Шаг, другой. Ступни уверенно коснулись гальки, и водоросли, точно змеи, обвили лодыжки. Вода захлюпала под ногами, вытекая из сапог.
Согнувшись от усталости, они вдвоём добрели до берега и, как только кромка озера осталась позади, отпустили друг друга и почти одновременно повалились на жухлую траву.
Вив перевернулась на спину, снова закашлялась, зажмурила глаза от резкого весеннего солнца.
От воды подул ледяной ветер. Казалось, само озеро не желало отпускать добычу и сердито кричало им вслед. Не слышно было ни птиц, ни людей. Только плеск волн и тяжёлое хриплое дыхание данийца.
Одежда быстро задубела. Холод пробрал до самых костей. Вив присела, обхватила себя руками, пытаясь как-то согреться, и оглянулась снова в ту сторону, где догорал рухнувший констанц. С берега было не разглядеть ни остатков корабля, ни людей. Вив вглядывалась в горизонт до рези в глазах, и в груди разгоралась жгучая ненависть. Она желала, чтобы они все сгорели на этом корабле. Сгорели, как это случилось с теми двумя чародеями, которых держали в клетке вместе с ней. Сгорели, как должна была сгореть сама Вив. Но вот она живая, целая и невредимая, а они – нет.
Но если хоть кто-нибудь смог выбраться с горящего корабля, то, повстречав Вив, он не оставит её в покое. Никто из лойтурцев не оставит её в покое, пока на шее эти проклятые оковы.
– Мне нужно идти, – процедила она и с трудом поднялась.
Её шатало. С платья стекала вода. А в округе не виднелось ни единой души, кроме данийца.
– Выжми платье для начала, – сказал он, глядя на неё снизу вверх. – И лучше бы спрятать эту штуку, – он кивнул, задержав взгляд на её шее.
Руки невольно потянулись к оковам. Вив поёжилась. Чужое пристальное внимание ощущалось как угроза. Ей хотелось сорваться с места и бежать, но она заставила себя спросить:
– Кто вы такой?
Мужчина всё же больше походил на человека, чем это могло показаться на первый взгляд. Да, у него были большие закрученные назад рога, звериные хищные глаза и синяя кожа. Но руки и ноги – совсем не звериные, а человеческие. И говорил чисто, очень хорошо и красиво, таким глубоким и мягким голосом, что сразу располагал к себе. Он оказался широкоплечим, высоким – таким здоровым, что тонкая Вив ощутила себя в сравнении с ним до нелепости крошечной.
Он насмешливо улыбался, когда встретился с ней глазами.
– Меня зовут Дзив, – представился он, вдруг взмахнув вынырнувшей из-за спины кисточкой хвоста. – Это я взорвал ваш констанц.
От удивления Вив потеряла дар речи и уставилась, не отрываясь, на мохнатую кисточку.
– Не благодари, – продолжил Дзив с такой же насмешкой в голосе. – Насколько понимаю, ты находилась там не по своему желанию.
Так же пристально, как Вив разглядывала его хвост, Дзив смотрел на её оковы – знак лойтурского рабства.
– Да, – неохотно признала она, потирая шею.
– Откуда ты?
– Монвайе, это в Литторе.
– Прошу прощения, литторского не знаю, – пожал он плечами. – Могу говорить по-лойтурски, по-брюфоморски, по-данийски…
– Я знаю брюфоморский так же хорошо, как лойтурский.
Их разговор показался немыслимо нелепым. Такие беседы обычно велись в гостиных на званых вечерах, а не на берегу озера, из которого они только что выбрались, спасаясь от утопления.
– Прекрасно, – произнёс Дзив по-брюфоморски, отчего голос зазвучал ещё глубже и мягче. – Тогда позволь выберу язык островов. Добро пожаловать, прекрасная банхиарна, – и он медленно, с достоинством, поднялся и, действительно, точно они были благородными господами на балу, слегка поклонился и протянул руку.
Вив, не задумываясь, вложила свою ладонь – удивительно маленькую на фоне огромной руки – в его, и Дзив невесомо сжал её, оставляя лёгкий след, от которого по всему телу разлилось тепло, и даже перестало знобить.
– За что тебя? – вдруг спросил Дзив.
– Я… – Вив растерянно убрала прядь мокрых волос за ухо.
Она не спешила с ответом не только потому, что подбирала слова языка, на котором давно не общалась.
Признаваться любому другому в колдовстве – подписать себе смертный приговор. Но данийцы, как и чародеи, от природы прокляты Золотой силой и потому их с одинаковым рвением и презрением преследуют люди Храма, а значит, Дзиву можно было доверять. Хотя бы на время.
– Меня зовут Вив. Я чародейка. Сёстры Холодной Горы похитили меня и отдали «Констанц и Ко».
– Значит, ты была нужна им для топлива, – со знанием дела заключил Дзив.
– Как вы догадались?
Он снял сюртук, обнажая могучую грудь, и выжал его. На жухлую весеннюю траву, прямо под мокрые ноги Вив, потекла вода, и она попятилась. Невольно она отметила, что Дзив носил дорожный шерстяной костюм, сшитый явно по его меркам. Даже насквозь промокшая, ткань выглядела прочной и гладкой. Кем бы ни был этот Дзив, он явно не бедствовал.
– Однажды я тоже оказался на таком констанце, – когтистым пальцем он оттянул ворот рубахи с аккуратно завязанным шейным платком. На синей коже темнел старый шрам.
– Вы тоже были головёшкой?! – ахнула Вив.
Дзив выгнул бровь.
– Головёшкой? Вас теперь так называют? Ха!
Он засмеялся, точно это была отличная шутка, и Вив растерянно переступила с ноги на ногу.
– Вы можете снять мои оковы? И как вы спаслись от Нетопырей? Неужели вас просто отпустили? – вопросы посыпались из неё один за другим.
– Снять… – Он прищурился, задумавшись. – Вряд ли. Но знаю человека, который может.
Он огляделся по сторонам, в несколько широких быстрых шагов подошёл к большому камню, на котором лежал дорожный плащ и, нахмурив брови, оглянулся на Вив.
– Выжми своё платье, – он протянул плащ. – Нужно поскорее добраться до очага. Здесь поблизости деревня. Нас примут…
Взгляд его метнулся к далёкому столбу дыма.
– Если туда не доберутся раньше нас…
– Думаете, кто-то выжил? – засомневалась Вив. – Это невозможно…
– Ты же выжила.
– Это другое. Я упала в воду и…
– Обычно, упав с такой высоты, разбиваются насмерть даже о гладь воды.
Ветер донёс с озера запахи мёда и горящего костра. Вив обернулась, подставляя ледяным порывам влажное лицо. Щёки защипало от мороза.
Она и вправду не должна была выжить после такого удара. И под водой она находилась, кажется, слишком долго. Но то, что она видела… то, что ей явилось…
Это напоминало о роще Звёздного дуба, ламинах и обо всём, что она должна была забыть.
– Лучше отожми платье, – повторил Дзив, вырывая её из раздумий. – А то заболеешь. Можешь взять.
Он протянул свой плащ. Вив сжалась, прикрываясь руками, точно уже стояла перед ним обнажённой.
– Но я…
– Я не буду подглядывать, банхиарна, – с мягкой улыбкой снова слегка поклонился он, – и не стану тебя смущать.
И, перекинув плащ через плечо, он и вправду повернулся спиной.
Вив недолго рассматривала его длинные, слегка вьющиеся волосы, спадавшие на по-прежнему мокрую спину, и, сомневаясь, сжимала ворот платья.
Одежду выдали ей ещё в монастыре, как только похитили из Монвайе. Золотые нити на голубом – символы Сестёр Холодной Горы и Создателя. Вивьен носила это платье так долго, что едва ли не срослась с ним. И теперь плотная промокшая ткань совсем задубела на ветру. Она прилипала к телу, путалась в волосах. С трудом получилось скинуть платье себе под ноги. Вив осталась в одной нижней рубашке, подумала и сняла её тоже, отжала всё, но одежда всё равно осталась влажной. Шерсть плаща оказалась, наоборот, сухой, тёплой и колючей. Дзив был слишком высок, поэтому на Вив подол волочился по земле.
Длинные рукава из колючей шерсти терзали ожоги на запястьях, но Вив уже давно привыкла терпеть боль и потому только кусала губы, когда становилось совсем нестерпимо.
– Что это значит?
– Что именно? – Дзив не обернулся, глядя в сторону горящего констанца.
– Банри…
– Банхиарна. Госпожа, – сказал он по-лойтурски. – Вежливое обращение к данийской знатной женщине.
– Я не… – Вив потёрла чёрные знаки на покрасневших от холода костяшках пальцев.
Вдали от дома мало кто знал, что они означали.
– Ты ведёшь себя как благородная девушка, – сказал Дзив. – Мало кто так бегло говорит на нескольких языках.
– Но вы же говорите, – улыбнулась Вив. – И, кхм, я одета. Можете обернуться.
Дзив одёрнул влажный сюртук.
– Я много путешествовал и встречал разных людей. А теперь… – он снова бросил взгляд на корабль. – Давай не будем медлить.
И, явно сдерживаясь, ведь на таких длинных ногах он мог идти куда быстрее, Дзив направился прочь от озера, в сторону гор, белевших вдалеке.
Ветер подул им в спину, заставляя Вив бросить прощальный взор на озеро.
– Оно называется Ллин-Пэр… это на данийском, – сказал Дзив.
Вив пришлось засеменить, чтобы нагнать его.
– Что называется Ллин-Пэр?
– Озеро так называется, да и вся округа, и клан, которому принадлежит эта земля. Это место священно для данийцев. Говорят, когда наши предки вышли из моря, то впервые напились пресной воды именно из Ллин-Пэр, и тогда у них выросли рога, хвосты и жабры, по образу местных богов.
Взгляд невольно задержался на рогах Дзива.
– Госпожа этого озера, – продолжил он, не оборачиваясь, – стала покровительницей данийцев и защитницей. Видишь, она и тебя спасла от верной смерти, когда ты упала с небес…
Между лопаток зачесалось, точно кто-то невидимый и неведомый смотрел им вслед. Вивьен зябко повела плечами и, намеренно слегка отстав от Дзива, тайком повторила жест, что всегда делала мама, когда благодарила Белую Даму.
Дальше они пошли по бездорожью, вверх по холму, покрытому талым снегом. Солнце то и дело скрывалось за облаками, а с запада, от вереницы гор надвигалась серая мгла.
– С Драконьего Пика приближается буря, – произнёс Дзив. – Нужно успеть укрыться до того, как…
Между холмов прокатился рокот. Вив и Дзив одновременно замерли. Тучи, катившиеся с запада, приближались.
– Это… с констанца?
Дзив прищурился, разглядывая горизонт.
– Непохоже. Но эта буря надвигается слишком быстро. Кажется, нам её не избежать.
– Тогда лучше поспешить. Ближайшее убежище далеко отсюда?
– Ви-и-в!
Возглас прозвучал точно выстрел.
Дзив тут же прикрыл Вивьен собой. В той стороне, где поднимался дым, на вершине холма показались три силуэта в чёрном.
– Нетопыри!
Они оказались как на ладони. Лёгкая мишень.
– Это я понял, – правой рукой Дзив задвинул её обратно, второй хлопнул себя по бедру. – Рогатый…
– Что?..
– Я оставил оружие в укрытии, когда бросился тебя спасать.
И Вив заметила, как Дзив попятился.
Нетопыри побежали вниз по холму.
– Они ещё недалеко… – подметил сухо Дзив.
– Что?
– Пуля не долетит… бежим!
Он схватил её под локоть и потащил за собой. Им вслед сразу раздался выстрел.
– Стоять!
