Витор Мартинс "Неидеальные мы"

grade 4,2 - Рейтинг книги по мнению 350+ читателей Рунета

Весь учебный год Фелипе с нетерпением ждет каникул, чтобы наконец отдохнуть от одноклассников, которые травят его из-за лишнего веса. Планы устроить сериальный марафон рушатся, когда мама Фелипе внезапно сообщает, что их сосед Кайо проведет с ними следующие 15 дней. Фелипе в ужасе, потому что: а) свою комнату он делил разве что с тетушкой; б) Фелипе и Кайо в детстве были близкими друзьями, но потом все резко изменилось. Предстоящие дни вызывают ураган чувств, заставляя Фелипе с головой погрузиться в свои комплексы и страхи. Но, может, ему удастся набраться храбрости именно сейчас? На русском языке публикуется впервые.

date_range Год издания :

foundation Издательство :Манн, Иванов и Фербер (МИФ)

person Автор :

workspaces ISBN :9785001955375

child_care Возрастное ограничение : 18

update Дата обновления : 21.07.2022

Неидеальные мы
Витор Мартинс

Red Violet. ПритяжениеМИФ Проза
Весь учебный год Фелипе с нетерпением ждет каникул, чтобы наконец отдохнуть от одноклассников, которые травят его из-за лишнего веса. Планы устроить сериальный марафон рушатся, когда мама Фелипе внезапно сообщает, что их сосед Кайо проведет с ними следующие 15 дней. Фелипе в ужасе, потому что: а) свою комнату он делил разве что с тетушкой; б) Фелипе и Кайо в детстве были близкими друзьями, но потом все резко изменилось. Предстоящие дни вызывают ураган чувств, заставляя Фелипе с головой погрузиться в свои комплексы и страхи. Но, может, ему удастся набраться храбрости именно сейчас?

На русском языке публикуется впервые.

Витор Мартинс





Неидеальные мы

Vitor Martins

Here the Whole Time

Все права защищены. Никакая часть данной книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме без письменного разрешения владельцев авторских прав.

Originally published in Brazilian Portuguese in 2017 as Quinze Dias by Globo Alt.

Text copyright © 2017 by Vitor Martins.

English translation © 2020 by Larissa Helena.

All rights reserved. Published by arrangement with Scholastic Inc., 557 Broadway, New York, NY 10012, USA

© Издание на русском языке, перевод, оформление. ООО «Манн, Иванов и Фербер», 2022

* * *

Посвящается всем, кто хоть раз падал в бассейн в футболке

До

Я толстый.

Не «коренастый», не «плотный» или «ширококостный». Я тяжелый, занимаю много места, и прохожие на улицах странно на меня поглядывают. Да, в мире куча людей, у которых проблемы куда серьезнее, чем у меня здесь, в Бразилии, но я не могу думать о чужих страданиях, когда самому приходится мучиться в школе. Старшие классы – мой личный ад последние два с половиной года.

Иногда кажется, что список прозвищ для толстых людей не имеет конца и края. Не сказать чтобы его авторы отличались богатой фантазией, но меня всегда поражало, как изощряются ребята в школе, когда намного проще звать меня по имени – Фелипе.

С тех пор как на географии подо мной сломался стул, каждый встречный считает своим долгом при виде меня затянуть песню про «Шар-бабу»[1 - Имеется в виду песня Майли Сайрус Wrecking Ball. Здесь и далее, если не указано иное, примечания переводчика.]. Две недели спустя та же история повторилась с другим парнем, но его никто творчеством Майли Сайрус не изводил. Ну разумеется: он-то худой.

Я всегда был толстым и за семнадцать лет приноровился пропускать обидные подколки мимо ушей. Однако так к ним и не привык. Сложно привыкнуть к тому, что вас ежедневно зовут приспособлением для сноса зданий. Я лишь наловчился делать вид, будто речь не обо мне.

В прошлом году, никому ничего не говоря, я купил один из этих подростковых журналов, что продаются с постерами бой-бендов. Мне нравятся бой-бенды (куда больше, чем я готов это признать), но сподвиг меня на покупку не постер, а заголовок на обложке: «Стесняешься своего тела? Преодолей это, девочка!»

Согласно журналу ребята с лишним весом, мечтающие стать крутыми и завести друзей, должны как-то компенсировать свою внешность. Проще говоря, если ты веселый, или суперстильный, или невероятно обаятельный, никто не заметит твоей полноты. Я задумался, чем же сам могу похвастать… и так ничего и не надумал.

В смысле я вроде веселый. Люди в Сети меня любят (пятьсот сорок три подписчика в профиле – и это не предел). Но когда я пытаюсь общаться в реальной жизни, веду себя как настоящий лузер. Обаятельным меня тоже не назвать. Что до стиля… Ха-ха. Мой «стиль» сводится к кроссовкам, джинсам и безопасной серой футболке. Сложновато одеваться круто, когда ты размера XXL.

Я пролистал журнал до конца, прошел опросник «Какая звезда стала бы твоей лучшей подругой?» (у меня получилась Тейлор Свифт) и выбросил эту муть. Нечего напоминать мне, что я и предложить-то людям ничего не могу.

Но сегодня все будет иначе. Последний день перед зимними каникулами – день, которого я ждал с самого начала учебного года. Зимние каникулы длятся двадцать два дня. Двадцать два божественных дня без «толстых» шуток, гадких прозвищ и косых взглядов.

Я пораньше выскакиваю из кровати, чтобы точно не опоздать в школу, а когда прихожу на кухню, мама уже там, что-то рисует на холсте. Три года назад она бросила работу в бухгалтерии и стала художницей. С тех пор наша кухня больше нормальной кухней не выглядела – повсюду холсты, краски и глина.

– Доброе утро, ангел мой, – говорит мама с улыбкой, которой просто не должно быть на лице человека, вставшего в семь утра.

Мама у меня красавица. Правда. У нее большие живые глаза, густые волосы вечно забраны наверх – и она стройная. А значит, «толстый» ген мне оставил папаша даже еще до того, как сбежал от беременной мамы. Вот уж спасибо, папочка, удружил.

– Доброе утро. У тебя краска на подбородке. Но ты все равно красавица, – тараторю я, хватаю сырный сэндвич и ищу ключи.

– Фелипе, не помню, говорила ли я тебе, но сегодня днем…

– Прости, мне пора бежать, я уже опаздываю! Увидимся позже, люблю тебя, пока! – отвечаю я, закрывая за собой дверь.

Честно говоря, я никогда не опаздываю, просто почему-то верю, что чем раньше приду в школу, тем раньше оттуда уйду. Увы, так оно не работает.

Лихорадочно жму кнопку лифта, одновременно доедая сэндвич. А когда двери открываются, в кабине стоит он. Кайо, мой сосед из квартиры пятьдесят семь. Я проглатываю последний сухой кусок хлеба, вытираю подбородок на случай, если остались крошки, и лишь потом захожу в лифт.

Шепчу «доброе утро» так тихо, что даже сам не слышу. Он не отвечает. У него в ушах наушники, а сам Кайо уткнулся в книгу. Интересно, он правда читает под музыку или просто притворяется, чтобы его не трогали? Если второе – я понимаю Кайо из квартиры пятьдесят семь. Потому что постоянно делаю так сам.

Кабина спускается с третьего этажа, где живу я, на первый всего секунд сорок, но мне они кажутся сорока годами. Наконец дверь снова открывается. Я просто стою, не зная, что делать, а Кайо выходит, вовсе меня не заметив. Я еще три минуты торчу в холле, прежде чем набираюсь смелости покинуть здание.

Последний день занятий тянется невыносимо долго. Мне остается лишь написать работу по истории и сдать экзамен по философии. Когда я раньше всех заканчиваю тест, уже просто не терпится сбежать отсюда.

– Что, управился, жирдяй? – раздается мне вслед, пока я неловко выбираюсь из-за крошечной парты.

Учительница, миссис Гомес, принимает мою работу и говорит: «Хорошего отдыха, Фелипе», а сама проникновенно смотрит мне в глаза. Будто сочувствует и на самом деле хочет сказать: «Знаю, остальные ученики тебя изводят, но не сдавайся. Ты сильный. И совершенно нормально быть толстым. Неприлично так говорить, все-таки я твоя учительница и мне пятьдесят шесть лет, но ты очень даже ничего».

Или я неверно расшифровываю сочувственные взгляды, и миссис Гомес действительно просто желает мне хорошо отдохнуть.

В коридоре девочки прощаются друг с другом и, верите или нет, буквально плачут. Словно расстаются не на двадцать два дня. Словно мы все не живем в маленьком городке, где голову из окна высунь – и увидишь на тротуаре половину класса. Словно интернет еще не придумали.

Будь моя жизнь мюзиклом, сейчас я бы выходил за школьные ворота под красивую песню о свободе, а люди на улице принялись бы исполнять вокруг меня сложный выверенный танец. Но моя жизнь не мюзикл, поэтому, когда я миную ворота, я слышу в спину «жирдя-а-ай!», опускаю голову и иду дальше.

Мой дом недалеко от школы, всего пятнадцать минут пешком, и я стараюсь каждый день проходить этот отрезок, чтобы потом было что ответить доктору на вопрос, даю ли я себе регулярные физические нагрузки.

Единственная загвоздка – пот. Если не считать явных проблем с самооценкой и моих совершенно дивных одноклассников, пот я ненавижу больше всего в жизни.

К тому моменту, когда я переступаю порог квартиры, меня можно принять за оплывшую восковую фигуру. Мама все там же, где я ее оставил, только теперь у нее на одежде больше пятен от краски, зато картина почти готова. Сегодня она нарисовала кучу голубых кругов (у нее последние несколько месяцев «голубой» период), и если взглянуть на холст с определенного ракурса, то увидишь двух целующихся дельфинов. Ну, мне так кажется.

Однако в привычном хаосе есть и новые детали: на плите стоят кастрюли, а в доме пахнет обедом. Настоящим обедом, а не разогретыми остатками вчерашней еды навынос. Отличное начало каникул!

– Привет, мальчики. Как дела в школе? – спрашивает мама, не поднимая глаз от холста.

– Мам, у тебя же вроде только один сын, если я все верно помню.

– А мне показалось, вы пришли вместе. Ты и Кайо из пятьдесят седьмой. – Мама оборачивается и целует меня в лоб.

Я ничего не понимаю, но, похоже, она этого не замечает, потому что больше ничего не говорит. Я иду к себе в комнату отнести рюкзак… а там внезапно стерильная чистота и порядок. Мама сменила простыни, расставила вещи на полке и даже выудила из-под кровати залежи скомканных носков.

– Мам! Ты что с моей комнатой сотворила? Носки где? – кричу я.

– В комоде! Сам подумай, как неловко будет, если соседский мальчик придет к тебе в комнату, а там одиннадцать пар разбросано!

Одиннадцать? Вот это я даю.

Возвращаюсь в кухню, чтобы больше не орать через всю квартиру.

– А при чем тут соседский мальчик?

– Так я же говорила, он сегодня придет. Поживет у нас пятнадцать дней. Его родители уезжают на конференцию по пингвинам. Или на второй медовый месяц. Кто знает. Да неважно. Сандра попросила меня приглядеть за Кайо. Я слегка удивилась: он же не маленький. Ну да нам что за беда, парень-то хороший.

К концу маминой речи я уже в состоянии шока.

– Ничего ты не говорила! Не нужны мне сейчас гости, только не на зимних каникулах – да еще и на пятнадцать дней! У меня планы есть!

– Какие? Сидеть в интернете и запоем смотреть «Нетфликс»? – закатывает глаза мама. – Точно, крайне важные занятия, Фелипе.

Она слишком хорошо меня знает.

– Но… но… у него что, других родственников нет? Один пожить не может? Вы же с его мамой даже не подруги! Что это за люди, если боятся оставить сына-подростка дома одного, но запросто доверяют его посторонним?

– Ну да, мы не то чтобы дружим. Так, болтаем иногда в коридоре. Она всегда придерживает мне двери лифта. А еще мы много общались, когда вы с Кайо в детстве играли в бассейне. Хорошие были времена. Но не в том суть. Помоги мне убраться на кухне и накрыть на стол. Кайо вот-вот придет!

Ушам своим не верю. На моем потном лице застыло выражение ужаса. Я сейчас похож на одну из неудачных маминых картин.

Вы, наверное, думаете: да успокойся, чувак, подумаешь, соседский парень! Пожалуй, пришла пора рассказать вам о Кайо, мальчике из квартиры номер пятьдесят семь.

К нашему дому прилегает большая зона отдыха с абсолютно нетронутым теннисным кортом (ну серьезно, кто здесь играет в теннис?), видавшей виды детской площадкой и средних размеров бассейном, где в жару всегда многолюдно.

Все книги на сайте предоставены для ознакомления и защищены авторским правом