Страница 8 из 9
«Дочь, возможно, нет, а вот ее мешающуюся под ногами мамашу…»
Естественно, я не стала это произносить вслух, лишь постаралась вложить эту мысль в ответный взгляд.
— Я вообще вас не знаю, мистер Алденхарт. Не знаю, на что вы еще способны. И зачем вам… мы.
— Мне не нужно тебя убивать, Лорен, чтобы заставить отсюда уйти, — сказал он, остановившись рядом со мной. Он не задел меня, даже не прикоснулся, но я прочувствовала на себе волны пугающей звериной силы, от которой по всему телу разбежались мурашки. Обычно меня это заводило. Может, и сейчас подействовало бы подобным образом, но все мои мысли были о Ким и ее благополучии.
О том, чтобы это чудовище не разбило сердце моей малышки.
— Поверьте, это единственный способ от меня избавиться, мистер Алденхарт.
Я и раньше не боялась смотреть ему в глаза. Возможно, этим и привлекла в прошлый раз. Но сейчас все было иначе. Раньше я защищала только себя, теперь я сражалась за двоих.
— Папа, мама! Я хочу есть!
— Идем, солнышко, — отозвалась я.
А Аларден по-плейбейски стащил креветку прямо из моего салата и отправил ее в рот.
— Чтобы ты не пугала мою дочь внезапной голодовкой, — прокомментировал он и направился в сторону столовой.
— Это моя дочь! — прошипела я ему в спину, но Алдехарт либо не услышал, либо сделал вид, что не услышал.
Он вообще практически весь вечер будто представлял на моем месте призрака. Нечто полупрозрачное и не стоящее его президентского внимания.
Стоило нам занять свои места за столом, как он принялся расспрашивать Кимберли о том, чего бы ей хотелось. Дочь никогда не отличалась скромностью, очевидно, благодарить за это стоило те самые драконьи гены, но ее ответ удивил даже меня.
— Я хочу, чтобы мы были настоящей семьей, — заявила она беззастенчиво, а у меня дрогнула руку, и вилка улетела на пол.
Потому что своими словами Ким словно вскрыла глубокую рану в моей груди. Я всегда считала, что мы с ней уже настоящая семья. Пусть даже у нее нет папы, как у большинства других детей, но есть мама, которая любит ее больше жизни и старается сделать ее самой счастливой девочкой во Вселенной.
Как же так получилось, что моя дочь все время была несчастлива?
— Прошу прощения, — я подняла вилку и убежала с ней на кухню.
Я должна была следить за дочерью.
Я должна была следить за Алденхартом, хотя понимала, что он не собирается ее обижать. Но все же…
Я должна была контролировать то, что он ей говорит.
Он пригрозил мне, чтобы я не настраивала Ким против него. Но он вполне способен настроить ее против меня. Убедить мою крошку в том, что я плохая мать.
Он способен на все.
Поэтому я возвращаюсь в столовую с чистой вилкой и на этот раз натыкаюсь на драконий взгляд. Для разнообразия изучающий. Словно Аларден только что меня заметил и пытается понять, что со мной делать. Он сам притащил меня в свой пентхаус, но для него я незваная гостья, для которой нет лишнего стула. Хотя стульев в его доме более чем достаточно…
— Что я пропустила? — спрашиваю я, занимая свое место рядом с Ким.
— Папа хочет, чтобы мы жили с ним! — заявляет дочь с горящими от восторга глазами.
— Мы? — уточняю я у Алардена. — Вдвоем?
— Если твоя мама захочет переехать, — подтверждает он.
Его взгляд словно говорит: «Одна твоя подпись, и ты будешь свободна и от прошлого, и от меня».
— Давай переедем, мам, — Кимберли складывает ладошки на груди и умоляюще смотрит на меня. — У нас маленькая квартира, с папой мы там не поместимся.
— Это очень важный шаг для нас, солнышко. Нам стоит все обсудить с твоим… папой. Наедине.
Алденхарт поднимается из-за стола.
— Тебе принесут мороженое, Ким, — говорит он. — Гейла присмотрит за тобой, а затем я вернусь и расскажу тебе про драконов.
Меня царапнуло это «вернусь», потому что он не сказал: «Вернемся». Но я решила пока к словам не цепляться и проследовала за Аларденом в его кабинет.
Глава 19
Домашний кабинет Алардена располагался на втором этаже его пентхауса, и когда мы вошли, у меня создалось ощущение, что стекло почти касается неба. Панорамные окна во всю стену смотрели на город с высоты, от которой перехватывало дыхание: реки огней, тонкие нити магистралей, холодное мерцание башен соседних высоток.
— Проходи, — сказал дракон и направился к своему столу.
Но у меня ноги как будто приросли к полу, потому что именно здесь я впервые поверила или, если быть точной, почувствовала, что Аларден действительно дракон, а не просто навешал лапши на уши мне и моей дочери.
Кажется, даже его пламя было не способно меня в этом убедить настолько, насколько убедило это место.
Пространство кабинета было выдержано в сдержанной роскоши, где технологии и древняя мощь переплетались без малейшего диссонанса. Стены были выполнены из темного камня с тонкими прожилками металла, похожими на застывшие чешуйки. При ближайшем взгляде они едва заметно светились, реагируя на присутствие хозяина.
— Что это? — невольно спросила я.
— Древняя магия, встроенная в современные сплавы. Это сочетание позволяет нам восстанавливать силы.
Только сейчас я поняла, что и…
— Ким тоже это потребуется?
— Здесь это повсюду, — усмехнулся Аларден. — Просто в других комнатах не так заметно.
Улыбка сбежала с его лица, особенно когда он произнес:
— И да, моей дочери тоже это потребуется.
— Нашей дочери.
Он вздохнул, а я все-таки приблизилась и опустилась в кресло, которое напоминало обычное начальственное офисное. Чего не скажешь об Аларденовском. Его было больше похоже на трон: высокая спинка, строгие линии, дорогая обивка. Массивный стол из черного обсидиана, гладкий, как зеркало, но теплый на ощупь. Над ним в воздухе парили голографические экраны: карты мира, финансовые потоки, политические узлы, линии влияния. Одно движение пальцев — и данные перестроились, сомкнулись и скомпоновались, после чего исчезли. Наверняка в реальности он управляет этим всем с той же легкостью. Всем и всеми, и это все точно так же выравнивается или идет волнами, подчиняясь воле не человека, а существа, для которого власть не должность, а природа.
Я моргнула и перевела взгляд на сидевшего напротив меня мужчину. Все это не должно сбивать меня с толку! Он все еще тот, кто хочет забрать мою Ким.
— Как тебе вообще в голову пришло, что я смогу от нее отказаться?
— Я не просто так привел тебя сюда, Лорен. Ты видела и знаешь только одну сторону моей жизни, но ты не представляешь, что скрывает вторая.
— Так расскажи мне! Расскажи, почему я не могу быть со своей дочерью, а ты — просто ее отцом.
— Ты только что сама видела, что ей нужны особые условия. Я собираюсь жениться. Какую роль ты отводишь себе в этом уравнении?
Это прозвучало так цинично, что мне захотелось подняться и разгромить к демонам все, что он здесь создавал, чтобы подчеркнуть собственное величие. Точнее, что создавали для него, простите. Такие как Аларден легко отдают приказы, и для них все делается.
— Никакую, — язвительно сказала я. — А какую роль ты отвел Ким? Бедной никому не нужной девочки, когда у вас появятся свои дети?
— Когда у нас появятся свои дети, это ничего не изменит. Ким была и останется моей дочерью, в ней кровь дракона, и рано или поздно проявятся способности.
Я глубоко вздохнула, стараясь не поддаваться эмоциям.
— Какие?
— Тебе этого знать не нужно.
— Нужно, потому что я ее мать. И если ты еще не понял, скорее я расскажу всему миру о том, кто ты, чем откажусь от нее.
— Даже не пытайся таким шутить, Лорен.
— Я не шучу. Но я все еще надеюсь, что мы сможем договориться. Я не из тех, кто старается выставить отца последним засранцем в глазах ребенка, даже если он таковым является. Ким ждала тебя всю свою маленькую жизнь, и я не позволю ни тебе, ни твоей будущей жене причинить ей боль. Но если мне придется за нее драться, в ход пойдут все средства, даже не сомневайся в этом.
— Ей никто не собирается причинять боль, — его ноздри шевельнулись, черты заострились.
Хищник, как есть хищник.
А хищникам нельзя показывать свой страх и свою слабость.
— Хочешь сказать, Дайлин будет в восторге от того, что помимо ваших общих детей у нее будет еще и Ким? Она вообще в курсе этого?
— Пока нет.
— Чудесно. Ты нашел время выдать мне контракт-отказ от ребенка, но времени, чтобы сообщить об этом своей невесте — не нашел!
— Не тебе говорить мне, что и когда делать, Лорен. — Он не стал повышать голос, но сейчас низкие нотки напоминали приглушенное опасное рычание.
— Да нет, разумеется нет, — я пожала плечами. — Знаешь, я как-то и не претендую особо. Живите как хотите. Только меня и мою дочь в это не втягивайте.
Вместо ответа Алденхарт поднялся и подошел к стеллажам. Они здесь тянулись вдоль одной из стен от пола до потолка. Обычные книги соседствовали с древними фолиантами с металлическими застежками, отдельная секция была для тонких кристаллических носителей данных, в которых, очевидно, были зашифрованы века истории драконов, договоры, войны и тайны. Прошлое и будущее стояли рядом, не споря друг с другом.
Аларден вытащил одну из таких пластин, вставил ее в специальный носитель под столом, и передо мной ожили картинки и видео. На котором маленькие драконы учились овладевать пламенем.
Крохи поднимали и останавливали столпы огня, которыми управляли кто-то с легкостью, кто-то — с напряжением, как игровыми сюжетами повышенной сложности в VR очках. При всем при этом самому старшему было от силы десять лет.
— Закрытые полигоны наших школ, — прокомментировал Алденхарт. — Это первая ступень обучения. Когда у Ким проснется такая сила, а она проснется ориентировочно от шести до восьми лет, она спалит себя, тебя, соседей и, возможно, весь дом. Если не будет уметь ей управлять. У тебя еще остались вопросы, почему я втянул тебя и мою дочь во все это? Ты совершила государственное преступление, когда не сказала о ней, а могла вовсе убить ее и себя. Если бы мы случайно не встретились.
Да пошел он со своими манипуляциями!
— Знаешь ли, Аларден, — спокойно произнесла я, — в таком случае это ты совершил государственное преступление, когда не написал на своем члене «драконья пушка, стреляет метко» и не пользовался дополнительной защитой!
— Я дал тебе особый препарат перед той ночью.
— Ну так он не сработал! — огрызнулась я. — А вот твой скорострел сработал!
Аларден посмотрел на меня так, словно собирался испепелить на месте. Подозреваю, что если у них дети с огненными смерчами управляются, то такое в принципе не исключено. Ну и справедливости ради, скорострелом он не был, но я была совершенно, бесконечно и яростно зла.
Потому что после увиденного поняла, что он прав.
Если у Ким проснется такая сила, я с ней не справлюсь. С ней даже бригада пожарных не справится.
— Я предложу тебе в последний раз. У тебя будут деньги и возможности. Я помогу тебе открыть любой бизнес, какой ты только захочешь, если ты…
— Ты еще не понял? — Я оперлась ладонями о его дорогущий стол и поднялась.
Камин в его кабинете был тоже странным — не пламя, а живой энергетический контур, мягко пульсирующий синевой и серебром. Блики от него плясали в глазах Алденхарта, напоминая о том, кто передо мной. Снова. Снова и снова.
Эта энергия не грела тело, но, если верить словам Алардена о магии в сплавах, питала его сущность, напоминая о родовой силе, о небе и высоте, о том, что никакие технологии не отменяют древнюю кровь.
В этом кабинете принимались решения, от которых менялись континенты, рушились рынки и заключались союзы. И даже город за стеклом — огромный, шумный, современный — казался всего лишь еще одним владением, лежащим у ног того, кто рожден править и летать.
А я была всего лишь обычной женщиной… и матерью.
— У тебя всего лишь один вариант оставить Ким при себе, Аларден, — произнесла я. Да, я пойду на это ради нее. Ради нее я пойду на все. — Ты расторгнешь помолвку с Дайлин Танн и женишься на мне.
Глава 20
В кабинете повисла пауза, во время которой я могла наблюдать как расширяются глаза Алардена, как взлетают его брови. Это длилось секунду или чуть больше, но, кажется, мне удалось его удивить. Впрочем, в следующее мгновение он уже нахмурился, возвращаясь к своему привычному образу яростной ледяной глыбы.
Аларден пару раз скупо хлопнул в ладоши, словно аплодируя моей идее. Тишину кабинета нарушало лишь уютное потрескивание камина, поэтому звук получился громким словно выстрел. Сейчас мои нервы были натянуты как канаты, и я вздрогнула.
— Браво, Лорен. Рад, что ты не растеряла свое чувство юмора, даже оказавшись в сложных жизненных обстоятельствах.
Я вскинула подбородок:
— Мои жизненные обстоятельства были совершенно нормальными, пока не пришел ты и не приказал похитить нас с Ким из нашего дома.
— Тебя хотели лишить родительских прав, а мою дочь — отправить в детский дом, — жестко напомнил Аларден, гневно раздувая ноздри.
— А знаешь, почему? — Я подалась вперед, еще больше опираясь о массивный стол. — Потому что она побила мальчика за то, что он назвал ее лгуньей. Ким сказала, что ее папа дракон, а над ней посмеялись, и она дала сдачи. А затем папаша этого сосунка натравил на меня соцопеку! Но я не жалуюсь. Я наняла лучшего адвоката и собиралась выиграть это дело…
— Ты вообще удивительно находчивая и гибкая, Лорен, — перебил меня Аларден. Он тоже подался вперед, и, несмотря на ширину стола, наши лица оказались в миллиметре друг от друга.— Используешь все возможности, которые тебе дарит жизнь?
Я попыталась отодвинуться, потому что его близость заставляла мой пульс ускоряться, а мурашки бегать по коже, но Аларден мне не позволил, властно положив ладонь на мой затылок.
— Значит, ты хочешь стать моей женой, Ло-о-рен, — с жесткой усмешкой прошептал он мне прямо в губы. Он протянул букву «о» в моем имени, как делал раньше, когда мы оставались наедине. Тогда я считала это безумно сексуальным, сейчас напоминание о нашем общем прошлом причиняло мне боль. — Хочешь быть женой президента и высшего дракона. — У меня не получалось смотреть ему в глаза, это было невыносимо, и в то же время я не могла их закрыть, спрятаться от него. Мне казалось это слабостью, а я не могла себе ее позволить. Особенно, когда тон Алардена звучал настолько издевательски. — Хочешь делить со мной постель, чтобы я тебя трахал каждую ночь, как свою жену…
