Она резко разворачивается и так же быстро, как пришла, уходит прочь. Я молча смотрю ей вслед и кусаю губы.
– Надь, ты чего? – ко мне подходит Мила.
Молча протягиваю подруге конверт, она открывает его, и глаза округляются от шока.
– Вот же грымза! – шипит, не скрывая злость.
– Угу, – печально вздыхаю. – Кажется, она меня невзлюбила.
– Сегодня вечером будет другой администратор, не переживай, – спешит успокоить меня Майк. – Он не обделяет девочек чаевыми, – подмигивает.
Посылаю другу теплую улыбку и в очередной раз радуюсь, что я не одна. Как бы трудно мне ни было, рядом со мной сейчас находятся хорошие люди.
– Вы домой на чем? – вдруг спрашивает у нас с Милой. – Могу подкинуть.
– Будем очень благодарны, – лучезарно улыбается подруга и толкает меня локтем в бок. – Да, Надь?
– Да, – поспешно киваю.
Весело переговариваясь, переодеваемся и спешим на крыльцо. Майк обещал нас подобрать у служебного выхода.
– Перед сменой не забудь отоспаться, – Мила дает напутствие на сегодняшний день.
– Ты сама это как представляешь? – смеюсь. – С годовалым ребенком?
– Не волнует! – заявляет с важным видом. – Не поспишь, ночь не выдержишь.
– Поняла, – произношу, мягко сворачивая тему.
Все равно мне моя булочка как следует поспать не даст. Здесь, как ни крути, ночь будет для меня очень сложной.
– О! Вот и Майк, – Мила ступает вниз и тянет меня за собой. – Мы идем! – громко кричит другу.
Спускаюсь за подругой, но едва успеваю завернуть за поворот, как вдруг со всей скорости влетаю в крепкую мужскую грудь.
Делаю вдох.
С ужасом поднимаю наверх голову.
– Ты? – ахаю. Все леденеет внутри.
– Я, – жесткий голос отражается от стен. – Пойдем. Поговорим.
Глава 4. Надя
Володарский возвышается надо мной, словно исполин, а я от шока не могу даже пошевелиться.
Что он здесь делает? Как меня нашел?
Зачем??
Неужели узнал про нашу дочь? Он ведь может.
У Виктора такие мощности и связи! Бесполезно даже пытаться что-то скрыть от него. Если пожелает, то обязательно выяснит правду. И если сказанное ему окажется ложью, то мало никому не покажется.
Я до сих пор не понимаю, как он поверил, будто у меня есть другой мужчина, и я так быстро после проведенной с Виктором ночи забеременела не от него. Не понимаю… Где порой логика у сидящего рядом со мной мужчины?
Это в очередной раз доказывает, что он совершенно не знает меня. Несмотря на несколько лет работы бок о бок, Володарский не замечает людей, которые его окружают.
– Идем, – произносит с нажимом, видя, что я не тороплюсь двигаться с места.
Он бесцеремонно приобнимает меня за талию, а я задыхаюсь от его близости.
Виктор ведет к своей машине и ни на мгновение не спускает с меня глаз. Удивительно, конечно. Не понимаю, зачем я ему понадобилась.
Володарский отправил меня в декрет и заявил, чтобы я возвращалась ровно через три года. Мол, раньше он меня не ждет.
– Мне нужно сообщить подруге, что я не поеду, – предупреждаю мужчину.
– Позвони, – коротко бросает он и продолжает удаляться от ночного клуба в сторону парковки.
Останавливаюсь ровно посередине.
– Я у нее оставила свой телефон, – озвучиваю реальную проблему.
В наше время без телефона, как без рук. А в моем случае, еще и без ключа в подъезд, магнитная карта спрятана между чехлом и задней стенкой телефона.
Залесский оборачивается, смотрит на меня в упор. В глазах бушуют молнии.
Чем я его так разозлила?
– Хорошо, – скрипит зубами. – Идем.
Подходит ко мне вплотную, хватает за руку и ведет напрямую к ожидающим Миле и Майку. Они сидят в машине неподалеку, но не замечают нас.
– Я могу одна, – предлагаю, не желая показываться рядом с Виктором.
У Милки потом начнутся вопросы, а Майку и вовсе не следует знать всю историю наших с ним взаимоотношений.
В конце концов, никто не знает, кто истинный отец моей доченьки.
И не должен узнать!
– Стесняешься меня? – сверлит взглядом.
– Не желаю получить проблемы на ровном месте, – в какой-то степени предъявляю ему. Он заверял, что мне ничего не будет за выходку его спутницы, а на самом деле это обещание оказалось пустым.
Клиент всегда прав, но не в конкретном случае. Официанты, как и весь обслуживающий персонал, тоже люди, и их тоже нужно уважать.
– Аналогично, – заявляет, не поведя бровью и крепче сжимая мою руку. Видимо, чтобы не вырвала.
Даже так?! Слов нет.
Пыхтя от негодования и обуреваемых эмоций, иду рядом.
– Надь, ты куда пропала? – накидывается на меня с вопросами Мила, как только подхожу ближе к ним. Затем видит Володарского и тут же меняется в лице. Смотрит на мужчину исподлобья.
Милка и Майк стали свидетелями выходки Карины, а еще они рассказали мне про девушку весьма интересную вещь. Оказывается, она появляется в клубе не только с Володарским.
Уж вдаваться в подробности я не стала, дело-то не мое, но друзья переглядывались крайне красноречиво.
Мила смотрит на меня возмущенно, округляет глаза. Она показывает всем своим видом, что появление Володарского рядом со мной не нормально.
– З-здрасьте, – с недоверием бросает ему.
Виктор оставляет ее приветствие без ответа.
– Тебе мало было нагоняя из-за него? – шепчет, всем своим видом показывая дикое возмущение.
– Он мой босс, – поясняю. Вдруг Мила забыла об этом, иначе у меня нет ни малейшего объяснения ее странной реакции.
– И что? – пожимает плечами. – Ты в декрете, – напоминает как бы между делом. – И потом не факт, что выйдешь в офис, – с ненавистью стреляет в Виктора глазами.
От стыда хочется провалиться сквозь землю.
– Тише, пожалуйста, – молю подругу взглядом. – Позже поговорим, – заклинаю. Оборачиваюсь, смотрю на Виктора, и под ложечкой начинает сосать.
Волнительно очень, когда он находится рядом.
Милка одаривает Володарского недоверчивым взглядом и хмурится. Мне прекрасно понятны чувства подруги, но, увы, я их не разделяю.
Мила не знает Виктора так, как знаю я. А это знание, между прочим, достаточно многое в его поведении и отношении к людям объясняет.
– Ты через сколько освободишься? – Мила намеренно громко задает вопрос. Ожидая ответа, снова зыркает в сторону Виктора.
Тот стоит, не обращает на нее никакого внимания.
Володарский всем своим видом показывает, что наша беседа для него всего лишь мышиная возня. Все будет так, как он того пожелает.
– У тебя дома ребенок просыпается через час, – напоминает, как бы между делом, и стучит по циферблату наручных часов.
Словно я об этом хоть раз забыла…
– Если вы не очень долго будете беседовать, то мы тебя можем подождать, – говорит Майк, перегибаясь через сиденье переднего пассажира.
– Я ее довезу до дома, – жестко отрезает Виктор. – Все вопросы закрыла? – сухо спрашивает у меня и не сводит пристального взгляда в ожидании ответа.
– Все, – пищу. Голос осип.
Раньше ничего подобного в его присутствии не было.
– Поехали, – снова берет меня за руку и тянет за собой.
Делать нечего. Плетусь следом.
Вновь пересекаем парковку, подходим к его авто, но на этот раз на месте водителя уже сидит широкоплечий амбал.
Присматриваюсь к нему и вдруг понимаю, мы не знакомы.
– А где Иван? – спрашиваю до того, как успеваю прикусить язык.
Я была свято уверена в нерушимости их союза.
Иван прекрасный водитель, отличный телохранитель и просто порядочный человек. За ним, как за каменной стеной, никто не побеспокоит.
Если Володарский вдруг уволил его, то он самый настоящий дурак! Другого такого не найдешь, как ни старайся.
– Он в больнице, – коротко бросает.
Распахивает передо мной дверь своего авто, жестом приглашает внутрь салона. Залезаю.
Он забирается следом, проверяет, закреплен ли у меня ремень безопасности, и удивляется, обнаружив, что он пристегнут.
– Так что это было? – спрашивает, как только мы трогаемся с места.
– Что именно? – уточняю, поворачиваясь к нему.
И тут же об этом жалею.
Володарский ничуть не изменился за то время, что мы не виделись. Он по-прежнему красив и суров. Его аристократичные черты лица и проницательный взгляд ни одну женщину еще не оставляли равнодушной.
Только вот Виктор – стена. Он никого не подпускает близко к себе, а женщин использует лишь для утоления потребностей тела.
Я тоже однажды попалась на этот крючок. Была очарована им и влюблена, а затем жестко за это поплатилась.
– Почему твоя подруга смотрела на меня так, будто готова была прибить прямо на месте? – не давая ни единого шанса отвести в сторону взгляд, огорошивает меня вопросом.
А я думала, он не слушал наш разговор… И Милку не замечал…
М-да.
