Чем я расплачусь на этот раз? Стоит ли оно того?
Я отправил Райне Смайт телеграммы с «Мистраля», где у Бассандера было меньше возможностей их перехватить. Она предложила мне формальную защиту. Никакого содействия в трудную минуту. Она не могла наложить вето на решение Бассандера, ведь тот получил приказ от ее непосредственного начальника Тита Хауптманна. Она лишь негласно призвала меня к неповиновению.
«Я приказала тебе найти Воргоссос, – говорилось в ее ответном послании. – Если теперь я потребую следовать этому приказу вопреки распоряжению Хауптманна, то отправлюсь под трибунал».
«Тогда выйдет, что я последую приказу преступника», – ответил я.
«Если добьешься успеха, это будет не важно».
«Адриан, – раздался в голове голос Гибсона, – назови мне восемь степеней повиновения».
Как и много лет назад, я перечислил их про себя. Повиновение из страха перед болью. Повиновение из прочих страхов. Повиновение из любви к личности иерарха. Повиновение из верности трону иерарха. Повиновение из уважения к законам, людским и божественным. Повиновение из набожности. Повиновение из сострадания. Повиновение из преданности. Я назвал их несколько раз.
«Что из этого наивысшее? – произнес его резкий голос. – Что может заставить тебя повиноваться?»
«Повинуйся, – подумал я голосом отца, и единственное слово было как порыв ветра в руинах замка на разрушенной луне. Мой отец, лорд Алистер Марло, – Линонский Мясник. – Есть два типа людей. Одни повинуются любому приказу вышестоящих. Другие повинуются собственным приказам. Все люди кому-то повинуются, пускай лишь себе».
Я не был уверен в его правоте, но знал одно: Бассандер был из первых. Он солдат, а не господин.
Что им двигало? Сострадание? Нет, в его мандарийском теле не было ни капли сострадания. Набожность? Возможно, но в нашей Империи под видом религии подают весьма лживую и низменную идеологию. Оставалась верность. Конечно верность. Не личности его командиров, а их рангу. Приверженность Бассандера порядку была куда сильнее, чем я думал. Так он подавлял хаос в собственной душе, где, как у каждого из нас, водились демоны. В Имперских легионах правила иерархия, порядок, закон. Его верность была следствием его зависимости, его нужды. Он повиновался трону иерарха, командованию легиона. Своему командиру, своему трибуну, Первому стратигу.
А перед кем отвечал я? Кому повиновался?
Глава 14
Заговор
Так было положено начало распаду нашего отряда. Между тремя кораблями сновали шаттлы, перевозя норманских наемников к норманским наемникам, имперских легионеров к легионерам и джаддианских альджани к джаддианским альджани. Учитывая расстояние и время, необходимое на погрузку и выгрузку персонала и имущества, процесс обещал занять не меньше двух дней.
Я по-тихому присвоил все вещи, с которыми не желал расставаться. Одежду и боевую броню, красные очки, прошедшие со мной весь путь с Эмеша, помятый мирмидонский шлем и чашу для омовений – подарок Джинан. И разумеется, все мои дневники. Их накопилось уже пять, начиная от огромного тома в локоть толщиной и заканчивая маленькой записной книжицей размером меньше ладони. Между страницами были всунуты и другие бумаги, угольные и чернильные зарисовки людей, городов и прочего. Если не считать меча, они были моим главным сокровищем.
Но я не был уверен, что для всего этого найдется место на «Мистрале», поэтому заранее решил устроить инспекцию и один отправился на маленький угранский корабль с дюжиной замороженных наемников с «Фараона».
Хлыст остался заниматься своими делами.
Как только стыковку разрешили, я пошел по рукаву к залу, где встречался с Сиран. Круглые своды коридора напоминали о развалинах Тихих на Эмеше, отличаясь разве что белым, а не черным, как в том причудливом месте, цветом, прокладочными кольцами через каждые несколько футов и перилами на случай отключения гравитации. Я протискивался между брошенными в коридоре ящиками, отвечал на приветствия солдат, но не задерживался.
На мне не было формы Красного отряда: в тот момент я посчитал ее неуместной, оставил лишь высокие сапоги. Я надел тот же черный наряд, в котором высаживался на Рустам, с поясом-щитом и мечом Олорина поверх короткой туники. Сверху набросил старую темно-серую шинель, подаренную на прощание князем Матаро после моей катастрофической дуэли. Ее полы болтались, хлестали по икрам.
– О, босс! – окликнул меня Бандит.
Остановившись, я повернулся и увидел вышедшего из комнаты за моей спиной федерата. Под его глазами были темные круги, но он улыбался, приглаживая непослушные волосы.
– Зачем пожаловали? – произнес он тихо.
– Ищу капитана.
У меня не было причин врать ему.
– Они с доктором Ондеррой в комнате для расчетов, – сказал Бандит. – Мы с вами правда расстаемся? Улетаете назад?
– Валка здесь? – спросил я вместо ответа.
– Она собирается остаться с нами. – Бандит улыбнулся шире. – Сказала, что устала таскаться с варварами, и… с вашего позволения, сэр, я не буду цитировать дальше.
– Валка остается? – опешил я.
Этого можно было ожидать. Она не была солдатом и не питала большой любви к Империи. Ее удерживали лишь обещание встречи с ксенобитами и поиски ответа на интересовавшие ее загадки. Внутри меня вдруг зародилась пустота, и я запоздало кивнул. Спустя мгновение новые мысли вытеснили ее.
– Так где они, вы говорите?
– В комнате для расчетов, милорд.
– Спасибо.
Не сказав больше ни слова, я поспешил туда.
* * *
Комната для расчетов находилась сразу за коридором, ведущим на мостик к главному носовому шлюзу. Приложив ладонь к сканеру, я через круглую дверь попал внутрь, в крошечную каморку с низким потолком, изогнутым параллельно фюзеляжу. Валка и капитан обернулись, и их удивленные взгляды я воспринял как комплимент.
– Капитан, я хочу вас нанять, – произнес я прежде, чем они успели открыть рты.
– Что? – нахмурила лоб Отавия Корво.
Одета она была в тренировочный костюм; золотистые волосы убраны с лица назад.
Я дождался, пока тяжелая дверь с шипением закроется, и, встав в широкую стойку, продолжил:
– Мне нужно попасть на станцию «Март».
Последовавшая за этим тишина могла бы продолжаться вечно, если бы Валка не спросила:
– А как быть с приказами Бассандера?
– К черту приказы! К черту Бассандера! – выругался я, распаляясь, и через низкий металлический консольный столик вперил взгляд в Отавию. – И к черту Империю, если они станут вставлять мне палки в колеса.
Краем глаза я заметил, как Валка легким кивком выразила одобрение.
Но я был сосредоточен на Отавии. Та села в низкое кресло, привинченное к полу. Закинула ногу на подлокотник, как я сам любил делать. Ее фигура, подобная богам-олимпийцам, буквально излучала силу.
Корво долго разглядывала меня, прищурившись, и наконец спросила:
– А еще что?
Валка рассмеялась.
– Простите? – не понял я.
– Что еще вам нужно? – уточнила Отавия, смахивая упавшую на лицо прядь волос. – Не просто такси до станции, надо полагать.
– Мне нужна помощь, чтобы вывезти сьельсинов с «Бальмунга», – ответил я без колебаний. – Сегодня.
– Сегодня? – изумилась капитан. – Вы спятили? Нас даже на борт не пустят.
Покачав головой, я уселся напротив нее, покосившись на Валку, что задумчиво стояла, скрестив руки, у стены.
– Сейчас между всеми кораблями курсируют шаттлы. Если пошлем три самых больших на «Бальмунг», сможем загрузить шесть или семь капсул. У вас в трюме есть крепления. Они поместятся.
– И как мы их вывезем? Ваша дама непременно заметит, – сказала Отавия. – К слову, почему вы не обсуждаете это с Джинан?
Саданула по живому. Я отвел взгляд:
– Вы же присутствовали на совещании. Думаете, она меня послушает?
Мне стоило обернуться через плечо. Теперь меня рассматривала Валка. Ее беспощадные золотистые глаза как будто сдирали с меня кожу. Я снова отвернулся.
– Я неоднократно пытался ее убедить. Она непреклонна. – К горлу подкатил сухой шершавый комок, и я сглотнул. – Между нами все кончено. Когда мы воссоединимся с флотом, она вернется к своему народу.
– Кончено? – переспросила Валка. – А Джинан об этом знает?
– Она в этом виновата, – ответил я, сам удивляясь желчи в голосе.
Мне не нужно было смотреть на Валку, чтобы почувствовать, как та с печальной улыбкой и заботой воззрилась на страдающего друга.
Отавия высказывать сочувствие не стала.
– Не выйдет. Даже если получится доставить три шаттла на «Бальмунг», не спалившись перед вашей девицей или мандарийским приятелем-жополизом, капсулы вывезти не удастся. Слишком большие. Даже если отправить две бригады и обеспечить полную секретность.
– Тогда хотя бы одну, – не раздумывая сказал я. Мой план изначально был таков, но стоило попытаться начать с большего. – Нобиля Танарана.
Отавия сдвинула брови и нервно взъерошила волосы:
– Это уже проще…
Я едва не улыбнулся. На то, что она согласится выкрасть нескольких сьельсинов, я не рассчитывал. Но мне нужно было заставить ее подумать, будто она меня отговорила. Я легко улавливал ход ее мыслей. Несмотря на вид чемпионки-тяжелоатлетки, Отавия мыслила как ротсбанковский логофет и казначей легиона в одном лице.
– Хватит одного шаттла.
– Все равно придется доходчиво объяснить джаддианцам, зачем нам понадобился их пленник. – Не выпуская пальцев из шевелюры, Отавия опустила ногу и навалилась на столик. – И зачем я вообще вас слушаю? Мне нужно людей к фуге и прыжку готовить… – Задумавшись, она устремила взгляд мимо Валки, в какое-то видимое ей одной окно. – Заняться настоящим делом. Времена сейчас такие, что наверняка найдется захудалая колония, которой нужна защита. Немножко поохранять, немножко попатрулировать.
– Вы шутите, – одновременно с упреком и улыбкой произнес я. – Охрана? Орбитальное патрулирование? Да вы через день со скуки помрете.
– Может быть, – не стала спорить Отавия и скрестила перед собой руки. – Но скажите, имперец, чем вы собираетесь мне платить? Мои прежние чеки приходили не от вас.
Я едва не прикусил губу. Деньги поступали из казны легиона и передавались нашим норманским наемникам через казначея Бассандера. Никаких средств я не имел. Отец лишил меня всего, что полагалось мне как наследнику дома Марло, когда вручил меня дому Матаро. Все мои сбережения были либо конфискованы, либо переданы князю Эмеша в качестве приданого. Я так и не выяснил, что именно случилось. Однако…
– Вы правы, – ответил я честно и, склонившись, положил руку на стол. – Денег у меня нет, но я не прошу доставить меня на Воргоссос. Только до окраинных миров. До станции «Март», или куда мы там направляемся.
– А еще вам хочется, чтобы нас всех перебили, пока мы берем на абордаж имперский эсминец.
– Я ничего не говорил об абордаже, – возразил я. – Тут, скорее, подойдет «тайное проникновение». На «Бальмунге» я чувствую себя как дома. Там Хлыст. Отправьте со мной Сиран, Бандита и еще пару человек, и мы выкрадем Танарана, Джинан и глазом не успеет моргнуть.
– А как быть с остальными? – спросила Отавия с неожиданной теплотой.
– Что?
– Со старым Паллино и вашими друзьями с Эмеша?
Ответ застрял у меня в глотке. Как и Джинан, мысленно я уже их отпустил.
– Для них будет лучше пойти другим путем, – сказал я больше из желания утолить чувство вины, нежели искренне так считая. Впоследствии оказалось, что я был прав. – Пускай остаются с Бассандером. Худшее, что он может сделать, – это высадить их на Коритани или где-нибудь по пути.
– И вас это не тревожит? – посмотрела на меня исподлобья норманка.
Я мотнул головой:
– Хлыст отправится со мной, Сиран уже здесь, еще кое-кто. Паллино пора на заслуженный отдых. Он достаточно навоевался.
– Вряд ли он с этим согласен.
Я хрипло усмехнулся. Наверняка. Я не стал говорить, что Хлыст уже собрал мои вещи для переправки с «Бальмунга» – его прежний любовник Этьен помог – и что они упакованы в ангаре вместе с амуницией, сухими пайками и семенами для гидропонической станции.
«Адр, мне это не нравится, – сказал Хлыст на „Бальмунге“. – Бросать Джинан и остальных неправильно».
Мне тоже этого не хотелось. Хлыст сдался, лишь когда я вконец измотал его упрашиваниями.
«Неправильно это, – повторил он, – бросать своих».
– Адриан? – окликнула Отавия. – Вы слушаете?
– Простите.
– Я спрашиваю, как вы собираетесь провернуть эту чудесную операцию, – повторила она. – Капсула весит полтонны. Хлыст ее не поднимет, а если отключить гравитацию, то это не останется незамеченным.
– Придется разбудить сьельсина, – произнесла Валка, делая полшага вперед и слегка расслабляясь.
– Что?! – воскликнула Отавия и заметно побелела.
Я невинно развел руками:
– Так будет быстрее.
