Поводок

— Секретутка, — ядовито прошипела блондинка.

— Достаточно, — вмешался Арнау. — Если все утолили своё любопытство, перейдём к делу. Хэл, я рад, что ты с нами.

— Расскажите, что там у вас, — Гриер откинулся на спинку стула. — До меня только обрывки слухов доходили. Какой-то неуловимый ночной вампир-убийца, гроза окраин.

— Редкостная сволочь, — с чувством выплюнул Гай. — Знакомится в ночном клубе с девушкой, идёт к ней домой, занимается любовью и в процессе выпивает её насухо. За неделю — три смерти. На месте преступления ни улик, ни отпечатков. И, что самое поганое, этот вампир мастерски владеет маской. Свидетели не могут описать внешность. Не протоколы допроса, а настоящий цирк с конями! Одни утверждают, что он юноша, другие — что мужчина в возрасте. Блондин, брюнет, шатен, рыжий, дылда под два метра, среднего роста, коротышка. Одет в деловой костюм, клубный пиджак, модный джемпер и так далее по списку. Про особые приметы и говорить нечего.

Миловидное лицо Гая не портил даже длинный нос, а открытый прямой взгляд добавлял привлекательности. К таким парням невольно проникаешься симпатией.

— Вы по базе смотрели? У кого есть похожие способности? — уточнил Гриер.

— Не глупее тебя, Хэл, — отозвался хищный мужчина. — Проверили всех вампиров за последние пятьдесят лет. Нашли в Радо́же парня со стопроцентным алиби, уважаемого восьмидесятилетнего пенсионера в Со́шене и девятилетнего школьника в Ларосе. Маска встречается редко, это не эмпатия, которая есть практически у каждого. Очевидно, наш убийца скрыл свои способности при регистрации.

— Или освоил маску позже, — встряла блондинка, влюблённо глядя на Гриера.

— Ценное замечание, Лáура, — едко подметил мужчина. — Оно нам, несомненно, очень облегчит поиск.

— Как и твой сарказм, Э́йден, — красавица не осталась в долгу и почему-то с ненавистью посмотрела на меня.

— Вашу грызню перенесите на нерабочее время, — грозно рыкнул Арнау. — Что у тебя, Ариана?

— Ноль, — отозвалась моя элегантная соседка. — У всех свидетелей в мыслях размытая фигура с тёмным пятном вместо лица. На всякий случай я проверила и родственников жертв — вдруг, как в семьдесят пятом году, одно убийство просто замаскировано двумя похожими для отвода глаз. Нет, нормальные любящие семьи, приличные девочки-студентки, никаких чокнутых воздыхателей, ничего подобного.

— Я вообще бесполезна, — с едва заметной картавостью заговорила бледная брюнетка. — Свидетели в растерянности, родственники в горе, никто из них не лжёт. Тупиковое дело, хоть охраняй каждую симпатичную шатенку в Чесворе.

— Почему именно шатенку? — удивился Гриер.

— Все три убитые похожи, словно родные сёстры, — ответил Гай. — Миниатюрные голубоглазые шатенки. Такие, знаешь, нежные женственные принцессы. Кукольные личики, загнутые реснички, губки бантиком, румяные щёчки, и выглядят ученицами старших классов, косичек не хватает.

Первым на меня уставился Ланс, за ним все остальные.

— М-да, — иронично заметила Ариана. — Сходство стопроцентное. На вашем месте, Дениза, я держалась бы подальше от ночных клубов.

— А если наоборот? — Гриер усмехнулся. — Сработать на опережение? Провести приманку по тем клубам, где убийца ещё не побывал? Я, Ивета, Ариана и Гай будем проверять кавалеров, Эйден, Лаура и Ланс на подхвате.

— Я тоже могу быть приманкой! — вскинулась Лаура.

— Высокая блондинка со спортивной фигурой? Лáра, не дури, — поморщился Гриер.

— Надену парик!

— Подпилю ноги, увеличу грудь и сделаю пластику лица, — Ариана звонко рассмеялась. — Правда, Лара, не смешно. План хорош при условии, что приманка точно попадает в нужный тип. Но, Хэл, это довольно рискованно, а Дениза — бывший секретарь, а не оперативник, — совсем иным тоном добавила она. — Если убийца отведёт нам глаза, ты опять лишишься донора.

— Думаю, господин Гриер будет счастлив от меня отделаться, — ответила я за него.

— Конечно, я и план предложил исключительно с этой целью, — не остался в долгу он.

Ариана внимательно посмотрела сначала на него, потом на меня. При очень светлых коже и волосах у неё были такие тёмные глаза, что радужка почти сливалась со зрачком. Весьма некстати я вспомнила, что дар Арианы Пауш — чтение мыслей. Требуется ли ей касаться человека или она прямо сейчас копается в моей голове?..

— Выяснять отношения будете после поимки убийцы, — опять вмешался Арнау. — Давайте подробно разберём план. Эйден, список ночных клубов у тебя?

Гриер сердито покосился на меня, я — на него.

Ладно, вампирюга, поработаем!

Глава 4

За окошком машины проплывали современные многоэтажки. Зря Ланс обозвал Чесвор дырой: временами мне казалось, что я не уезжала из столицы. Те же типовые дома в новостройках и широкие оживлённые улицы, только ночные клубы почему-то располагались не в центре, а на окраинах.

— Давай на «ты»? — предложила мне Ариана. — В нашей команде все на «ты».

— С удовольствием, — согласилась я. — И ничего, если я сразу спрошу: ты мысли читаешь на расстоянии или при прикосновении?

— Обычно при прикосновении, но ярко выраженные могу поймать, стоя рядом. Однако это должна быть чётко оформленная и простая мысль, вроде: «Я страшно голодная»… Кстати, ты что, целый день не ела?!

— Некогда было, — я вздохнула. — К тому же я даже не знаю, есть ли рядом кафе или ресторан.

— Бедная девочка, — Ариана потянулась к своей сумочке и вытащила шоколадный батончик. — Возьми, подкрепись прямо сейчас. Тебе никто не сказал, что в Департаменте на первом этаже бесплатная столовая для сотрудников? Донорам полагается усиленное питание, иначе ты через неделю перестанешь таскать ноги.

— Мне не очень-то рады в Чесворе.

— Мы тебе рады. Смотреть, как Хэл работает на износ, было настоящим кошмаром. Эйден предлагал его подпитать, но Хэл отказался наотрез — неприлично. Эйден — мой муж и донор, если ты не в курсе.

— Не в курсе, — я опять вздохнула. — А почему неприлично?

Ариана замялась, и мне ответил Эйден:

— Вампирские предрассудки. Считается, что вампир и донор должны быть обязательно разнополыми. И с научной точки зрения это оправданно — так процесс перекачки энергии проходит быстрее и безболезненнее. В нашей команде четыре вампира и четыре донора: я — донор Áри, Ланс — донор Иветы, Лаура — донор Гая.

— А они не… — запнулась я.

— Не, — обернулась к нам Ивета, сидящая рядом с водителем. — Связь вампира с донором не обязательно приводит к браку и даже в постель не всегда укладывает. Я замужем за парнем с индексом Гроу всего в тридцать семь единиц. Для сравнения, у Ланса — восемьдесят девять. Поэтому мой Пáтрик страшно ревнует, но мирится с наличием донора.

— Почему ревнует? — не удержалась я от вопроса.

— Скажем так, у донора намного больше шансов на интимную связь с его вампиром, чем у всех остальных, — ответила Ариана. — Оттого-то Лаура на тебя и окрысилась.

Ивета хихикнула:

— Лаура никак не смирится с тем, что её индекс — семьдесят восемь.

Я в недоумении уставилась на неё.

— Хэл никогда не возьмёт себе донора с таким низким индексом, ему этой энергии на один глоток, — пояснила Ивета. — А ходить с пустым резервом Хэл не будет: он очень ответственно относится к работе.

— И вожделенные мечты Лауры о том, как она становится госпожой Гриер, уже год остаются всего лишь мечтами, — подхватила Ариана.

— Вы за что-то недолюбливаете Лауру? — в лоб спросила я.

Ариана и Ивета переглянулись.

— Понимаешь, Дениза, мы — команда, — ответила Ивета. — Вампиры вообще держатся друг за друга, а у нас ещё и работа общая. Лаура, как пришла, положила на Хэла глаз. Ладно, положила и положила, Хэл парень яркий, не она первая, не она последняя. Тем более что он никому из симпатичных девушек не отказывает. Но, переспав с Хэлом, Лаура не успокоилась и начала донимать его донора.

— А донором у Хэла была Ви́виен, Ви́ви, — подхватила Ариана. — Внешне ничего особенного и неряха страшная, зато индекс — девяносто восемь. Между ней и Хэлом не было никакой романтики. Мы объясняли Лауре, что Виви ей не соперница, но она нас не слушала. В результате в прошлом месяце Виви уволилась и уехала. Она и так слишком долго терпела, жалела Хэла: ему очень трудно подобрать донора.

— Неужели вы не могли повлиять на Лауру? — я мрачно подумала о том, что ждёт меня.

— Мы все пытались, — встрял Эйден. — Каждый из нас. Хэл один делает больше, чем вся команда, оставить его без донора — свинство. Лаура же никого не слушала. Хенри её вызовет, начинает песочить, она клянётся, что ни-ни, слёзы льёт, а потом через пару дней опять за старое.

— Тогда почему Гаю не нашли другого донора?

— Доноры не валяются на дороге, — Ивета вздохнула. — Индекс свыше шестидесяти единиц — один на тысячу человек, свыше семидесяти — один на десять тысяч. Знаешь, как легко выпить обычного человека? Таких людей, чтобы после откачки энергии стояли на ногах — единицы, их индекс близок к восьмидесяти. Ещё нужно, чтобы человек согласился стать донором вампира… Вот ты почему согласилась?

— Я сотрудник Департамента и получила приказ, — сказала я чистую правду.

— Ты серьёзно сидела в секретарях у самого Фроста? — в голосе Эйдена чувствовалось недоверие. — А потом послушно уехала из столицы в приграничье, чтобы жить в казённой квартире и служить донором вампиру?

— Если бы этот вампир не был хамом, всё было бы не так ужасно, — ответила я скорее себе, чем ему. — Рабочий день секретаря главы Департамента начинается в половине восьмого утра и продолжается до тех пор, пока Ба… Господин Фрост не уйдёт домой. Иногда это девять вечера, иногда позже. Сами посудите, что это за жизнь.

— Вообще-то, Хэл не хам, — задумчиво заметила Ариана. — Образцом изысканных манер я бы его не назвала, но грубит он редко.

Машина остановилась.

— Всё, дамы, приехали, — Эйден застегнул куртку. — Дениза, план помнишь?

Я кивнула, убрала в сумочку фантик от шоколадки, которую съела незаметно для себя, и вылезла. До клуба оставалось пройти ещё перекрёсток. По бокам улицы высились сугробы, торопились припозднившиеся прохожие, в воздухе кружился редкий снежок. Вывеска ночного клуба сияла издали, окрашивая всё вокруг в розово-лиловые цвета. Вышибала на входе оценил мою шубку и модные сапожки и распахнул дверь. Билет стоил триста раров, взамен мне выдали тоненький серебристый браслет.

Когда-то я частенько посещала подобные заведения: мой бывший парень был большой любитель поразвлечься. Теперь вытащить меня куда-нибудь вечером удавалось исключительно Бастиану: в конце напряжённого рабочего дня он мог сменить строгий костюм на клубный пиджак и протанцевать полночи. Никто не подозревал, что весёлый обаятельный парень днём превращается в грозного главу Департамента. Стоило Басти утратить свою суровость вкупе со знаменитым морозящим взглядом, и возраст слетал с него, словно шелуха. Я поняла, что скучаю. Не по Ларосу и уюту своей квартиры, а по улыбке дорогого человека.

Внутри клуб ничем не отличался от столичных. Взяв бокал с коктейлем, я бесцельно побродила по залу, постояла у танцпола, потолкалась у стойки диджея. Чтобы выглядеть беззаботной глупышкой, мне даже притворяться не приходилось: не повезло мне с внешностью. Или, наоборот, повезло, как посмотреть. Коктейль я незаметно вылила в какое-то декоративное кашпо с искусственной зеленью. Живой цветок было бы жалко, а пластмассе не повредит.

Спустя пару часов, когда я уже истомилась от безделья, в поле зрения появился Эйден и вытер губы платком. Условный знак вызвал ликование. Сдав браслет и получив в гардеробе шубку, я поспешила на улицу. Снег по-прежнему шёл еле-еле, улицы опустели, в домах светилась лишь пара окон из сотни. На перекрёстке, где меня высадили, я остановилась, скатала снежок и с наслаждением лизнула. Дурная привычка, но ругать теперь некому. Машина подъехала через пять минут.

— Ну ты даёшь! — Ивета поменялась местами с Эйденом и сидела на заднем сиденье вместе с Арианой. — Мы думали, ты будешь трястись от страха и шарахаться от всех мужчин.

— Или напьёшься, — предположил Эйден. — Ты же с ходу уцепила фирменный «Полосатик», который и здоровому бугаю мозги размягчает.

— Муженёк проспорил сто раров, — подмигнула мне Ариана.

— На меня плохо влияет алкоголь, — призналась я. — Мгновенно пьянею и засыпаю. Поэтому я ещё студенткой наловчилась незаметно избавляться от выпивки: это куда проще, чем объяснять всем, что я не буду пить.

— С ума сойти, — протянула Ивета. — Хэл тоже никогда не пьёт, говорит, что дуреет от запаха. Теперь у нас двое на вечеринках будут тайком подменять вино соком!

— Почему мы так рано ушли? — поспешила я перевести тему.

— Убийца обычно клюёт на жертву спустя двадцать-тридцать минут после её появления в клубе, — пояснил Эйден.

— Он мог припоздниться.

— Мог. Мог вообще пропустить день. Настраивайся на долгие бессонные ночи. Пока не поймаем гада, никаких дневных смен.

Ариана шумно вздохнула:

— Люди могут насиловать, грабить, убивать. Но, когда то же самое делает вампир, сразу поднимается вселенский вой о проклятых кровососах. И ведь выдумали же слово! Ни один вампир никогда не пил кровь, многие из нас вообще боятся её до обморока — слишком тонкая душевная организация. Нет: кровососы, кровопийцы, кровожадные твари, пиявки…

— Ари, им страшно, — Ивета повела плечом. — С виду мы такие же, но одним прикосновением можем отнять жизнь. И плевать, что человек с пистолетом гораздо опаснее, потому что он, в отличие от вампира, убивает на расстоянии. Спасибо правительству Кареры, Дукаба и Лья́нты, что у нас равные права с людьми. В Гаяре мы вне закона, в Бриáсе обязаны делать татуировку на лбу, в Су́нже приравнены к рабам… Ай, что я лекцию читаю! Включите телевизор, там каждый раз в новостях показывают гаярские и сунжские зверства.

Она потёрла лоб. Я присмотрелась внимательнее: бесы, как я сразу не заметила!

— Ивета, ты из Бриаса?

— Родители. Видишь, лоб чистый. А папа с мамой украшены, как положено. В магазин не выйти, люди шарахаются. Зимой шапка, летом платок.

— Дениза, если ты не знала, Гай из Сунжа, — добавила Ариана. — При нём лучше о рабстве не говорить: ему плохо делается. У него отца на глазах засекли до смерти, а мать… В общем, мы стараемся мальчика оберегать. Даже Лаура уж на что стервозина, но после первого обморока помалкивает.

— Вы всё друг о друге знаете?

— Только то, что рассказываем сами. Чужие секреты мы уважаем, — Эйден повернулся к водителю. — Остановитесь, где сугробы поменьше.

Второй ночной клуб был больше первого, и здесь я сэкономила на билете: девушек пускали бесплатно. На запястье мне поставили смешную печать в форме бабочки. Юмор я оценила в гардеробе, где за то, чтобы повесить верхнюю одежду, пришлось отдать сто раров. Залов было несколько, в каждом своя музыка и своя публика. От громких ударных дрожали стены, мигающие световые эффекты сбивали с толку. Лет шесть назад я пришла бы в восторг, сейчас мне этот восторг пришлось старательно изображать. Заинтересованных взглядов, как и в прошлый раз, хватало, но я чётко помнила инструкции: никакой инициативы. Убийца должен подойти сам.

Разглядывать парней мне также не полагалось, поэтому я пританцовывала на месте и привычно пыталась составить психологический портрет убийцы. Он западает на девушек с внешностью школьницы — старая травма? Агрессии не проявляет, наоборот, весьма предупредителен. Добивается того, что после нескольких минут знакомства жертва соглашается на близость и ведёт незнакомого мужчину к себе домой. Тоже вампирский дар или просто талант вызывать доверие?

— Добрый вечер, — раздался самый прекрасный голос, который я когда-либо слышала. — Почему такая очаровательная девушка скучает в одиночестве?

Вздрогнув, я обернулась.

Глава 5

У молодого человека, кроме чудесного голоса, оказалась настолько же привлекательная внешность. Странным было то, что мне никак не удавалось сосредоточиться на какой-либо детали, чтобы её рассмотреть. Взгляд скользил по его лицу, оставляя ощущение, что черты правильны и гармоничны, но попроси меня описать нос, лоб, губы или подбородок, я не смогла бы этого сделать. Огромные тёмные глаза глядели на меня с такой нежностью, что защемило сердце.

— Добрый вечер, — поздоровалась я. — Здесь действительно очень скучно.

Он взял мою руку и поцеловал запястье. От его ласки захотелось плакать.

— Зачем же вы пришли сюда, если скучаете?

Бархатный голос переворачивал душу.

— Потому что так надо, — вздохнула я. — Это…

Я собиралась рассказать ему про бесову работу, наглого вампира и своё задание, но он поцеловал меня в губы. От избытка чувств потемнело в глазах.

— Пойдём, — шепнул он мне на ухо. — Ты так прекрасна. Я тоже скучал, Кристина…

Если бы он назвал меня Жанной, Сьюзен или Марией, я всё равно пошла бы с ним. Он был тем, кого я ждала всю жизнь, кого я, сама того не зная, безумно любила. Мой принц, мой рыцарь в сияющих доспехах, заботливый и внимательный. Он помог мне надеть шубку и вывел на улицу.

— Где ты сейчас живёшь, Кристина?

— Проспект Славы, пятьдесят один, новый дом рядом с подземкой. Мы поедем ко мне? — спросила я с робкой надеждой.

— Конечно, любовь моя, — его поцелуй вызвал экстаз. — Счастье моё, радость моя, Кристина…

— Департамент безопасности! — проорал чей-то противный голос. — Поднимите руки и не двигайтесь! Хэл, нейтрализуй его!

Неведомая сила оторвала моего любимого и повалила в снег. Я отчаянно закричала и рванулась вслед за ним.

— Держи её, Эйден! Лара, не подходи! А ты брось свои штучки!

— Вы арестованы за незаконное применение дара. Вы имеете право хранить молчание, всё, что вы скажете, может и будет использовано против вас, — монотонно чеканил всё тот же отвратительный голос. — Ваш защитник может присутствовать при допросе, если у вас нет денег на защитника, он будет предоставлен вам государством.

Я билась в чьих-то безжалостных руках и захлёбывалась слезами. Вдруг на меня словно вылили ушат ледяной воды: резко вернулся разум.

— Чего ты ждал, Хэл?! — Гай зло выругался. — Не видел, что он её пьёт?!

— Надо было дать им добраться до дома, — сухо ответил Гриер. — Взяли бы на горячем.

— Ты ополоумел? — сердито топнула Ивета. — Мы бы его с трупа сняли! Он же начал её пить ещё в клубе!

Громкие голоса били по ушам, ноги подкашивались, я села прямо на тротуар и уткнулась лицом в сугроб. Пришёл запоздалый страх. Я чуть не выложила всё первому попавшемуся парню, вампиру, преступнику!

— Дениза, как ты? — взволнованно склонился надо мной Эйден.

Что-то отвечать не было сил, кружилась голова и мелко тряслись руки.

— Скотина ты, Хэл, — тихо сказал Гай. — Ты же девочку чуть не угробил. Я на тебя докладную напишу. Личная неприязнь не стоит человеческой жизни.

— А нечего навязывать доноров! — некстати подскочила Лаура.

— Пошла ты, дура, — Гай сплюнул. — Вещи свои собирай и проваливай.

— Что это ты удумал? — спросила Ивета.

— Отвезу Денизу к себе, завтра официально попрошу у Хенри перевод. Не ждать же, пока Хэл её убьёт. Ему всё равно всё сходит с рук — спать с чужим донором, не дорожить своим. Найдёт себе следующего.

— Сто двенадцать единиц! — Гриер сжал кулаки. — Тебе резко память отшибло, Гай?! Выпить можно человека только с индексом ниже шестидесяти, у Юнис он почти в два раза выше! Но можешь её забирать, я буду счастлив!

— Так, — вмешалась Ариана, — парни, прекратите. Займитесь убийцей.

Она присела рядом со мной и тепло улыбнулась:

— Ты молодец.

— Помоги встать, — попросила я.

Высокий индекс Гроу — не просто цифры. Слабость отступила, остались страх и злость. Ариана протянула мне руку, я поднялась. Убийца лежал на спине в трёх шагах от меня и щурился от яркого света фонаря. Тщедушный, невзрачный мужичок в заношенном пальто, с жидкими волосёнками вокруг плеши на макушке, ещё и плохо выбритый к тому же. Принц в сияющих доспехах…

— Он называл меня Кристиной — какая-то серьёзная психологическая травма, — громко произнесла я. — И господин Гриер был прав, когда тянул время. Чтобы суд признал покушение на убийство, жертва должна получить серьёзное энергетическое истощение. Иначе это может быть расценено как простое хулиганство. Подумаешь, вампир применил дар, чтобы понравиться девушке.

На меня уставились все, включая Лауру.

— Ничего себе, — выдохнула Ивета. — Ты же полутрупом была.

— Мне и сейчас не очень хорошо, но в основном морально. Растаяла от внушения.

— Это очень сильное внушение, — заметила Ариана. — Пока Хэл его не нейтрализовал, нам какой только чертовщины ни мерещилось. А как это ощущается при прямом контакте, боюсь и думать.

— Счастьем, — кажется, у меня получилось улыбнуться. — Я нашла своего принца. Эйфория сильнее, чем от совпадения энергий.

Наступила странная тишина: пять человек замерли не хуже статуй. Стало слышно, как корчится на снегу пойманный убийца. Первым выругался Гай, за ним чертыхнулся Эйден.

— Поводок, — всхлипнула Лаура. — Бесы!

— Дурак ты, Хэл, — покачала головой Ариана. — Некоторые из нас всю жизнь мечтают, ищут… Машина с Лансом едет. Ребята, грузите нашу добычу.

Мы остались с Гриером одни, глаза в глаза.

— Я не нуждаюсь в вашем заступничестве, — заносчиво бросил он. — Хенри и без того подтвердит, что мои действия были обоснованы.

— Не сомневаюсь, господин Арнау подтвердит любые ваши действия, — ядовито произнесла я. — Как обоснованные, так и не очень. Но я вас поздравляю: от меня вы избавились. Переночевать в вашей помойке я могу или мне следует немедленно переехать к Гаю?

— Никто не заберёт чужой поводок, — Гриер злобно усмехнулся. — Вампирская этика. Так что это я вас поздравляю: мы связаны надолго, если не на всю жизнь. Придётся вам привыкать к моей помойке.

— Вы всегда можете опять меня подставить!

— Никто вас не подставлял! С вашим запредельным индексом вам ничего не грозило! Этот гад скорее лопнул бы от переизбытка или отвалился, как пиявка!

— Голубки, — окликнула нас Ариана, — дома наворкуетесь. Бегом в машину, нам ещё бумаги оформлять. Хэл, ты едешь с задержанным, вдруг он придёт в себя. Дениза, ты с ним.

— А если мы не хотим ехать вместе? — возмутилась я.

— Прости, но это твоя работа, — она развела руками. — Иди, иди, раньше начнём, раньше разойдёмся по домам. Сама доберёшься?

— Я уже в норме.

Передвигаться по дорожке шириной в метр и при этом держаться на максимальном расстоянии от Гриера потребовало усилий. Меня пошатывало, вампира тоже. В служебном фургоне для перевозки арестованных нам пришлось сесть рядом. Гриер вжался в перегородку, я балансировала на самом краешке. Преступник смотрел на нас красными слезящимися глазами.

— Чем вы его шарахнули? — язвительно поинтересовалась я.

— Чем надо, тем и шарахнул! — огрызнулся Гриер. — Он убийца!

Мужичок начал раскачиваться из стороны в сторону:

— Кристина… Кристина… любовь моя… счастье моё… Кристина…

— Это ваша жена? — не сдержала любопытства я. — Она умерла?

— Давайте, пожалейте его, — Гриер скривился.

— Захочу и пожалею, не ваше дело!

— Кристина… Кристина… — опять начал подвывать мужичок.

На вид я дала бы ему лет пятьдесят, хотя все плешивые люди выглядят старше своего возраста. Мешковатое пальто висело на нем хуже, чем на вешалке: у вешалки хотя бы есть плечики. Землистое обрюзгшее лицо казалось ещё страшнее из-за неровно растущей щетины.

— Как вас зовут? — спросила я громко.

Убийца мой вопрос проигнорировал, зазвенел наручниками и вновь завёл свою шарманку про любовь и счастье.

— Угомонитесь вы, — шикнул на меня Гриер. — В Департаменте его допросят профессионалы.

— Профессионалы не будут похожи на его Кристину.

— Зато с ними он не будет косить под сумасшедшего. В клубе он с вами разговаривал вполне здраво!

— До того как вы его шарахнули «чем надо», — уточнила я. — Может, у него вместо мозгов каша!

— За три предумышленных убийства ему всё равно светит высшая мера! — глаза Гриера опять сверкнули красным. — Какая разница, что у него вместо мозгов!

— И это говорит сотрудник Департамента безопасности! — поддела я его. — Да от вас вреда больше, чем от преступников!

— Шрац! Отставная любовница-секретутка читает мне проповеди! — Гриер пошёл пятнами. — Что, пинком выгнали из столицы, когда надоела?!

— Не твоё собачье дело, любовница я или не любовница! — желание вцепиться в мерзкую физиономию стало нестерпимым. — На себя посмотри, образец нравственности! Спишь с чужим донором и вообще со всеми подряд! И что в тебе находят: ни кожи, ни рожи, ни особых мужских достоинств!

Теперь в его глазах ярилось пламя:

— Каких достоинств, ты, смазливая подстилка?! — он придвинулся ко мне вплотную.

— Мужских! — заорала я ему в лицо. — Страхолюдина гаярская!

— Шлюха!

— Свинья! Развёл в квартире свинарник, ступить невозможно!

— А-а-а! — вдруг истошно завопил мужичонка и бросился на нас.

В том исступлении, в котором я находилась, кто-то, попавший под горячую руку, стал подарком свыше. Мой кулак въехал мужичонке точно в нос, колено Гриера ударило убийцу под дых. Преступник кулём свалился на пол.

— А ведь он на нас, похоже, воздействовал, — задумчиво и очень спокойно произнёс Гриер. — Юнис, отойдите в сторону.

Он быстро перевернул мужичонку лицом вверх, приложил ладонь к его шее и тут же её отдёрнул:

— Шрац! Какая же хитрая сволочь! Надо предупредить ребят в изоляторе, чтобы близко не подходили.

— Что вы увидели? — я тоже как-то резко остыла.

— Опасный тип. Шлейф из убийств тянется от самого Хондáра. Очень сильный совмещённый дар, маска плюс качели.

— Первое — это направленное внушение, а второе?

— Раскачивание эмоций человека до такого состояния, что тот начинает терять разум.

Гриер поднял на меня тяжёлый взгляд:

— Извините за то, что я вам наговорил.

— И вы извините, — я поколебалась и добавила: — Но я вас всё равно терпеть не могу.

— Я вас тоже, — усмехнулся он. — Но мы можем ненавидеть друг друга цивилизованно, не опускаясь до оскорблений.

— Можем, — подтвердила я сурово. — Только лучше я переведусь к Гаю.

— Он теперь откажется, — тоскливо протянул Гриер. — Никто не перехватит чужой поводок. Шрац!

Машина остановилась. В дверь просунулась голова Ланса:

— Вы, часом, не поубивали друг друга? Так орали, что радио заглушали!

— Отойди от порога и беги к дежурным. Пусть подготовят изолированную камеру с двойной решёткой, — Гриер поднялся. — Наш убийца воздействует на расстоянии метра, причём после нейтрализации.

— Понял, бегу, — Ланс исчез.

— Идёмте, Юнис, — холодно сказал Гриер. — Всё весёлое на сегодня закончилось, начинается привычная вам бумажная работа.

Я гордо задрала нос и вылезла первой.

Глава 6

Солнце повисело над соседней крышей и на всякий случай решило спрятаться за домами. Больно уж накалилась обстановка в кабинете начальника отдела ЧП. И неудивительно, поскольку первое, что сделал Ланс после того, как мы собрались, — это вышел на середину комнаты и трижды звонко прокукарекал.

— Да вы все вконец охренели?! — взорвался Арнау. — Вы сотрудники Департамента безопасности или дети малые?! Хэл! Почему у задержанного вампира разбит нос?!

— Извините, господин Арнау, это моя вина, — поспешила вмешаться я. — Преступник при перевозке напал на меня и случайно напоролся лицом на мой кулак.

— Напоролся? Гематомы у него тоже от вашего кулака?

— После того как убийца отлетел от Юнис, он врезался в мою коленку, — ответил Гриер. — Я всё подробно изложил в рапорте.

— В рапорте он изложил! — распалялся Арнау. — Вы тут все сочинители, я гляжу! Гай, а ты что за бред мне подсунул?!

— Это не бред, а официальная докладная, — Гай скрестил руки на груди. — Хэл из личной неприязни тянул с нейтрализацией, его донор мог умереть.

— Бесы! — начальник отдела сердито покосился на меня. — Гай, мне что, отправить тебя на лекцию для новичков?! Сто двенадцать по Гроу — обычный вампир никогда столько не выпьет, лопнет. И что у тебя с резервом? Ты не подзаряжался?

— Нет, — твёрдо ответил Гай. — Я не хочу работать с Лаурой Хáрди.

— Дурдом, — Арнау тяжело опустился в кресло. — Ланс, у тебя тоже внушение? Какого чёрта ты кукарекаешь?