– А чего не в охране? – спрашиваю, потому что реально не догоняю, какого хера он ко мне припёрся.
– Мало денег платят.
А чего, блядь, сразу не в Газпром топ-менеджером? Там тоже зарплаты заебись.
– С компом работать умеешь? – спрашиваю, чтобы сразу его отбрить.
– Умею немного.
Цирк, сука. Эрику пизды надо вставить за то, что в объяве ни требований нормальных, ни возраста не указал.
– Резюме оставь, – говорю. – Я посмотрю и перезвоню в случае чего.
Дедок встаёт и уныло к двери топает. Он походу и не рассчитывал ни на что особо.
Я на бумажку кошусь, проверить, оставил номер или нет. Соседу потом контакт дам – он вроде охранника себе на дачу искал. А то жалко старикана.
Цифру фоткаю и после Эрику набираю, чтобы наехать.
– Ты в объяве вообще ни хуя что ли не указал? Ни возраста, ни пола? Ко мне то стрипуха, то пенсионер из охраны приходят.
– Так пол и возраст нельзя указывать, – ржёт. – Это считается дискриминацией.
Следующей студентка очкастая приходит. Тоже мимо. В глаза посмотреть боится, мямлит и трясётся. На такую один раз рявкнешь – она окочурится.
Ебанный в рот. У меня же и зарплата нормальная. Какого хуя в приёмной одни инвалиды собрались?
Я уже перекурить хочу пойти, когда дверь открывается и следующая кандидатка заходит. Я жопу от кресла как поднял, так обратно и кинул – вахуе.
Телка нормальная такая. В смысле, прямо пиздатая. Там и рост, и интерьер зачётный, и одета годно.
В киношках таких секретарш показывают, хотя я сам лично в офисах похожих не наблюдал. Тёлки такого уровня обычно на геликах рассекают, которые им папик с барского плеча отслюнявил.
– Здравствуйте, – выдаёт чётко. – Могу присесть?
– Садись, – говорю, но без энтузиазма.
Ну вот хуле ей тут делать? Не катит она на секретаршу. В другой раз я бы взял, конечно, чтобы выебать, а сейчас-то чего?
– Анна Сергеева, – продолжает на спокойном и в глаза мне пялится. – Пять лет вела административный отдел в компании по оптовой торговле бытовой химии.
Смотрю резюме её на автомате. Тридцать два ей, экономфак закончила, десять лет трудового стажа. Так и не скажешь, что чья-то присоска.
– А чего ушла?
– Компанию продали, новый собственник привёл свою команду. Но я получила хороший опыт и рекомендации.
– С документооборотом работала?
– Да. В том числе с договорами, счетами, актами, – тараторит, не моргнув глазом. – Вела протоколы совещаний. Организовывала встречи, командировки. Опыт работы личным помощником тоже имеется.
Я зависаю и в лоб ей пялюсь старательно, чтобы ненароком к сиськам не спуститься. Из всех кандидатов, что приходили, эта самая подходящая. Не мямлит, и видно, что с башкой дружит.
– Скажи как есть, – предлагаю ей по-свойски. – Ты просто перекантоваться хочешь или надолго?
– Надолго, разумеется. Я не люблю прыгать с места на место. Думаю, по моему резюме это видно.
– А если я, допустим, не высплюсь и наорать на тебя захочу – ты сразу с заявлением прибежишь?
Она пару секунд покумекала и выдаёт:
– Со стрессоустойчивостью у меня всё в порядке. Бывший шеф был боксёром, если вам это о чём-то говорит.
Ой, бля-я. Боксёры – это реально клиника. Был у меня такой заказчик, в прошлом чемпион какой-то. Как бухнет, так у него сразу крыша течь начинает. Либо орёт и махаться лезет, либо ревёт навзрыд. Пиздец, короче, полный.
Я бумажки её ещё разок просматриваю, проверить, что там у неё с семейным положением. До мужей мне похуй, но надо за пиздюков узнать. Если есть и мелкие – то хуево. Больничными стопудово заебёт.
Ищу, но вижу ни хера.
– Дети есть? – спрашиваю.
– Нет. Ни детей, ни мужа, – и улыбается чуток.
Бля, ну это просто бинго. И интерьерная, и с башкой, и без прицепа. После толп калек наконец-то фартануло.
– Всё, иди, – говорю, чуя, что она замерла и пялится. – И ждулям в приемной скажи, чтобы по домам валили. Тебя завтра к восьми жду.
9
Ещё пару часов торчу в офисе, потом решаю, что и так до хуя сделал, и выезжаю к Эмме на объект – глянуть, как там ремонт продвигается, и заодно вместе пожрать.
То, что моя телка сама стройкой рулит, конечно, поначалу бесило люто. Может, кому-то такое и вкатывает, но точно не мне. Сразу кажется, что яиц лишают. Если баба сама всё может – на хера ей вообще мужик сдался? Срались мы с ней месяца два на эту тему. Я бы, наверное, хер куда подвинулся, если бы она не разжевала, что ей самой во всё вникать в кайф. Сказала, мол, вот как для тебя завод, так и для меня кафе – дело всей жизни. И что если ни хера не будет делать, то её паника нахлобучит, и это по-любому скажется на наших отношениях.
То, что она напрямую с мужиками контачит, по-прежнему ебать как бесит, но по-другому я хер знает как. Если уж выбирать между бабами типа Арины, которых только дети и шмотье парят, и деятельными типа моей, я стопудово второе выберу. Да и Эмма молодец, что договариваться со мной пыталась: а то с её характером сучьим могла бы ультиматум поставить, но она втирала долго и так и эдак. Короче, по итогу сдался я. Раз уж телку с норовом выбрал, надо тоже чуток двигаться.
Тачку на парковке у входа кидаю и внутрь кафе топаю. Место, конечно, пиздатое: рядом улица пешеходная и парк. Я спецом на нём настаивал, чтобы и проходимость нормальная была, и от завода катить удобно.
Захожу и вижу картину маслом: Эмма на стремянке стоит и потолочный светильник пальцем ковыряет.
– Он же даже стоит неровно.
– Это отсюда так кажется, – прораб гундосит.
Она, чую, психует. Молча вниз по ступенькам скатывается и в другой конец зала марширует.
Я в потолок зыркаю и вижу, что реально плафон криво стоит чуток. Вот же, блядь, пидарасы криворукие. Отметки толком нарисовать не могут.
– Слышь, – прораба окликаю. – Ты ими в шахматы, что ли, играл?
Этот набычился и пялится на меня исподлобья.
– Нормально они стоят. Мы всё лазерной рулеткой проверили.
Тут уже я психовать начинаю, что за долбоеба меня держит. У меня же не жопе глаза, чтобы ровно от криво не отличить.
– Ну так ещё раз проверь! – рявкаю.
– Костя, подожди, – Эмма из соседней комнаты выходит. – Сейчас я сама всё посмотрю.
Подходит к стремянке и дальномером в потолок щёлкает. Поводила прицелом туда-сюда и на прораба с претензией уставилась.
– И зачем ты мне врёшь?
Этот долбоеб мнётся стоит, потому что сказать ему не хуй. А хуле тут скажешь, когда лазер сантиметров на пять отклонение показал? У меня уж руки сразу чешутся ему втащить за то, что шлангом прикидывался.
Рот открываю, чтобы словесных пиздюлей ему навалять, но Эмма опять опережает.
– Валера, давай проясним кое-что… – и голос у неё ласковый и сучий одновременно. – Если ты в какой-то момент решил, что имеешь дело с дурочкой, которой можно легко втулить дерьмовую работу по полной стоимости, то ты ошибся. Мы договорились, что основные работы будут завершены к концу недели, так? Имей в виду, что после я пройдусь с этой рулеткой в каждом помещении и заставлю исправить каждый косяк. За ту сумму, о которой мы договорились, жду уровня подготовки стен не ниже, чем КУ 2. То же самое после покраски. Возьму лампу Лосева или телефонный фонарик и просвечу все ляпы. Пока я не приму работу, ни о каком расчёте и речи не будет идти. Так что ради своих же интересов больше не пытайся меня наебать.
Прораб покраснел весь от натуги и в пол пялится, пока её слушает. Я и сам стою вахуе, потому что в душе не ебу, что такое лампа Лосева и КУ 2. И откуда она только, блядь, этого набралась?
– Ни хера ты прошаренная… – говорю, когда прораб отлить сваливает. – А я-то думал, что ты им сразу все бабки заплатила.
– Нет, с ним вперёд расплачиваться точно нельзя, – она волосы со лба сдувает и рукой обмахивается. – Душно здесь так, да? А ты чего не предупредил, что подъедешь?
– Сюрприз хотел сделать, хуле, – ржу и на автомате на сиськи ей пялюсь. Вот вроде и бесит это её «сама-сама», но и вставляет до стояка. Реально не встречал таких, как она.
– Думал, приедешь, а я тут задом кручу перед мужиками? – вплотную ко мне подходит и руки на шею закидывает. – Или как уж ты тогда сказал?
Постоянно, блядь, на эту тему подъёбывает, жучка. Злопамятная, что пиздец.
– Так накрутила, что я один обоссался, – я жопу её ладонями сжимаю и к себе толкаю. – Они когда свалят отсюда?
Она сиськами об меня трётся и языком по губе елозит смачно.
– К чему этот вопрос?
Стояк так молнией сдавливает, что у меня аж ебало перекашивает. Вот что значит – не дала с утра.
– Выебать тебя хочу вот на этой стремянке.
Она языком у меня во рту пошелудила чуток, потом медленно отлепляется и сочувственно выдаёт:
– Уйдут они не скоро. По срокам подводят, поэтому договорились, что работать будут до ночи.
Я даже психануть не могу, что член стоит вхолостую, и в моменте по-хорошему охуеваю, как у неё чётко всё. Сам с работягами полжизни дела имею и знаю, что большинство из них – ленивые пидарасы, которые вечно наебать хотят. Уж у меня они сколько на лютых поджопниках летают, и то нет-нет филонят. А она тут целую бригаду построила.
– Ну поехали тогда пожрём, – за плечи её обнимаю и к выходу тяну. – Я на сегодня всё, свободен.
– Уже? – брови поднимает. – Как, кстати, прошло собеседование?
– Взял одну. Среди калек только она была нормальная.
– Ну и отлично. Я же говорила, что незаменимых людей не бывает.
– В смысле не бывает? – за жопу её щипаю. – Где ты такого второго, как я, найдёшь?
Она глаза закатывает и ржёт.
– Ты не просто нарцисс, а целая грядка. Зато Эрик, наверное, обрадовался, что теперь ему не придётся тебе кофе готовить.
Я тут же представляю его ошалевшее ебало, как только он замену Тамаре увидит, и на автомате лыбиться начинаю. Уж этот кобель кастрированный точно рад будет. А вот жена его – хуй пойми.
10
Два дня спустя
– Всё, вставать надо, – я член из неё вытаскиваю и прямо чую, как сперма на простыню вытекает.
Охуенно всё-таки с таблетками трахаться: ни гондонов не надо, ни выдёргивать перед тем, как стрельнуть. Наживую ещё и ощущения кайфовее – я первые пару недель по-хорошему охеревал.
– Может, ещё минут десять полежим? – она на спину переворачивается и улыбается довольная до усрачки. Еблю прямо обожает: часами может с члена не слезать.
– Ты валяйся, а мне в офис ехать надо.
– Ты такой стал пунктуальный.
– Ну так у меня теперь секретарша есть. Каждый день в расписание что-то вбрасывает.
– Похоже, она тебе нравится, да?
Я трусы с пола поднимаю и на неё с опаской пялюсь. Подъебать хочет или просто переспрашивает?
То, что Анька – тёлка интерьерная, я не рассказывал, и, походу, поэтому себя чуток не в своей тарелке чувствую. С другой стороны, а хуле рассказывать? Я же не за сиськи её брал, а потому что башковитая.
– Заебистая она, а так нормальная, – буркаю. – Я в душ. Если потянет на коленках постоять – присоединяйся.
– Если потянет – обязательно присоединюсь, – ржёт. – Ты сегодня до скольки, кстати?
– До обеда точно на заводе буду, а потом в бассик пойду. Ты тоже давай подкатывай. Вместе поплаваем.
Она замялась и давай одеяло теребить.
– У меня, наверное, не получится сегодня. Надо кое с кем увидеться.
– Кое с кем – это с кем? – пялюсь на неё с подозрением.
– Могу не отвечать? Мы с тобой как-то договаривались обходить эту тему.
