Он широко улыбнулся и подошел ко мне, раскрывая объятия. Невольно сделала несколько шагов назад и замерла неподвижно, упершись в мебель за спиной.
– Не упрямься, Женя, – тихо, стараясь сказать настолько проникновенно, чтобы до меня дошло. – Быть моей женой – твоя судьба. Постарайся принять очевидный факт. Поверь, я не разочарую тебя и буду любить. Я не наш отец, относящийся к женщинам свысока, я вижу в тебе личность, и очень хочу, чтобы ты пошла мне навстречу. Нас будет двое, родных не только по крови, но и по душами. Жаль, не могу проводить с тобой больше времени, чтобы ты смогла узнать меня ближе, просто доверься и сделай шаг мне навстречу.
Замерев в нерешительности, опасливо посматривала на брата, и судорожно просчитывала свои действия. Отказ не остановит Бристана надолго, через неделю он даже спрашивать не будет моего согласия. С другой стороны, это всего лишь объятие, ни к чему не обязывает, зато притупит ревность мужчины к Отису, и он не будет косо смотреть на наши встречи. Кто бы мог подумать, что вместо того, чтобы радоваться браку, буду скрывать этот факт, опасаясь за жизнь мужа!
Сделала крохотный шаг к мужчине, и он обнял меня, облегченно выдохнув в макушку. Замерев в кольце крепких рук, ждала и боялась, что он попытается позволить себе большее. Но Бристан лишь прижал меня к своей груди, стараясь показать свои чувства. И неожиданно, находясь рядом с ним, страхи постепенно стали успокаиваться. Да, я не могла представить, что брат может стать мне мужем, но он родной человек, единственный кто понимает меня, поддерживает. Подчиняясь отцу с его идеями чистоты крови, он старается сделать так, чтобы я откликнулась на его чувства. О том, что он ко мне относится, как к желанной женщине, давно поняла. Бристан, только после объявления Раймоном Китрас о нашем браке, позволил себе откровенность в словах и взглядах, а перед этим держался холодно, словно боялся продемонстрировать испытываемые чувства. В какой-то момент мне стало его даже жалко. Состоявшийся некромант из хорошей семьи, богат, директор академии, пользующийся уважением учителей и адептов, влюблен в меня без надежды на взаимные чувства. Безответная любовь досталась Бристану, и я искренне ему сочувствовала.
Глава 4
Уходила из кабинета брата немного успокоенная заверениями, что в моем распоряжении есть неделя. Надо очень постараться за это время вызволить Димку и отправить друга домой, как оказалось в этом мире быть человеком очень опасно.
С другой стороны, взволнована чувствами Бристана, понимая, что теперь некромант ни за что не отступится. Он будет добиваться внимание с моей стороны, прилагая максимум усилий. Даже решил пойти на встречу и предложил Отису быть рядом со мной. Очень радовали перспективы, и одновременно тревожили – а что будет дальше? Как мне объяснить брату факт нашего брака?
– Женька! – ворвался в раздумья громкий окрик, и Зильга затрясла меня за плечи, – Жива? Директор с тобой ничего не сделал?
– Он нет, а ты запросто можешь сломать пару ребер, – недовольно заворчала на нее.
У снежной волчицы такая силища, что переломить хребет ничего не стоит. Хотя девушка и производила впечатление хрупкой, но тонкие руки вцепились в плечи мертвой хваткой. Боюсь, на теле прибавится синяков.
– Ой, прости! – сразу убрала руки снежная волчица. – Просто я перепугалась, когда заклинание взорвалось. Грохот, дым, взрыв магии, нейер Бристан схватил тебя, как тряпичную куклу, и ушел порталом. Ты бы видела вампира в тот момент! Глаза полыхнули магией, а с рук посыпались искры. Потом кинулся вон из аудитории, приказав нам убираться оттуда подальше. А он что?
– Кто? – переспросила, не понимая, о ком спрашивает подруга.
– Нейер Бристан, конечно, – ответила Зильга.
– Уволил вампира, – как не старалась говорить равнодушно, но в моем голосе послышалось злорадство.
На душе немного стало спокойнее оттого, что нейера Халена удалили из академии. Слишком много смертей произошло на его двух практиках.
– Потрясающий мужчина! – Восхитилась снежная волчица. – Ради тебя не побоялся обострить отношения с вампирами. Жень, а свадьба у вас когда? Или вы уже?
Любопытствующие глаза уставились с неподдельным интересом на меня, вызывая желание рассказать Зильге всю правду, но в последний момент сдержалась.
– Мы не торопимся, – ответила ей односложно.
– Бристан Китрас, – мечтательно протянула Зильга, – мне бы такого жениха.
– Зиль, – одернула ее.
Развивать неприятную тему не хотелось. Окружающие твердят в один голос, что брак между братом и сестрой норма, и переубеждать, доказывая дикость противоестественного союза, уже сил не было. Бесполезность попыток сказывалась, и я просто уходила от темы.
– С ребятами все в порядке? – спросила подругу, переводя тему.
– Мелкие царапины у тех, кого задело рикошетом. Да что с ними будет? – пожала плечами волчица. – Жень, у нас грандиозное событие намечается, – громким шепотом проговорила Зильга, стараясь напустить на себя таинственности.
– Какое событие? – невольно заинтересовала я.
Хотя приключений и стрессов было достаточно. Слишком насыщенная жизнь получалась в нехорошей академии. Каждый день что-то обязательно случалось. Вот и сегодня еще не убрали аудиторию после магического взрыва «Золотой змеи», как снежная волчица о новых событиях собирается рассказывать.
– Бал – это официальная традиция открытия начала учебного года, а вечеринка в таверне – это то, что нужно для адептов, где нет нейеров, не спускающих взгляд со своих учеников. Оторвемся?
– Нет, Зиль, – попыталась слабо улыбнуться. – Хватит с меня потрясений.
– Да, что может случиться? – Возмутилась подруга. – Хмель, танцы и никаких правил.
– Я все же откажусь, – покачала в ответ головой, стараясь усилить эффект от моих слов.
– Отказы не принимаются, – сверкнула на меня глазами Зильга. – Или ты хочешь, чтобы тебя до конца учебы подставляли все адепты?
– В каком смысле? – удивилась.
– Вечеринка по случаю начала учебного года – это традиция, где все адепты знакомятся и узнают друг друга. Если кто-то отказывается, то как бы подчеркивает, что некромантское братство для него ничего не значит. Такие становятся изгоями до конца учебы, да и после им трудно в жизни приходится.
Только этого мне не хватало! С родными не знаешь, как решить проблемы, а если еще и адепты на меня будут косо смотреть, то шансы доучиться сводятся к нулю.
– Меня Бристан не отпустит, – привела ей очередной довод.
– А ты ему не говори, – возразила волчица. – Он, конечно, за тебя переживает, вон, что в аудитории устроил. Значит, не за чем ему знать, что ты будешь отрываться на вечеринке. Тем более, что там будет весело и никаких неприятностей. Надо же иногда расслабиться и получать удовольствие от жизни, а не только поднимать мертвецов и отбиваться от их атак.
В чем-то с ее рассуждениями была согласна. Настолько насыщенная жизнь получилась в нехорошей академии, что хотелось пусть ненадолго, но позабыть обо всем.
– Бристан ко мне Отиса в охранники приставил, – произнесла я, внимательно следя за реакцией подруги.
Как она к этому отнесется, что по этому поводу думает и скажет?
– Еще один балл в пользу нейера Бристана, – вздохнула в ответ Зильга. – Ни один оборотень не позволит своей нареченной находиться поблизости к другому мужчине. У нас знаешь как собственнические чувства развиты?
В ответ кивнула, подтверждая, что отлично понимаю ее слова. Сама об этом постоянно думаю. Вдруг Бристан заревнует и передумает, упрячет в замке?
– Возьмешь Отиса с собой, тем более он тоже приглашен, – подвела итог нашей беседе Зильга.
Снежная волчица, не дожидаясь новых возражений, развернулась и пошла по коридору. Я смотрела на красивую и уверенную в себе девушку, замечала, какими взглядами провожают парни подругу и невольно улыбнулась. Столько ей пришлось пережить, а она идет словно королева и вокруг нее верные подданные. Зильга справилась с переживаниями и неприятностями, выпавшими на ее долю, и мне надо брать с нее пример.
Осмотрела потрепанный вид после взрыва в аудитории и вздохнула, нужно привести себя в порядок. Если волчице все равно, как я выгляжу, то для встречи с Отисом хотелось прихорошиться. В комнате прихватила смену белья и чистое платье, одно из тех, что Бристан передал, а затем направилась в душевые.
После водных процедур настроение улучшилось. Бристан дал отсрочку, за время которой мне необходимо что-то придумать. Вампира из академии выгнали, Хара мертва и не нужно опасаться нападения с ее стороны, а Отис, мой любимый метаморф, будет теперь со мной рядом постоянно. Жизнь, если не налаживалась, то, по крайней мере, входила в более спокойное русло.
Из соседних кабинок в душе, а потом в спальне девчонок слышалось возбужденное перешептывание. Все обсуждали новость про вечеринку. По традиции, как мне удалось невольно подслушать, веселый сабантуй среди адептов проводили вскоре после бала. Вроде как неофициально учебный год тоже считался открытым. Еще девчонки обсуждали парней, делая предположения и строя планы, с кем из них стоит познакомиться поближе. От их признаний и надежд на моих губах заиграла предвкушающая улыбка. Мы с Отисом будем снова вместе, бдительное око брата не сможет за нами следить (адептки были убежденны, что ни один нейер не в состоянии даже магически отследить своих учеников), так что танцы вместе с любимым – это был минимум, на который я рассчитывала. Думаю, оно того стоило, чтобы рискнуть неудовольствием Бристана, и принять участие в вечеринке. Теперь нужно встретиться с Отисом и услышать его мнение о вечеринке.
Однако Отис успел меня опередить. Едва направилась на поиски моего метаморфа, как встретила его входящим в гостиную.
– Я как раз собиралась идти тебя искать, – радостно улыбнулась и почти подбежала к парню.
– Тоже рад тебя видеть, – Отис придержал меня, стремящуюся обнять мужа, и выразительно показал глазами на диван, где сидели трое девчонок, с интересом рассматривающих нашу пару.
Вздохнула и смирилась.
– Жень, слышала о вечеринке? – спросил Отис, устроившись на диване в другом конце гостиной.
– Зильга рассказала, – подтвердила я.
– Вся академия гудит, – улыбнулся в ответ метаморф.
Меня к нему тянуло с невероятной силой, хотелось хоть подушечками пальцев дотронуться до его губ, дарящих обаятельную улыбку. Кажется, по взгляду парень понял, что творится со мной, и накрыл ладонью мои руки, сжатые на коленях.
– Женя, вечером будем только ты и я, – едва слышно прошептал парень, с намеком в голосе.
От воспоминаний и предвкушения, что может произойти сегодня между нами, сердце сладко замерло, а затем сильно застучало, щеки заметно потеплели. Глаза опустила, чтобы не выдать охвативших меня чувств. Метаморф слегка сжал мои руки.
– Я зайду за тобой, – шепнул Отис и быстро поднялся.
Когда вставал с дивана, парень нагнулся чуть сильнее и дотронулся губами виска. Получилось едва весомое касание, незаметное со стороны, а меня обдало жаром. Мой муж прекрасно понял мысли и чувства, испытываемые в его присутствии.
Оставшись одна, некоторое время сидела и пыталась вернуть себе спокойствие. На губах играла глупая улыбка, я буквально плавилась от счастья, позабыв на время трудности и проблемы нашего брака. Главное мы теперь можем быть много времени вместе, а на вечеринке потанцевать и пообщаться. Близко.
– Курс? – грозно спросили из-за массивной, деревянной двери.
Голос был недовольный и хриплый, и вообще узкое помещение внушало если не ужас, то отвращение. Скорее ужасное отвращение. Низкий потолок в длинном проходе неожиданно закончился преградой в виде двери и недовольного мужского голоса. Каменные полы, казалось, не мыли и не подметали с воскресенья господня, или, как тут говорят, со дня сотворения мира. Хотя в пику моим предположениям сбоку от двери стояло ведро, и даже ветхая тряпка свешивалась через бортик. Гнилостный запах пропавшей и давно не менянной воды подсказывал, что в емкости жидкость все же была.
– Не иначе хозяйка старается отвадить своего мужа от гулянок налево, – буркнула под нос, пнув ведро с протухшей водой.
– В каком смысле? – услышала меня волчица.
Давно заметила, если не хочешь, чтобы тебя услышали оборотни, то нельзя вообще ничего произносить вслух.
– Первому курсу дальше, – раздалось из-за двери с заметным опозданием во времени.
– Он так долго соображал? – спросила я своих спутников.
На что некроманты фыркнули и многие заулыбались в свете тусклых шаров под потолком.
– Ты хочешь интеллекта от зомби? – наклонившись ко мне совсем близко спросил Отис.
– Зомби? – Всполошилась я. – Может, нам не надо было сюда приходить? Тем более нам сказали, что первому курсу дальше.
– Жень, успокойся, – шикнула на взволнованную меня Зильга. – У него с дикцией проблемы, не только с интеллектом. Она хотел сказать – первому курсу дольше. Придется просто подождать.
– Здесь? – демонстративно оглянулась я.
– Слушайте, где вы ее нашли? Что она у вас такая нервная? То интеллект зомби не нравится, то вход в таверну? – высокомерно произнес стоящий рядом с нами вампир с первого курса.
– Ее два раза поднятые умертвия пытались убить, – попытался объяснить метаморф.
– Если она трусиха, пусть идет обратно. Боишься мертвецов – не поступай в Академию некромантии, – резко возразил беловолосый кровосос.
– Будто у меня был выбор, – снова буркнула себе под нос и переступила с ноги на ногу.
Сколько еще ждать? Сыро, грязно. К такой обстановке мне не привыкать, разные подвалы на моем веку бывали, но компания вампиров и зомби за дверью напрягали.
– Жень, а что ты говорила про хозяина, которого жена не пускает налево? – спросила Зильга, сделав в тесном коридоре шаг в мою сторону.
– Да есть одна примета, – неохотно стала говорить подруге, объясняя свои знания.
В нашем мире одно время очень популярно было направление в устройстве помещений, «Фен-шуй» называется. Директриса в детском доме настолько им увлеклась, что заставила веками стоящую совдеповскую мебель переставить по направлениям сторон света. Помню, как мы сначала веселились, а потом кряхтели, перетаскивая шкафы, поминая всех фен-шуистов добрым словом.
– Какая? – волчица вцепилась в меня, как репей в собачий хвост.
– Если есть подозрения, что муж погуливает, надо поставить ведро с водой у выхода, причем с левой стороны, – пожав плечами, ответила ей.
Я особо не верила в учение даосов, а директриса всерьез увлеклась. Сначала она переставила мебель, потом бодренько пробежалась по всем помещениям со звоночком, особенно стараясь громко звякнуть в темных углах комнат, а затем села в актовом зале в позе лотоса, посадив напротив себя «денежную лягушку», как она это называла, порезала зачем-то апельсины кружочками и запела «ОМ-м-м-м». С тех пор у меня Фен-шуй всегда ассоциировался с запахом апельсина, колокольчиковым звоном в ушах и надоедливый звук «ОМ».
Директриса объяснила, что ее инициатива основана на серьезных учениях и обязательно должна помочь выбить деньги на ремонт крыши. Спонсоры нашлись, о чем нам радостно сообщила воодушевленная женщина, хотя до этого она два года писала заявления и ходила на поклон к предпринимателям. Директриса была убеждена, деньги пришли благодаря денежной лягушке и ее пенью под звук колокольчика.
– Помогает? – немного подумав над «приметой», спросила Зильга.
– Не проверяла, – улыбнулась ей. – Но судя по запаху из ведра, хозяин заведения давно налево не ходил.
В ответ Зильга чуть потянула носом воздух и недовольно фыркнула, а потом от всей души чихнула.
– Вот зачем ты мне про ведро сказала? – обиженно спросила подруга, отирая слезы с глаз.
Ответить ей не успела, дверь чуть приотворилась, и на нас глянул глаз. Именно так. Вынырнул в узкую щель и внимательно осмотрел нашу многочисленную компанию, потом подлетел ближе, и начал осмотр. Некоторых разглядывал чуть дольше, другие не удостоились внимания. От ужаса, что вижу перед собой один глаз ни с каким телом не связанный, размером с приличное яблоко, прижалась к Отису. Но именно едва заметное движение привлекло внимание зрительного органа. Он мелькнул между стоящими адептами и завис напротив нас.
Странно и жутко смотреть на глазное яблоко, полностью лишенное век и ресниц, усеянное черными прожилками вен.
Глаз покачался перед нами. Создалось впечатление будто он раздумывает о нашей паре, а затем, потеряв всяческий интерес, улетел на осмотр остальных адептов. Я едва заметно выдохнула, Отис пожал мою руку, а вампир, прежний собеседник подарил мне ехидную клыкастую улыбку, от которой пробил озноб. Никогда не смогу привыкнуть к мысли, что кровососы реально существуют. Даже фильмы с их участием не смотрела, предпочитая обычное фэнтези или классические боевики.
Как только осмотр закончился, орган зрения, полностью лишенный материального тела, юркнул обратно в щель между дверью и косяком, и оттуда раздалось прежним недовольным, мужским голосом:
– Идите отсюда.
Поняв, что зомби снова перепутал слова, один из вампиров, стоявших первым, потянул скрипучую дверь и широко распахнул. Нам по глазам ударил яркий свет, а нос защекотало аппетитными запахами.
– Заходим, заходим, – заторопился Этрин Норт, потянув носом воздух. – За пару отбивных, что жарятся сейчас на открытом огне, готов хоть сейчас обернуться и «послужить».
Его воодушевленные слова приободрили меня и многих растерявшихся. Мы шагнули в гостеприимно распахнутую дверь, рамка которой вспыхивала зеленым цветом, когда кто-то из адептов перешагивал порог.
– Сканируют и запоминают, чтобы потом всех обратно выдворить на учебу, – хохотнул кто-то из оборотней.
Мы были первокурсниками, но у многих в Академии некромантии учились старшие братья и сестры, да и родители тоже, потому обычаи знали практически все.
– Так ты сильно не напивайся и не нужно будет «наблюдателю» тебя разыскивать по темным чуланам, – в тон оборотню отозвался довольно ощерившийся зубами вампир.
