22.12.2036
Лагерь пассажиров первой палубы оказался разбит с левого борта «Чайковского»: выходя после катастрофы, ребята почти сразу садились на пол, не совсем понимая, что происходит, а потом, придя в себя и получив вещи, хоть и отошли ближе к стене, но недалеко, и сторону не поменяли. А вот выжившие пассажиры второй палубы – сотрудники Vacoom Inc. – разместились с правого борта, подчеркнуто отдельно от спутников, и сейчас, перейдя на их половину, Анна поняла, что это было сделано не случайно.
Поняла по взглядам, которыми ее встретили. Нет, в них не было враждебности – только отстраненность. Вторая палуба имела о первой вполне определенное мнение, и оно заставляло сотрудников держаться в стороне.
И не начинать разговор первыми.
– Доброе утро, – произнесла девушка, остановившись в трех шагах от чьего-то рюкзака.
Ответили не сразу. Мужчины промолчали, демонстрируя полнейшее равнодушие к гостье, женщины переглянулись, после чего одна из них, та, что постарше, поднялась и сделала два шага навстречу Анне.
– Привет.
Короткое слово прозвучало без всякого дружелюбия, но девушка решила, что это лучше, чем ничего, и кивнула в ответ:
– Привет! Я ищу доктора Нуцци.
– Почему ты пришла сюда?
– Я думала, он спит здесь.
– Сейчас док работает.
– Где?
– Не знаю.
– Где-то с вашей стороны, – не глядя на гостью, бросил один из мужчин – щуплый, черноволосый и носатый, обладатель грандиозных размеров кадыка, совершенно не вяжущегося с худенькой шеей.
– Извините. – Анна поняла, что ей не рады, что нужно уходить и не раздражать обитателей «правой стороны», но вдруг почувствовала, что уходить после столь неприветливой встречи – неправильно. Потому что в следующий раз ее не подпустят даже на это расстояние. – Можно мне подождать?
– Здесь недалеко, можешь прийти еще раз, – сухо сказала женщина.
Один из мужчин рассмеялся, тоже чернявый, но другой, покрепче в плечах и с очень короткой стрижкой.
Анна покраснела и уже хотела уйти, но вторая женщина, помоложе, та, что осталась сидеть на рюкзаке, вдруг сказала:
– У этой девочки нет папы-миллионера.
И смех мгновенно стих.
– Зато у нее есть брат-аутист и усталый взгляд, – продолжила женщина. – И я удивлена, Мария, что ты не узнала этот взгляд.
Старшая нахмурилась, вопросительно подняла бровь – Анна коротко кивнула, подтверждая слова молодой женщины.
– Что ты делала на первой палубе?
– Вы разве не знаете, что среди пассажиров есть дети небогатых и даже бедных родителей? – удивилась девушка. – Фонд Райли весь год проводил олимпиады по разным предметам, а два месяца назад лотерея определила победителей «Фантастического Рождества». Большая часть пассажиров первой палубы – просто умные школьники, не миллионеры.
– Это правда?
– Правда, – нехотя подтвердил щуплый обладатель здоровенного кадыка.
– Садись, – молодая указала на соседний рюкзак, а когда Баррингтон присела, протянула руку: – Тельма Кан.
– Очень приятно, Анна Баррингтон.
Рука у молодой была тонкой, но не слабой и очень цепкой. Лицо еще не успело огрубеть, сохранив если не свежесть молодости, то ее следы, однако его портили короткие шрамы.
– Угодила под взрыв бомбы, – объяснила Тельма, перехватив взгляд девушки. – Банды выясняли, кто будет продавать наркоту в нашем квартале, и взорвали магазин. Вот лицо и посекло осколками.
– Сожалею.
– Мою подругу этими же осколками убило. – Кан выдержала короткую паузу. – Здоровенный кусок стекла врезался Энджи в грудь.
– Она была хорошей женщиной?
– Да. – Тельма вдруг улыбнулась: – Но какая теперь разница?
– В чем ты умная? – сухо спросила Мария, располагаясь напротив Анны.
Она стала менее недружелюбной, но и только. Судя по всему, для нее полет на первой палубе означал гораздо больше, чем происхождение.
– Ни в чем, – призналась девушка. – А вот Артур, мой брат, разбирается в компьютерах. Но он не очень хорошо общается с людьми, и мистер Райли щедро позволил мне сопровождать Артура на Луну. Он отдал мне свое место на «Чайковском».
– Мистер Райли далеко, и нет нужды лизать ему задницу, – проворчала Мария.
– Я ему благодарна, независимо от того, где он, – спокойно ответила Анна. – Мистер Райли позволил мне побывать в космосе.
– И как ощущения? – заинтересовалась Тельма.
– Могло быть лучше, – рассмеялась Баррингтон.
– Это верно.
Теперь заулыбались все.
– Я подписал третий годовой контракт с Vacoom Inc., – неожиданно произнес второй чернявый мужчина, тот, что покрепче. – Я должен был стать зажиточным человеком, а теперь не знаю, сумею ли дожить до завтра?
– До завтра ты точно доживешь, Рауль, – рассмеялась Мария. – Другой вопрос, сумеешь ли ты добраться до своих денег?
– Эх…
– Вижу, вы познакомились. – Нуцци подошел так тихо, что его шагов никто не услышал, и Анна вздрогнула при первых звуках мягкого голоса: – Мисс Баррингтон, у вас какое-то дело или вы заблудились?
Судя по вопросу, в душе врача тоже пролегала черта, резко отделяющая первую палубу от второй.
– Я искала вас, доктор, – просто ответила девушка. – Хотела поговорить о лекарствах, которые у вас есть.
– Вопрос связан с Артуром?
– Да.
– Понятно. – Врач присел рядом с Анной, прямо на пол, и сообщил: – Помимо стандартного медицинского комплекта, который в обязательном порядке есть на всех клиперах, в трюме я обнаружил контейнер, предназначенный для медицинской службы базы «Армстронг». Там довольно интересная подборка препаратов, но никаких наркотиков.
– Ни я, ни Артур их не принимаем, – растерялась девушка.
– Я знаю, мисс Баррингтон, – улыбнулся Нуцци. – Я пошутил. – И тут же стал серьезным. – Какие лекарства могут понадобиться?
– У Артура случаются припадки, – ответила Анна. – Сейчас все под контролем, у меня еще есть запас препаратов, но он не вечен. И если мы здесь задержимся, то придется что-то придумывать… Впрочем, потребность будет зависеть от частоты приступов.
– Был хоть один?
– Нет.
– Это хорошо… – протянул врач. – Хотя и странно.
– Что вы имеете в виду? – прищурилась девушка.
– Если ваш брат склонен к приступам, переживания последнего дня должны были спровоцировать хотя бы один.
– В целом у Артура тревожное настроение, – помолчав, сообщила Анна. – Но он пока справляется.
– Сколько таблеток успокоительного вы дали брату за последние сутки?
– Ни одной.
– Это хорошо, – повторил Нуцци, глядя девушке в глаза. – Но еще более странно.
– А я рада, что Артур сумел сдержаться, – с вызовом произнесла Анна.
– Прекрасно, мисс Баррингтон, – кивнул врач. – Я рад, что вас все устраивает.
– С Артуром все хорошо. – Анна поднялась. – Тельма, спасибо за компанию.
– Заходи как-нибудь.
– Я приберегу для вашего брата нужные препараты, мисс Баррингтон, – пообещал врач, но девушка ему не ответила.
* * *
Анна скрылась, обогнув «Чайковского» со стороны разбитого носа, и Тельма перевела взгляд на Нуцци:
– Что это было, док? Зачем вы напали на бедную девочку?
– Бедной девочке нужно быть со мной более откровенной, – спокойно ответил Нуцци. – Как с врачом.
– Я не заметила, чтобы она вам лгала.
– А я заметил и дал ей это понять.
– Зачем?
Теперь, когда гостья ушла, все обитатели «правой стороны» обернулись к говорящим, внимательно ловя каждое слово. При этом доктор с удовольствием отметил, что в лагере собрались все оставшиеся в живых сотрудники, летевшие к Луне на второй палубе, все семеро, что позволит плавно перевести разговор в совещание.
– Тельма, вы ведь наверняка заметили, что мы находимся в весьма странных обстоятельствах, – обаятельно улыбнулся Нуцци. – Я бы назвал их критическими и считаю, что нам не следует плодить дополнительные секреты и тайны.
– Что не так с ее братом? – поинтересовалась Мария.
– Артур – аутист со склонностью к приступам.
– Я это поняла, – кивнула женщина. – Что с ним не так?
– Мальчик ведет себя слишком здраво, – ответил врач после короткой паузы.
– Разве это плохо?
– Это странно.
– Гм… поверю вам на слово, док.
– Сделайте одолжение, – рассмеялся Нуцци, но через мгновение стал очень серьезным. – Тельма, капитан хочет, чтобы мы продолжили наш скорбный труд.
– Почему он не сказал нам? – насупилась Кан.
– Он сказал мне.
– Ты теперь нами командуешь?
– Нет, конечно нет…
– А кто?
Так получилось, что на второй палубе быстрее всех от шока оправилась Тельма. Точнее, первым очнулся Нуцци, но он сразу ушел на первую палубу, а Тельма вывела остальных сотрудников из клипера и стала помогать раненым до того, как вернулся врач. Это обстоятельство сделало Кан главным кандидатом на роль лидера сотрудников, и капитан пригласил молодую женщину на первое совещание. Но затем Линкольн решил, что ему удобнее видеть в этой роли доктора, чем и вызвал ненужное напряжение.
– Тельма, пожалуйста, не нападайте на меня, – попросил Нуцци. – Меня взяли в штаб только потому, что я – врач, и вы это прекрасно понимаете. Вчера поздно вечером капитан ставил задачи на сегодняшний день, когда я пришел, вы уже спали, когда я уходил – вы еще спали, поэтому я не успел обсудить с вами происходящее. Но если вы чем-то недовольны, то должны сами донести свое мнение до Линкольна, я не собираюсь становиться посредником.
– А сейчас вы кто, док? – мягко поинтересовалась женщина.
– Сейчас я такой же член команды, как и вы, – твердо ответил доктор. – Я получил приказ капитана и выполню его. Я обязан это сделать.
Долго, почти полминуты, на «правой стороне» царила тишина, после чего Кан уточнила:
– Нам приказано очистить кабину?
– Да, – кивнул врач.
