– Стать леотой того, кто мне омерзителен, – это не та жизнь, о которой я мечтаю.
Конечно, сейчас я имела в виду Кадана Гарда. А уж о притязаниях Двэйна Ардера Броне лучше не знать.
– Мечты! – всплеснула руками «матушка». – Ты ещё можешь говорить о мечтах – в таком-то положении! Нас скоро пустят по миру. И мы должны действовать на опережение. Завтра к нам приедет тот, кто хочет выкупить все наши убыточные активы.
– Только не говори, что это…
– Ну и что? – сразу возмутилась Брона. На опережение, видимо. – Если Уэн Мактал единственный, кто желает это сделать!
Я встала, отряхивая подол.
– Об этом не может быть и речи! Я поговорю с отцом, и мы решим, что делать! Ты наверняка даже не советовалась с ним!
Брона закусила губу и опустила очи долу. Значит, я права.
– Ему сейчас лучше не волноваться. Сердце… – перешла она к последнему аргументу.
– Когда он узнает, что ты решила отдать его дело Макталу, ему точно станет хуже! Я этого прохиндея с лестницы спущу, так и знай!
А не хватит сил, что вряд ли, – спустят мои охранники. Они парни крепкие. Даже сейчас Киф и Лью стояли неподалёку, у лестницы. Разговор не слушали, но присматривались. Видимо, чтобы я снова не испарилась.
– А это кто? – Брона на них покосилась. – Такие лбы! За какие деньги я их кормить буду?
– Дорх Ардер выделил средства на их проживание на всё время, пока я буду здесь, – парировала я. – Пусть слуги, кто ещё остался, подготовят для них комнаты!
Конверт с деньгами для всей моей «свиты» Двэйн тоже отдал мне – правда, через служанку. Видимо, чтобы мне не пришло в голову отказаться и от них. Но тут у меня вопросов к претемнейшему не возникло. Зря он волновался.
– Постой-постой! – не поняла Брона. – Почему дорх Ардер, а не Кадан Гард?
Не ответив и последний раз взглянув на пристыженную «матушку», я отправилась в комнату к Молану.
Тот не разлёживал в постели, но из спальни выходил только на балкон. Лекарь рекомендовал ему не нагружать сердце: оказалось, пока я разбиралась с поездкой, у него всё же случился приступ.
– Наконец ты приехала! – Он, кажется, и правда был рад. – Я отправлял письмо! Ты получила? И дорху Ардеру я ответил. Он…
– Когда я уезжала, он, кажется, не получал от тебя никаких писем. – Я присела с ним рядом – на соседнее кресло у приоткрытого окна. – Странно…
Мелькнула нехорошая мысль, что кто-то эти письма мог перехватить. Может, сама Брона.
– Я, признаться, был удивлён, – слегка ошарашенно улыбнулся Молан. – Не думал, что Дорх Ардер предложит мне разобраться с закрытыми Вратами. Ведь он вёл дела с Макталом.
Я кивнула служанке, которая принесла нам чай.
– Честно говоря, я и сама не знала…
А претемнейший тот ещё интриган!
– Это рискованно с его стороны.
Что есть, то есть. Положиться на полуразорившегося дельца, о котором молва только и твердит, что он неудачник.
– А ведь знаешь, я уже поверил, что мне повезло! – заговорщицки произнёс Молан. – До того мига, как случилось всё это. Мы, кажется, вышли на след крупной жилы солида!
– Правда?! – Я едва не поперхнулась чаем. – Для этого ты взял ссуду?
Молан тут же помрачнел.
– Я не хотел, чтобы ты узнала. Думал, моя удача всё покроет. Но работы длятся дольше, чем я планировал, и мы почти израсходовали все средства. Жилы пока нет, но я уверен, что она уже близко!
Я вздохнула. Вот так всегда. Это не первая жила, за которой гонялся «отец». И если Уэн Мактал мог позволить себе зарабатывать на множестве не слишком богатых месторождений и закрывать совсем негодные, Молан вынужден был работать с тем, что есть. Средств отхватывать чужие рудники у него не было.
– Если это и правда так, – я решила оставить сомнения при себе, – то это же прекрасно! А что же насчёт Врат? Ты согласен взяться за них? Нам нужно изучить повреждения, разобраться в конструкции и решить, не могли ли они стать местом утечки Хаоса.
– Если бы речь шла о любых других вратах, Эйли, – вздохнул Молан, – я бы согласился без раздумий. Но тут… Нет.
Так-так! А вот этого я не ожидала!
И даже растерялась на пару секунд. Кто бы мог подумать, что довольно почётная просьба Привратника вызовет у опального аристократа не энтузиазм, а скорее наоборот.
«Еся, сейчас самое время всё выяснить! – подбодрил меня Гугл. – Как бы он ни отпирался, не верь. Он точно что-то знает! И с его знаниями нам будет легче с этим всем разобраться».
Что ж, раз надо напирать, будем напирать. Лишь бы Молана до нового сердечного удара не довести…
– Ты боишься, да? – Я заглянула в его бледное лицо.
«Отец» посмотрел на меня, и его черты вдруг ожесточились.
– В чём ты сама меня подозреваешь?
– Я подозреваю, что о делах дяди Бриана ты был осведомлён лучше, чем хотел показать. И верю, что ты сможешь помочь мне с одним заклинанием, что я увидела на арке Врат. Ведь ты маг земли.
– Ты была там?! – едва не крикнул Молан.
И мне стало немного страшно за его самочувствие.
– Так получилось. Я не собираюсь тебя осуждать. Просто хочу выяснить…
Я схватила листок, который лежал на столике рядом, вынула перо из чернильницы и принялась записывать символы заклинания. Гугл подсказывал мне визуальные образы, словно бы транслировал их перед моими глазами. Руки почти сами собой выводили плавные завитки древнего языка. Когда я закончила, сама поразилась тому, что выдала.
Молан так вообще, кажется, пребывал в тихом шоке. Но ладно хоть в сознании.
– Ты что, и правда видела его?
– Я же унаследовала силы дяди, разве ты ещё не понял?
– Знаешь ли, раньше ты выказывала очень скромные способности в магии, – вдруг возмутился «отец». – Я уж обрадовался, что тебя миновала эта участь – быть носительницей этой… силы. А скорее проклятия. – Он ткнул пальцем себе в висок. – Что ты поняла об этом заклинании?
Его тон стал назидательно-строгим, словно он принялся меня экзаменовать.
– Что оно разрушительное. И, наверное, направленное на то, чтобы запереть Врата навсегда, – предположила я.
– Нет, – фыркнул Молан. – Оно несёт в себе энергию разрушения, верно. Но разрушает те чары, что уже были на Вратах. Иными словами, оно было способно открыть Врата снова. Но почему-то не вышло.
– Ну вот! – Я невольно улыбнулась. – И стоило отпираться!
Но лицо «отца» осталось мрачным.
– Я не просто знаю «что-то» об этом заклинании. Я его создал.
«А я его недооценивал, – задумчиво изрёк Гугл, присаживаясь на спинку кресла Молана, как будто собирался клюнуть его в затылок. – Его вообще все недооценивали. И, похоже, как бы печально это ни было, его сослали не зря. Если взглянуть со стороны тёмных, конечно!»
Я и сама едва челюсть подобрала. Мысленно.
– Как это вышло?
– Не думаю, что тебе стоит знать. Так будет безопаснее.
– Перестань. Безопаснее для меня будет узнать как можно больше!
– Что за странное рвение? Жила ведь спокойно! – Молан встал и прошёлся по комнате.
Я дала ему время слегка остыть.
– Не хочешь вмешиваться в это… Я могу действовать сама, а о твоих подсказках никто не узнает!
Молан меня как будто не слышал: молчал и смотрел в окно.
– Он говорил точно так же… – Нет, оказалось, всё же слышал. – «Я всё сделаю сам. О твоём участии никто не узнает». Я изучил структуру Врат так детально, как только мог. Поднял документы и хроники. Я не знаю до сих пор, где они находятся, но знаю о них всё. И если бы моё заклинание сработало, наверное, сейчас всё было бы по-другому.
– Мы не знаем, как было бы, – я вздохнула, – но сейчас мы вынуждены действовать. Следы сбежавшего Хаоса ведут в те Врата. И чтобы от него избавиться, их придётся открыть.
Молан обернулся, посмотрел на листок, а затем подошёл и сгрёб его в кулак.
– Я подумаю над ним. Ещё раз. И если найду решение, скажу тебе.
– Спасибо! – Я подскочила, обняла его и, не удержавшись, чмокнула в щёку.
Остаток дня ушёл на то, чтобы вновь обустроиться в комнате, от которой я уже слегка отвыкла, рассказать Броне все новости и выслушать всё о том, что творилось здесь. Правда, все мои наводящие вопросы о письмах Молана и о том, что их в Гитморе никто не получил, она прокомментировала только универсальным «не знаю», которое сопроводила совершенно невинным хлопаньем ресницами.
К вечеру я так устала от трескотни, смешанной с аккуратными упрёками «маменьки», что завалилась спать раньше всех.
И хорошо, что отдохнула и успокоила нервы, потому что сразу после завтрака меня оглушило самым неприятным визитом, какой можно было придумать. А ведь я понадеялась, что Брона благоразумно его отменит!
Как бы не так! Я уже собралась было ехать на рудники, даже с лестницы спустилась, обматывая вокруг шеи шарф, как едва не слетела с последней ступеньки, увидев, что «матушка» вполне радушно встречает на пороге треклятого Уэна Мактала.
– Доброе утро, лиэса О’Кин! – поздоровался он так елейно, что меня едва не стошнило прямо на ковёр.
– Было доброе…
Я уничтожающе посмотрела на Брону, но она сразу предпочла сбежать.
– Распоряжусь насчёт чая! – донеслось издалека, как только она скрылась с глаз.
– Лучше насчёт яда! – бросила я ей вслед.
– Что же вы так со мной неласковы, – протянул Уэн, проходя дальше.
Совершенно по-свойски он отдал пальто и зонт слуге, а затем, стряхнув лёгкую влагу с брюк – на улице ещё с ночи накрапывало, – расположился на диване.
Вот же нарисовался, не сотрёшь. И разговаривать с ним не хочется, и оставлять его наедине с Броной опасно.
– А с чего мне быть с вами ласковой? Вы ничем это не заслужили. Тем более попыткой решить выгодные для вас вопросы в обход отца.
Я подошла и опустилась в кресло напротив.
– Вы сами должны понимать, что сейчас ваш отец не может управлять делами, – развёл руками Уэн. – Но и ваша матушка, к сожалению, не имеет к ведению бизнеса совершенно никаких способностей. Думаю, вполне разумно для вас наконец избавиться от тех забот, что довели Молана до такого состояния. Столько переживаний, неудач – любой заболел бы! А если вы переживаете за финансовое положение семьи, то моё предложение женитьбы остаётся в силе. Я готов ждать столько, сколько потребуется.
Я выслушала его, чувствуя, как огонь нетерпеливо перекатывается под кожей.
– Вы ошибаетесь. Пока я отвечаю за дела отца, не продам вам даже разбитую вагонетку с рудника, не то что какую-то там долю.
Пока Уэн обдумывал мои слова, я позвала служанку и тихо попросила её добавить в чашку с чаем господина Мактала одно очень действенное средство. Она удивилась, конечно, и даже, наверное, испугалась. Но здесь хозяйкой – пусть и младшей – была я. Так что ей осталось только послушаться.
– Если вы будете упрямиться, только продлите все эти неприятные процессы, – продолжил делец. – Знаете что… Я много думал об этом. И готов оставить за вашим отцом место управляющего. Конечно, когда он полностью восстановится после болезни.
Крайне широкий жест. Но направленный скорее на унижение достоинства Молана, потомственного аристократа, владельца обширных земель, с которых его прогнали. И довольно сильного, как выяснилось, мага.
– Всё переменчиво. – Я пожала плечами. – Особенно удача.
– В вашем случае проще закрыть рудник.
Голос Уэна стал жёстче. И у меня прямо-таки открылись глаза! Это же его личные планы! Закрыть рудник Молана сразу после получения контроля над ним. А куда пойдут рабочие? Что будет с их семьями?
Служанка принесла чай. Затылком я ощущала взгляд Броны, которая подсматривала за нами из какого-то закутка, но опасались выйти и присоединиться к разговору.
– Я заплачу самую щедрую цену, лиэса О’Кин, – продолжил Уэн, отпив из своей чашки. – Из уважения к вашему отцу, который всё это время проявлял огромную стойкость. И из самых сильных чувств к вам.
Он многозначительно улыбнулся. Я улыбнулась тоже, наблюдая, как он допивает чай. Через некоторое время его накроет волной крайне волнительных ощущений!
– Ваши чувства совершенно меня не беспокоят. Как и ваши подачки.
– Рассчитываете на покровительство Двэйна Ардера? – Уэн приподнял брови. – Я знаю, что дело изучения старых Врат он решил отдать вам. Но у вас ни знаний, ни опыта ведения подобных дел. Впрочем, скоро он и сам поймёт, что это решение было опрометчивым. Я об этом позабочусь.
– Спасибо за предупреждение. Я буду готова.
Уэн побледнел, вытаращив на меня глаза. Я и сама поражалась своей смелости.
– Вы просто слишком много воображающая о себе девица, – не выдержал он.
– В таком случае, ваши притязания на меня с этого момента я считаю пустым капризом. – Я встала, собираясь уходить.
Мои охранники уже появились в гостиной – удивительно бесшумно! – и встали неподалёку, ожидая и наблюдая.
– Эта игра становится всё занимательнее. Боюсь, в ней вы проиграете. Следующая партия уже за мной. Акционеров вам не удержать, – ядовито процедил Уэн.
Затем задумался, словно бы прислушиваясь к собственным ощущениям, и до слуха донеслись глухие звуки его бурного пищеварения. Он сразу заволновался, но не встал, а только вжался в диван, нервно шаря взглядом вокруг.
– Это мы ещё посмотрим. А теперь прошу покинуть мой дом. Вам здесь не рады. Лэсы, – я взглянула на охранников, – прошу проводить господина Мактала.
Они переглянулись и, пожав плечами, подошли. Разом подхватили Уэна под мышки и, перетащив через спинку дивана, повели к двери.
– Что вы себе позволяете! – возмутился тот с совершенно неподобающей истерикой в голосе.
Его вопль прервался очередным утробным звуком бурления в животе.
Я подошла к окну, чтобы насладиться видом «выноса тела». Уэна неласково проводили с крыльца вниз, толчком в спину вынудили отдалиться на несколько шагов, а затем только бросили ему в руки пальто и зонт.
Стекло отгородило меня от звуков его негодования, которые наверняка далеко разносились по улице. Однако, видя, что это не приносит плодов, и чувствуя, как тело предаёт его, требуя скорейшего визита в уборную, Мактал таки торопливо забрался в экипаж и укатил прочь по засыпанной опавшей листвой аллее.
– Я сам не справился бы лучше! – вдруг раздалось с лестницы.
Я обернулась. Молан стоял наверху, держась за перила. Чувствовал он себя по-прежнему не слишком хорошо, но наш разговор с его давним противником, видно, поднял ему настроение.
– Боюсь, это было несколько грубо… – я усмехнулась.
– В самый раз. К тому же некоторые причуды и капризы вполне можно простить столь очаровательной лиэсе. – «Отец» хитро прищурился и пошёл обратно к себе.
Я же наконец выехала на рудники. Сегодня много дел.
Глава 5
Двэйн Ардер
Первая попытка добраться до Врат Феникса вышла неудачной. Лес оказался настолько непролазным, что даже тёмная магия не могла пробиться сквозь эти лютые заросли. Двэйну пришлось проламываться сквозь густо переплетённые дебри самому, а отряд стражи, прихваченный из Гитмора на случай непредвиденной опасности, только растерянно тащился следом.
Даже наломав веток на год отопления замка вперёд, удалось продвинуться не так уж далеко. Лес словно бы зарастал следом, и возвращаться приходилось с таким же трудом.
– Это просто какой-то кошмар! – Двэйн откинулся на кресле в кабинете и вытянул ноги.
Камердинер убрал со стола посуду после уединённого ужина, который пришлось устроить себе, чтобы не отвечать на расспросы леот.
К тому же общество Гленны с некоторых пор стало заметно его тяготить. Лия была всё так же мила и нейтральна, совсем как сестра, – и всё чаще голову посещала мысль, что такая связь на поверку оказывается крепче тех, что завязаны на пылких чувствах.
– Странно, – выдал Бэйв, которого Двэйн пригласил для беседы. – Я думал, в сторону Врат есть хоть какая-то, пусть и давно заросшая тропа.
– Если она и есть, то очень заросшая. Как будто там уже несколько сотен лет никто не ходил. Но если верить рассказам графини и той информации, что мне удалось раздобыть в хрониках, кому-то туда всё же удалось добраться. Может быть, с другой стороны? – Двэйн помолчал. – Жаль, у меня сейчас нет сокола, я смог бы взглянуть на окрестности с высоты.
– Предлагаю в следующий раз взять с собой подмастерьев. Возможно, их стихийные способности окажутся полезными. Уна маг земли, она в некоторой степени может воздействовать и на растения. Или вызови из столицы хорошего мага-садовника.
Двэйн покачал головой.
– Не стоит пока раскрывать наши планы слишком большому количеству посторонних лиц. Пожалуй, ты прав. Возьмём подмастерьев. Посмотрим, на что они способны в полевых условиях.
– Вот и посмотрим, – согласился воздушник. – Не ожидал, что графиня решит рассказать тебе хоть что-то.
– Она рассказала слишком мало. Только повторила то, в чём и так подозревали Бриана О’Кина, и строила загадочный вид. Никаких особых подробностей. Как и способа, которым тот собирался открыть Врата или как-то ещё на них воздействовать. Как вообще Эйлин могла там оказаться?
Вопрос, достойный отдельного обдумывания.
– К вам лэс Гард, – громко проговорил вошедший в кабинет слуга.
Двэйн переглянулся с другом, подозревая неладное, а затем всё же велел пригласить Кадана.
И странно, что тот не вломился без стука, потому что, судя по виду, он был крайне разъярён.
– Какое право вы имели отпускать Эйлин?! – заявил он с порога. – У неё моя метка, она должна быть рядом со мной, чтобы магическая связь была крепче! А вы позволяете ей собрать вещи и умчаться в Скриос, как какой-то вертихвостке.
Двэйн выслушал его, сложив руки на животе, а затем спокойно ответил:
– Несмотря на то, что Эйлин не повезло получить вашу метку, она пока – да и вообще – свободная девушка. И раз уж дела вынудили её на время уехать, то я не мог ей препятствовать. Но не так уж часто вы стремились с ней видеться, раз узнали о её отъезде только через несколько дней. Где вы пропадали, кстати? Я тоже вас не встречал.
– Наверное, дорх Гард прятался от будущей леоты, чтобы она ненароком не поджарила его от страсти, – ехидно заметил Бэйв.
Кадан только ноздри раздул, пытаясь скрыть, насколько сконфуженным стал его вид. Как будто он в чём-то провинился.
– У меня тоже были… дела, – ответил он с лёгкой неуверенностью в голосе. – И я всё же настаиваю, что Эйлин должна быть здесь. Ритуал инициации её сестры со дня на день!
– Перенесёте, если вам так уж важно, чтобы Эйлин присутствовала.
Собственные слова вязкой горечью осели на языке.
– Вы, похоже, во всём хотите принимать решения за меня? – Кадан насупился ещё больше. И совсем уже стал похож на обиженного мальчишку.
– Пока вы здесь под моим присмотром и на моей, так сказать, службе – да, – отрезал Двэйн. – Так что прекратите истерику. Эйлин вернётся, как только уладит самые важные вопросы.
Кадан фыркнул и молча вышел. Как бы не надумал какую глупость. Конечно, Эйлин О’Кин кого угодно способна свести с ума, но на Кадана она действовала совсем уж разрушительно. Он превращался в форменного идиота.
На следующий день Двэйн снова собрался в лес на поиски дороги, что вела бы к Вратам Ингимона. Ещё раз изучил карту, сверил с расчётами и приметами, о которых говорилось в хрониках и записях предыдущих Привратников. Бэйв тем временем собрал подмастерьев, и бодрой гурьбой все двинулись к месту инициации.
Однако результат путешествия оказался ровно таким же, как и накануне: ободранные о ветки руки, истощение магических сил «зародышей», которые пытались бороться с энергией этих загадочных мест, и почти сорванный в хрип голос Бэйва. Он орал, как никогда в жизни, когда Уна провалилась в овраг.
Проклятые арморумы словно бы из земли вырастали на пути. Как будто они умели перемещаться. Водили за нос, путали и заставляли ходить кругами.
– Это невозможно, дорх Ардер, – взмолился Шерк. – Тут даже магия нас плохо слушается. Вам не кажется, что это испытание сложно даже для вас?
Он в поисках поддержки окинул товарищей взглядом, а те сочувственно закивали.
– Кажется, – не стал спорить Двэйн. – Поэтому вам новое задание! Кто сумеет отыскать способ, как пройти в лес, тот… Будет назначен старшим в группе на будущих состязаниях с императорскими магами!
Он хлопнул в ладоши, весьма довольный своей задумкой. В том, что подмастерья сумеют придумать хоть что-то, он очень сомневался. Но пораскинуть мозгами для мага так же полезно, как и лишний раз повторить заклинание. Так что пусть думают!
«Зародыши» тут же оживились, зашептались. А Бэйв только глаза закатил.
Вернулись они ни с чем – поцарапанные и уставшие. Прознав о досадных неудачах в лесу, к Двэйну примчалась Гленна, готовая выслушать подробности и сделать всё, чтобы помочь ему расслабиться.
От услуг в расслаблении он отказался. Особый отвар, приготовленный Джедом, помогал не хуже: восстанавливал баланс сил и избавлял тело от усталости.
– Так плохо, что ты ничего не хочешь мне рассказывать, – пожаловалась Гленна, устав вытягивать из него слово за словом. – После того, что случилось с Алишей, мы должны быть ближе друг к другу!
Двэйн покосился на неё, делая очередной глоток целительского варева, по вкусу напоминающего ягодный кисель.
– Пока я подозреваю тебя в пособничестве козням против Эйлин О’Кин, боюсь, не смогу посвящать тебя в подробности своих дел. Да и вообще, откуда такое желание влезть в них? Кажется, раньше это тебя не особо волновало.
Гленна оскорбилась, конечно, фыркнула и ушла. Ситуация с леотами ещё никогда не выглядела настолько паршиво.
Зато с утра пришло известие, которое, казалось бы, должно было дать немало надежд на удачный исход в этой непростой ситуации. Письмо написала, кажется, сама лиэса О’Брис. В нём она сообщала, что будет в Гитморе уже через день.
– Дорх Ардер, к вам… – голос Джеда, временно исполняющего обязанности помощника, отвлёк Двэйна от чтения.
И, не дожидаясь разрешения, мимо него внутрь проскочила графиня О’Кин.
– Дорх Ардер, – грозно прогромыхала она, при каждом шаге глубоко впечатывая каблуки в ковёр. – Вы, кажется, обещали мне безопасность Эйлин и спокойствие моей семьи.
Двэйн отложил письмо в сторону, решая, стоит ли злиться на воинственно настроенную женщину за столь нахальное вторжение. Но, кажется, она и правда немало обеспокоена!
– Что-то подсказывает, что мы вкладываем в это немного разный смысл, – он усмехнулся. – Но что случилось?
– Что случилось? – едва не прошипела Нэсса. – Пока вы блуждаете по лесу, Кадан Гард решил, что может указывать Эйлин, что делать! Он уехал в Скриос. Ещё вчера вечером! Я сама узнала только сегодня: Айне призналась. Вы представляете, что будет, когда он нагрянет? Ей только его сейчас на голову не хватало!
Всё верно, Кадан может немало сбить Эйлин с толку своими навязчивыми притязаниями.
– И что вы хотите, чтобы я сделал?
– Остановили его, конечно!
* * *
Эйлин/Есения
На руднике многие уже давно меня знали, но всё равно на дочь хозяина в сопровождении одних только охранников смотрели настороженно.
Меня встретил управляющий Керней Брис, перед тем он явно пытался привести себя в надлежащий вид, но всё равно толком не успел. Его одежда была чистой, а вот на лице и руках остались грязные разводы: он и сам наравне с рудокопами часто работал в шахте.
– Очень неожиданно, лиэса О’Кин! – Он поклонился, проходя в кабинет Молана, где я уже успела расположиться. – А как же ваш отец, он всё ещё плохо себя чувствует, полагаю?
– Да, он пока не готов в полную силу приступить к делам. – Я отложила в сторону стопку документов, которые уже успела посмотреть.
– К сожалению, у меня для него нет хороших новостей, – развёл руками Керней. – Мы углубились в штольню более чем на сотню шагов, но…
Он замолчал, не зная, видно, стоит ли рассказывать о том, что они наверняка пытались сохранить в секрете от возможных шпионов Уэна Мактала.
– Я хочу взглянуть на рудник изнутри.
– Не думаю, то это хорошее место для леди, – строго возразил мужчина.
– Я представляю. Не нужно лишний раз мне объяснять. Позвольте только переодеться – и я пойду с вами.
Керней кивнул и вышел. Я же переоделась в прихваченные из дома вещи, предназначенные для тренировок: штаны и рубашку. Перед выходом не забыла взять схему штолен и предположительного расположения жилы, которую дал мне Молан. Охрану пришлось оставить в конторе.
Управляющий ждал меня внизу и, с лёгким недоумением во взгляде оценив мой внешний вид, молча повёл за собой, удержавшись от комментариев, которые явственно рвались у него с языка.
Небольшое возвышение на обрывистом берегу залива издалека обозначило место входа в штольни. Тёмный провал в нутро горы дышал влагой и затхлостью.
Под землёй было… подавляюще. Тесные стены пробитых в глубину горы ходов, постоянный гул, лязг, что раздавался со всех сторон и эхом прыгал под низкими сводами. Поначалу можно было идти в полный рост, а затем пришлось согнуться. «Если ты не против, Есенька, – вдруг заговорил Гугл, когда мы шли по витиеватому тоннелю, – я тут осмотрюсь».
– А ты разбираешься в горных работах? – усомнилась я.
«В горных работах, может, и нет, но зато я чувствую магию солида. Она схожа с той, что наполняет арморумы».
– Понятно-понятно! – согласилась я. – Делай, что считаешь нужным.
Наконец мы добрались до той штольни, где шли самые активные работы. На небольшой площадке у стены стоял стол, где горели чадящие свечи в залапанном канделябре, лежала почти такая же, как у меня, схема и какие-то местные приспособления для измерений.
Все рудокопы тут же замерли, переговариваясь, сверкая в полумраке особо яркими на фоне тёмных лиц белками глаз, и уставились на меня.
– Вот, пришли! – с лёгкой язвительностью в голосе выдал управляющий, будто ждал, что я вот-вот развернусь и малодушно сбегу из столь мрачного места. – Смотрите – мы продвигаемся на юг. Кое-где нам попадаются признаки того, что здесь могут быть богатые залежи солида, но это всё. Даже партию для аукциона не собрать. А он будет уже довольно скоро!
Я развернула на столе свою схему и сравнила её с той, где был отмечен путь продвижения штольни. Казалось бы, работники должны были уже отыскать жилу. Но что-то явно шло не так.
– Тут вы слегка отклонились в сторону. – Я провела кончиком пальца по схеме. – Почему?
– А иначе никак! – развёл руками управляющий. – Нам необходимо провести взрывные работы, чтобы вскрыть очень плотный пласт породы. Но… денег на это нет. Я ещё не успел сообщить лэсу Молану. Да и боюсь, что скверные вести ему навредят. Мы надеемся обойти пласт и снова вернуться к правильному направлению.
Это же сколько времени! Акционерам нужны результаты уже сейчас! Что я скажу им на встрече? Ведь денег на взрывные работы у меня и правда нет…
«Никуда они не выйдут, – отозвался Гугл, присаживаясь на край стола. – Твой отец промахнулся. Жила солида пролегает немного в другой стороне. Однако есть проблема».
Я сделала вид, что сосредоточенно осматриваю место работ, а на самом деле прислушалась к филину.
– Объясни!
«Видишь ли, радость моя огненная, там, где на самом деле пролегает жила, в полостях породы скопился горючий газ. Внешне это пока никак не проявляется. И как только её начнут взрывать, будет уничтожен весь рудник».
Час от часу не легче!
– Есть какой-то способ добраться до залежей и не обрушить штольни?
«У меня есть кое-какие соображения, – заявил птиц. – Но тут пригодится не только твоя сила, но и ювелирная точность, с которой ты – помнишь? – лечила Двэйна Ардера».
