Он покачал головой.
– Автопарк, говоришь? Да, есть такое дело. Ну ладно, пусть будет автопарк, хотя я лично предпочитаю слово «коллекция». Люблю красивые и быстрые машины и уверен, что таких, как я, миллионы. Но не каждый может себе позволить наслаждаться слабостями в полной мере. У меня получилось. Но я должен внести ясность, Тань. Дом стоит в безлюдном месте, до ближайшего магазина семь кэмэ в одну сторону, а в другой только ферма старика Доброва, да и до него нужно пилить и пилить по убитой трассе. Мы же тут как отшельники. По делам приходится разъезжать часто, а дороги ты сама видела. Поэтому внедорожник был выбран осознанно. «БМВ» принадлежит жене, покупала себе сама, а «Мазда» у нас у всех в общем пользовании. Она на тот случай, если остальной транспорт выйдет из строя. «Маздой» может пользоваться любой человек, у каждого помощника, кто тут работает, есть водительские права. Мы специально подбирали таких людей. Не будет же кухарка брать авто супруги, чтобы сгонять за покупками?
– Не будет, – согласилась я. – Но почему именно «Мазда»? Почему не что-то подешевле?
– Потому что дешевый автомобиль ненадежен, Тань.
– Понятно.
– Что тебе понятно? – вдруг расхохотался Шумский, обогнал меня, взлетел на крыльцо и открыл дверь. – Заходи. И ни о чем не думай.
Изнутри дом выглядел гораздо уютнее, чем снаружи. Тот, кто занимался дизайном интерьера, не делал упор на роскоши. Никаких тебе золотых подсвечников или тигриных шкур на полу. Только мягкие диваны, деревянный пол и недорогие удобные кресла. На стенах пейзажи, а не портреты в посеребренных рамах. Не пальмы в кадках по углам, а алоэ на подоконниках. Ничего из того, что намекало бы на желание жильцов дома выделиться, я не увидела.
И мне вдруг полегчало. Пропали остатки тревоги и раздражения из-за сломанных планов. Дом мне нравился, а с его хозяином я была давно знакома. К черту плохое настроение.
– На втором этаже наша спальня и детская, – объяснил Шумский. – Там же наш с женой рабочий кабинет. Один на двоих, нам хватает. И «шмоточная» тоже неподалеку, но это уже не моя вотчина, там Ленка царствует. Комнаты помощников тоже на втором этаже.
– Подожди, – оборвала я его. – Ты сказал «помощников»?
– Я не могу называть их обслугой. Помощники. Именно так.
– И сколько у тебя… помощников?
Он зашевелил губами, подсчитывая количество.
– Четверо. Нет, стой. Да, четыре человека.
Мне стало смешно. Шумский так непосредственно разыгрывал роль растерянного и забывчивого добряка-богатея, что в это легко верилось. Но я не забыла, что Киря описывал его совсем другим. Вряд ли он изменился с тех пор. Наверное, просто поводов выражать превосходство стало меньше.
– Присаживайся, – указал он в сторону ближайшего кресла. – Я принесу чай. Или кофе? Кофе ты, кажется, любишь больше. Я ничего не путаю?
– Все правильно, Вась, – кивнула я. – Кофе. Спасибо.
Я упала в кресло, вытянула ноги и закрыла глаза. Тут же потянуло в сон. Ей-богу, будь я дома, я бы мгновенно уснула. Но я была в гостях. Поэтому, чтобы сбросить дремоту, приняла решение покопаться в своей сумке. Хоть какое-то занятие.
За этим занятием меня и застали.
Она появилась словно из ниоткуда, чем сильно меня испугала. Просто вдруг боковым зрением я заметила, что в мою сторону движется какой-то темный объект, но мозг не успел идентифицировать поступившую информацию. Он в это время был занят другим: помогал мне отделять ненужное содержимое сумки от того, что может еще пригодиться. Хлама, к слову, оказалось больше, чем я думала. Лидировали зажигалки, которых я нашла семь штук.
– Простите? – услышала я удивленный женский голос.
В доме с высокими потолками любой звук отбрасывает эхо. Это, собственно, и заставило меня вздрогнуть.
Женщина остановилась и с интересом уставилась на бардак, который я устроила на коленях. В ее взгляде отчетливо читалась тревога с легким налетом брезгливости.
Одним движением я ссыпала свои вещи в сумку и посмотрела на женщину. Она молчала, все еще ожидая объяснений. Пришлось подняться и представиться.
– Добрый день, – поздоровалась я.
– Вы кто?
– А вы? – в свою очередь спросила я.
– Вы это сейчас серьезно?
Ух ты, какое высокомерие. Несмотря на то что я находилась в чужом доме, все же хотелось более уважительного к себе отношения.
– Татьяна Иванова, – представилась я. – А с кем имею честь?
– С кем имеете честь? – холодно улыбнулась женщина. – С хозяйкой дома, которая впервые вас видит и, разумеется, хочет узнать причину вашего тут…
Она запнулась, подбирая нужное слово.
– …Отдыха, – подсказала я ей. – Охотно объясню.
В двух словах я рассказала ей о том, что со мной произошло.
Женщина стояла, скрестив руки на груди, и я чувствовала себя опоздавшей на работу секретаршей, которая блеет перед строгой начальницей.
Выглядела мадам именно так – начальственно. Узкая длинная юбка, короткий свитер и туфли на высоких каблуках. Вся одежда густого черного цвета. Короткая стрижка, и волосы также цвета сажи. Из украшений присутствовали лишь маленькие дамские часики на тонком коричневом ремешке. Что одежда, что часики, наверное, стоили немалых денег. Да и сама их обладательница выглядела недешево.
Она сама по себе была красивой. Бог не обидел ее ни ростом, ни телосложением. Такие результаты могут быть и от природы, но чаще всего они достигаются либо диетой, либо изнурительными тренировками. Или все-таки пластика?
Значит, вот вы какая, супруга Василия Шумского и мать его детей.
Выслушав короткий рассказ о моих злоключениях, женщина вдруг сменила гнев на милость. Очевидно, поняла, что я не забрела в ее дом по ошибке, а явилась по приглашению.
Ее взгляд смягчился, она явно расслабилась. Но позу не изменила. Как стояла, сложив руки на груди, так и осталась стоять.
– Извините, – едва заметно кивнула она. – Я подумала, что кто-то из прислуги притащил в дом родню. Они могут. Но муж тоже мог бы предупредить меня о том, что у него будут гости.
– Думаю, он просто не успел.
– Конечно же, он просто не успел… – с сарказмом в голосе произнесла она.
Я вспомнила, что Вася называл обслуживающий персонал помощниками, но Елене, очевидно, было удобнее использовать слово «прислуга». Приняла меня, значит, за непрошеного гостя, которого слуги осмелились привести в её дом и усадить в кресло. Окажись оно так на самом деле, то страшно подумать, какими бы словами она меня называла.
– Василий попросил подождать его здесь, – сказала я. – Обещал угостить кофе, но куда-то пропал. А зачем время терять? Я и решила покопаться в сумке.
– Правильно, – согласилась со мной женщина. – Тоже предпочитаю использовать каждую минуту по назначению. Меня зовут Елена.
– Очень приятно.
– Говорите, муж хотел приготовить кофе?
– Во всяком случае, он так сказал.
– На кухне застрял, значит, – резюмировала она. – Но если обещал, то принесет. Вы давно приехали?
Я растерялась.
– Не следила за временем, – призналась я. – А что, я как-то помешала?
Елена покачала головой.
– Просто не люблю, когда муж ставит меня перед свершившимся фактом. Я была в своем кабинете, все дела да звонки, тоже потеряла счет времени. У нас сегодня важное мероприятие, и я должна следить практически за всем. А вы надолго?
Слушая ее, можно было решить, что Шумский не живет в этом доме, а приходит в гости. Елена явно все считала своим: и общий с мужем рабочий кабинет, и дом и ни слова не сказала о том, что в организации праздника принимает участие кто-то еще. Все сама, все только на ней. Даже если она имела в виду исключительно организационные вопросы, все равно сильно чувствовалось, что она признает только свое лидерство. Ничье больше.
– Так вы надолго? – повысила голос Елена.
– Ваш муж пригласил меня на торжество, – заявила я.
Женщина приподняла одну бровь. Губы тронула едва заметная улыбка.
– Даже так? – осведомилась она.
– Понимаете ли, Елена, все случилось спонтанно. Я не планировала поломку машины и не знала, что тот, кто приедет мне на помощь, окажется моим давним знакомым. Но теперь я уже не смогу отсюда уехать и бросать машину тоже не собираюсь. Я приняла приглашение вашего мужа без какой-либо задней мысли, но если мое присутствие на праздновании как-то вас смущает, то я просто отсижусь где-нибудь.
– Где?
– В своей машине и посижу.
На самом деле мне бы тоже не понравилось, если бы мой муж приволок на семейный праздник старую знакомую. Но и разговаривать свысока я с ней не стала. В конце концов, я не бывшая пассия Шумского, чтобы демонстрировать столь явное нежелание меня видеть. Поэтому я решила уточнить, что попала сюда случайно, а приглашение приняла из вежливости.
Елена внимательно посмотрела в сторону кухни.
– Ну что ж, я вас услышала… Татьяна, если не ошибаюсь?
– Не ошибаетесь.
– Отлично. Оставляю вас на попечение Василия.
Она прошла несколько шагов и обернулась:
– Буду рада увидеть вас позже.
«Да вашу ж мать, – поразилась я. – Правда? Вот спасибочки за разрешение, барыня».
И, не сказав больше ни слова, она пошла в ту сторону, куда до нее удалился Шумский.
Я же решила больше не ждать свой кофе и пошла к выходу. После знакомства с этой ни черта не вежливой бабой на душе остался неприятный осадок. Такой лишней я себя давно не чувствовала. И Василий теперь вряд ли станет меня уговаривать остаться, он и про кофе-то, наверное, уже забыл. Его небось уже супруга порвала на кухне за то, что он осмелился помочь и пригласить меня за общий стол.
Тот факт, что он так и не узнает о моем решении уехать, меня мало волновал. Не страшно. Позвоню ему позже, извинюсь и сошлюсь на то, что появились срочные дела, а сейчас попробую что-нибудь придумать. Свалю по-английски.
Неужели до города добраться так трудно, как сказал Шумский? Уговорю кого-нибудь подбросить до остановки, а там разберусь. Иди дойду до нее пешком. Или рискну вызвать такси. Ну, как-то ведь передвигаются по этой местности люди, у которых нет личного транспорта? Вернусь сюда вместе с Ленкой-француженкой завтра. Нет, ну надо же было так попасть, а?
Напоследок я решила заглянуть в гараж, чтобы узнать, как дела. А вдруг поломка оказалась не такой уж серьезной?
Но двери гаража оказались запертыми. Изнутри не доносилось ни звука. Поблизости не было ни одного человека.
Я стояла одна посреди ухоженного двора. Ни Эмина, ни Василия. Ни кого-то незнакомого рядом не наблюдалось. До машины не добраться, ворота не открыть. Приключения продолжаются. В какую сказку я попала?
– Потеряли чего, милая девушка? – донеслось откуда-то сбоку.
Я обернулась на голос. Он принадлежал показавшемуся из-за угла особняка немолодому коренастому мужчине с седым ежиком на голове.
– Я ищу автомеханика, – объяснила я. – Эмин, если не путаю. Гараж заперт, а внутри моя машина.
– Помню, помню, – улыбнулся мужчина, подойдя ко мне. – Я видел, как ее на буксире везли. А что, серьезная поломка?
– Эмин сказал, что серьезная. Я подумала, что вдруг на деле оказалось не так. Просто мне нужно уезжать.
Мужчина пожал плечами, и я поняла, что бежать некуда.
– Если Эмин сказал, что дело дрянь, значит, так оно и есть, – окончательно убил мою надежду мужчина. – Но вы не беспокойтесь, пожалуйста. У парня талант «лечить» всякие механизмы. Я, кстати, Егор Николаевич, работаю прямо тут.
– Очень приятно, а я Таня.
– Танюша, значит. А вот мое место работы.
Он вытянул руку в сторону ворот. Я не поняла значение этого жеста.
– На воротах, что ли, стоите? – предположила я.
– Да по-разному бывает, – улыбнулся Егор Николаевич. – Ночью делаю обход территории, потому что камер видеонаблюдения нет. А днем слежу за воротами.
– Разве они не автоматические?
– Все верно, но кнопку-то нажимаю я, – подмигнул сторож.
Он казался довольно симпатичным человеком. С людьми, подобными ему, у многих с первых же минут знакомства завязываются теплые отношения, которые со временем могут перерасти в тесную дружбу. Очень хорошо, что я пообщалась с таким человеком. В отличие от него Елена Шумская выглядела настоящей глыбой льда, одетой во все черное.
Я с сожалением посмотрела на двери гаража.
– А такси за мной сюда приедет, Егор Николаевич?
– Приедет, но цену загнут нехило.
Я вздохнула. Надо же было так попасть. Шумский пропал, Елена пришпилила презрением, а машина, значит, под замком. Ну, просто весь набор.
– А вы разве на праздник не останетесь? – спросил Егор Николаевич. – Я подумал, что вы из числа гостей, только что-то с машиной по пути случилось. И с хозяином знакомы.
И этот туда же.
– Я оказалась здесь случайно, – терпеливо объяснила я. – О том, что тут планируется сейшен, ничего не знала. Жену Василия не знала.
– А в итоге попали с корабля на бал. Минуту.
