Виталий Андреевич Бегдай "Лимитерия"

– Я постучался – но он не вышел. Тогда я решил зайти сам – и получил удар в рёбра.

– С ним – вернее, с тем, кого Ефросиний подменял – уже поговорили. Подобного больше не повторится.

– Ну хорошо, – Лимит скрестил руки на груди и закивал головой. – Почему на меня нападали? И я не имею в виду тех, кто видел нашу с тем хреном драку. В данный момент я говорю про лес. Там один хлопец жахал дивчину похлеще…

– Кнутик, манеры! – зашипел Пряник.

Сахаров улыбнулся, дескать: всё нормально.

– Когда я вышел, чтобы поговорить, он просто схватился за ствол и давай в меня шмалять, – Хог хмуро вздохнул. – Я понимаю, если бы просто возмутился, осерчал, ну и всё в этом духе. Но чтоб сразу пытаться убить…!

– Я понял, о чём ты, сынок. Только это был не человек.

– В смысле? – не понял парень. Пряник тоже удивился.

– Это был Леший, принявший облик Кореяна.

– Щас вообще нифига не понял.

Максим вздохнул и откинулся на спинку кожаного кресла.

– Это вторая причина, по которой на тебя нападали, Хог, – начал свой сказ профессор. – В нашем лесу совсем недавно завёлся Леший. Поначалу нам не досаждал, жил тихо, мирно, в согласии, можно сказать. Но потом… потом он похитил одну из наших волонтёрок и… изнасиловал.

Лимит изумлённо приподнял брови и переглянулся с Пряником. Новость, конечно, не открыла им глаза на мир сей: Лешие, пускай не все, помышляли похищениями женщин. Они затаскивали бедняг в свои чащи и там насиловали. Таким образом демоны леса обычно наказывали смертных людей за их грехи, но, порой, делали это и просто так.

– Коря, значит, был парнем Ризы, потому разницы в замене она не заметила, – догадался Хог, вспомнив сегодняшнюю жертву.

– Всё правильно, друг мой. Лешие принимают облики возлюбленных желаемых им дам, а после совершает акт. Это не похоже на обычное изнасилование, но последствия его не менее ужасны, чем связь с Огненным Змеем, – Максим поморщился. – В общем, пока все принимали тебя за Лешего, настоящий демон тем временем закончил своё дело и сбежал в лес. Уверен, он снова объявится, но кто станет его следующей жертвой – неизвестно.

– Почему вы не убьёте его?

– Он запомнил запахи всех, кто обитает на кордоне. Стоит кому-то из наших оказаться в пределах ста метров от него, как он тотчас сбежит. Это непростая задача, Хог, да ты и сам, думаю, прекрасно всё понимаешь. По глазам твоим вижу, что имел возможность с подобными лиходеями столкнуться.

Хог хмыкнул. Видно, мало Сахаров понимал в охоте на таких, как Леший. Достаточно изваляться в грязи (а лучше – в навозе), чтобы заглушить запах собственного тела, а уж потом идти на охоту. Хотя, учитывая короткие юбки, чулки и рубашки, коими, как глянцевой бумагой, сверкает местная шантрапа, ничего удивительного в неспособности волонтёров разобраться с демоном Лимит не видел.

Хог допил чай и перевернул стакан, тем самым завершая чаепитие.

– Значит, турнуло нас с Пряней в Росскею, – задумчивым голосом изрёк он, бросив зоркий глаз на карту мира, что висела на стене за спиной Максима. – Да уж, далековато от моей родины.

На мировой карте изображался один единственный материк, омываемый Морем-Окияном. Он был поделён на две большие и одну маленькую части. Северо-западная была зелёной – Лимитера. Южно-восточная имела красный цвет – Эйрия. И только в самом низу, покрашенная в серый цвет, находилась миниатюрная Росскея – единственная страна, где враждующие друг с другом лимитеры и эрийцы более-менее могли мирно сосуществовать.

Росскея – морская страна. Здесь никогда не бывает холодно, ибо лето тут бесконечно. Многие посещают нейтральную территорию по разным причинам: одни хотят побывать на забытых росскийских островах, других манило самое красивое в мире Алтийское море, а третьи ищут здесь покой, которого нет в двух могущественных сверхдержавах.

Просто так в Лимитеру Хог не вернётся. Без документов, которые Лимит по «счастливой» случайности сегодня оставил дома, в страну его никто не пустит. А доказать своё лимитийское происхождение, что называется, «на словах» – дохлый номер: нет у него знакомых, которые бы подтвердили истовость Хога.

Лимит удручённо вздохнул.

Сходил, называется, за артефактом.

– Я могу помочь тебе пересечь границу, Хог, – вдруг сказал Максим.

– Я так понимаю, сейчас должно прозвучать примитивное «Но», не так ли? – с издёвкой уточнил искатель приключений.

– Ты прав, друг мой. Но не из чувства собственной наживы хочу предложить тебе я это, а лишь потому, что без некоторых… мм, сертификатов мои просьбы веса не возымеют.

– Говори прямо, Макс! Не люблю увиливания!

– Я должен подкрепить своё слово чем-то. Приглядный артефакт, пожалуй, лучший конверт, который можно передать нужному человеку во время личной аудиенции.

– Ага. Значит, я работаю на тебя, а ты выплачиваешь за меня ипотеку.

– Мы от этого сотрудничества с тобой только выиграем.

Хог прищурил взгляд, устремлённый на Макса. Всё же профессор не таким простым оказался: умеет он торговаться и стелить красиво. Но так ли оно замечательно всё на самом деле?

– Ну и что я должен сделать? – спросил Лимит. Сахаров улыбнулся.

– Для начала – вступить в команду, которую я основал тремя месяцами ранее. Сейчас в ней только четыре человека. Ты станешь пятым.

– Почему я не могу работать соло? Компанию мне и так составляет самый лучший в мире напарник.

Пряник просиял от услышанного.

– Я нисколько не умаляю достоинства твоего друга, Хог, но, уверен, ювелирный подход к поиску искомого – не ваш конёк, – проницательно подчеркнул Макс. – Ты, вижу, хороший охотник и славный воин – однако, судя по твоей истории с тем храмом, метод работы у тебя грубый. Для науки это непростительно.

– Науки?

– Я уже сказал тебе, Хог: мне не нужна нажива в виде денег. Меня интересуют знания, коих пруд пруди в артефактах, в древних храмах, на потерянных капищах. Если тебе станет от этого проще – просто думай обо мне, как о борце за идею.

Хог призадумался.

– В основанной мною команде есть люди, способные читать резы. Она организована и слажена, отлично дисциплинирована и, самое главное, проверена. В ней, кстати, состоит моя дочь. Полагаю, это наилучшее доказательство того, что я предлагаю тебе не кота в мешке.

– Соглашусь с Максимом Сахаровым, Кнутик: ты не разбираешься в резах и всё на авось делаешь, – поддержал профессора Пряник. – Давай лучше вступим в команду, чтоб с нами больше не повторилось того, что случилось сегодня.

Лимиту не хотелось объединяться с кем-либо, кроме енота, но иных вариантов не было. Либо толпой – на пати, либо один – у корыта.

– А гроши я получать буду? – вопрос Хога рассмешил добряка Сахарова.

– Ахах, конечно, будешь. Всё, что ты найдёшь во время вылазок на задания – твоё. Ведь тем и занимаются волонтёры: они обеспечиваются тем, что находят и продают.

– Чем, по сути, мы с тобой и занимались всегда, Кнутик, – добавил Пряник. – Нашли артефакт, продали его, получили деньги – и пошли кушать.

Хог подумал, подумал – и решил:

– Окей. Я вступлю в твою команду (на время) и помогу всем, чем нужно. Однако сомневаюсь, что твои «чада» после сегодняшних моих выкрутасов меня примут с распростёртыми объятиями.

– Не переживай, у меня для такого случая припасена отличная отмазка. Она идеальна настолько, что вмиг поднимет твою репутацию до уровня нейтрала. Но её придётся подкрепить действием, а точнее – твоим первым боевым заданием.

– Ну что ж, я заинтригован, Максик. Стели.

А вот лес, несмотря на дневную безобидность, в ночи раскрывался не с романтической стороны. Шумящие из-за ветра густые ветви деревьев, фактически непроглядная темнота между стволами и далёкие волчьи завывания – он казался мрачным, враждебным, таящим в себе кучу опасностей. И редкие бутоны, мерцающие в полумраке, неспособны были обелить его вид. Ночной лес – стихия диких хищников, высматривающих из засады неразумную жертву.

Хог и Пряник сейчас находились на том самом месте, где сегодня произошло изнасилование. Пока енот пытался взять нужный след, Лимит прокручивал в своей голове последний диалог:

«Поступим так, друг мой: завтра утром я поведаю всем легенду о том, как просил помощи у одного матёрого охотника, дабы он избавил нас от Лешего. Им будешь ты, Хог Лимит. То, что произошло после того, как ты пришёл на кордон – чистой воды случайность, нелепая путаница: ты спутал Ефросиния с Лешим, он тебя тоже. Потом всё разрешилось, и ты отправился выполнять своё боевое задание. В качестве доказательства я покажу рог Лешего, который ты мне принесёшь. Дальнейшие вопросы исчерпают сами себя».

«Такая ахинея, на самом деле», – думал про себя Хог, когда на Луну смотрел. План действенный с гарантией пятьдесят на пятьдесят: если одни поверят и забудут всё, то у другие возмутятся, покуда побил Лимит не только Фросика. Но иного варианта, более наилучшего, нет, посему так тоже сойдёт.

Первое боевое задание в качестве охотника-волонтёра – и сразу же в мясорубку. Хог усмехнулся: да, жизнь определённо любила этого парня, закидывая его туда, откуда вперёд ногами выносят. А уж как он её любил – и подумать боязно.

– Есть! – воскликнул Пряник. – За мной, Кнут!

Енот никогда не вступал в схватку. Боевой магии у него не было, в габаритах он уступал даже самому крошечному домовому, а его единственная возможность отвлекать врага не на каждом, увы, срабатывала. Он был уникален в другом – в способности находить нужное ему по запаху. Пряник – ищейка-поводырь: одновременно и ищет, и ведёт за собой Хога.

А вот Хог – уже боевая единица. Единственный недостаток в нём – неумение использовать магию. В остальном это – грозный противник на поле боя. Он Абсолют Скорости – самый быстрый в мире человек, от которого нельзя убежать. Он – убийственная молния, поражающая своего врага в мгновение ока.

Ребята бежали долго, но вскоре Пряник замедлился, и Хог понял: они близко. Их путь завершался на круглой, как арена, опушке. Посреди леса стоит серый камень. От него влево, вправо и прямо ведут узкие тропы.

Хог краем глаза глянул на Пряника. Тот уверенно кивнул. Вместе они подошли к камню, и Лимит стал читать:

– Направо пойдёшь – в болотный рай попадёшь. Налево пойдёшь – сокровища Яги с собой принесёшь. Прямо пойдёшь – без головы уйдёшь. Хм-м…

– Пожадничаем и посетим всё одним разом? – хитро спросил енот.

– Конечно, Пряня! Именно это мы и сделаем! Ха-а!

Хог с размаху пнул камень, и тот, заорав, со свистом улетел в деревья, ломая их тяжестью своего тела.

– Работаем, партнёр!

– Так точно, Кнутик!

Леший перестал маскироваться, поняв, что его раскрыли. Он принял свой истинный облик: высокий, тощий гуманоидный тополь ростом в два с половиной метра, с длинными руками и кривыми ногами – таким предстал лесной демон. Два кривых рога, частично на оленьи похожие, вспыхнули изумрудным свечением, и налились изумрудным фосфором отверстия вместо глаз на уродливом лике.

Леший яростно взревел.

– Жалкий человек! Ты будешь вечно блуждать по этому лесу за то, что осмелился бросить вызов мне, Хозяину Леса!

– Боюсь, писец, – осклабившийся Хог снова налетел на противника.

Демон пришёл в себя быстро. Ногой ударил он по земле, из которой в сторону Хога выстрелили остроконечные, как пики, корни. Лимит ушёл вбок, скидывая кнут с руки. Рассекающая атака пришлась прямо по животу Лешего. Из свежей раны брызнула зелёная кровь. Как только демон скрючился, Хог прыжком подлетел к нему и нанёс удар коленом – прямо в лицо. Потом кувырком проскочил меж его ног, пнул по правой и заставил врага упасть.

Хог насторожился – и резко отпрыгнул назад, спасая себя от пытающегося пронзить его грудь корня. Лимит задним ходом ушёл, через плечо перекатился в сторону, после чего, размахнувшись кнутом, снова атаковал Лешего. Потом ещё раз. И ещё. И ещё. Хог был разительным виртуозом в плане использования кнута: каждый его взмах достигал цели, и каждый удар заканчивался смачным свистом под аккомпанемент разбрызгиваемых в разные стороны каплей крови.

Леший, наконец, осознал, что сражается с непростым противником – потому окончательно рассвирепел. Враг выгнулся, испустил бешеный крик и покрылся в мгновение ока древесной корой. Потому следующий удар демон даже не ощутил. А вот его «абордаж» был более чем успешен: Хог в тот момент запнулся о корягу, и Леший незамедлительно врезался в него плечом. Волонтёр-новичок кубарем улетел назад.

– Ха! Не пытайся брыкаться: я каракурт! – осклабившийся Лимит тотчас вскочил на ноги и закружил вихрем вокруг Лешего.

Противник растерялся. В одночасье он попал в эпицентр искусственного смерча, откуда не мог выйти. А бегающий по коло Хог толкал его из стороны в сторону, отчего Леший, как шарик пейнтбола, летал туда-сюда. Посыпалась первая кора.

Хог понимал прекрасно: так просто всё не закончится – потому и готов оказался к следующим действиям Лешего. Лесной демон поднял стопу и опустил её с громким звуком, отчего по земле прошла звуковая волна. Почва внезапно стала мягкой и засасывающей, как болотная трясина, и Лимиту пришлось прервать свой бег. Кнутом притянул себя он к ближайшей ветке, раскрутился на ней и прыгнул на другую. Потом снова сие повторил, но уже на другом дереве. Леший бросился за ним. Он вырвал с корнем красивую берёзу, после чего швырнул в Хога, однако парень успел уклониться.

– Чот я форму прежнюю потерял, непорядок. Надо бы поднажать, – с этими словами Хог активировал белоснежный Коловрат в правом глазу. – «Посолонь»! Зарядка!

Лимитеры, в отличие от эрийцев (и тех, кто был потомком последних), напрямую колдовать не умели. Для того, чтобы использовать боевую (и не только) магию, им необходимо было волшебное оружие. Оно могло быть как холодным, так и огнестрельным; как книгой чародея, так и магическим камнем. Его используемый человек заряжал своей внутренней энергией, благодаря чему получал воистину убойный во всех смыслах аргумент для любых битв.

Что, собственно, и случилось после «Зарядки»: чёрный кнут вдруг засиял белоснежным светом, испускающим искажения цвета Солнца, и Хог туго натянул его. На лице отважного Лимита появилась триумфальная улыбка.

Вязг!

Леший выпучил пылающие изумрудным огнём очи – а потом завыл настолько громко, что даже лес немного содрогнулся. Ибо белый хлыст не только пробил броню, но ещё и пламя бело-жёлтое после себя оставил. А Хог прокрутился вокруг оси, как в танце, и ударил снова. Усиленный Коловратом кнут бил быстрее, сильнее и ощутимее, нежели раньше. Хотя он светился во тьме, будто новогодняя гирлянда, предугадать траекторию его атак возможным не представлялось.

Исход этого боя очевиден: Хог выиграет, и Леший это прекрасно понимал. Единственное, что могло спасти его – бегство. Им демон не пренебрёг.

– Пряня, ко мне! – крикнул Хог, поняв намерения врага.

Леший выпустил из чрева густое облако пыли, заставив Лимита закрыть лицо руками. Через секунду в волонтёра полетел осиновый кол, но тот кувырком прокатился под ним, после чего бросился бежать.

Вокруг – проносящиеся на бешеной скорости деревья. Из-за сильного ветра сложно было разобрать звуки окружающего мира: падали листья, вылетали из земли сырые корни, гремели камни. Всё это происходило во время бега, и Хогу приходилось, не сбавляя темпа, прыгать в разные стороны, дабы не погибнуть.

Он попал в иллюзию Лешего. Куда ни пойди – везде бесконечный лес. Одна тропа, ведущая в никуда. И нет выхода из ловушки сей, покуда спутал лесной демон все пути возможные. Оставалось только бежать.

Только Хог был готов к такому. И подле него летящий Пряник тоже, носом втягивая воздух.

– Направо. Налево. Ясень, – сообщил енот о местонахождении схоронившегося врага.

Хог хмыкнул. Со скоростью молнии он вырвался вперёд, оторвавшись от преследующих его острых веток. Затем свернул влево и, подпрыгнув, нанёс сокрушительный удар кнутом по ясеню, коим был Леший. Жуткий звук разлетающихся щепок огласил поляну вперемешку с громким падением демона на землю. Его тело больше ничего не защищало.

А дальше всё происходило как в киношном «slow-mo»: Леший поднимается на ноги, но перед ним на корточки спрыгивает плотоядно улыбающийся Хог.

– Время кончать, хе-хе, – пафосным голосом говорит он.

Удар спереди. Удар справа. Сбоку. Сверху. Снизу. Лимит буквально закружил вокруг врага, словно заведённая юла, обрушивая на орущего от боли демона сто пятьдесят кулачных ударов. Они прилетали одновременно, точно и быстро – словно шаровая молния, настигшая свою цель.

А потом кросс объятого бело-жёлтым светом правого кулака с хрустом врезается в Лешего, и демон с донельзя ужасным грохотом влетает в дуб, ломая его собой. Один из рогов не выдержал такой силы и отлетел от головы противника – и был тотчас пойман Пряником. Зелёные очи потухли. Леший, обмякнув, шумно рухнул на землю пластом.

Он проиграл.

– Вот тебе кара Перуна, ха-ха! – победно усмехнулся Хог, гордо ткнув себя в грудь большим пальцем.

– Молодец, Кнутик! Отличная работа! – поздравил хозяина Пряник, принеся ему его честно заработанный трофей.

– Без тебя бы я не справился, малыш, так что эта победа – общая.