Мадина ждет ребенка, ему подставляться в драке ни к чему. А мне — самое время выпустить пар. Много дерьма накопилось.
— Сиди. Я сам.
Встаю. Рука, которая секунду назад тряслась, в мгновение ока каменеет.
Фокусировка снайпера включается сама собой, превращая мир в тактическую карту.
Три шага — и я оказываюсь за спиной у того, что с розочкой.
Не трачу время на пустые разговоры или предупреждения. Действую на поражение.
Перехватываю его запястье левой рукой. Хруст кости отчетливо слышен даже сквозь гул бара.
Осколок со звоном летит на пол.
В ту же секунду бью ногой ему под колено, заставляя амбала с глухим стоном рухнуть на пол.
Второй дергается в мою сторону, но я просто перевожу на него взгляд. Холодный. Злой.
Ну давай… попробуй, сука! Дай мне повод…
Взгляд человека, который видел ад и вернулся обратно.
Надавливаю ботинком на шею первого. Сильнее. Он хрипит, вжимаясь лицом в грязный пол. Бьется, как рыба, выброшенная на берег. Только вот я сильнее. И злее.
— Еще один звук, — произношу тихо, но так, что второй поднимает руки и отступает на два шага, — и на своих ногах вы отсюда не выйдете. Это ясно?
Тишина.
Нападавший внизу испуганно стонет. Судорожно трясет головой, соглашаясь. Убираю ногу, брезгливо вытирая подошву об его джинсы, и разворачиваюсь обратно к столику.
— И перед девушками извиниться не забудьте, — бросаю через плечо, поправляю сбившийся воротник рубашки.
Возвращаюсь к Багиру. Он присвистывает.
— С каких пор ты за девичью честь вступаться стал? — усмехается, осушая бокал с виски. К нам подходит бармен.
— Спасибо, — его голос дрожит, — думаю, они еще долго не появятся.
— Терроризируют вас? — спрашивает Багир.
— Да…
— Вот, — он достает визитку нашей бывшей группы, которая сейчас называется Варвар, протягивает бармену, — там главный наш хороший друг. Если они еще появятся, ты звони, скажи, что от Багира. Они помогут.
— Спасибо! Вся выпивка и закуски за наш счет, — улыбается.
— Воды без газа со льдом, — бросаю, достаю сигарету, закуриваю.
— Ну так… Ая. Вы познакомились и…? — бывший босс пристально смотрит на меня.
— Чего ты ждешь? — усмехаюсь, тыкая сигаретой в пепельницу. — Счастливого знакомства не получилось. Она ненавидит меня…
— Почему? — он округляет глаза, мои слова явно шокировали Багира.
— Потому что… — заминаюсь, — она думает, что я виновен в смерти ее сестры. И не стесняется об этом говорить.
— Это неправда, — Багир сжимает руки в кулаки. Вижу, как играют желваки на его лице. Виноватым считает себя он.
— Правда, — выдыхаю кольцо дыма. Бармен ставит передо мной стакан воды. Идеальные кубики льда со звоном бьются друг о друга, — потому что…
ПИИИП!
На телефон приходит сообщение.
Попытка взлома биометрической системы…
— Ая… — выдыхаю, затем встаю, — потом поговорим. Мне нужно срочно домой…
Не дождавшись ответа, выскакиваю на улицу.
Глава 7. Чужая постель
Марат
Даю по газам и выезжаю с парковки. В голове, словно набат, стучит уведомление на телефоне. Значит, Ая не послушалась.
Сжимаю руль до скрипа дорогой кожи под пальцами.
Несносная девчонка! Неужели не поняла, что никуда ей не сбежать?! Злость горьким комом поднимается к горлу, но я ее сглатываю.
Возьми себя в руки, Марат! Ей девятнадцать, она ничего не понимает. Ая испугана и зла. Она совсем одна в этом мире.
Как и я…
Не помню даже, как оказываюсь на парковке у дома.
Как ставлю машину.
Как взлетаю на этаж.
Смотрю на телефон. Сенсорный замок отключен. Но у меня довольно хитрая система безопасности. Доверять электронике на сто процентов нельзя. Так что в случае вскрытия электронного замка у меня сразу активируется механический.
Достаю ключ, затем открываю дверь.
Тишина. За окном начинает темнеть, рыжие лучи солнца освещают гостиную. Хм. Делаю шаг и чувствую под ботинком что-то твердое.
Отвертка?
— Мда, Ая, — усмехаюсь, увидев свои инструменты, разбросанные по полу, и одиноко лежащую сенсорную панель. Присаживаюсь на корточки и беру ее в руки. — Умело ты ее развинтила. Вот только это не помогло, да?
Где-то в глубине души я даже восхищен ее упорством. Маленький зверек, загнанный в угол, может быть крайне опасен. Откладываю панель в сторону. Нужно бы подключить ее получше.
Встаю, разуваюсь. Затем иду в гостиную. И замираю…
На моем черном диване спит Ая. Волосы мокрые, на девчонке лишь моя футболка. Низ задрался по самое небалуй. И я вижу ее спортивные девчачьи трусики.
Кадык дергается. Низ живота обдает огнем, *** каменеет мгновенно. Вашу мать…
— Она моя подопечная… — рычу, ругая себя. Такая реакция просто недопустима. В два шага оказываюсь над ней. Даже во сне Ая борется. Руки сжала в кулачки, насупленная. — Не можешь расслабиться?
Кажется, что время тянется бесконечно долго… а я смотрю.
На ее милое личико, худенькие плечи.
На рассыпанные по дивану мокрые темные волосы. Так похожа на сестру.
С Айше никогда не было проблем. Она всегда выполняла условия контракта. Неважно, что нужно было делать… притвориться служанкой или богатой мажоркой.
Пойти на свидание с каким-нибудь негодяем, усыпить его и вытащить нужную информацию.
Но теперь я вижу, что у них это семейное. Ая, может, и не гений стратегического планирования, но смогла пробраться на военное предприятие. Значит, эта головка не только красивая, но и умная.
Мне не стоит ее недооценивать.
— Ммм… — она резко и шумно стонет, затем переворачивается на спину. Низ моей футболки задирается неприлично высоко. Да блядь!
Аккуратно, чтобы не разбудить, беру свою подопечную на руки. Она тут же обвивает мои плечи и прижимается.
Мое тело живет своей жизнью. Я весь напрягаюсь, лишь бы не позволить себе лишнего. Крепче прижимаю девушку к себе, затем несу в комнату для гостей.
В моей квартире три комнаты. Одна моя, вторая и третья — гостевые.
Признаться, я не думал, что Ая будет жить со мной.
Планировал просто пополнять ее карточку раз в месяц и следить, чтобы доучилась.
Кладу чертовку на постель. Затем тихонько накрываю ее одеялом. Нависаю сверху.
Красивая девчонка. Но явно не про мою честь.
Резко выпрямляюсь и иду на кухню. Достаю бокал для виски и бутылку. Вот для таких моментов и держу в баре свой пятнадцатилетний Маккалан.
Залпом осушаю, затем наливаю еще.
Сам не замечаю, как голову наполняет хмельной туман. А перед глазами мелькают полные ярости глаза Аи. И ее упругая попка…
— Подопечная… она моя подопечная, — шатаясь, убираю виски в бар и иду в душ. Быстро ополаскиваюсь, натягиваю на бедра полотенце. Опираюсь ладонями на раковину.
Смотрю в зеркало.
Мою личную жизнь тяжело назвать бурной. Скорее, она уже давно стоит на паузе.
Я с самой юности женат на работе. Случайные связи были редкостью, когда совсем прижимало.
Всегда учился держать себя в руках. Но эта несносная девчонка-беда разнесла мой самоконтроль в щепки. Любую другую я бы просто сдал в полицию, чтобы припугнуть.
А за Аю переживаю. Почему? Только ли из-за обещания, данного Багиру?
Рука снова начинает дрожать. Да сука!
Выпрямляюсь, затем, шатаясь, направляюсь в свою спальню. Стягиваю полотенце, надеваю чистое белье и ложусь.
Закрываю глаза. Армейская привычка засыпать даже стоя позволяет отключиться мгновенно.
Посреди ночи просыпаюсь.
Ая во сне перебралась в мою постель. Девчонка тихонько скулит, содрогаясь то ли от холода, то ли от кошмара. Она отчаянно льнет ко мне, ища защиты.
— Айше… — шепчет.
Утыкается носом в мою шею. Закидывает худенькое бедро на меня.
Черт! Твою же мать!
Крышесносный запах девичьего тела бьет в голову мощнее любого алкоголя.
Кровь в венах закипает, член мгновенно твердеет и неприятно упирается в боксеры.
Самоконтроль, сука…
Ая возится, капризно выгибает спину и одним движением стягивает футболку через голову, оставаясь передо мной практически обнаженной.
Ее маленькая упругая грудь вздымается от частого дыхания.
Чистейшее искушение, от которого темнеет в глазах. Это добивает меня окончательно.
Резким движением нависаю над ней. Дышу тяжело, глубоко.
Тянусь ладонью, но замираю в миллиметре от нежной, бархатистой кожи. Сжимаю зубы до боли.
Хочу сжать эти изящные бедра, вжаться в нее всем телом и…
В паху мучительно пульсирует, яйца поджались. Меня разрывает от желания, от долгого воздержания.
