– Простите, – произношу, пряча разбитый телефон в карман пиджака.
Мужчина протягивает мне стакан с водой. Я принимаю его и замечаю, что оставила след на белоснежной мужской рубашке. Надо все-таки переходить на водостойкую тушь!
И как я только умудрилась?
Видно, мои ощущения врут. Мне показалось, что я лишь соприкоснулась с ним: ударилась и тут же отпрянула. А судя по чёрному следу, я жалась к нему. Со всем рвением уткнулась лицом в его грудь. Он, может, даже почувствовал мою дрожь…
Черт, черт, черт.
Я выиграла чемпионат по созданию неловкой ситуации.
Кто молодец?
Я молодец.
Надо все-таки собраться с мыслями и переключиться в деловой режим. Не хватало еще крутую должность потерять из-за сталкерских штучек Артура. Свои личные проблемы придется решать потом, а сейчас я в офисе, в котором мне платят деньги за работу.
– Я перепроверила анкеты, – произношу, постепенно находя ровный уверенный голос. – Мне сказали, что нужно отобрать трех девушек…
Я замолкаю, улавливая резкое движение. Приходится посмотреть на босса, хотя я думала некоторое время избегать этого. Макаров отталкивается от стола и подходит ко мне вплотную. Нависает массивной фигурой, из-за чего сразу становится некомфортно. Я машинально подаюсь назад, заставляя скрипнуть спинку кресла. Но толку ноль. Он все равно прямо передо мной, размеренно дышит и усиленно о чем-то размышляет. Даже морщинка пролегла на высоком лбу.
– Вода, я так понимаю, не нужна, – бросает Макаров.
В его голосе легко прочитать раздражение.
Все-таки разозлился?
Ну еще бы! Только принял девушку на работу, а она уже шипит на него и закатывает истерики прямо на рабочем месте.
– Спасибо, – поспешно кидаю, когда Макаров накрывает крепкой ладонью стакан, который совсем недавно дал мне.
Я совсем о нем забыла, поэтому не сделала ни глотка. Босс вытягивает его из моей ладони и возвращает обратно на стол.
– Вода нужна вам, – произношу, указывая на его грудь и решая сознаться. – Я испачкала вашу рубашку.
Хочется снова извиниться, но это уже будет перебор. Тем более мое первое “простите” не произвело на Макарова никакого впечатления. Он, наоборот, стал мрачнее.
– Не надоело выкать мне?
Оу.
Вот этого я ждала меньше всего.
– Но вы же мой босс.
От очередного “вы” во взгляде Макарова раскрывается черная бездна. Он прожигает меня насквозь, одновременно показывая, что я хожу по тоненькому краю. Я вспоминаю, что с первой встречи почувствовала в нем и стальной стержень, и что-то опасное, несмотря на его вечные усмешки и умение говорить бархатным голосом. Теперь становится ясно, что я не ошиблась. Там, под идеально подогнанным к спортивной фигуре костюмом, сидит демон.
– Почему ты плакала, когда я вошел? – Макаров наклоняется ко мне, рвя последние остатки воспитанной дистанции. – Хватит молчать, Ирина, я задал вопрос.
Он кладет ладони на подлокотники моего кресла. Запирает в тесную коробочку.
– Я не плакала. – Я мотаю головой.
– Глаза были на мокром месте.
К моим щекам приливает кровь.
Что за детский сад?
И почему он так близко?
От его бесцеремонности становится душно. Почти так же, как от сообщений Артура. У меня что, на лбу написано, что на мне можно потренировать замашки тирана?
Что вообще за день такой?!
– Я разволновалась из-за одной личной проблемы, но этого больше не повторится, – я звучу как робот-автоответчик.
Я чуть подаюсь вперед, пытаясь отвоевать пространство, и выдерживаю взгляд его темно-зеленых глаз. Он по-прежнему недоволен, как будто ждал от меня другого ответа. И он не отодвигается. Его близость становится острее, теперь это не что-то эфемерное, на грани подсознания, теперь я чувствую ее кожей.
Его тепло и его выдохи.
Протяжные, уверенные.
И его мужской парфюм. Я не умею разбирать ароматы на ноты, но его парфюм обволакивает морской свежестью, в которой то и дело оживают грозовые всполохи.
– Я хочу встать, – приходится обозначить то, что и так очевидно.
Я уже соскользнула на самый краешек кресла. И приблизилась к нему на расстояние поцелуя. Естественно, я смущаюсь первой и увожу взгляд вниз. Чиркаю по его выпирающему кадыку, потом по расслабленному воротнику рубашки и, наконец, упираюсь в его руки. Они сильные и рельефные, они могли что-то строить и видеть непогоду…
Черт, о чем я думаю?
– Где анкеты? – бросает босс и отпускает мое кресло.
Он поворачивает к столу, где сам находит нужные листки. У меня же чувство, будто я всплыла с запредельной глубины и могу сделать большой глоток воздуха.
Глава 7
Анкеты недолго интересуют Макарова. Опытные мужчины вообще не верят женским фотографиям, так что мой босс не смотрит на них. Он выходит из кабинета, оставляя меня дальше готовиться к совещанию.
Я упрямо называю это совещанием, как сказала Анфиса, хотя мозг бастует. Абсурд же, если подумать. У нас, вообще-то, собственное шоу для холостяка. Только без видеокамер и на кону крупный международный контракт.
– Анфиса, – я придвигаю поближе телефон внутренней связи, – я закончила.
– Отлично. Я сейчас подойду.
Не проходит и пяти секунд, как она появляется в дверном проеме. Секретарь неотрывно смотрит в планшет, что-то согласовывая, и идет ко мне на автомате.
– Давайте имена, я внесу их в список, – обращается она ко мне, по-прежнему смотря в экран.
– Вероника Солончак. Алиса Котова. Мари Кузнецова.
– Кузнецова, – повторяет за мной Анфиса, печатая последнюю фамилию на клавиатуре. – Отлично.
– Мне нужно будет присутствовать на встрече?
– Да, конечно. Она пройдет в другом кабинете.
Она наклоняется к рабочему столу, находит стикер с ручкой и записывает мне номер кабинета и время.
13.00.
В назначенный час начинается представление. Иначе не сказать. Я прихожу пораньше и занимаю диванчик рядом с кабинетом. Тот напоминает огромный аквариум: все перегородки сделаны из стекла. Можно не заходить внутрь и быть в курсе всех событий. Я пользуюсь этим, наблюдая, как множество людей готовятся к встрече.
Стилисты разворачивают напольные вешалки и проверяют чехлы. В них вечерние и коктейльные платья, к которым прикреплены фотоснимки с цветовыми схемами. Там подсказки, какие украшения и аксессуары подходят к образу и какой макияж будет нужен.
Фотограф тоже крутится неподалеку. Он о чем-то говорит с девушкой с розовыми волосами. Я приглядываюсь и понимаю, что она визажист. На ее левой руке можно заметить цветные полосы от губных помад. Она то и дело смотрит на них, стучит кистью по своему запястью и откровенно флиртует с фотографом.
У другой стены стоит менеджер в строгом костюме. Он неодобрительно смотрит на творческую братию и постоянно отвлекается на сотовый, поминутно отсылая сообщения.
– Осечка исключена, – проносится в моих мыслях. – Слишком серьезные деньги на кону.
Похоже, Макаров решил просчитать каждую мелочь.
После истерики, которую закатила ему невеста, он сделал ставку на рациональный подход. Ни капли души и чувств, только просчеты. Нужная девушка должна подойти по всем критериям, чтобы стать его пусть фиктивной, но супругой и чтобы помочь ему завоевать азиатский рынок.
– Проходите, – холодный голос менеджера накрывает все пространство. – К белому столу, там есть карточки с именами.
В кабинет входят девушки, которых я отобрала для финала.
Высокие, статные, горделивые.
Номер Один. Светская львица с пятью миллионами подписчиков.
Номер Два. Профессиональная охотница за богатыми мужиками.
Номер Три. Модель с показами в Лондоне и Нью-Йорке.
Я не могу сдержать обреченную улыбку. Они так похожи, словно тюнинговали внешность у одного мастера. И они явно недовольны, что их сталкивают лбами. Девушки ждали отдельных гримерок.
– А латте долго ждать? – Номер Два вонзает палец в воздух и устало выдыхает. – Неужели это такая проблема?
Она выплескивает раздражение на самом слабом звене. Находит молоденькую девчонку, которая помогает со всякими мелочами, и окунает в свое пренебрежение, как в бескрайнее море.
– Да-да, конечно. – Та кивает с виноватой улыбкой. – Я сейчас узнаю.
– Надо не узнать, а поторопить, – не унимается Номер Два.
Мне становится противно.
– Меня не предупреждали о съемке. – Номер Три ловит за локоть менеджера.
– Несколько тестовых снимков, – бросает тот, нехотя отрываясь от сотового. – Вы подписали договор, вы уже согласились с условиями.
– Я думала, там было стандартное соглашение о неразглашении.
– Оно тоже было, – кивает менеджер.
Я откидываюсь на спинку и закидываю ногу на ногу. Меня пока не вызывают, так что можно только наблюдать. Стеклянная стенка исполняет роль буфера – я здесь, но в тоже время не участвую. Смотрю на всё как зритель.
Это даже любопытно.
Где еще увидишь подобное?
Следом приходит мысль, сколько всего занимательного и странного, на взгляд обычного человека, происходит в мире больших денег. Это если задержаться рядом с Макаровым, можно целую энциклопедию роскошной жизни составить. Да и он сам любопытный экземпляр. Миллиардеры не ходят ко мне на консультации, на улицах я тоже их не встречала.
А этот даже в свой личный кабинет пускает.
Мне становится смешно. Я развлекаю саму себя, чтобы не начать проверять новые сообщения от Артура. Потом поднимаюсь с дивана и подхожу к стене из стекла. Девушек успели рассадить по местам. Номер Один забрали на фотосъемку, а с другими двумя говорит менеджер. В ладонях Номера Два уже зажат стаканчик с заветным латте.
Я бы тоже не отказалась от кофе. Хотя мне сейчас лучше сделать ставку на зеленый чай… Я осекаюсь, улавливая шаги сзади. Они находят уверенной волной и подталкивают меня к неожиданному открытию. Я понимаю, что это он, даже не оборачиваясь.
– Не опоздал? – произносит Макаров, останавливаясь рядом.
Я бросаю на него короткий взгляд. Он смотрит строго перед собой, с ленивым интересом рассматривая большой кабинет. По его лицу невозможно угадать, доволен он или нет. Пришлись по вкусу девушки или с точностью до наоборот.
И забыл ли он мой утренний выпад? А то вдруг до сих пор точит на меня зуб.
– Только начали, – говорю, хотя на языке вертится другой ответ.
Как он может опоздать?
Да эти девушки тут неделю готовы сидеть, ожидая его прихода.
Они вынесут мозги всем вокруг, доставая капризами и ультимативными требованиями, но с ним будут медовыми созданиями. Эти девушки четко понимают, кто заказчик, а кто обслуживающий персонал.
– Брюнетка и две шатенки, – продолжает мой босс холодным тоном. – Почему нет блондинки?
– Меня не предупредили, что надо собрать новый состав Виа Гры.
Макарову приходится по вкусу моя шутка. Уголки его губ ползут наверх, но всего на мгновение. Он вновь становится хмурым и придавливает своей тяжелой энергетикой.
– Ну и что скажет психолог? – Он обводит подбородком кабинет и засовывает широкие ладони в карманы брюк. – Какая из них?
– Они одинаковые, – выдыхаю. – По психотипу.
– Что это значит?
– Это очень расчетливые тщеславные женщины. Они сыграют в любую игру за большие деньги.
– Я вроде бы просил скучную жену.
– А это разве не скучно? – Я пожимаю плечами. – Вы для них денежный мешок. Возможность полетать на частном самолете, побывать в дорогих отелях и ресторанах, похвастаться подругами и подписчикам, утереть нос бывшему, который в семнадцать лет сказал, что у нее большой нос. И дальше в том же духе.
– И снова “вы”, – замечает Макаров.
Это единственное, что он услышал?
– Мне сложно перестроиться. Но я буду стараться. – Я улыбаюсь корпоративной улыбкой.
Только вот моя любезность не производит на него никакого впечатления.
– Ты не любишь деньги? – неожиданно кидает он. – В твоих словах столько осуждения.
– Я люблю деньги. Но я не готова на все ради них.
– Уверена? – звучит с вызовом, который полыхает в его глубоких глазах огнем. – Или тебе никогда не предлагали достаточную сумму?
– Это вопрос о том, покупали меня или нет?
– Он самый.
– Он звучит оскорбительно.
– А если я накину за него миллион, он начнет звучать воспитанно?
Он наклоняет голову в мою сторону. И так смотрит, что я снова чувствую, что меня утягивает в темную глубину. В его глазах плещется что-то заманчивое и опасное, одновременно притягивающее и отталкивающее, как будто разбиваются полюса и высекают зеленые искры.
– Знаешь, что я еще заметил? – Он щурит глаза.
– Что?
– Ты блондинка.
Глава 8
Он касается ладонью моих волос.
Мягко, едва ощутимо и скоротечно.
Я не успеваю даже что-то сказать или отпрянуть, как потерпевшая. Только возмущение опаляет внутренности, заставляя брать глоток воздуха побольше, чтобы потушить локальный пожар.
– Пойдем. – Макаров усмехается, заостряя взгляд, а потом кивает в сторону кабинета. – Пора заканчивать с этим цирком.
Он совсем наглеет и переносит крепкую ладонь на мою спину.
Обжигает силой.
Сумрачной харизмой, которая бьет током.
Макаров подталкивает вперед, будто верит, что сможет спрятать хозяйский жест за правилом этикета – пропустить даму вперед. Меня так легко не проведешь. Я выворачиваюсь, скидывая ладонь босса, и ускоряю шаг. Я не против идти первой, только не надо брать меня под руку и направлять.
Я переступаю порог самостоятельно и тут же отхожу в сторону. Исполняю роль начинающего конферансье и отдаю все женское внимание Макарову.
Пусть купается. Ему явно не привыкать.
Вон как лица вспыхнули!
Новогодняя иллюминация в столице позавидует!
Всего один шажок секундной стрелки, и девушки уловили появление главного самца! Вот это профессионализм, ничего не скажешь. Радар на банковский счет работает безотказно.
Я обвожу взглядом финалисток и замечаю, как они преображаются. Их улыбки становятся ласково-грешными, а в глазах разливается сама нежность. Карамельная патока, которую сверху присыпали красным перцем. “Я буду послушной кошечкой, но в постели знаю много грязных фокусов”. Как рекламный слоган каждой из них.
– А я боялась, что нас обманули, – с деланым смущением щебечет Номер Один, обращаясь к Макарову.
– Почему? – баритон моего босса звучит холодно.
– В документах о неразглашении было название вашей компании. Я не поверила своим глазам. Слишком круто, чтобы быть правдой. – Она игриво закусывает нижнюю губу. – Я до последнего боялась, что это глупый розыгрыш.
– У меня нет времени на розыгрыши.
– Да, конечно, – она подстраивается под его тон и стирает улыбку с губ. – Вы слишком занятой человек, Алексей. Я понимаю.
Я все же решаюсь взглянуть на Макарова. Он должен быть доволен. Девушек я отобрала покладистых, такие не будут бросаться обручальными кольцами.
Но вместо довольного лица я встречаю пронизывающий взгляд Макарова.
Ну вот что опять?
Что не так?
И почему он смотрит на меня?
Он должен выбирать себе невесту, а не показывать обычному психологу, что до сих пор зол на нее за утреннюю выходку.
Неужели он такой злопамятный?
– Шалов, – Макаров подзывает менеджера и довольно хамски поворачивается спиной ко всем собравшимся.
Теперь только я вижу его холеное лицо. Я стою у самой стенки и могу любоваться на весь кабинет.
– Да, Алексей Дмитриевич. – Менеджер подходит вплотную к боссу.
– Нужно всех вывести прочь, – бросает Макаров.
– Прочь? – потерянно повторяет менеджер.
– Останется только Ирина.
– Ирина?
Макаров плавно отводит широкую ладонь в мою сторону.
– Ирина, – повторяет он жестче. – Я выбрал ее.
Выдох застревает где-то в горле. Я едва не закашливаюсь и делаю поворот к Макарову с одним-единственным желанием. Чертовски хочется, чтобы я ослышалась.
Что это вообще такое?
“Я выбрал Ирину”.
В кабинете есть еще одна девушка с таким именем?
Нет, конечно. Речь обо мне, и дураку ясно. Тем более господин босс указал на меня ладонью, как на вещь на прилавке.
Выбрал он. Вы посмотрите на него – начинающий рабовладелец, не иначе.
Я чувствую, что закипаю. В стрессовой ситуации я частенько начинаю злиться, но больше всего меня задевает самоуверенный вид Макарова. Не человек, а скала. Он всё решил и мысли не допускает, что у кого-то могут быть другие планы.
– Стоп, стоп, стоп. – Я делаю шаг к менеджеру.
Но того невозможно поймать. Он, как скоростной поезд, получил зеленый цвет и принялся раскручивать стрелку спидометра, ни на что больше не обращая внимания. До меня долетают его указания, которые накрывают весь кабинет командирским тоном.
– Так! Встреча переносится! – менеджер обращается к своим ассистентам, но так, чтобы слышали все. – Всем спасибо за сотрудничество, продолжим в другой раз!
Эвакуация занимает некоторое время.
Шепот, шорохи, раздраженные выдохи. Девушки держат себя в руках, потому что Макаров рядом, но их гневное разочарование можно почувствовать кожей. Я, во всяком случае, чувствую, я не обросла броней, как мой босс. Тому хоть бы что.
– Что это значит, Алексей Дмитриевич? – спрашиваю его, когда за спиной проходит фотограф с чемоданом на колесах.
– Тебя ждет повышение, – с непроницаемым лицом сообщает он. – Вот что это значит, Ирина.
– Повышение? Не хочу я повышение! Тем более на моем языке вертится другое слово.
Я умолкаю, давая простучать шпилькам. Девушек все-таки выводят, следом за ними спешат ассистенты с россыпью извинений. От этого сумбура начинает кружиться голова. Не рабочий день, а какой-то безумный аттракцион, где мне к тому же хотят навязать первый ряд.
– Нет, подождите! – звонкий голос вонзается в воздух. – Я это так не проглочу!
Номер Один рывком возвращается в кабинет. Правда, на босса ее запала не хватает: остатки разума не дают творить опасные глупости, поэтому девушка поворачивается ко мне.
– Ирина, – шипит она, запомнив мое имя. – Откуда ты только взялась?
Ох.
Приехали.
Она видит во мне соперницу, которая обошла ее на последнем повороте.
– Ты из агентства, да? Из того нового, где собирают убогих? – добавляет она тише и обдает таким ядовитым презрением, что мне хочется оказаться в защитном костюме. – Хитрая тварь…
Она на эмоциях поднимает ладонь, но Макаров реагирует раньше меня. Он вдруг оказывается рядом и сковывает ее запястье, сжимая его вместе с браслетами. И сжимает больно, девушка вскрикивает и начинает оседать вниз. Причем для оседания она выбирает стратегически точное место – прямиком на грудь Макарова.
– Шалов! – гремит Макаров. – Забери ее!
Он передает девушку подоспевшему менеджеру и вновь переключается на меня. Наклоняется, проверяя мое лицо и ладони, словно думает, что мне все-таки досталось.
– Очень милая уравновешенная девушка, – язвит он. – Отличный выбор, Ирина.
– С вами она была мила. – Я поднимаю лицо и встречаюсь с его зелеными глазами. – Я считаю, что отлично выполнила свою работу.
«А вы самодур», – хочется добавить, но во мне нет столько смелости и равнодушия в зарплате.
– Значит, отлично справишься и с другой, – давит Макаров.
Он серьезно, да?
Он же не думает отступать?
Мне на секунду становится дурно. Я вижу, что он не шутит, и даже больше – в нем прорывается мужская непоколебимая уверенность. Мне надо срочно пересмотреть свое поведение. Где-то я свернула не туда и начала привлекать к себе мужчин с собственническими замашками.
Я обвожу опустевший кабинет взглядом и пытаюсь немного выдохнуть.
– Мы подпишем договор на полгода, – давит Макаров. – Юристы оформят бумаги и объяснят тебе все пункты. Ты сыграешь роль, получишь деньги и будешь свободна…
– Мне не подойдут эти платья.
– Что?
Макаров не успевает за моей мыслью, так что приходится указать на напольные вешалки с дизайнерскими нарядами.
– Не нравятся? – хмурится он. – Не твой стиль?
– Я не влезу. Размеры слишком маленькие.
– Закажем другие.
– Я не умею позировать для снимков. – Я киваю на задник для фотографий. – Не умею смотреться органично, мило улыбаться, принимать правильные позы.
– Тебя научат.
– Но я не хочу учиться. – Я перевожу взгляд на Макарова. – Зачем вам я, Алексей? Что за каприз?
– Для разнообразия, – он усмехается и обхватывает меня за локоть, вынуждая повернуться к нему всем корпусом. – Сто тысяч в день.
Второй ладонью он касается моей шеи. Его сухие сильные пальцы проходят по коже, начиная путь от воротника моей блузки и выше. Выше. Я дергаюсь, но он усиливает напор и фиксирует меня на месте. Я оказываюсь в тесной коробочке, в которой не остается воздуха. Только его горячие выдохи.
– Сто тысяч в день за имитацию, – добавляет он с бархатными обволакивающими интонациями. – Без секса. Такие прикосновения – это максимум.
