Саша сомневалась лишь мгновение, а потом пристроилась к нему. Ногами прижалась к бокам. Руками взяла его за плечи. Они ощущались костлявыми, но могучими. Ее слабые пальцы вцепились в его сильные мышцы, и парень рванул, как подстегнутый мустанг. Брызги от его махов летели в Сашу пулеметной очередью. Она не успевала уворачиваться и боялась, что захлебнется, даже если плыла над водой. Скорость он набирал быстро и к концу так разогнался, что ей казалось, она сейчас улетит прямиком в стену, не бассейна, а всего зала. Набранной мощности должно было хватить для такого полета. Но Золотов вовремя остановился, упершись рукой в бортик. Саша даже не дернулась, но от страха закричала и запустила когти в его костюм.
– Сань, мне, вообще-то, больно, – прошипел парень.
– А? Прости.
Девушка не сразу осознала, что они остановились. Поморгала, стряхнула воду с лица. Волосы промокли насквозь. Пучок держался на соплях. А сердце билось с неимоверной радостью, восторженной и детской. Это был классный аттракцион.
– Вау, – выдохнула она, наконец.
Золотов не дал ей расслабиться.
– Погнали.
Саша хваталась за него уже на лету в панике с визгами. За собственными воплями почти не слышала смеха окружающих. Ее несло напролом, как на моторной лодке, хотя на такой лодке она никогда не каталась и не знала, что это были за ощущения. Сейчас представлялось именно так.
Зацепившись за его шею крепко и прильнув к его спине всем корпусом, девушка почувствовала себя увереннее и стала кричать уже от восторга, а не от страха. В последний раз ей было так весело много лет назад, когда они семьей летали в Турцию. Там папа также катал ее в море. Здесь пространства было гораздо меньше. Дорожка очень быстро заканчивалась, но именно поворот и доставлял самый классный эффект, когда казалось, что стена неизбежна, а она вдруг пропадала и сменялась мягкими волнами.
Накричавшись вдоволь, Саша сама попросила Золотова остановиться. В нем было столько сил, что даже дыхание не сбилось.
– Я больше не могу, – она чуть ли нутро не выдохнула вместе с воздухом.
Девушка заползла на берег, как ящерица, сперва затащила пузо, затем конечности. Золотов смеялся, оставаясь в воде.
– Утомилась, бедняжка.
– Я давно так не кричала, – теперь сама рассмеялась.
– Ты почти невесомая, – он поднял очки на лоб и облокотился на борт. – Я-то надеялся на хорошую нагрузку.
– Ну, извини, что не оправдала ожиданий, я не готовилась.
Саша не могла подняться, развалилась на полу. Сил хватило только на спину перевернуться.
– Отдыхай, я, наконец, нормально поплаваю.
Парень быстро пропал в воде. Вынырнул ближе к середине дорожки. Руки, как лопасти корабля, загребали воду, а выгребали множество брызг. Саша смотрела ему вслед с улыбкой. Ни о чем не думала. Просто смаковала веселость, которая еще разжижала кровь. И карамельную влюбленность, которая травила сердце.
– Что все это значит? – возникла над ней Миронова.
Саша повернула голову к потолку и увидела, как сильно выпирает круглая грудь из плоского живота. Снизу это выглядело не очень эстетично. И промежность, в которую закутывался купальник, тоже. Саша быстро села, чтобы больше не наблюдать эту картину. Ее окружили Варины подружки.
– Почему все выглядит так, будто вы встречаетесь?
Тоня была права, Саше нравилось утирать нос Мироновой. Да еще на глазах у всех. Быть той единственной, которую выбрал самый классный парень в обход остальных красавиц, даже если они были объективно эффектнее ее. Тем более если так. Гордыня, которая в ней редко проявлялась, оказалась приятным чувством.
– Не знаю. Он просто решил меня покатать, – Саша развела руками и положила подборок на согнутую в колене ногу.
Щеки опять выдавали смущение, но стыдно ей не было.
– В жизни не поверю, что он мог в тебя втюриться, – Миронова приподняла бровь и скрестила руки. – На публику играете?
Саша вздохнула. Сама забыла про их уговор. Сбоку раздался всплеск. Золотов вынырнул и остановился.
– Привет, Илья, – кокетливо заулыбалась Миронова.
– Привет, – он оглядел всех четверых стоящих девушек и опустил вопросительный взгляд на Сашу.
Она только стянула уголки губ вниз.
– Кажется, ты отдохнула.
Схватив ее за руку, парень утянул Сашу в воду. Она не сопротивлялась. Лишь посмотрела на Миронову победоносно и опять забралась ему на спину. Очень быстро они оказались на другом берегу и не стали сразу возвращаться. Девушка снова вылезла из воды.
– У нее парень есть? – спросил Золотов, глядя на Миронову, которая гордо шагала к раздевалкам.
Саша растерялась. Он задал вопрос так, будто интересовался не из праздного любопытства, а для определенной цели. Сердце больно екнуло.
– Ну, вообще, был вроде, – ответила честно, следя за плавными движениями крепких ягодиц соперницы. – Но, может, они уже расстались. Я не знаю.
– Почему-то мне кажется, что ты все про всех в группе знаешь, – Золотов усмехнулся.
– Не все. И не про всех, – она отвернулась. – По крайней мере, про их расставание не слышала.
Пару секунд молчали. Парень не уплывал. Все еще следил за Мироновой, пока та не скрылась в женской раздевалке.
– Вообще, сам у нее спроси. Уверена, она охотно ответит.
Золотов хмыкнул.
– Если тебе нужен стимул для подката, то, по-моему, ты явно ее заинтересовал, – Саше необъяснимо хотелось подбить его на что-то, откровенность или действия. Просто ревность толкала на глупости.
– Спасибо за поддержку.
Он снова нырнул и уплыл под водой. Не выплывал до самого противоположного берега. Саша на мгновение испугалась, не задохнется ли. Однако широкая грудь хорошо запасалась кислородом. Даже сильной одышки после долгой задержки не было.
Весь следующий час Саша не погружалась в воду. Следила за тем, как Золотов плавает туда-обратно. Девчонки поглядывали на него, потом на нее и не решались подходить. Она его, действительно, спасала от навязчивого внимания. И тосковала, что только эту функцию и выполняла. «Или не только. Наверное, я еще его приманка для Мироновой», – догадка расстраивала.
Когда бассейн опустел на три четверти, оставив только тех, кто пришел реально заниматься, Саша решила еще поплавать. Ей все равно нужно было ждать, когда Золотов накупается вдоволь, чтобы взять у него интервью. Она подумала, что после плавания он будет в самом лучшем расположении духа и, возможно, о чем-нибудь проговорится.
Он на нее уже не обращал внимания. Плыл без остановки и выныривал редко. Саша плавала в другом углу, пыталась повторять махи рукой, но выходило слабо. Ни скорости набрать не могла, ни даже толком удержаться на поверхности. Быстро вернулась к привычному своему стилю – барахталась по-собачьи.
Золотов, действительно, вышел из воды в хорошем настроении. Выглядел расслабленным и легким. Его пришлось выгонять. Физрук и так позволил поплавать аж до половины десятого.
Саша успела принять душ и одеться. Ждала его на скамейке у выхода. Золотов на ходу застегивал пуховик.
– Ну, как? – она кивнула на него, вспомнив вчерашний стояк. – Сегодня тоже сработало?
Парень посмотрел на себя с усмешкой.
– Сегодня нет. Я все-таки не фетишист.
Он вышел первым и придержал для нее дверь.
– Зачем ты меня ждала?
– Как зачем? Для интервью, – возмутилась Саша, хотя сама сомневалась в правдивости ответа. Ей просто нравилось с ним быть. И расставаться не хотелось.
Они прошли по узкому коридору, ведущему из здания на улицу.
– Уже поздно. И ты должна мне скинуть список вопросов заранее, а я выбрать те, что меня устроят, – он посмотрел ей в глаза. – Лучше завтра. После пар, например.
Саша выдохнула. Не рассчитывала на его собранность.
– Хорошо.
– Вопросы тогда жду сегодня.
Он показал смартфон, намекая на телеграм.
– Приеду домой, вышлю.
Двор они пересекали молча. Золотов что-то искал в телефоне. Саша просто шла рядом. У ворот, когда он уже попрощался, она его остановила.
– Можно один вопрос сейчас задать? Это не для интервью.
– Ну, попробуй.
Девушка пыталась поймать его взгляд, но парень поглядывал на дорогу, которую освещали редкие фонари. На перекрестке пока горел красный, машины скопились у светофора. Оставалось всего пятнадцать секунд до зеленого.
– Зачем ты отдал мое печенье Мироновой?
Золотов перевел на нее недоуменный взгляд. И ответил невозмутимо:
– Я просто поделился с ребятами. У меня непереносимость глютена, всего мучного. Это наследственное, поэтому дома такое никто не ест.
Саша протянула немое «Ааа», приоткрыв рот, и закачала головой.
– Извини, я как-то не подумала…
– Да ничего.
– Мог бы сразу сказать и отказаться.
– Тебе печенья жалко на Миронову? – он заулыбался.
Мимо стали проноситься автомобили. Саша замотала головой и отшагнула.
– А, да нет, конечно. Просто… ничего.
Помахав ему рукой, она развернулась всем корпусом в сторону метро и нерешительно двинулась. Золотову пришлось ждать, когда поток машин остановится. Когда он скрылся в тени арки, Саша зашагала в привычном темпе.
Еще в вагоне она набросала вопросы, большую часть взяла из плана, который ей выслала Лена Афанасьевна, удалив те, что касались ухода из профессионального спорта. И добавила парочку своих, левых, об увлечениях и альтернативных планах на жизнь. Список выслала ему личным сообщением в телеграме. Он их так и не прочитал. Девушка еще долго лежала в кровати и смотрела на галочки, но они не меняли цвета. Так и заснула с непонятной тревогой на душе.
Эпизод 5. Лямбда
– О вашем романе уже легенды ходят! – восторгалась Тоня, когда они вышли за кофе в ларек на углу после первой пары.
Саша засмеялась, чуть не выронила деревянную палочку, которой размешивала корицу. Катя с усердием вставляла трубочку в крышку.
– Это было понарошку, – пояснила Саша и уже протянула руку помощи подруге, но та оттянула стаканчик на себя – любила демонстрировать самостоятельность.
– Ну, знаешь… очень романтично, – Катя, наконец, воткнула трубку и причмокнула первый глоток какао. – У меня первая любовь такой романтичной не была.
Тоня усмехнулась и так крутанула головой, что бижутерная стрекоза чуть не вылетела из косы.
– У меня никакая любовь такой романтичной не была!
Саша румянилась, глядя в небо. Опять оно стояло ясным. Солнце еще поднималось. Но его тепло всюду ощущалось. Снег таял на глазах. Превращался в густую слякоть.
– Это вообще не любовь. По крайней мере, не с его стороны, – последние слова Саша произносила тихо.
– А с твоей уже да? – Тоня загорелась, улыбку сдерживала, на щеках появились ямочки.
Катя подняла брови. Саша резко опустила плечи и потупила взгляд в стаканчик.
– Да блин! Как перед таким устоять. Особенно после… этого… всего.
Она направилась медленно к зданию университета, потому что пара начиналась через пять минут.
– Я его только два дня знаю, конечно. Но… он не такой, как на первый взгляд. Не такой заносчивый, по крайней мере.
– Ой, ну все, точно влюбилась, – захихикала Катя. Тоня ее поддержала.
Саше было не до смеха.
– Но это как всегда… я в итоге окажусь на обочине. Или уже там. Он вчера интересовался, есть ли у Мироновой кто-то.
– Серьезно? – Тоня быстро меняла выражения лиц, сейчас скисла и глотнула латте. – Да блин. Ну, почему опять Миронова? Что других красавиц в универе нет?
– Ну, она объективно самая привлекательная, – Катя звучала рассудительно.
Саша с ней согласилась. Законы природы действовали непроизвольно. Альфы встречались с альфами. А Саша сама себя относила максимум к лямбдам, для других могла и вовсе быть омегой.
В холле у входа подруги наткнулись на компанию из Мироновой, ее подружек, лакеев и Золотова. Все смотрели на информационный стенд. Вверху висело новое объявление о традиционном ночном катании на коньках в ледовом дворце в честь дня студента.
