия. Если сейчас выложу все, что думаю, гулять меня Аметистовый больше не повезет, а значит надо действовать тоньше.
— Ой, что это у тебя в волосах копошится, Власта?! Это крылатый таракан, что ли?! — в ужасе, округлив глаза, воскликнула я и ткнула пальцем в высокую прическу драконицы.
Моя сестра Лизавета жутко боялась всяких насекомых, а уж летающих, да ещё на себе... Надежду я возлагала на то, что эти манерные девицы все одинаковые. И не ошиблась!
— А-а-а! Где?! Где?! Уберите его! — завопила Власта, подпрыгивая в седле и тряся руками. — Скорее, скорее!
Я прикрыла глаза, потому что смотреть на ее истерику было так весело, что сложно вслух не рассмеяться.
— Сейчас-сейчас, не прыгай так, дорогая, я ничего не вижу, — басил Аловый.
Я не удержалась и приоткрыла один глаз — спутник Власты запустил свои пальцы в её блондинистые локоны и превращал их в воронье гнездо. У меня на душе так светло стало!
— Поедем? Ты обещал мне фруктовый лед, — напомнила я Аметистовому, потому что пришла пора убираться.
Сейчас Аловый поймет, что никого в прическе нет, и тогда я уже точно не смогу сдержаться и от души рассмеюсь. Аркхейн вон и сам еле сдерживался. Его плечи и губы слегка подрагивали, чешуйки задорно сверкали веселым лиловым, а не грозным чернильным, как было бы, если бы он злился.
Он кивнул и тронул коня.
— Не будем вам мешать. Хорошей прогулки, — пожелал с плохо скрытой насмешкой, и мы поехали дальше.
Я не удержалась и пустила лошадку с шага сразу виноходь. Оторвалась от Аметистового и от души рассмеялась.
— Ты это придумала, да? — раздался его голос прямо за моей спиной.
Покосилась — а Аркхейн, оказывается, почти не отстал.
— А чего она? Свою честь пусть блюдёт, а я ей не прислуга, чтобы в моей порядочности в моем же присутствии сомневаться, — не стала я скрывать правду.
— Все правильно сделала, — неожиданно похвалил меня дракон. — Вот теперь точно заработала жемчужное украшение.
Признаться, я немного опешила. Что именно ему понравилось? То, что я испортила Власте прическу? Постояла за себя? Или что сделала это не в лоб, а вот так ловко?
Надо срочно уточнить!
Но Аркхейн уже направил вороного на аллею, в конце которой виднелась другая арка — выезд из парка.
— Погоди, а фруктовый лед? — поспешила я догнать дракона.
Мы как-то совсем немного погуляли по аллеям. Я даже не успела полюбоваться всеми фонтанами, поглазеть на лавки с угощениями и на аттракционы, а из-за деревьев выглядывало огромное колесо обозрения! Что за спешка такая?!
— Купим. Не забывай, что до сезона не так много времени, а нам еще многое нужно к нему подготовить. Это был урок верховой езды, а дома продолжим день уроком истории.
Я поморщилась. На кой болотный мох мне история? Как будто мой будущий муж захочет со мной обсуждать легендарные битвы и имперские завоевания!
Но тут мне вспомнилось, как мачеха готовила к сезону Лизавету, и стало совсем нехорошо. Я, конечно, сильно в ее уроки не вникала, но то, что с разными учителями сестра порой проводила весь день, помнила отчетливо. А еще иногда из открытого окна доносилось Лизкино пение (у меня от него уши вяли) и ужасно сопливые стихи. Что-то про то, как «сердце девы лунной ночью трепещет из-за сна о доблестном драконе и его сверкающей чешуе. Поэтому он расправляет крылья и летит прямиком в ее раскрытое окно». Я еще тогда подумала: ну что за идиот? Он же в него не поместится и деве стену сломает. А если она спросонья не успеет убежать и прямо там под камнями погребенной и останется?
— А мне надо будет петь и стишки учить? — подозрительно уточнила я.
— Конечно. Юные девушки, которые ищут мужа, на званых приемах обязательно показывают свои таланты, чтобы кого-то заинтересовать.
— Вот не пойму я чего-то, — проворчала. — Они себе скомороха, что ли, ищут? Я что-то вообще сейчас засомневалась, что хочу на этот ваш сезон и замуж.
— И как же тогда мы сделаем тебя счастливой? — насмешливо спросил дракон, выгнув бровь. — Нет счастья без семьи и детей.
— Выходит, ты несчастный? — уточнила я, смерив гордый драконий профиль оценивающим взглядом.
Он уставился на меня с удивлением.
— Я мужчина. Мужчинам, а особенно владыкам, для счастья нужно немного больше. Поэтому я хочу сначала достичь своих глобальных целей, а уж потом искать жену и заводить детей.
Я хмыкнула:
— И тебе будет важно, сколько она знает стихов и песен?
Кажется, Аркхейн начал раздражаться, но пока держал себя в руках.
— Разумеется, мне будет очень важно знать, что владычица Аметистовых драконов образована, умеет себя вести и мне никогда не придется за нее краснеть, — процедил он, подавляя свое недовольство.
