Другая проблема нарисовывается когда Рита, выпучив глаза, в какой-то момент призывно начинает сигналить мне за спиной брата, тыкая пальцем в сторону выхода. Ага. Кавалер её подогнал. Как понимаю, голубкам хочется остаться наедине и поворковать на своём голубином. Курлык-курлык.
– Ну что, звезда паркура? Потопали, – не то чтобы прям охотно, но всё же утягиваю третьего лишнего в гущу дрыгающейся под миксованную музыку толпы.
– Куда? – не понял Андрей.
– Танцевать, куда. Или ты только прыгать горной козочкой на камеру умеешь?
Отвлекающий манёвр срабатывает и Рита незаметно ускользает навстречу своему суженному-ряженному, пропадая с горизонта. Ну а мы реально танцуем. Весьма бодренько и живенько, я бы сказала, быстро подключаясь к динамичному ритму. Меня только и успевают кружить, ловить и перехватывать.
Надолго правда нас не хватает. Да и пропажа блудной сестрицы быстро обнаруживается, так что следующие четверть часа приходится всячески изгаляться, придумывая отмазы. Типа: "Дай человеку в туалет-то нормально сходить, у неё может несварение после твоей яичницы" или "Хорош в маньяка-преследователя играть, подростку необходимо личное пространство. Покомандуй пока мной. Так и быть, разрешаю".
Когда все доводы перестают работать, натыкаясь на камень чисто пацанского пофигизма, шлифую финалочкой: "Не угомонишься, натравлю на тебя чокнутых девиц". С учётом того, что они караулят его всё то время, что мы здесь как надрессированные пёсели, впиваясь в объект вожделения немигающими зрачками, угроза звучит внушительно. И надо сказать, работает.
Однако Рита явно наглеет, заигрываясь с этой своей "лавстори" и возвращаться, судя по всему, не торопиться. Я всё понимаю, но мне осталось Андрею только на шею усесться и ноги свесить. Как ещё его развлекать? Лезгинку сплясать? Фокусы намутить? В шашки предложить поиграть? Да и по времени пора тихонько сворачиваться. Начало одиннадцатого.
Вызываю такси и попутно пишу подруге, но ответа не получаю. Даже не прочитано. Блин. Вот чего не отнять – Ритке реально не хватает ответственности. Она слишком легко увлекается и забывается. Собственно, это одна из причин почему родители её держат в жёстких рамках. Просто бывали уже инциденты. И главное ведь, сама виновата, но на правах лучшей подруги я обязана быть на её стороне несмотря ни на что и в случае необходимости прикрывать. Порой даже ценой собственной репутации.
Новое такси уже ждёт у выхода, а от неё ноль реакции. Делать нечего. Приходится искать по старинке: устраивая тщательный обыск и заглядывая в каждый уголок дома. Не. Внутри её точно нет, а что есть… пожалуй лучше промолчу, но стыдно почему-то мне, а не сосущимся до треска эмали на зубах на чужих кроватях полураздетым парочкам.
Выходим на улицу, выветривая из себя приторный аромат вейпов и кальянов. И вот тут замечаю Риту. Обосновавшуюся около беседки и мило целующуюся с худым как стропилина Лёхой. Андрей выходит следом за мной, ему нужно всего-то посмотреть чуть вправо, чтобы тоже поймать столь очаровательнейшее зрелище. Которому он, больше чем уверена, не обрадуется…
– Носорог не умеет играть в покер, – как бы между прочим пускаю по воздуху наш с подругой пароль на случай подобных ЧП.
Не а. Ноль. Не слышит. Зато слышит мой спутничек.
– Чего?
– Говорю, носорог не умеет играть в покер, – ещё на тон громче повторяю я, но бестолку. Фиг пробьёшься через музыку. А тут ещё Андрей начинает медленно разворачиваться туда, куда смотреть ему категорически запрещено. Реагировать приходится за секунды.
Блин. Ну всё, подруга. Ты мне теперь точно по гроб жизни должна. С тебя, как минимум, тот зелёный сарафан, расшитый жемчужной нитью! Насовсем!
– Ахтунг, бешеные блондинки наступают! – не придумав ничего лучше с диким воплем хватаю его за горловину майки, рывком разворачиваю к себе и… целую. Ну а чё? Надо же как-то отвлечь. Был ещё вариант с оплеухой, но, по-моему, так гуманней.
Успеваю заметить, как Ритка, наконец, активизируется и поспешно отскакивает от Лёши, для надёжности отпихивая его от себя. А затем замечает в ореоле горящего света подвесных фонарей нас. Круглощекое личико вытягивается в изумлении, быстро сменяющимся на предвкушение. А вот шиш тебе! Только попробуй вякнуть! Не для себя ж стараюсь…
***
Открыть секрет? По факту это мой… первый поцелуй. Нет, прежде было пару раз, что меня робко чмокали в губы, но то было такое… детское. Сейчас поцелуй тоже максимально невинный, однако эмоционально он… сильнее.
Может потому что я инициатор и сильно волнуюсь? Я ведь в этом деле полный профан. Страшно показаться неумехой. Именно поэтому шарахаюсь назад с видом, будто на меня ведро кипятка вылили. Сама себя испугалась, блин. Про Андрея вообще молчу. Он в полном ауте.
– Молчи. Просто молчи. Ни слова, – выдавливаю из себя улыбочку, но получается больше оскал. – Без комментариев. Считай, что это блажь несостоявшейся пьянчужки.
– Ты ни грамма не выпила.
– Так ты даже не представляешь как меня от газировки шторит! Вообще выносит. Честно-честно, – что за ахинею я несу? Просто фейспалм. – О, а вот и пропащая, – переключаюсь на подпорхнувшую к нам Риту, цепляясь за неё как за спасительную веревочку. – Где шлындаешь? Такси уже приехало.
– Ага-ога, – вот ведь хитро выделанная мамзель. Видок такой таинственный, что у Моны Лизы при виде неё случился бы инсульт от переизбытка ревности. Спасибо хоть не устраивает допроса. Пока что. И в машине едва сдерживается, а то она ж горластая, её шёпот был бы слышен и на галёрке.
Катим обратно в усадьбу к Долгоруким в неопределённой тишине. Андрей впереди, мы сзади. Я всю дорогу кусаю губы, пробуя на вкус новые впечатления, подруга переписывается с Лёшей. Оживляемся только когда с дороги к нам мчится навстречу золотистый ретривер. Причём несётся к единственно конкретному человеку, начисто игнорируя остальных.
– Ну и где тебя носило? У тебя тоже была вечеринка? – ласково взъерошивает ей шерсть на загривке Андрей, которого Чара, именно так звали местную любимицу, едва не сшибла с ног.
– И вот так всегда, – замечает Рита обиженно. – Реакция только на него и папу. На всех остальных пофиг. Словно не существует.
– Правильно, она ж девочка. Да? Ты ж моя девочка? Голодная? Или опять натрескалась у соседей?
Оставляем хозяина миловаться с питомцем и поднимается наверх. Только оставив позади этаж и несколько бетонных стен в качестве защиты от любого вида подслушивания, слышу звук сдувающегося шарика. Это кое-кто набирает кислорода в лёгкие, готовясь к массовой вербальной атаке.
– Я дико стесняюсь спросить… – издалека подъезжает на танке подруга, но не даю ей договорить.
– Вот и не надо, – сразу пресекаю я, роясь в маленьком клатче в поисках телефона. Начнёшь выступать – в следующий раз палец о палец не ударю. Потом сама объясняйся с братом: почему и кто сует тебе язык в рот.
Пухлые губки уязвлённо дуются.
– Да я-то не собираюсь выступать. Главное, чтоб Андрюшина девушка не выступала.
Из рук всё сыпется.
– Андрюшина… кто?
– Она самая, да-да-да.
– Ну класс, – подбираю с пола смартфон. Живой вроде бы. Спасибо резиновому чехлу с прикольной кошачьей мордочкой на заднике. – Раньше сказать не могла?
– Да откуда ж я знала, что ты будешь "совать язык ему в рот"?
Ага. Кроет моими же аргументами! Нечестно.
– Не гони. Мы без языка.
Риту просто распирает от смеха.
– А, ну да. Это ж в корне меняет дело.
Ни черта это ничего не меняет. Ощущение гадкое теперь. Отправленное. И так не по себе, что повисла на парне, не просто парне – человеке, которого знаю столько лет, так ещё и это.
– Расслабься, – моё состояние не остаётся незамеченным. Подруга ласково приобнимает меня сзади, удобно укладывая подбородок на плечо. – Ну было и было. Думай об этом, как о маленьком приключении. Ты же всегда так делаешь.
Так-то да, но…
– Это ведь твой брат.
– И что? Я разрешаю. Но только в меру. Не увлекайся, – она молча наблюдает как я пролистываю не отвеченные сообщения в ленте. – От "N" что-нибудь есть?
Чат для одноклассников, болтушка с девчатами из группы любителей аниме, ответ от нашей завучихи по поводу декораций и сердечко от папы – реакция на информацию о том, что мы едем домой и ночевать я буду у Риты.
Всё.
– Не а. Ничего.
– Отдыхает, чувак. Выходные же впереди, – это она меня успокаивает? Думает, что я расстроилась? Мне на самом деле вообще фиолетово. – Сама писать будешь?
– Да ни за что. Он мне ещё на последнее так и не ответил.
Правда там и отвечать было не на что по-хорошему, но всё равно. Надо – даст о себе знать. Я навязываться не стану.
– Ок. А с пацанами из волейбольников что-нибудь решила? Оставишь их в покое?
– Нет, конечно. Пока не проверю, не успокоюсь.
Тут дело уже не столько принципа, сколько любопытства.
– И какой план?
– Тебе честно сказать? Пока никакой, – усмехаюсь под нос. – Так что работаем на голом энтузиазме. И импровизируем.
– Всё как всегда.
***
Нет. Не как всегда. Стандартная схема, проверенная многолетним опытом и врождённой неугомонностью, выдаёт осечку в понедельник, когда во время завтраков в столовой меня окликает… Чернышевский. Батюшки-святушки.
– Ринка-мандаринка! – разворачиваюсь на голос и в последний момент кое-как ловлю брошенный мне… мандарин. Хех. Очаровательно.
– Спасибо, – откровенно говоря, теряюсь. Не от щедрого дара, а от того что Вадик впервые обратился ко мне. В первый. Первым. За все прошедшие годы. Сегодня у Меркурия какие-то разборки с Марсом? Магнитные бури? Уран в зените? Что за диво дивное и чудо чудное такое выпало на мою скромную персону?
– Как продвигается статья?
Эм…
– Какая статья?
– Твоя. Та, что вынуждает тебя прятаться по шкафчикам в раздевалках.
– А… – до меня, наконец, доходит. Блин, сама же забыла про своё прикрытие. Только я так могу. – Отлично. Полным ходом.
Лукавый блеск в серо-голубых глазах вовсю резвится, давая понять, что нифигашечки Чернышевский не верит ни в какую статью.
– Ещё нужно интервью?
– Естественно.
Собственно, а почему бы и нет? Совмещу приятное с полезным. Я как раз давно не обновляла сайт. Слишком забегалась с подготовкой к последнему звонку.
– Как насчёт того, чтобы обсудить всё после школы? В Старбаксе? Я плачу.
И вот тут меня накрывает ступор. В Старбаксе???
В СТАРБАКСЕ?
Правильно ли я понимаю, что это такой очень тонкий подкат и попытка завуалировать… свидание?
Свидание.
СВИДАНИЕ?
Да ладно? Слушайте, на такой поворот я как-то не рассчитывала.
– А сделать этого, допустим, сейчас нельзя? – навскидку предлагаю я, ибо вариант приватной встречи меня… пугает. – Там дел на пять минут.
– А может я и не планирую укладываться в пять минут?
Омг…
– И сколько тебе надо?
– Полчаса. Час. Два. Как пойдет.
Кажется, теперь я представляю, что чувствовал Андрей после поцелуя. Потому что меня в данную секунду накрывает та же растерянность, перемешанная с паникой. Жалобно скашиваю взгляд на стоящую рядом Риту, которая слушает нас с таким вниманием, что вилка замирает над творожной запеканкой. Редкое явление, когда она забывает про еду.
Блин. Давай, подружка, выручай. Твоя очередь. Я пока чё-то немного невменько. Все слова и шуточки куда-то убежали без обещания вернуться.
– Сегодня она не может, – спасает меня Ритуля. Благослови тебя, святой ёжик. – Сегодня у нас йога и маникюр.
– А завтра? – мягко напирает Вадик.
Да что ж ты такой неугомонный!
– А завтра автошкола и допы по английскому.
– Про репетиции её не забудь, – напоминает Ян, булькающий от беззвучного смеха в кружку с чаем.
– А, да. И репетиции, конечно, – кивает подруга.
– Думаю, про среду можно даже не спрашивать? – усмехается Чернышевский, взъерошивая светлые кудри. – У меня тренировки четыре раза в неделю и то времени свободного больше.
– Так то ж Рина, – слишком уж мило улыбается ему Рита. Будто извиняется. За меня. ЗА МЕНЯ? – Если бы без сна можно было обойтись, она бы и вместо него придумала чем себя навьючить.
– Я понял, – кивает тот. Мне кажется или на разочарованного он не подходит? – Значит тут нужен другой подход. Будем думать. Спасибо. Приятного аппетита.
Э-эм… Осоловевши хлопаю ресницами, провожая вконец растерянным взглядом его чуть сутулую высокую фигуру, возвращающуюся к своему столу.
