Слемп замешкался, и Джефф его встряхнул.
– У нас были кое-какие дела. – В глазах банкира легко читался неподдельный страх.
– Ты его надул, что ли?
– Нет-нет, Джонс, ни в коем случае! Мы с ним делим здесь власть. Но Оуэну этого мало. Он хочет править в одиночку, и боюсь, что…
Джефф отпустил воротник.
– Сдается мне, что не зря, – проворчал он.
Слемп поискал на ощупь стул и осторожно сел.
– Значит, ты позвал меня оберегать твою шкуру? И чего от меня хочешь? Чтобы я тебя просто охранял – или чтобы вышвырнул Оуэна и его парней из города?
Слемп сглотнул:
– Просто охраняли, всего лишь месяц или два. Я сейчас договариваюсь кое с кем, чтобы выгнать Оуэна. Это будет наблюдательный совет или общество охраны порядка, что-нибудь в таком роде.
Джефф сплюнул:
– Ну да, вы же добропорядочные граждане. И не такое можете.
– Даже не сомневайтесь, – подтвердил банкир.
– Думаешь, все те ранчеро, которых ты ограбил, примут твою сторону?
Слемп вдруг взъярился:
– Я никого не грабил, Джонс! Парни прекрасно знали, когда брали у меня ссуды, что расплачиваться нужно вовремя. Я их предупреждал, прежде чем выдавать деньги. Не моя вина, что они не справились.
– Будь по-твоему, – сказал Джефф. – Ладно, начну завтра.
– Вы уже начали, – заявил Слемп. – С этой минуты вы должны быть рядом со мной. Есть со мной, спать в моем доме, оставаться…
– Завтра, – перебил Джефф, – все завтра. А сегодня я буду пить. На работе я ни капли в рот не беру, а после дороги в горле пересохло.
– Мне это не нравится, – попробовал было возмутиться Слемп.
– Да мне плевать, что тебе нравится, а что нет, – бросил Джефф. – Доставай свой ключ, выпускай меня.
Солнце тонуло в багровом мареве, по пыльной улице пролегли синеватые призрачные тени. Пес бегал между домами. У коновязи перед «Серебряным долларом» появилось еще несколько лошадей. Какой-то прохожий поздоровался с Джеффом.
Кактус-Сити оживал.
Джефф отвязал своего коня и направился по улице к платной конюшне.
У дверей никого не оказалось, но Джефф все равно завел коня внутрь и расседлал в приглянувшемся стойле. Насыпал в кормушку овса из стоявшего поблизости ведра и принялся вытирать коню бока.
Из-за спины упала тень, и Джефф резко обернулся. Из прохода на него смотрел мужчина с перевязанной правой рукой.
Джефф выпрямился, бросил скребок на солому.
Мужчина усмехнулся:
– Не тянись за револьвером, чужак. Я повел себя глупо. Наверное, шрам меня обманул.
– Все как-то сразу завертелось, некогда было объясняться, – проворчал Джефф. – Вот и пришлось стрелять.
– Ты и вправду похож на Милягу, но я уже понял, что ты – не он. Иначе мы бы с тобой не разговаривали, потому что ты бы меня прикончил. – Мужчина протянул здоровую руку. – Сочту за честь. Не возражаешь?
Они обменялись рукопожатием.
– Я Черчилль, – назвался мужчина. – Джим Черчилль. Это моя конюшня. Ты как, все нужное нашел?
– Все, – ответил Джефф. – Даже овес. Но есть кое-что, о чем бы я тебя попросил. Не говори никому, что я – не Миляга. Хотя бы пока я тут.
– Как скажешь, приятель.
– Да, я Джонс – Джефф Джонс. И слыхом не слыхивал раньше про этого твоего Милягу. Я ищу моего брата Дэна. У него ранчо где-то к востоку отсюда.
– Дэн Джонс, – задумчиво произнес Черчилль. – Был тут такой. Но куда-то сгинул то ли два, то ли три месяца тому. А ранчо забрал себе Слемп.
– Знаю, – кивнул Джефф. – Проезжал мимо по дороге сюда. Встретил там парня по имени Феллер, он сказал, что присматривает за хозяйством для Слемпа. Вроде как Дэн у него ссуду брал.
– У нас многие ребята задолжали Слемпу и расстались с землей, – сказал Черчилль. – Тут порой такая жуть творится… Кого прибили, кого просто ограбили, а кто и вовсе исчез без следа. Этому Слемпу будто везет напропалую. Хотя все участки, скажу я тебе, не бог весть что, не дороже ссуд, которые под них выдавались.
– А убивает кто? – спросил Джефф.
– Шайка налетчиков с холмов. Ну, мы все думаем, что они оттуда приходят. Их так и прозвали: Холмовая банда. В одиночку с ними не справиться.
Внезапно в воздухе словно пахнуло смертью – это ощущение Джефф распознавал безошибочно.
Может, лучше уехать отсюда, пока не началась стрельба? Он ведь намеренно забросил наживку, не подумав о последствиях. И что теперь? Выдает себя за Милягу Джонса, выслушивает хладнокровные рассуждения Оуэна об ограблении и убийстве, сходил к Слемпу и выдал себя за парня, которого ждал банкир…
В общем, когда начнется заварушка, ему прилетит со всех сторон; это он понимал отлично.
Оба – и Слемп, и Оуэн – люди безжалостные. Оуэн рассчитывает избавиться от Слемпа, а тот, окруженный доносчиками, об этом осведомлен. И никому из них, по твердому убеждению Джеффа, нельзя доверять вот ни на столечко.
Сгорбившись над тарелкой с яичницей, он смотрел в окно харчевни на вечернюю улицу. Проехали несколько конных, должно быть, в «Серебряный доллар».
Рассказывая о том, почему боится Оуэна, Слемп упомянул, что у них были совместные дела. Нетрудно вообразить, какие именно… Нетрудно понять, почему людей, задолжавших Слемпу, убивали или грабили – или почему они бесследно исчезали.
У Дэна имелись средства расплатиться со Слемпом, это Джефф знал наверняка, потому что сам отправил брату деньги, собираясь приехать попозже и обустроиться на выкупленном участке. Об этом, припомнилось ему, они с Дэном говорили на протяжении многих лет… Мечтали о том дне, когда вместе вступят во владение своей землей.
Пальцы стиснули вилку с такой силой, что та затряслась и кусок яичницы упал в тарелку.
Скорее всего, Дэн погиб. С этим придется смириться. Он покоится где-то в окрестностях. Дэн Джонс, брат, наверное, был застрелен из засады, не имея ни малейшего шанса ответить ударом на удар.
Джефф доел яичницу, подобрал куском ветчины растекшийся по тарелке желток и допил кофе.
Снаружи сгустилась ночь, вдоль улицы распустились цветки фонарей, отливавшие тусклой медью. На черном небосводе проглядывали редкие звезды, а задувший ветерок разносил над Кактус-Сити негромкий, словно выхолощенный, звук.
Джефф побрел к банку. Он знал, что Слемп работает допоздна, – там светилась пара окон.
Поравнявшись с банком, он было двинулся через улицу, но тотчас снова отступил в тень. Слемп был не один.
Джефф огляделся. Вроде поблизости никого. У коновязи «Серебряного доллара» виднеются несколько лошадей, да перед платной конюшней проступают из сумрака человеческие фигуры…
Он быстро пересек улицу и подкрался к окну. Отсюда было видно и Слемпа, и второго мужчину в распахнутой настежь задней двери. Они о чем-то беседовали. Но вот второй ушел, Слемп закрыл за ним дверь и задвинул тяжелый засов.
Джефф успел узнать второго. Высокий, неряшливый, с хищной усмешкой… Ошибки быть не может. Тот самый Бак, что торчал днем в «Серебряном долларе». Тот самый, что подобрал револьверы, которые выронил Черчилль.
Джефф выждал десять минут, подпирая спиной стену и беззвучно насвистывая. Затем постучал в окно и прижался лицом к стеклу. Слемп оторвался от своих учетных книг, глянул сквозь решетку над стойкой, точно напуганный кролик. Джефф постучал опять.
Медленно, неуверенно Слемп выбрался из клетки и приблизился к окну. Разглядел стучавшего и махнул рукой в направлении двери.
Он отодвинул засов и впустил Джеффа.
– Значит, вы решили приступить к работе немедленно, – проговорил он, потирая руки.
– Бери шляпу, – велел Джефф.
– Шляпу?
– Ну да, шляпу. Мы идем в «Серебряный доллар».
С этими словами Джефф подступил ближе и выхватил из кобуры банкира шестизарядный кольт.
– Это тебе не понадобится. – Он провел рукой по сюртуку Слемпа – не припрятано ли другое оружие.
Банкир раскрыл было рот, но слова не шли у него с языка, лишь слюна летела. Джефф снял шляпу с крюка возле двери и нахлобучил на голову Слемпу.
– «Серебряный доллар»?!. – наконец выдавил тот. – Но Оуэн…
– Именно так, – прервал его Джефф. – Вам с Оуэном нужно потолковать. – Он прижал ствол к животу банкира и кивнул на дверь. – Ты идешь первым. Не торопишься, но и не плетешься. Попытаешься удрать, и я наделаю в тебе дырок.
– Как вы смеете?! – пролепетал банкир. – Я вас нанял меня защищать! Я тот, кто…
– Ты нанял Милягу Джонса, – перебил Джефф, – а он сюда пока не добрался. Я другой Джонс, и мы с ним не родня.
– Вы не Миляга Джонс?
– Нет, я Джефф Джонс, и у меня был брат по имени Дэн. Может, ты его даже помнишь. Он брал у тебя ссуду.
– Но послушайте, Джонс! Я никогда…
– Знаю, знаю. Ты никогда не нарушал закон и делал все по правилам. Раз он не явился с деньгами, ты забрал его землю. Идем, скоро мы узнаем, что известно об этом Оуэну.
– Вы пожалеете! – пригрозил Слемп. – Пожалеете о своей дерзости, это я вам обещаю!
– Может, и пожалею, – согласился Джефф. – Когда-нибудь. – Он снова ткнул револьвером в живот Слемпу. – Топай и помни мое обещание.
Слемп вышел за дверь, и Джефф последовал за ним.
Из «Серебряного доллара» доносились голоса, звяканье стекла и жестяное треньканье пианино.
Джефф криво усмехнулся. Вот и все, пожалуй. Если не выгорит, ему воздастся сполна, и мало не покажется.
Слемп вышагивал впереди, не глядя ни вправо, ни влево. Он втягивал голову в плечи, будто ожидая в любой миг получить пулю в спину. У крыльца салуна повернул и начал подниматься по ступенькам. Джефф не отставал.
Вдруг он оступился, угодив ногой в щель между треклятыми досками…
Из темноты за крыльцом бахнул шестизарядник, яростно сверкнуло алое пламя. Джефф упал на колени, широко раскидывая руки, и пуля сердитым насекомым прожужжала у него над головой. Прогремел второй выстрел, и прямо перед лицом во все стороны разлетелись щепки.
Развернувшись, Джефф прицелился между опорами крыльца и выжал спуск. Стрелок, пустившийся было бежать, зашатался, как пьяный, медленно опустился на колени в уличную пыль, в сноп света, что падал из окна трактира.
Кони тревожно заржали, стали рваться с привязи. Из салуна на улицу ринулись мужчины, едва не снеся двери. Пианино тотчас умолкло.
Джефф высвободил ногу, мысленно помянув добрым словом самую доску, с которой уже познакомился днем. Эта доска спасла ему жизнь. Не провались он, стрелок бы не промахнулся.
Мужчина, стоявший на коленях у трактира, снова поднял револьвер. Громыхнуло, пуля скользнула по ребрам, и у Джеффа онемел бок.
У него за спиной раздался выстрел, человек взмахнул руками и повалился навзничь. И застыл в скрюченной позе, неестественной для живого.
Джефф обернулся, схватил и выкрутил руку, что держала дымящийся револьвер. Оружие упало на крыльцо.
– Кто-то отнял у меня ствол! – пожаловался голос. – Взял и отнял, вот прямо сейчас! Ну погоди, я до тебя доберусь…
– Оружие на крыльце, – процедил Джефф. – Нагнись и подбери. – Он повернулся к человеку, которого привел. – С твоей стороны было крайне любезно спасти мне жизнь.
Слемп задергался в его хватке, лицо исказила гримаса ужаса.
– Ты все подстроил, – продолжал Джефф. – Велел ему ждать в засаде. Надо было догадаться, когда я увидел вас вместе. Это один из твоих доносчиков. Ты испугался и решил от меня избавиться.
Слемп хотел было возразить, но Джефф рявкнул:
– Заткнись!
Трое мужчин подошли со стороны трактира, склонились над лежащим.
– Это Бак, – сказал один из них. – И он неживой. Мертвее не бывает.
Труп положили на крыльце, кто-то принес одеяло и набросил сверху.
Джефф обернулся и увидел Оуэна. Тот стоял на крыльце и смотрел.
