— Оцепить периметр!
Мы в ловушке.
Паника накрывает меня с головой. Я смотрю в окно и на дверь, думая о том, как отсюда выбираться и что это конец всему.
И только Огнев сохраняет спокойствие.
Яр отворачивается от меня, подходит к столу, подбирает с пола рюкзак и прячет в него кубок, застегивает молнию и неторопливо направляется к двери. Останавливается на пороге, оборачиваясь.
Из-за бликов сирен я вижу его направленный на меня взгляд. Представляя, какой жалкой я выгляжу для него. Вжавшаяся в стену, перепачканная, напуганная, униженная.
— Так что, Ряб? — говорит он спокойно, смотря на смарт-часы. — Сдаешься? У тебя тридцать секунд, пока они ломятся в дом, у тебя есть шанс сдаться.
Его голос становится жестче, веселье полностью исчезает, и мне кажется, что я слышу в нем надежду.
— Сдавайся, и тогда я тебя выведу, Ник. Выведу без потери для твоей репутации. Либо я уйду, тебя поймают, но я все равно добьюсь своего, и ты перестанешь мне сопротивляться. Подумай, что лучше: признаться, что тебя тянет к такому, как я, или встретить полицию одной в чужом доме, со взломанной сигнализацией и отпечатками пальцев по всему дому. Проникновение в частную собственность со взломом — это серьезное обвинение. Можешь забыть про стипендию. Позор для всего вуза.
Я смотрю на него. Внутри все кричит, требует сопротивляться, спорить, бороться до конца. Потому что я не могу ему сдаться, не могу стать еще одним трофеем в его послужном списке.
— Ты считаешь, что это выбор? — голос срывается на шепот. — Сдаться тебе или сесть в тюрьму?
— Именно, — улыбается он. — Но я знаю, что ты выберешь. Потому что ты умнее, чем хочешь казаться, Ряба.
Шаги на крыльце. Голоса. Стекло дрожит от ударов в дверь.
Я закрываю глаза. В голове проносится весь тот путь, который привел меня к этой точке. И ведь я не думала, что глупое противостояние заведет нас так далеко.
Унижение и злость отходят на второй план, потому что на передний выходит страх. Страх, что меня выгонят из универа и я стану позором своей семьи. А еще стыд, за то, что я впутала в это Дианку.
— Три, — считает Яр.
— Я ненавижу тебя, — шепчу я, делая шаг вперед.
— Два, — ухмыляется он, и его глаза загораются торжеством.
— Ты заплатишь за это, — говорю я, чувствуя, как внутри все сжимается от бессилия.
— Один, — он протягивает мне руку.
Дорогие друзья, приветствую вас в эмоциональной новинке! История будет выкладываться по главам, и пошатает ваши нервишки. Готовы? Тогда погнали!В тексте есть: #наглый герой #от ненависти до любви #первая любовь #столкновение характеров #противостояние #студенты #мажор #сильные чувства #мажор
Глава 1
За два месяца до событий, описанных в прологе
Ника
— Ты уверена, что нам сюда? — озираюсь в ужасе по сторонам и бросаю тоскливый взгляд вслед уезжающему такси. — Может, тебе какую-то левую метку кинули?
— Да нет же! — смотрит в телефон подруга. — Все верно.
— Это точно не тупой пранк для первокурсников?
Мне сложно представить, что на территории разрушенного завода может проходить хоть какое-то мероприятие, за исключением сборища бомжей.
— Точно нет! — закатывает она глаза, надувая пузырь жвачки, и, лопнув его, кивает в сторону, на появившийся свет фар. — Видишь?
Со стороны трассы приближаются сразу несколько машин, и у меня на душе становится легче, но настороженность никуда не исчезает.
Вся эта идея с посвящением на территории здания разрушенного завода не вызывает у меня такого же предвкушения, как у Ди или остальных первокурсников.
К тому же официальная часть состоится лишь через неделю. А то, что будет происходить здесь и сейчас, — какой-то университетский ритуал, что проводят старшекурсники.
Я вообще не хотела сюда ехать, считая это полной ерундой, но Ди, моя соседка по комнате, бывшая одноклассница, а теперь еще и одногруппница, так загорелась поехать и посмотреть своими глазами на “легендарное посвящение”, что мне не оставалось ничего иного, как присоединиться к ней. Не отправлять же ее непонятно куда в одиночестве. К тому же Ди у меня такая оторва, что неизвестно, где может очнуться поутру. За ней нужен глаз да глаз.
— Приве-е-ет! — из первой притормозившей машины сразу выходят четверо парней с нашего курса.
— Приветики!
— А вы чего не проходите дальше?
— Вас ждали, — подмигивает Диана, а мне остается лишь закатить глаза. Она неисправима.
— Тогда погнали! — приобнимает нас за плечи Вадик, с которым мы познакомились в первый день учебы.
Мы сворачиваем к территории завода, следуя к указанной в приглашении геометке.
Я слышу, как следом за нами одна за другой приезжают машины, и уже не боюсь, что мы ошиблись с местом. Но мысли о том, будто нас заманили для массовой расчлененки, не покидают.
Все-таки обычно для вечеринок не выбирают богом забытые места. А при взгляде на полуразрушенные бетонные здания с выбитыми стеклами и осколками, рассыпанными по асфальту, ржавые металлические контейнеры, расставленные по территории, куски разбитого кирпича и мусорные баки, в которых совершенно точно жгли костер бездомные, не появляется ни единой ассоциации с праздником.
Только с фильмом ужасов. Ведь именно так и начинается любой триллер про кучку тупых студентов, явившихся по анонимному приглашению в заброшенный дом, или лес, прямо в лапы к маньяку.
Так, хватит!
Останавливаю полет своей больной фантазии и успокаиваю себя тем, что этой ерундой студенты маются уже много лет. И я не видела сводок новостей о массовых убийствах или исчезновении.
Значит, ничего страшного не должно произойти.
Но чем глубже мы проходим на территорию бывшего бетонного завода и чем выше становятся здания, тем отчетливее доносятся звуки музыки.
А когда мы добираемся до конечной точки, из меня вырывается:
— Вау!
Такого я точно не ожидала, впрочем, как и остальные первокурсники.
На площади, в окружении заброшенных зданий, прямо по центру, на деревянных ящиках за пультом крутит пластинки диджей, а из огромных колонок разливается клубная музыка, задавая нужное настроение.
Старшекурсники уже вовсю отдыхают. Кто-то танцует прямо на бетонных плитах, либо на капотах машин, кто-то сидит на бочках с надписями “Огнеопасно”, попивая что-то из пластиковых стаканчиков, парочки обжимаются, не стесняясь посторонних глаз.
В некоторых бочках горит огонь. Вокруг мелькают разноцветные огни. Кто-то притащил с собой портативные софиты, и они помогают создать иллюзию ночного клуба, правда куда более атмосферного и аутентичного. Здесь же, прямо в багажнике авто, сделали импровизированный бар, на фоне ярких граффити.
Я пораженно стою, стараясь рассмотреть все как можно внимательнее, потому что это никак не похоже на то, что я успела себе нафантазировать.
— Ну, что я говорила? — Диана поворачивается ко мне с сияющей улыбкой, и я вижу озорной блеск в ее глазах. — Ты только посмотри! Это же круче, чем любая клубная вечеринка!
— Круче, — соглашаюсь я, хотя тревога никуда не исчезла.
Музыка действительно отличная.
У пульта парень с зеленым ирокезом и забитый татуировками по самый подбородок.
Запах дыма от костров смешивается с запахом дыма от сигарет и сладкого алкоголя.
Кто-то уже успел запустить несколько китайских фонариков, и они медленно уплывают в ночное небо, словно сигнальные огни для тех, кто еще не дошел до места общего сбора.
Мы с Ди подходим ближе к импровизированной танцплощадке. Я, в отличие от подруги, которая вырядилась в кожаные шорты и блестящий топ с открытой спиной, одета в джинсы и белый топ с длинными рукавами. Наряжаться ради “легендарной” тусовки не входило в мои планы.
— О, смотри! — Ди тычет пальцем в сторону, где у одного из контейнеров стоит еще один столик с напитками . — Там пунш. Идем?
— Идем, — вздыхаю я.
Мы пробираемся сквозь толпу. Мимо проплывают лица: кто-то знакомый, а кого-то я вижу впервые. Я слышу обрывки разговоров, смех, чей-то пьяный крик. Атмосфера накаляется с каждой минутой. С каждой новой машиной, которая подъезжает к территории завода.
У столика с напитками суетится парень с красными глазами и белозубой улыбкой.
— Для самых смелых! — объявляет он, разливая что-то мутное из большой бутыли. — Проверено! Улетите с первого глотка!
— О! Я хочу попробовать! — хватает стаканчик Диана.
Я беру свой, но к губам не подношу. В нос ударяет резкий запах спирта, смешанного с чем-то сладким. Это совершенно точно не пунш. Скорее, “химический коктейль” для быстрого отключения мозга.
— Ди, может, не надо? — осторожно тяну я.
— Ника, расслабься! — она уже сделала глоток и довольно жмурится. — Вкусно! Мы — студенты! И у нас посвящение! Хватит быть маленькой занудной девочкой! Нужно соответствовать!
Я закатываю глаза, но стакан все же отставляю в сторону. Лучше оставаться трезвой в таком месте.
Внезапно прямо на середине трека музыка стихает. И в наступившей тишине становится слышно, как ветер гуляет между бетонными стенами, как где-то далеко лает собака и как шуршат по асфальту шины.
— Что происходит? — шепчет Ди, прижимаясь ко мне плечом.
Толпа затихает. Все поворачиваются в сторону въезда, откуда доносится гул мощного мотора. Фары выхватывают из темноты очертания огромного черного пикапа. “Додж Рам” — я такие только в фильмах видела. Он медленно, почти торжественно, въезжает на площадь, подсвеченную десятками экранов телефонов.
— Кто это? — слышится голос откуда-то слева.
— Это Треш! — отвечает кто-то с благоговением. — Так и знал, что что-то будет!
По толпе проносится шепоток. Он нарастает, как волна, и я чувствую, как по спине пробегает холодок. Треш. Я слышала это имя. Про него в университете говорят с благоговением. Он устраивает самые безумные вечеринки, и не только. Он настолько отбитый, что стал легендой в стенах нашего университета.
“Рам” останавливается в центре площади, заглушая двигатель. Наступает тишина. Внутри салона абсолютная темнота. Никакого движения.
И вдруг, из тени, прямо из кузова пикапа, выпрыгивает фигура. Человек в маске Они, грозного рогатого духа или тролля из японских мифов. Кожа покрывается мурашками, потому что мне кажется, что к нам вышел настоящий демон.
На нем кожаная куртка и тяжелые ботинки. Он поднимает руки вверх, и толпа замирает.
— Ну что, грешники! — его голос звучит глухо, искаженно, как будто через модулятор. — Сегодня вы не просто студенты. Сегодня вы — часть истории.
Диана вцепляется в мою руку. Ее ногти впиваются в кожу.
— Ника... — шепчет она. — Это же...
— Знаю, — отвечаю я, чувствуя, как внутри все сжимается.
Демон спрыгивает с кузова и идет к толпе. Его шаги отдаются эхом. Многие отступают в стороны, освобождая проход. Он словно король, проходящий сквозь своих подданных.
— Сегодня мы узнаем, готовы ли вы попробовать запретный плод, — голос демона гремит над площадью, и его лицо поворачивается, будто вглядываясь в глаза каждого, кто находится в толпе. — Готовы ли вы заглянуть в свои темные стороны и признать, что в каждом из нас живет порок?
Толпа замирает. Музыка стихает полностью, и я слышу только шум ветра и свое собственное сердцебиение.
Демон поднимает руку, и из тени появляются трое в масках. Они несут металлические подносы, на которых лежат предметы. Я щурюсь, пытаясь разглядеть, что там.
— Потому что сегодня вам придется столкнуться с ними лицом к лицу.
Книга участвует в Литмобе " Хэштегнутые "
Однажды в их жизни появится самый настоящий ред флаг. И тогда встанет выбор: оттолкнуть его или податься.
Глава 2
— О-бал-деть! — шокированно тянет Ди. И она явно под впечатлением, от происходящего. Хотя у меня мурашки по коже от этого демона в маске.
Головой я понимаю, что это всего лишь артефакт, выступающий в качестве атмосферного атрибута вечеринки. Но все равно по коже расползаются мурашки от энергетики излучаемой этим жутким человеком с головой демона, приковавшим всеобщее внимание.
Он поднимает руку, и помощники выкатывают в центр площади еще три металлических контейнера. Открывают крышки. Внутри ряды одинаковых предметов, разложенных по ячейкам. Я вижу блеск металла, красные ленты, что-то ещё.
— Семь грехов. Семь символов, — объявляет Демон. — Гордыня. Жадность. Зависть. Гнев. Похоть. Чревоугодие. Лень.
Он берет с подноса зеркало в бронзовой оправе и поднимает его над головой.
— Каждый из вас выберет один символ. Тот, который ближе всего к вашей сути. Не думайте долго. Не советуйтесь. Просто возьмите то, что отзовется.
Толпа начинает двигаться. Первокурсники тянутся к контейнерам, но Демон поднимает руку.
— Стоять!
Все замирают.
