Но ты же знаешь, что так нельзя.
– Эй… э-э-э… ты Уайлдер, да? – спросил какой-то парень у меня за спиной.
Хотелось дать ему в челюсть за то, что он испортил такой момент, и одновременно поблагодарить за вмешательство.
Я обернулся к нему, но Лия даже не шелохнулась.
– Да, – сказал я.
– Ого! – Парень дал пять своему приятелю, стоявшему под руку с горячей блондинкой. – Я знал, что ты с нами на корабле, но не надеялся познакомиться лично.
– Ну привет. – Я кивнул всем троим.
– Привет, – улыбнулась блондинка и одарила меня многозначительным взглядом, явно давая понять, что она с радостью побывает на индивидуальной экскурсии у меня в спальне, как только выпадет случай.
Как ни странно, ничего привлекательного в этом не было.
– Мы тебя видели на летних X Games в позапрошлом году. Финал биг-эйра был просто сумасшедший! Ты сделал всех!
В душе шевельнулось тревожное предчувствие.
– Спасибо. Это был… напряженный день.
Что бы ты отдал, чтобы вернуться в тот день и все изменить?
– И как ощущения? – спросил второй парень.
– Когда побеждаешь? – уточнил я и схватился за перила у себя за спиной. Не надо. Не спрашивай.
– Когда обходишь лучшего друга. Все думали, что в том году золото возьмет Нитро, но оно досталось тебе.
Я еще крепче вцепился в перила. Победа над Ником не входила в мои планы, и я не испытывал никакой радости, когда мне на шею повесили золотую медаль. Это стало началом стремительного падения, которое я не смог остановить.
Никто не смог его остановить.
– Кстати, а где он сейчас? – спросил все тот же парень, прежде чем стало слишком уж очевидно, что я не отвечу на первый вопрос. – Сто лет не видел его на канале Мятежников.
– Пока взял небольшой перерыв, – ответил я, как меня научил мой рекламный агент. – Отрабатывает новые трюки.
– Чтобы надрать тебе задницу, да? Наверное, спит и видит, как бы сбросить тебя с верхней ступеньки пьедестала, которую ты оккупировал последние два года.
Я выдавил натянутую улыбку.
Чьи-то пальцы осторожно коснулись моей руки. Лия.
– Пакстон, нам пора догонять экскурсовода. Ты же хотел скорее вернуться на корабль, – тихо сказала она.
Блондинка прищурилась, глядя на Лию, которую явно считала соперницей. Я чуть не рассмеялся. Если бы Лия проявила хоть каплю настоящего, ощутимого интереса, никакого соревнования не было бы и в помине.
Да одна лишь мысль о том, что Лия могла бы оказаться подо мной, была в миллион раз привлекательнее любых потрахушек с безымянными красотками. Забери эти слова обратно. Прямо сейчас. Тебе не стоит спать с Лией.
Лжец.
– Я Элис, – сказала блондинка Лие. – А кто ты?
– Та, о ком тебе не стоит переживать, – ответила Лия со смехом. – Пакс, ты идешь?
Она потянула меня за пальцы, отцепляя их от перил. Потом взяла за руку, и у меня в животе все перевернулось, как у тринадцатилетней девчонки.
– Да, – сказал я. – Ребята, было приятно с вами поболтать. Увидимся на корабле.
Она повела меня прочь от других студентов по огороженной перилами дорожке по периметру подземного озера. Ее большой палец вырисовывал медленные круги по моей ладони, и мое внутреннее напряжение постепенно спадало.
– Ничего не хочешь спросить?
– О чем? – Она оглянулась на меня через плечо и, ее толстая, слегка растрепавшаяся коса скользнула по голой коже.
– О X Games. О Нитро. О чем-то из этого.
Лия замолчала и повернулась ко мне. Мы отошли довольно далеко от остальной группы и как бы остались наедине. Наверное, впервые с момента знакомства.
– Хочешь рассказать?
– Нет. Пока нет.
Ее взгляд был мягким и проникновенным, и она чуть улыбнулась одним уголком рта.
– Значит, я не буду расспрашивать. В любом случае это не мое дело.
Лия отвернулась, отпустив мою руку, и я вдруг почувствовал странную растерянность и досаду, словно выполнял трюк и сделал пол-оборота вместо полного вращения на триста шестьдесят градусов – словно упустил какую-то прекрасную возможность.
* * *
– Ты занят? – спросил я, заглянув в спальню Лендона.
– А как это выглядит со стороны? – хмыкнул он, не отрываясь от книги.
– Так, что тебя надо срочно отвлечь.
Он отложил книгу и фыркнул.
– Некоторые из нас любят читать, Пакс. Тебе тоже стоит попробовать. Тогда, может быть, ты перестанешь донимать свою робкую маленькую помощницу по учебе.
– Она вовсе не робкая. – Я скрестил руки на груди и прислонился плечом к дверной раме.
– По сравнению с твоими обычными пассиями она просто серая мышка. – Лендон вскинул руки, когда я шагнул в комнату. – Слушай, я правда считаю, что она замечательная. Очень милая и, возможно, поможет тебе сдать экзамены, но я вижу, как ты на нее смотришь.
– Я на нее не смотрю, – возразил я.
– Еще как смотришь! Прямо пожираешь глазами с явным намерением затащить в постель.
Я прищурился. Не будь его сердце разбито вдребезги, я бы высказал пару ласковых по поводу его собственных саморазрушительных сексуальных привычек – Казановой его прозвали не просто так, – но если я скажу что-то такое сейчас, то выставлю себя совсем уж законченным козлом. Его сердце разбилось отчасти из-за меня… и после этого он изменился.
– Ее я не трону.
– Хорошо. – Лендон опять открыл книгу.
– Погоди. Ты же мой друг. Ты должен мне помогать, если я захочу быть с Лией.
Он вздохнул и положил книгу себе на живот.
– Во-первых, я буду тебе помогать во всем, в чем захочешь. Только скажи. Даже в самом глупом решении в твоей жизни я тебя поддержу, ты же знаешь. Во-вторых, ты сам понял, что сейчас сказал?
Я растер пальцами лоб.
– Я весь вечер прозанимался. Голова раскалывается. Просвети меня.
– Ты сказал «быть с Лией». Не замутить с Лией, не переспать, а быть с ней. Как будто ты хоть когда-нибудь с кем-то был. И скажу тебе как лучший друг: она не из тех, с кем можно переспать, бросить ради очередной девушки и ждать, что она станет, будто ничего не случилось, помогать тебе по учебе. Так что держи руки в карманах, а хозяйство в штанах, ведь если ты накосячишь с Лией, нам всем трындец. – Он снова взял книгу и махнул на дверь, явно давая понять, что разговор окончен. – Если приспичит потрахаться, обратись к Зое. А свою помощницу по учебе оставь в покое.
– Значит, ты не одобришь, если завтра я приведу ее к нам?
Лендон так тяжело вздохнул, что от его вздоха зашелестели страницы, но книгу не отложил.
– Если ты так упорно настроен все нам испортить, я все равно тебе не помешаю. Черт, я даже добуду ей гидрокостюм!
– Спасибо, он ей понадобится. И кстати, я не собираюсь ничего портить и уж точно не собираюсь тащить Лию в постель. Я более чем способен контролировать свое хозяйство и знаю, что мои оценки важнее любого траха. – После этого слова у меня во рту стало противно.
Я вышел из его спальни, закрыл дверь и увидел Пенни, стоявшую в коридоре.
– Он прав, – сказала она и пожала плечами.
– И ты туда же. – Я прошел мимо нее, покачав головой, но Пенни спустилась в гостиную следом за мной. Слава богу, там не оказалось съемочной группы. – Что я такого сделал, что вы оба набросились на меня?
Она склонила голову набок:
– Ты правда хочешь, чтобы я перечислила всех женщин, которых нам пришлось заменить, потому что ты неспособен вести себя по-человечески наутро после бурной ночи? Две сотрудницы съемочной группы. Твой физиотерапевт. Организатор вечеринки по случаю моего двадцать первого дня рождения.
Да, Пенни умеет доходчиво все разъяснить.
– Ладно, я понял. Не трогай Лию. Не рискуй своей учебой, оценками и нашим будущим. Я понял. Я ее знаю всего-то неделю. Я на нее не запал, так что расслабься. Обычное увлечение, ничего такого.
Пенни выгнула идеально очерченную бровь.
– Не надо так со мной разговаривать. Я прекрасно знаю, что ты способен контролировать свои… – она указала куда-то в район моего паха, – причиндалы. Но знаешь, что я поняла за эту неделю?
– Что?
– На корабле мир особенно тесен, Пакс. Отсюда никуда не деться, и поэтому все становится чуть более напряженным, чуть более… камерным и интимным, особенно когда ты проводишь с ней каждую свободную минуту. Этого более чем достаточно, чтобы она тебя зацепила. Эта девушка – центр твоей вселенной, потому что тебе нужна ее помощь, и это нормально. Только не забывай, что ты тоже центр ее вселенной, ведь от твоих оценок зависит, сможет ли она остаться в программе.
– И что?
Я не видел, в чем вообще проблема. Мы с Лией уже пришли к соглашению относительно наших симбиотических отношений.
Пенни вздохнула и поникла плечами.
– Просто… мне она нравится. Она веселая, честная, умная… но в ней есть какой-то надлом. Ей приходится вращаться на твоей орбите, потому что это ее работа, но у тебя слишком мощная сила притяжения. Будь с ней осторожен.
– Я просто пытаюсь ее развлекать. Ее соседка приедет только через три месяца, и я не хочу, чтобы ей было одиноко. А вдруг она меня возненавидит, бросит все и уедет? И вся подготовка последнего года пойдет псу под хвост.
– Мне кажется, есть огромная разница между тем, чтобы ее развлекать, и тем, чтобы влюбить ее в себя. Ты так привык цеплять девчонок при каждом удобном случае, что даже сам этого не замечаешь.
Но с Лией все было… иначе, и я не знал, как объяснить это Пенни и не выглядеть идиотом. И дело не только в том, что мои руки сами тянулись к Лие, и не в том, что я искренне восхищался ее храбростью… меня привлекали ее тихая сдержанность, ее доверие и то, как она успокоила меня в пещере простым прикосновением и не стала выпытывать подробности.
– Сегодня она услышала, как какие-то парни говорили о Нике.
Пенни моргнула.
– Что ты ей сказал?
– Ничего. – Я открыл раздвижную стеклянную дверь на балкон и был вознагражден легким морским бризом и живописным закатом над Бермудскими островами.
Пенни тоже вышла на балкон, облокотилась о перила и пристально посмотрела на меня.
– Да, она не единственная, в ком есть надлом.
Ее взгляд переместился мне за спину, и она помахала кому-то рукой.
Я проследил за направлением ее взгляда и увидел Лию на шезлонге. Легкий ветерок развевал ее свободную короткую рубашку, обдувая полоску голой кожи на талии, глаза были скрыты за огромными солнцезащитными очками. Лия помахала Пенни в ответ и ослепительно улыбнулась.
– Что я тебе говорила? Тесный мир, тесный корабль.
Пенни подошла к Лие и опустилась на соседний шезлонг, но я остался стоять на месте. Может быть, действительно стоило бы позвать Зою трахаться, пока в голове окончательно не прояснится, но меньше всего мне хотелось Зоиных фальшивых стонов и фальшивой груди.
Возможно, мне хотелось прикоснуться к податливым изгибам и заглянуть в нежные глаза. Хотелось душевного разговора и понимания. Или я просто зациклился на выполнении сложного трюка, за который уж точно не стоило браться, ведь он слишком опасен.
Но мало ли чего мне хотелось.
Как говорится, хочется – перехочется.
Я вернулся в комнату, закрыв за собой балконную дверь.
Хотеть того, что нельзя получить, – это полная жесть.
Глава 5
Лия
Бермудские острова
