– О боже, ты всегда такой самонадеянный или только сегодня?
– Всегда.
Я насмешливо хмыкнула.
– В общем, да. Можно было и не спрашивать. И что я, по-твоему, должна сделать?
– Спуститься по тросу в тандеме со мной. – Он улыбнулся, сверкнув ямочками на щеках. Идиот. – Будет весело. К тому же это единственный способ попасть на корабль. Как только мы приземлимся на палубе и наши техники отцепят тросы, лайнер сразу же отойдет от причала.
– Уайлдер, нам пора! – крикнул Лендон, уже закрепившийся на подвеске на своем тросе.
– То есть у меня два варианта: спуститься вместе с тобой навстречу верной смерти или сразу уехать домой?
– Или ты нас догонишь в следующем порту. Через четыре дня, если я не ошибаюсь.
– Но тогда я пропущу первую неделю занятий!
Он пожал плечами:
– Ну, значит, пропустишь.
– Ты. Мне. Не. Нравишься, – четко и медленно произнесла я, сердито глядя на Пакстона.
К нам подошел Малыш Джон с двумя шлемами в руках. Держись за злость. Злость лучше страха.
Пакстон пожал плечами:
– Главное, ты нравишься мне. Но, опять же, мне всегда нравилось, когда девчонка огнем искрит.
Невероятно.
– На выход, детишки, – сказал Малыш Джон.
– Давай. Почувствуй вкус к жизни.
– Это больше похоже на быстрый путь к смерти. Если только у тебя нет в запасе надежного способа обеспечить мою безопасность.
Пакстон взял шлем у Малыша Джона, снял с меня заколку и провел пальцами по моим волосам.
– У тебя шикарные волосы, Лия.
– У тебя непомерно раздутое самомнение, Пакстон, – ответила я.
Он надел шлем мне на голову, отрегулировал ремешок под подбородком и защелкнул застежку. Потом надел шлем на себя.
– Что тебя больше всего привлекает в круизе?
– Не спускаться по тросу прямо сейчас.
– Не вариант. Выбери что-то другое. Чего ты особенно ждешь от этой поездки?
Я нервно сглотнула и мысленно сосредоточилась на своей главной мечте за последние полгода.
– Я хочу побывать на острове Миконос. В Греции у нас будет одна дополнительная экскурсия на выбор, и я хотела бы съездить на Миконос.
В его глазах вспыхнуло удивление, но лишь на долю секунды.
– Правда?
– Да. Папа сделал предложение маме на пляже Калафатис.
Мама всегда боялась замужества и вообще любых обязательств, но однажды она мне сказала, что та поездка на Миконос вместе с папой помогла ей отбросить все страхи и принять свою судьбу. Я знала, это глупо, но почему-то надеялась, что, может быть, тоже сумею преодолеть собственный страх, если приеду на остров и окажусь на том пляже. Однако прямо сейчас этот страх пригвоздил меня к месту, заставляя держаться подальше от тросов, натянутых между башней и кораблем.
– Договорились. Я отвезу тебя на Миконос.
У меня перехватило дыхание. Я уже подсчитала, в какую сумму мне обойдется эта береговая экскурсия «за свой счет», не включенная в мой стипендиальный пакет.
– Почему?
– Потому что мне нужно доставить мою помощницу по учебе на этот корабль. – Взгляд Пакстона метнулся куда-то мне за спину, и его нахальная, самодовольная улыбка вернулась на место: над моим левым плечом возник объектив камеры. Наше уединение закончилось. – Решать тебе, Огонек, но на раздумья не больше минуты.
Видимо, это был основной лейтмотив сегодняшнего дня.
Пакстон провел меня через толпу обратно на балкон, где нас ждал Лендон, явно раздраженный задержкой.
Мысли неслись у меня в голове со скоростью миллион километров в час, но резко остановились, когда Пакстон положил руки мне на плечи, завладев моим вниманием.
– Если ты согласишься, я отвезу тебя на Миконос. Я лично позабочусь о том, чтобы это была незабываемая поездка. Но ты должна принять соглашение целиком. Помощь в учебе, каюта люкс, участие в съемках.
– А если я не соглашусь?
Он облизал губы – смотрелось очень сексуально, но было ясно, что это скорее подсознательное нервное движение.
– Тогда ты вернешься домой. Я сам оплачу тебе перелет первым классом. И ты будешь вспоминать этот день как тот самый, когда ты чуть не совершила безумную глупость.
– А что будет с тобой? Ничего, верно? Ты просто вытащишь из шляпы бумажку с именем следующего помощника по учебе?
Пакстон покачал головой:
– Все помощники по учебе уже разобраны. К тому же тебя специально выбрали для меня, потому что ты хорошо учишься. Мне нужен сильный помощник. Если я потеряю тебя, то, скорее всего, провалю экзамены. Все эти люди… – Он указал на операторов съемочной группы у нас за спиной, наклонился к моему уху и прошептал: – Они все потеряют работу.
Я почти физически ощутила, как мне на плечи опустился тяжелый груз, меня придавивший. Мне вдруг подумалось: а не об этом ли размышлял Пакстон тогда, на балконе, когда мне показалось, будто его что-то гнетет?
– Сколько времени займет спуск?
– Секунд пять, не больше.
Мое сердце бешено заколотилось, словно оно уже знало, какое решение я приму.
Если закрыть глаза, все закончится раньше, чем я успею по-настоящему испугаться, верно?
Он аккуратно заправил мои волосы за уши, освободив прядки из-под ремешков шлема. Я не знала, как рассказать ему, через что он заставляет меня пройти. Рассказать и при этом не выдать всех своих страхов и не выглядеть идиоткой. Рассказать, не раскрывая подробностей той жуткой ночи… и следующего утра. Рассказать так, чтобы его обольстительная улыбка и дерзкий взгляд не сменились неизбежной жалостью и нездоровым любопытством.
Как мне преодолеть страхи, если я сейчас не вернусь на корабль? Не лучше ли снова закрыться в себе, оставаясь в безопасности? Да.
Но что будет со съемочной группой? Со всеми, кто потеряет работу?
Я посмотрела в глаза Пакстону, и мы оба замерли, безмолвно обмениваясь обещанием защиты с его стороны и доверия – с моей. Он не допустит, чтобы со мной что-то случилось. Он сделает все, чтобы уберечь меня от беды. Откуда-то я это знала. Знала каждой клеточкой своего тела, собранного по кусочкам.
– Ну что, Лия? Готова к приключениям? – На этот раз он задал свой коронный вопрос тихо и проникновенно, словно каким-то образом осознал, чего именно от меня просит.
Я произнесла одно слово, которое, как я точно понимала, изменит… все.
– Да.
Глава 2
Пакстон
Порт в Майами
Она сказала «да». Я раньше не понимал, как много может значить всего одно слово, пока оно не сорвалось с ее напряженных, сердито поджатых губ. Губ, которые захватили мое внимание с первой секунды, когда я увидел ее на балконе. Я вывел Лию на стартовую платформу, где дожидавшийся нас Лендон едва заметно покачал головой и выразительно посмотрел на меня.
Больше десятка девчонок чуть ли не умоляли меня взять их на этот зиплайнинг, и Лендон это знал. Я, по сути, послал всех подальше, в том числе Зою, и привел свою помощницу по учебе в надежде сразить ее наповал и заручиться ее симпатией. Судя по тому, какой напряженной и скованной была Лия, я всерьез просчитался.
Она напряглась еще больше, когда я пристегнул ее обвязку к подвесу.
Джон еще раз проверил подвесы и быстро нас проинструктировал:
– В общем, так. Дропзона отмечена крестиком. Вы его точно увидите. Отцепляемся, падаем. Там высота метра три, не больше. Посадочная подушка надежная, можно не волноваться.
– Погоди, мы будем падать? – сдавленно проговорила Лия, с такой силой стиснув ремни подвеса, что у нее побелели костяшки пальцев. – Ты не сказал, что мы будем падать. Ты сказал, это безопасно.
– Там огромная надувная подушка, Лия. Мы либо спрыгнем, либо врежемся в стену. Врезаться как-то не хочется, да? У нас есть тормоза, я сброшу скорость. Не бойся.
– «Не бойся», говорил он, – пробормотала она. – «Все безопасно», говорил он. Кретин!
– Эй, я все слышал! – возмутился я.
Обычно девчонки называют меня кретином, если не кем-то похуже, наутро после бурной ночи, когда я им объясняю, что продолжения не будет и нам лучше расстаться прямо сейчас. Не то чтобы мне не хотелось провести бурную ночь с Лией – да у меня уже руки чесались прикоснуться к ее восхитительной заднице, – но это разрушит все шансы закончить учебный год с нужным мне средним баллом.
– Прекрасно, – прошипела она в ответ.
– Она мне нравится, – рассмеялся Лендон.
– Заткнись, Нова. – Я назвал его по сценическому псевдониму, зная, что нас снимают, и сделал мысленную пометку, что нужно предупредить Лию о том, как он вообще получил это прозвище, сокращенное от «Казанова».
Я пристегнулся к подвесу за спиной Лии и притянул ее к себе за ремни. Как только я прижал ее к груди, она сразу обмякла, и со мной произошло кое-что странное: мне вдруг захотелось подхватить ее на руки и отнести обратно на корабль, и плевать на трюки, камеры и все остальное. Что-то подсказывало мне: за всей ее злостью, выплеснутой на меня, скрывается страх.
– Ты уверена? – спросил я, почти касаясь губами ее уха.
– Да, все нормально, – прошептала она.
Мы пошли к краю стартовой платформы, которую соорудила наша команда Мятежников, и Лия вновь напряглась.
– Я… Я боюсь высоты.
И ты только сейчас мне об этом сказала. Да я и правда кретин.
– Одно твое слово – и мы всё отменим, Лия. Мы найдем другой способ доставить тебя на корабль.
– Нет. – Она вся дрожала, но ее голос звучал уверенно и твердо. – Я смогу. Только… – Ее дыхание участилось, и я еще крепче стиснул ее в объятиях, прижимая к себе. – Только не дай мне упасть.
Она мне доверяла. Меня захлестнуло какое-то странное чувство, которому не было названия: мне отчаянно захотелось ее защитить, и я одновременно чувствовал себя кретином, который подверг ее этому испытанию, и могучим суперменом, рядом с которым ей можно вообще ничего не бояться.
Но почему мне казалось, что эта девушка станет моим криптонитом?
Я тут же прогнал эту глупую мысль.
– Когда я рядом, с тобой ничего не случится. Клянусь.
– Хорошо. Тогда давай поскорее все закончим.
Я повернулся к Лендону и поднял вверх большой палец.
– Нова?
– Я готов. Уайлдер?
– Давай!
Прыжок с разбега, и мы уже мчимся в воздухе, и по моим венам проносится бодрящая волна единственной вещи, к которой у меня есть зависимость, – адреналина.
У Лии перехватило дыхание, а потом она шумно выдохнула. Она не держалась за свой привязной трос, но я по-прежнему крепко обнимал ее за талию двумя руками. Мне надо было ее отпустить, обеспечить дистанцию как минимум в треть метра, согласно технике безопасности, но что-то подсказывало мне: ей будет безопаснее рядом со мной.
А может, мне просто безумно хотелось быть к ней ближе.
Мы промчались над носом корабля, затем – над капитанским мостиком и приблизились к верхней палубе, где нас встретила громкая музыка. Вечеринка по случаю отплытия уже началась. Тысяча с лишним студентов веселились на палубе, они приветствовали нас, когда мы пролетали над ними – слишком быстро, чтобы разглядеть обращенные к нам лица.
Дропзона располагалась прямо перед бассейном. Огромная надувная подушка с гигантским красным крестом, как будто я мог ее пропустить. Одновременно с Лендоном я потянулся к тормозной стропе, чтобы сбросить скорость.
Я дернул стропу, но ничего не произошло.
Мы пролетели мимо Лендона, и я дернул сильнее. Какого хрена?
Без паники. Я протянул руку вперед к отдельному тормозному механизму на подвесе Лии, но стропа просто провисла без всякого сопротивления. Мы не то что не затормозили, мы еще больше набрали скорость.
До дропзоны – всего секунда, но мы двигались слишком быстро. Ты обещал Лие, что все безопасно. Ты обещал, что с ней ничего не случится. На такой скорости она может отскочить от воздушной подушки прямо в толпу или, еще того хуже, за борт.
