На свою беду выслеживаемая жертва углубилась в бурелом. Когда деревья стали располагаться близко друг к другу, своими ветвями как бы пригораживая путь любому волку, лисице и другому лесному хищнику, барсук начал просто скакать по стволам, перепрыгивая с бочка одного дерева на другое.
А вот девушкам бежать за ним было уже весьма не комфортно. Те даже потеряли его из виду, высвобождая свои волосы из плена хвои, раскидистых веток, а заодно отряхиваясь от листьев, шелухи шишек, сухих иголок и семян. Под ногами хрустели ветви, нередко валялись поваленные деревья. Чем дальше за барсуком, тем более зловещим становилось всё вокруг.
Ди и Милена двигались среди огромных папоротников, почти с них ростом. Слышали и видели, как пчёлы копошатся возле своих крупных ульев, замечали поломанные ветви куда выше земли, свидетельствующие, что и до них здесь уже кто-то ходил. Трава и лесная подстилка скрывали всякие следы, ведь никакой дороги у них под ногами не было вовсе.
– А-а! Живое дерево! – испугано вздрогнула Милена, схватив Ди за плечо.
Полуэльфийка, поглядев, куда указала гимнастка, тоже поначалу выглядела обескураженной, но быстро пришла в себя, вернув лицу серьёзное выражение. Вырвавшись из хватки своей спутницы, она направилась уверенным шагом в сторону того самого дерева.
– Просто вырезанное страшное лицо, оно не живое, – заявила Диана.
– В ваших эльфийских лесах чего только не бывает, – выдохнула златовласка, прижав ладонь к груди.
– Вон там ещё, – указала Ди. – И ещё… Дети дурачились. Или какой-нибудь один озорник, младший сын резчика или типа того. Видишь, на каком уровне лица изображены.
Все уродливые, с гримасами, непропорциональными носами, хмурыми бровями, нередко с оскалами – едва ли не каждый ствол в густой роще, где шагали девчонки, имел на себе вырезанное страшное лицо. У полуэльфийки даже мелькнула мысль, что вырезали их не ради забавы, а чтобы отпугивать от конкретного места. Смотрели они вразнобой, будто на все случаи: откуда бы кто сюда не пожаловал. И веяло от всего этого явной угрозой.
Барсука удалось отыскать возле наполовину прикрытого крупной ветвью входа в пещеру. Крысы при нём нигде рядом не было: похоже, что хитрый зверёк всё-таки куда-то удрал. Может быть, даже прямо туда, в черноту пугающего безмолвия.
– Эй? Там есть кто-нибудь? – крикнула внутрь Милена, а Ди тут же прикрыла ей рот ладошкой.
– Спятила? Вдруг там чудища или какие-нибудь разбойники! – тихо прошипела полуэльфийка.
– У тебя два кинжала есть. Ты говорила, умеешь с ними обращаться, – убрав чужую руку от своих губ, произнесла златовласка.
– Против какого-нибудь пещерного льва или тигра… или пумы какой… особо не повоюешь кинжалами, – заверила Ди, но на всякий случай потянулась к рукояткам своих орудий.
Из пещеры всё равно никто не ответил. Ни рыка, ни свиста, ни голосов. Ни даже какого-нибудь шелеста крыльев летучих мышей. И, к разочарованию девушек, даже капель воды не было слышно. Тем не менее барсук, дождавшись своих спутниц, смело зашагал внутрь.
Диана гневным сдавленным шёпотом пыталась его остановить, заверяя, что её четвероногий друг замыслил что-то сумасбродное, но зверь даже не отозвался голосом. Двигался как мог тихо и аккуратно, исследуя пещеру. Может, обладал зрением в темноте, Диана вот толком разобрать не могла уже никакие очертания, когда света, идущего снаружи, становилось явно недостаточно, чтобы осматривать, что внутри.
– Есть просмоленный платок, дай огниво, попробую сделать факел, – тихо сказала Милена.
Вскоре девушки уже шагали вперёд в поисках барсука, освещая всё подрагивающим небольшим пламенем. На стенах периодически были примитивные рисунки: рыбий скелет, волчьи морды в профиль, какие-то контуры медведей, огров, эттинов, изображения мечей и ещё непонятно чего.
Пещера явно была обитаема. Помимо рисунков, здесь располагались всякие подвешенные на крючьях и выступах пучки трав, хвои и веточек с ягодами. Иногда всё это попадалось и под ногами, втоптанное в грязь и песок. И среди всего этого ещё кости, орехи и их скорлупа, а порою даже какие-нибудь металлические заклёпки и пуговицы.
Нередко встречались кровоподтёки и борозды, как если бы хозяева пещеры охотились на лесную дичь и потом тащили внутрь изрезанные или усеянные стрелами туши животных: оленей, косулей и кабанов. Внутри было прохладно, слегка пахло плесенью и мхом, с некоторых ответвлений ощущалась сырость, будто там есть некий источник воды или подземный ручей. Хотелось как раз завернуть туда, ведь в первую очередь сегодня они хотели пополнить запасы.
Стопа Дианы ощутила под собой твёрдый предмет. Им оказалась небольшая и не слишком аккуратно вытесанная из дерева рукоять кинжала или небольшого меча, но лезвия при нём не было. И тут же откуда-то вдали раздался сдавленный стон, а потом кашель, отчего Диана выронила свою находку.
– У-ук! – раздалось примерно оттуда же.
Похоже, что барсук первым нашёл источник неведомого голоса. Спешно подбежав на место, Милена и Ди застали израненного немолодого мужчину в красивом имперском мундире с эполетами и гербом, где щит держат грифон и не то лев, не то мантикора – некое геральдическое создание с гривой.
Он был очень сильно изранен. Ноги кровоточили во множестве мест и казались переломанными, будто он сюда дополз при помощи одних лишь рук. Обломки рёбер кое-где торчали из под изодранной ткани мундира. На мужчину будто медведь напал: он едва глотал воздух и был буквально на последнем издыхании.
– А! – с испуганным взором уставился бедолага на факел и двух девчонок. – Дети… вы здесь откуда? Бегите… бегите, скорее… Чёрный Барон уже почти здесь… – бормотал он, сбиваясь и едва находя в себе силы.
Густые тёмно-серые усы его шли широкой дугой, нос был вытянутым, да и всё лицо с остроконечным подбородком имело форму длинного овала. Тем не менее тощим его назвать было сложно, довольно крепкий по телосложению и явно высокий, несмотря на то, что сейчас он сидел, прислонившись спиной к большому валуну на развилке.
– Что с вами стряслось? – присела Милена поближе, а барсук обнюхивал тому израненные колени.
– Мы шли отрядом… Разделили командование на троих… Я, генерал Вессер и генерал Приск… – отвечал мужчина.
– Так вы тоже генерал? – удивилась девушка с разноцветными глазами.
– Вон же отметки на погонах и у плеча, – кивнула Ди.
– Мы перебирались минувшей ночью с важной поставкой о… – отвернулся он и замолк. – Вы ведь местные? Не из Империи? – вновь поглядел он на девушек.
– Поставкой оружия, – заключила Ди. – Правду о вас говорят, – хмыкнула она, приблизившись с недобрым выражением лица.
– А-а-а! Эльф! Эльф! Уши! Острые уши! – замахал руками перепуганный генерал.
– Да успокойтесь. Я не люблю имперцев, конечно, но вам зла не сделаю, – заявила Диана.
– Я был… Весь отряд перебили, всех… Всех до единого… – начал было мужчина, но все оглянулись на треск и топот, раздавшийся у входа в пещеру.
– Не бросайте меня… – потянул он руку к Милене, но девушки синхронно попятились от приближавшегося шума и даже не смотрели на израненного человека.
– Правильно говорили, что не только монахи сюда к нам приходят. Вот и доказательство, военный генерал, – процедила недовольно Ди спутнице.
Барсук ощетинился, выгнув спину и зарычал, глядя в сторону входа в пещеру, где протискивалась целая орава о чём-то переговаривавшихся зеленокожих. Впереди шли длинноносые гоблины в небольшом количестве, позади них тучные крепкие эттины и не то огр, не то тролль буроватого оттенка.
– Сахар, давайте жечь сахар! – басил этот тучный сладкоежка. – У нас ещё много осталось!
– Ага, если муравьи не растащили, – сипел кто-то неподалёку.
– Или если без нас не слопали, хи-хи-хи-хи, – гоготал ещё один голос кого-то из зеленокожих.
Был слышен крысиный писк и шлёпанье лапок, хруст ветвей, какое-то чавканье, даже то, как шерсть трётся о своды и стены – целый сонм разномастных звуков, предостерегающих о приближении хозяев всего этого «подземелья». И незваных гостей могли обнаружить в любое мгновение.
– Оттащим его вглубь, – предложила Милена.
– Загоняя себя в ловушку? – фыркнула Ди.
– Может, есть ещё какой выход отсюда, – проговорила ей спутница.
– Я же говорил, что надо ставить капканы, а ты – ловушки, ловушки… – причитал стрекочущим тонким голоском первый лопоухий гоблин, размахивая крупной костью, с которой заострёнными зубами сдирал оставшееся вверху мясо.
– Хор-р-рошие ловушки! Хор-р-рошие! – как попугай, трескучим голоском спорил другой гоблин с разодранным левым ухом и блестящим кольцом в одной ноздре. – Надо наострить шипы, развесить повыше, – ловко жонглировал он блестящим ножичком.
Возможно, что он и вырезал все эти пугающие лица на деревьях. Те были как раз расположены на уровне роста гоблинов, а первичные предположения о развлекающейся ребятне можно было отбросить. Но вот упоминание расставленных ловушек с шипами и капканов заставляло нервничать ещё больше.
– Надо умыться, – свернул один из лохматых эттинов в боковой ход, и ещё один последовал за ним.
– И крыс напоить, – повёл ездовых крупных животных, изрядно больше той, за которой гонялся барсук, кто-то из гоблинов, гнусавый, чуть шепелявый, видимо, заведующий как раз прирученной и науськанной на охоту живностью в этой банде.
– Может, при вас есть оружие? – повернулась Милена к генералу, спросив его шёпотом. – Эй? Эй? – подшагнула и присела она, касаясь бедняги. – Вы слышите? Приходите в себя, не время… Диана… он… – тут же отшатнулась гимнастка с дрожью в голосе, – кажется, умер…
– Надо бежать сейчас же, – подметила Ди момент, когда толпа обитателей пещер поредела и по большей части разошлась по «комнатам» и ходам.
Она очень хотела бы прихватить хоть какое-то доказательство с военного мундира покойного. Имперские знаки отличия, которые бы Софре, королям Лонгшира и кому бы то ни было ясно и чётко намекнули бы на пришедшие иноземные войска. Но времени на всё это попросту не было.
На шуршание от шагов нервничающей Милены отвлеклись от своих споров гоблины, ускорив шаг и заприметив за поворотом блеск огонька. Позади этих двоих шла ещё парочка усталых помощников, голова одного из которых была замотана платком на манер банданы, а у другого, в отличие от лысых макушек собратьев, рос щетинистый гребень.
– Скрид, это ты костёр не затушил? – мясом на кости шлёпнул по лбу гоблин-лидер своего собрата с ножичком и изодранным ухом, после чего вновь откусил от этой своей «дубины».
– Всё я тушил, это Криг и Гоби небось забыли, – проворчал тот, оборачиваясь.
– Не дышит… – тем временем всё испуганно глядела на тело имперского генерала Милена.
– Ему уже не помочь, надо себя выручать, – процедила Ди.
– Что это тут у нас? Гостьи! И барсук! Эй, ты! – снова шлёпнул сочным куском мяса по лбу второго гоблина главарь банды зеленокожих. – Смотри, какой жирненький! Из такого и похлёбка, и жаркое…
– А из гоблинов похлёбку не хотите? – яростно вышагнула вперёд Диана, вооружившись кинжалами и показывая, что их не боится.
– Пробовали, та ещё отрава, – скривился главарь.
– Да не худой конец и гоблин съедобен, – не согласился тип с ножичком. – Ну, и кто это у нас тут, ребятки-цыплятки? Эльф? А? – оглядывал он Диану с интересом.
– Я? Воробей! – задрав подбородок, с гордым видом и хитрым прищуром заявила им полуэльфийка.
– Чё?! Криг, Гоби, вы таких птиц когда-нибудь видели?! – снизу вверх и обратно оглядывал её приближавшийся вожак. – Это из деревни к нам кто-то пожаловал. Человек! Человечина сладкая, вкусная! А ну хватай и вяжи её, ребята! – приказал он, задрав свободную руку с вытянутым пальцем и издав шипяще-писклявый клич, привлекая внимание остальных обитателей пещеры из своей банды.
– Сам ты человек! А я во-ро-БЕЙ! – заявила Ди, изо всех сил пнув приближавшегося гоблина, мало того что угодив тому между ног под набедренную повязку, так ещё и отбросив в своих, отчего остальная троица полегла, словно кегли. – Бежим! – крикнула полуэльфийка Милене и барсуку, помчавшись вперёд.
– Чё-чё… ремешок через плечо! – остановилась Милена возле поднимавшегося с тушек собратьев гоблина-главаря с изодранным ухом и крепко треснула по его лысой макушке своей увесистой сумкой с припасами.
Гимнастка заодно наступила на руку гоблину, чтобы тот не успел поднять свой нож и поранить кого-то из них, пробегавших мимо. Диана же неслась к выходу, уже слыша приближавшихся эттинов, но надеясь их опередить. Те появились в главном ходе пещеры уже за её спиной и схватить не смогли. А вот на другую девушку и несущегося зверька уставились горящими жёлто-рыжими глазами.
Милена сделала прыжок, насколько позволяли своды пещеры, а барсук прошмыгнул мимо снизу, когда толстолобые сгорбленные создания протянули к ловкой девчонке свои лохматые руки. По итогу увальни не смогли схватить ни златовласку, ни зверя, оставшись ни с чем.
Но когда девушки и барсук оказались снаружи, то из пещеры им вслед уже вовсю раздавались гоблинские крики. Стоять и ждать здесь непонятно чего было бессмысленно. Так что они понеслись дальше, чтобы оторваться от организованной погони.
– Его надо вызволить! – на ходу бросила Милена, вспомнив о погибшем генерале.
– Биться с гоблинами, эттинами и гигантскими крысами? Сама иди, раз такая смелая! Мне вот делать больше нечего! – нахмурилась Ди, петляя среди деревьев, когда сзади уже в них метали топоры, камни и вовсю гнались с громким топотом.
– А если бы это был мой брат? – возмутилась Милена.
– Тогда бы я рискнула всем, чтобы его вытащить. Но там не мой брат. Там имперец, – заявила Диана, запрыгивая в листву огромных папоротников в надежде затеряться.
– Ты же сказала, он доказательство, – всё не унималась притаившаяся рядом с ней златовласка.
– Кому? Кучке оставшихся людей? Доказывать это надо эльфам, а те в резервациях далеко отсюда или воюют на границах как раз вот с ними, а значит, обо всём прекрасно осведомлены, – прижимала Ди к себе барсука, поглаживая в надежде, что тот не станет рычать, почуяв приближение зеленокожих.
– Ты же понимаешь, что с ним сделают да? – шептала в ужасе Милена. – Они сожрут его. Раздерут на куски и зажарят на костре руки-ноги, сварят похлёбку, череп повесят на пояс. Его даже не захоронят по-человечески!
– Знаешь, пусть тогда его разгневанный неупокоенный призрак им в пещере и докучает, – фыркнула полуэльфийка. – Помолчи уже, нас услышат!
– Божечки-кошечки, как можно быть такой бессердечной?! В тебе от эльфа больше, чем от человека, – цокнула языком, качая головой, златовласка.
– А больше всего во мне от Дианы Лафо, которая не будет рисковать жизнью ради имперского незнакомца, – бубнила Ди так, чтобы спутница её услышала.
– Он же ничего тебе не сделал, – резко повернулась к ней Милена.
– Сюда! Сюда! Они здесь! – завопил один из преследователей в роще папоротников, заслышав голос гимнастки.
– Он хочет завоевать мою родину, этого мало? – помчавшись вперёд, сердито обернулась на неё Диана.
– Ладно, он всё равно уже был мёртв… Одна я туда не вернусь, – дабы не ловить рассерженный взгляд спутницы, Милена оборачивалась на шайку преследователей.
Многие были вооружены каменными орудиями или даже клинками, скорее всего отобранными у попавших в их западню путников, которым не посчастливилось удрать от этой банды зеленокожих. Повезло, что среди них не оказалось лучников. Или же те ещё не подоспели из пещеры прямо сюда.
– Вот и идём, куда шли. Нам в Велунд. Ищи свой бродячий цирк, – фыркала Ди, направляясь в сторону бурелома, где все брошенные копья, метательные ножи и гипотетические стрелы застревали бы в густых кронах, стволах и ветвях.
Под ногами её порвалась не то лиана, не то верёвка. И если бы полуэльфийка осталась на месте, замерев и пытаясь понять, что случилось, или бы споткнулась об неё до того, как та лопнула, то на неё сверху бы рухнуло усеянное заострёнными кольями бревно. А так повезло быть на пару шагов дальше от сработавшей ловушки.
– А-а-а! – взвизгнула от вида падения перед собой такой штуковины Милена, перепрыгнув через образовавшийся колючий барьер.
А вот барсуку пришлось оббегать, где он своей мордочкой задел ещё несколько ловушек, включая упавшую на голову широкую сеть, в которую таки угодил. Ди бросилась своему зверьку на помощь, а Милена застыла в сторонке. При ней-то оружия не было, и даже огниво, которым можно прожечь путы, она как раз подарила Ди при их первой встрече.
Отряд гоблинов и с треском ломающих ветви эттинов нагонял незадачливых беглянок, оказавшихся не в то время не в том месте. Синеватые лезвия кинжалов в умелых руках полуэльфийки перерезали плетёную сеть, вызволяя полосатого зверька из плена, тут же рванувшего прочь мимо хозяйки.
Поодаль целая орава гигантских крыс размером с не самую маленькую собаку неслась в уздечках и натянутых ремнях, что сжимал в руках погонщик-охотник. Пришлось сворачивать в ещё более густую часть леса, перепрыгивать через поваленные стволы, кусты и валявшиеся ветки, проносясь мимо колючей хвои и высоких стеблей.
Девушки и барсук набирали темп, стараясь держаться подле друг дружки. Впереди всё казалось каким-то белёсым, будто окутанным седым туманом, но их это не останавливало, деваться-то уже было некуда. Всё дальше и дальше мчались они в лесную чащу, давно позабыв, как выйти к дороге, с которой Ди клялась себе не сворачивать и далеко не отбегать, дабы не разминуться с подругой Кьярой в случае чего.
– Отстали, – сообщила Милена, оглядываясь назад.
Мчавшиеся гоблины и этины оглядывали всё вокруг, но с ещё более паническим видом смотрели наверх, на ветви деревьев, мотая головами и спешно пятясь. Диана тоже остановилась, повернувшись на это зрелище. Шайка гоблинов и их сподручных спешно покинула эту область леса, рванув вдаль, прочь из чащи, как от какого-нибудь пожара. И это не внушало девушкам никакого спокойствия.
Они тоже поозирались по сторонам. И даже барсук чуял нечто недоброе, пятясь к ногам своей спутницы-хозяйки. То, что казалось туманом, на деле предстало обилием паутины, что окутывала здесь каждый куст, соединяла ветви и кое-где даже сами деревья, непроглядной бело-серой пеленой охватывая всё вокруг, мешая заглянуть вглубь леса.
И вокруг было так тихо, абсолютно бесшумно. Ни пения птиц, ни хлопков их крыльев, ни какого-либо шелеста или хруста – воцарившееся полное безмолвие, словно хозяева этих светлых нитей затаились в ожидании своих жертв. Мороз пошёл по коже у обеих девчонок, да и барсук сильно нервничал, судя по его суматошному поведению. Всем хотелось поскорее убраться отсюда, и уже никакие разборки с гоблинами никого не страшили.
– Нет-нет… только не пауки! – вспомнила Ди громадное членистоногое, что как-то забралось ей на живот во время походов.
– А знаешь, сразиться с гоблинами, чтобы похоронить того беднягу по-человечески, уже и не кажется такой глупой затеей, – пятилась Милена, в надежде вернуться в область чащи без паутины.
С разных сторон от них тут же с высоты крон деревьев начали приземляться своими лохматыми лапками крупные пауки. Самые мелкие из них были размером с барсука. Но в размахе конечностей выглядели изрядно крупнее. Большие же могли спокойно охотиться на лошадь и наверняка примерно тем здесь и занимались – опутывали своими сетями лосей да оленей.
Создания со множеством глаз и конечностей приближались к незваным гостям, которым наверняка были весьма рады. Передвигались они резво, но не нападали сразу, а замирали на месте, бесшумно окружая заблудших путников. Прозрачные капли, словно голодная слюна, капали с заострённых челюстей хозяев этого зловещего места.
Ди держала наготове свои кинжалы, не особо представляя, как противостоять заострённым и у многих уже задранным для атаки хелицерам – крупным клыкам местных пауков. А ещё ей казалось, что в своей позе она неподвижно окоченела, будто холодный пот, что её прошиб, заморозил девушку на месте. От страха тело просто не слушалось. А из-за опасений стать лёгкой добычей, паника и ритм сердцебиения у полуэльфийки только усиливались.
