– Это прекрасный строительный материал. Из них строят дороги, ими облицована набережная реки. Сейчас её удлиняют. Плиты идут на опоры для нового моста. Да мало ли куда ещё требуется камень! – ответил Сергей. – Сейчас им почти полностью заменили бетон. Это дешевле, прочнее и красивее.
– Здорово режет! – заметил Костя. – Такое пламя, блин!
– Это ещё что! Вот ночью здесь зрелище, так зрелище! Пламя полыхает как сказочный фейерверк, зарево в полнеба! – ответил Сергей.
Постояв ещё минут пять, и полюбовавшись удивительным зрелищем, путешественники сели в машину и помчались дальше. Однако ехали они не долго. Километров через тридцать Сергей вновь остановил машину перед закрытым шлагбаумом. Саша огляделся вокруг, пытаясь увидеть железную дорогу, но слева и справа была только широкая, уходящая вдаль просека, поросшая травой и мелким кустарником. По другую сторону её тоже был шлагбаум, у которого стояли машины.
– А чего мы здесь стоим? – спросил Александр.
– «Буран» идёт. Корабль тайги, – ответил Сергей.
– Как это? – не понял Саша.
– Сейчас поймёшь. Слышишь гул?
– Да. Как будто самолёт летит.
Гул доносился слева. Ребята вышли из машины и подошли к шлагбауму.
– Осторожно, – предупредил Сергей, – вас может отбросить воздушной волной. Держитесь за перекладину.
Вдали показалось небольшое белое пятно. Оно быстро приближалось. Гул с каждой минутой нарастал. Вот Александр уже смог разглядеть широкую ходовую рубку, плавные обводы корпуса, низкую скошенную мачту и огромные воздушные винты на корме. Снизу судно опоясывала полукруглая манжета, из под которой вырывался не то пар, не то воздух.
– Так это же судно на воздушной подушке! – воскликнул Саша. – Только очень большое.
– Я же сказал, что это корабль тайги! – прокричал Сергей ему в ухо.
Но вот гул превратился в мощный рёв и «Буран» поравнялся с переездом, обдав ребят струями воздуха. Он пронёсся мимо со скоростью не менее 100 км/ч. На палубе его стояли какие-то контейнеры, бульдозеры, лазерные пушки и сидели два робота. Сергей залез в машину и посигналил ребятам. Через минуту все уже ехали дальше, в сторону океанариума.
– Вот это да! – восхищался Костя. – Я такую хреновину по телику видел, а в натуре никогда. Ну и ревёт же, блин!
– А куда это «Буран» пошёл? – спросил Александр.
– На север, в тайгу, а затем в тундру. На золотые прииски, а может и дальше, – ответил Сергей. – Они по всей тайге ходят. Обслуживают нефтегазопромыслы, леспромхозы, стройки всякие, оленеводческие и звероводческие фермы. Для них дорог не надо. Они по рекам и по болотам шпарят, как по асфальту! Даже в море выходят, к судам идущим вдоль северного побережья России. И по воде и по льду гоняют хоть бы что!
– А где же они топливом заправляются?
– Чудак, они же атомные, – пояснил Костя, желая показать свою осведомлённость. – Они только водой в дороге заправляются, им пар нужен.
– Так это что, паровоз что ли?! – хихикнул Александр.
– Сам ты паровоз! Говорят тебе, атомные, блин.
– Саша прав, – вступился Сергей. – Это действительно паровоз на атомном топливе. А вернее пароход. Горючего ему на год хватает, только воду давай.
– В тайге воды много, – заметил Дима, молча прислушивающийся к разговору.
Через сорок минут машина остановилась у здания океанариума. На пляже было полно народу. В воздухе деловито гудели вертолёты, доставляя всё новые и новые партии отдыхающих.
– Искупаться бы сейчас, – мечтательно произнёс Александр.
Время шло к полудню и солнце изрядно припекало.
– Потом искупаемся, – сказал Сергей. – А сейчас я предлагаю совершить экскурсию на небольшой подводной лодке. Спустимся под воду и станет прохладнее.
Предложение всем понравилось.
Они купили билеты и прошли на пирс. Вскоре объявили посадку, но лодки нигде не было. Потом Александр заметил, что люди спускаются в какую-то ограждённую перилами дыру посредине пирса. Сергей подошёл к ней и увидел открытый люк рубки подводной лодки.
– Давайте сюда! Здесь она.
И он скрылся в люке. За ним осторожно спустилась Юля, а за ней и ребята. Вскоре все удобно устроились в мягких креслах возле больших круглых иллюминаторов. Вода вблизи лодки осветилась светом сильных прожекторов. Раздалось шипение, бульканье, лодка качнулась и медленно пошла вниз.
– Вон, смотри! Рыбы! Живые. – Удивился Костя. – Совсем близко, блин! Вот бы поймать.
– Тише ты! – толкнул его в бок Дятел.
Ребята с интересом наблюдали за стайкой небольших серебристых сайр проплывавших в иллюминаторе.
– Как будто в аквариуме, – сказал Костя.
– Это мы для них в аквариуме, а они на свободе, – возразил Дима.
Экскурсовод сообщила, что они отправляются в кругосветное путешествие на подводном корабле «Наутилус» и побывают во всех морях и океанах планеты, познакомятся со всеми климатическими поясами, от тропиков до холодных арктических морей. Они опустятся на глубину 80 метров, в царство мрака и холода, проплывут вдоль коралловых рифов и познакомятся со многими экзотическими обитателями подводного царства Нептуна.
– А самого Нептуна мы увидим? – спросил Костя.
– Если повезёт, то увидим, – улыбнувшись, ответила экскурсовод.
Экскурсия началась.
– Рыб-то сколько! – удивлялся Костя. – И чего их никто не ловит?
– Это мелкие рыбки, – сказал Сергей. – Их не едят.
– А крупные рыбы тут есть?
– Есть, только глубже. Сейчас мы идём у самой поверхности.
Мимо них проплыла пара водолазов на буксировщиках, мужчина и женщина. Они приветливо помахали рукой пассажирам подводной лодки.
– Вон, смотри, мужик сколько рыбы тащит на кукане! – изумился Костя, толкая в бок Диму. – И крупные, блин!
Между тем лодка опускалась всё глубже. Стало темнее. Кругом разливалась синевато-зеленоватая мгла. Скалы тонули в ней. Мелкие игривые рыбки исчезли и их сменили более крупные хищные тунцы, кефали, ставриды. Внизу показались песчаные отмели на которых расположились колонии морских звёзд и гребешков. Между ними осторожно ползали крабы. Освещённые прожекторами, они замирали на мгновение, поднимая вверх клешни, а потом торопливо спешили укрыться в камнях. В лодке стало прохладней.
– Мы находимся на глубине сорок метров, – сообщила экскурсовод. – Здесь довольно темно и холодно. Температура воды 12 градусов. В такой воде живут кефаль, камбала, треска, терпуг, селёдка, морской окунь, т.е. большинство промысловых рыб. Вы видите некоторых из них за иллюминаторами.
– А что это за рыбы плывут стаей? – спросил Александр.
– Это обыкновенная, всем известная селёдка, – пояснила экскурсовод.
– Мне чего-то селёдки захотелось, – сказал Костя.
– Экскурсия закончится и будем обедать, – ответила Юля.
Дятел незаметно дал Косте щелбан.
Подводная лодка шла, погружаясь всё глубже и глубже. Но казалось, что она неподвижно висит в глубине, так незаметно было это движение. Вокруг никаких предметов. Аквалангисты исчезли и только рыбы крутились вокруг, привлечённые светом прожекторов.
Тем временем лодка погрузилась ещё глубже и легла на грунт.
– Мы находимся на глубине восемьдесят метров. Это самая глубокая точка океанариума, – сообщила экскурсовод. – Посмотрите вокруг. Вы видите довольно скудную фауну. Нет света, нет и растений. На дне можно увидеть камбалу, морские звёзды, рапаны и множество морских червей, которые перерабатывают остатки органической пищи, поступающей из верхних слоёв озера, где кипит жизнь.
– А аквалангисты сюда спускаются? – спросил Костя.
– Нет. Акваланг работает на обычном атмосферном воздухе, в котором 21% кислорода, 0,03% углекислого газа, а остальное – практически чистый азот. Под высоким давлением азот становится наркотическим веществом и опьяняет водолаза. Уже на глубине 55 – 60 метров водолаз чувствует его наркотическое действие. При погружении на большую глубину, он может потерять контроль над собой и погибнуть. Для достижения больших глубин требуется специальное водолазное снаряжение и специальные дыхательные смеси на основе гелия. Кроме того, пребывание на большой глубине вызывает опасное кессонное заболевание, если не соблюдать правила декомпрессии.
Тем временем лодка легла на обратный курс. Вокруг становилось светлее. За бортом снова закипела подводная жизнь. Через полчаса показались опоры пирса, раздалось шипение и подводная лодка мягко стукнулась рубкой о причальную воронку.
Сергей, Юля и ребята вышли на пирс и вдохнули густой полуденный зной.
– Эх, искупаться бы, – вздохнул Саша.
– Это можно, – согласился Сергей. – Ты как? – обратился он к Юле.
– Я за.
– А вы, молодёжь? – обратился он к Косте и Диме.
– У нас плавок нет, – смущённо ответил Костя.
– Ну, это мы сейчас уладим. Пошли в киоск.
Вскоре Костя и Дима вернулись довольные, держа в руках разноцветные плавки.
– Давайте поедем на ту сторону. Там меньше народу, – предложила Юля.
– Поехали, – согласился Сергей.
Они сели в машину, и через несколько минут оказались на другом конце озера. Остановились недалеко от небольшого песчаного пляжа. Вокруг росли высокие сосны, кедры, а за ними начиналась цепочка невысоких скал местами подходивших к самой воде.
Мальчишки разделись и наперегонки бросились в воду. Место было глубокое чистое. Тишина над озером огласилась громкими ребячьими голосами, плеском воды, шлёпаньем рук.
Сергей и Юля вошли в воду осторожно, держась за руки. Вода была довольно тёплой, особенно верхний неподвижный, прогретый солнцем, слой. Сергей плыл сначала не спеша, потом не выдержал и рванул вперёд. Он плыл, оставляя за собой широкий пенистый след. Ребята с завистью смотрели на этот мощный рывок, поднявший приличные волны.
Наконец все с удовольствием растянулись на мягком горячем песке. Саша лежал и смотрел на окутанную паром громаду геотермальной электростанции (ГТЭС) на противоположном берегу озера. Потом спросил Сергея.
– А почему эта электростанция называется геотермальной? Я что-то раньше о таких не слышал.
– Геотермальные электростанции работают на тепле поступающем из недр Земли. Гео – по латыни Земля. Они известны уже давно. Просто раньше их было очень мало и были они маломощные, т.к. работали на природных гейзерах. Гейзеры – это фонтаны воды и пара, бьющие из Земли. Ты наверное знаешь, что толщина земной коры примерно 30 – 50 километров. На дне океанов она тоньше, в горах толще. Глубже залегает расплавленная магма, та самая, которая изливается из кратеров вулканов при извержении. Застывая, магма образует твёрдые горные породы: туфы, базальты, граниты. Из трещин в этих породах и поднимается на поверхность Земли горячая вода и пар, образуя гейзеры. Гейзеры есть у нас на Камчатке, в Исландии, в Америке, но энергии, которую они выделяют, не достаточно для освещения и отопления даже небольшого города. Поэтому люди научились делать гейзеры сами и значительно более мощные, чем природные.
– А где же здесь гейзеры? – спросил Александр.
– Гейзеры здесь спрятаны в трубы. Промышленный гейзер – это наклонная труба диаметром более метра и длиной около 30-ти километров. В трубу под давлением закачивается охлаждённая вода из океанариума. Опускаясь вглубь Земли, она нагревается до 300 градусов и по другой, выходной, трубе поднимается вверх.
– Не может вода нагреться до 300 градусов, – заявил Дима. – При ста градусах она уже превратится в пар.
– Плохо ты знаешь физику, – ответил Сергей. – Это при нормальном давлении вода кипит при ста градусах Цельсия. А на глубине 20 километров давление превышает 2000 атмосфер, поэтому вода там находится в жидком состоянии даже при 300-х градусах Цельсия. А вот когда она поднимется на поверхность, то действительно закипает и превращается в пар, который и крутит турбину. Потом она сбрасывается в океанариум и обогревает его. Даже зимой вода в нём не замерзает. Купаться можно круглогодично. У водосброса температура воды около 30 градусов Цельсия. Но сначала она обогревает Найск и парники, где выращивают овощи и фрукты.
– А почему ты сказал, что труба наклонная, а не вертикальная, – поинтересовался Александр.
– Это связано с особенностями бурения сверхглубоких скважин. Трубу необходимо опускать по мере того, как скважина углубляется. Вертикальная труба длиной 20 километров весит несколько тысяч тонн и её нельзя удержать в подвешенном состоянии. Она разорвёт себя своим весом. А наклонная, пусть и более длинная труба, будет опираться на твёрдые породы Земли и её можно удержать от скольжения вниз.
– А чем же бурят такие глубокие скважины? – спросил Александр.
– Специальной лазерной пушкой. Её опускают на кабель-тросе. Мощные импульсы света дробят и взрывают твёрдые породы, а их частицы уносятся водой, которая непрерывно прокачивается насосом. Луч лазера отклоняется специальной системой так, что образуется отверстие нужного диаметра. Процесс бурения идёт непрерывно по мере опускания трубы.
– А как же соединить входную и выходную трубы? Неужели можно пробурить так точно? – удивился Александр.
– А тут особой точности и не требуется, – заявил Сергей. – Там под землёй, на глубине 20 км создаётся огромная полость путём подземного термоядерного взрыва. В неё и входит выходная труба. Если бы этой полости не было, то мощность ГТЭС была бы ничтожной. Вода нагревалась бы медленно, т.к. теплопроводность земных пород низка. Полость увеличивает поверхность нагрева, и мощность ГТЭС намного возрастает.
– Здорово придумали, – сказал Александр. – Значит, теперь геотермальные электростанции можно строить где угодно?
– В принципе да. Но крупные города в Европе питаются электроэнергией, получаемой от термоядерных электростанций. Они мощнее и экономически выгоднее.
– Понятно… А можно нам ещё искупаться?
– Купайтесь да поедем обратно.
Мальчишки с криками «Ура!» кинулись в воду. Вокруг всё опять огласилось возгласами и смехом. Накупавшись, они переоделись в машине и поехали в город. Сергей поставил сектор газа на 250 км/ч и к своему удивлению увидел, что скорость растёт.
– Всё! Больше компьютер меня не ограничивает! Прошло уже два года как я вожу машину, а серьёзных нарушений не было. Теперь можно жать «на всю катушку»!
Машина, плавно покачиваясь, неслась вперёд, а на спидометре было 220 км/ч.
Вскоре они подъехали к своей «пещере» и пригласили ребят в гости. С волнением Дима и Костя переступили порог подземной квартиры. Они никогда ещё не были в подземных жилищах. Александр по-хозяйски показывал им комнаты, аппаратуру, мебель, а парни удивлялись окружавшей их роскоши.
– Живут же люди! – воскликнул Дима. – Повезло тебе, Сашка! Жил, жил в прошлом веке и вдруг, на тебе – бац, и в наш век выскочил! Мы вообще не должны были встретиться, не то, что дружить. Мы же из будущего, а ты из прошлого.
Костя ходил по квартире, чмокал языком и всё спрашивал:
– Ну что бы тут у тебя стырить, блин?
– А в глаз не хочешь? – предлагал ему Дима.
– Ребята, ужинать, – пригласила Юля. – Мойте руки.
Мальчики вышли из ванной и сели за большой овальный стол в гостиной. Сергей включил детскую телепередачу и ребята стали смотреть мультфильмы.
– Хорошо у тебя, – причмокнув языком, сказал Костя. – Жрачка шикарная и телик в порядке, блин. Только скучно, наверное, одному?
– А я один почти и не бываю, – ответил Саша. – Мы с Сергеем и Юлей на концерты ходим, на пляж, в лунопарк на аттракционы. А завтра мы уезжаем в Москву, к дяде Жоре. Потом поедем в Орёл, потом в Самару. Когда вернёмся, я к вам снова заеду.
Поужинав и посмотрев телевизор, ребята стали собираться в детский дом. Сергей посадил их в машину, чтобы лично сдать дежурному воспитателю. Саша поехал с ребятами. Через 10 минут они расстались с Костей и Димой у ворот КПП.
В Москву
Заканчивались летние студенческие каникулы. Сергей и Юля решили навестить своих родителей. Это было святым делом, и никто не собирался нарушать эту традицию. Их путь в Орёл и Самару лежал через Москву, а потому решили побывать и у Георгия Евгеньевича, посмотреть как живут космонавты. С ними ехал и Саша.
Путешественники сидели в вагоне скорого поезда Магадан – Москва, который мчал их домой со скоростью 400 – 500 км/ч по прямой как стрела безрельсовой железной дороге. Мимо проносились тайга, озёра, большие и малые сибирские реки, мосты, тоннели, посёлки и города. Всё мелькало, как в калейдоскопе и невозможно было разглядеть окружающий пейзаж.
Поезд шёл ровно, плавно покачиваясь на магнитной подушке, создаваемой сверхпроводящими электромагнитами. Лишь у крупных населённых пунктов он притормаживал, снижая скорость до 200 км/ч, чтобы принять или высадить пассажиров на движущийся параллельно поезд-платформу. Из мелких населённых пунктов пассажиров доставляли вертолёты, которые садились на специально оборудованные крыши вагонов на ходу поезда. Они цеплялись крюками за V-образные ловушки и, смещаясь вдоль вагона, соединяли свои трапы с вагонным тоннелем.
Поезд был комфортабельный, шире обычного. В вагоне тихо играла музыка. Юля дремала на верхней полке. Сергей и Саша сидели у окна.
Поезд прибыл в Москву под вечер. Выйдя на привокзальную площадь, Александр сразу же окунулся в бурлящий водоворот машин, людей, домов, мостов и улиц. Бесчисленные виадуки, тоннели, эстакады висели над улицами, над домами, проходили под домами, прошивали дома насквозь. По ним неслись потоки машин в четыре, в шесть и в восемь рядов. Улицы и эстакады были освещены бесконечными гирляндами огней. Словно скалистые острова среди этого бушующего моря огней, машин и улиц возвышались громады высотных зданий.
У Саши закружилась голова от всей этой круговерти. Они поднялись с Сергеем и Юлей на вертолётную площадку одного из высотных зданий и оттуда наблюдали вечернюю Москву. Им казалось просто чудом, что среди этого нагромождения камня, стекла и бетона, каким-то чудом уцелели островки зелени, газоны и скверы.
– Куда летим? – спросил пилот вертолёта-такси, незаметно подошедший к ним.
– На Большую Ордынку, – сказала Юля.
– Так это же совсем близко, – разочарованно произнёс парень.
– Мы бы хотели немного осмотреть Москву, – заявил Сергей.
– О! Это другое дело, – повеселел таксист. – Могу устроить сорокаминутную прогулку над столицей, пока не стемнело. Прошу в машину.
Прибывшие сели в небольшой шестиместный вертолёт, раздался негромкий свист винта, похожего на свастику и машина легко взмыла в вечернее небо.
– Как тихо он летит, – заметил Саша.
– А почему он должен лететь громко? – удивлённо спросил пилот.
– Раньше вертолёты здорово тарахтели.
– Когда это раньше?
– Сто лет назад.
– Эк куда хватил! Ты ещё каменный век вспомни. Тогда на вертолётах двигатели внутреннего сгорания были, а сейчас электрохимические генераторы. Питаются они жидким водородом и вырабатывают электроэнергию совершенно бесшумно. Ток питает электромотор, а тот крутит винт. Всё очень просто.
Они летели и любовались архитектурными ансамблями Москвы. Сверху она не уже казалась такой перепутанной и перекрученной. Словно на громадном макете возникли чёткие ряды улиц, домов, красивые изгибы виадуков и кольцевых развязок, зелёные озёра садов, парков и скверов, извилистая лента реки и белоснежные теплоходы на ней. Всё это напоминало Саше уже виденное раньше по телевидению, но только экран этого чудесного телевизора казался теперь бесконечно большим и опрокинутым вниз.
Через сорок минут, приземлившись на крышу небоскрёба, путешественники спустились на лифте вниз и огляделись. Дом Георгия Евгеньевича оказался совсем рядом. Это был большой стеклянный дом – аквариум. Передняя стена его была сплошь прозрачной. На металлических стыках висели изящные витые украшения, напоминающие вологодские кружева. Вообще, как успел заметить Александр, стены домов, карнизы, подъезды и окна были увешаны самыми разнообразными украшениями из камня, металла и пластика. Каждый дом был по-своему красив и неповторим. Иногда композиции из цветной керамики и металла украшали всю стену дома, иногда они в виде бордюров и тонких узоров вились по карнизам, балконам и лоджиям. Можно было часами ходить и разглядывать здания лишь на одной улице, а их было в Москве не счесть.
Вскоре прибывшие вошли в подъезд и поднялись на четвёртый этаж. Георгий уже знал об их прибытии и встретил сибиряков с распростёртыми объятиями.
– Заходите, заходите гости дорогие, добро пожаловать. Как доехали?
– Спасибо, доехали хорошо, улыбнувшись, ответила Юля. – Только разница во времени чувствуется. У нас в Найске уже ночь. Но мы в поезде подремали немного, так что ничего страшного.
– Давайте знакомиться. Это моя супруга, Маргарет Черчиль-Раковская – англичанка.
Перед гостями стояла моложавая стройная женщина лет сорока с тёмными, коротко подстриженными волосами. В ней чувствовалась энергия, жизнерадостность и добропорядочность.
– Очень приятно, – сказала Юля, немного смущаясь.
– С Юлей мы уже знакомы по телефону, – произнесла женщина с заметным акцентом.
Сергей тоже представился и поинтересовался: – Извините, а как вас по отчеству?
– Просто Рита! – категорично заявила супруга Георгия Евгеньевича.– А для Саши – тётя Рита.
Затем она остановила свой взгляд на Саше и внимательно оглядела подростка.
– Ну, здравствуй. Вот ты какой! Большой уже мальчик. Познакомься, это твои, хоть и дальние, но брат и сестра.
Позади Риты и Георгия стояли двое детей. Довольно рослый парень лет 17-ти и девочка лет 15-ти. Парень первым подошёл к Саше, протянул руку и произнёс: – Валерий.
Затем подошла девочка и, сделав лёгкий реверанс, произнесла: – Евгения.
Саша немного смутился, не зная подавать ей руку или нет, но всё же протянул свою узкую ладонь.
– Хм! – усмехнулась Женя и, сказав что-то по-английски, тоже подала Саше руку. Рита неодобрительно посмотрела на неё.
– Ну что же, надевайте тапочки и проходите, – предложил Георгий Евгеньевич. – Чемоданы оставьте здесь.
Сергей оглядел довольно просторную, отделанную бежевым рельефным пластиком, прихожую, поставил чемоданы в стенной шкаф, и все трое прошли в гостиную.
Они оказались в просторном зале. Высота зала была метров шесть – семь. В углах возле окон в больших бочках стояли с одной стороны тропическая пальма, с другой – огромный мексиканский кактус. Другие стены и остальное убранство гостиной напоминало скорее музей космонавтики и изобразительного искусства.
Часть левой боковой стены занимал экран стереотелевизора размером 3 на 6 метров, обрамлённый акустическими колонками. На правой боковой стене, возле которой остановились гости, висело огромное панно на космические темы. Сергей узнал в нём лунный город Мунтаун. Рядом стоял двухметровый глобус Луны. Под потолком возле панно висел искусно выполненный макет лунного орбитального комплекса «Вега» с фигурками космонавтов работающих в открытом космосе. В другом конце зала гости увидели макет околоземной космической станции «Голиаф». Вдоль стены напротив окон тянулся сплошной балкон шириной около двух метров. В стене было несколько дверей, как внизу под балконом, так и наверху. В простенках между дверьми стояли фарфоровые вазы, копии скульптур Родена, висели копии картин Рембрандта, Гойя, Ван-Гога и других мастеров кисти. На балкон вела лестница. Под лестницей разместился мягкий диван, два кресла и журнальный столик. В центре зала стоял большой полированный стол, окружённый дюжиной мягких кресел. На нём – дорогая красивая ваза с цветами.
Вслед за гостями в зал вошли Валерий и Женя. Они молча наблюдали за тем впечатлением, которое произведёт на гостей их квартира. Потом Валерий, подойдя к столу, снял вазу с цветами и перевернул столешницу. Получился отличный теннисный стол с сеткой.
– Мы здесь в теннис играем с Женькой. И папа с мамой играют, – пояснил он. – Сыграем потом? – предложил он Саше.
Александр кивнул.
– Теннис – это завтра, – заявил Георгий Евгеньевич. – Сегодня наши гости устали с дороги и хотят отдохнуть. Пойдёмте, я покажу вам другие комнаты.
Он распахнул среднюю дверь под балконом и гости увидели светлую комнату с белой пластиковой мебелью и такими же белыми, украшенными резьбой буфетами, заставленными красивой посудой.
– Это наша столовая, – с гордостью произнёс Георгий. – Слева от неё кухня.
Он распахнул стеклянную дверь и гости оказались на кухне. Тут было всё, что необходимо домашней хозяйке: микроволновые печи, аэрогриль, большой холодильник, посудомоечный шкаф, различные миксеры, кофемолки, тостеры, шашлычницы, фритюрницы, овощерезки. Сама хозяйка уже хлопотала у стола, готовя ужин.
– Теперь прошу в мой кабинет, – пригласил Георгий.
Гости прошли в дверь справа от столовой.
В кабинете они увидели письменный стол, пару кресел, диван, шкафы заставленные книгами, и плоский экран монитора. Возле него лежал небольшой ноутбук и ещё какое-то устройство. Сергей покосился на него, пытаясь понять, что это такое.
– Это моя электронная картотека с памятью 500 террабайт, – пояснил Георгий. – В ней хранится вся нужная мне информация. Вот этот компьютер постоянно подключён через Интернет к мировой базе данных. Я пользуюсь правом неограниченного доступа к любой научно-технической информации и могу задействовать любые вычислительные мощности суперкомпьютера планеты.
Сергей восхищённо покачал головой. – А вы пользовались когда-нибудь этим правом?
– Да. И не раз. Недавно я подкинул этому суперкомпьютеру такую задачку по бионике, что ей пришлось задействовать более ста информационных банков мира. Но он решила эту задачу!
– Здорово. У вас почти не ограниченные возможности для научной работы.
– Это верно. Право неограниченного доступа к мозгу планеты даётся не каждому. Если нет вопросов, прошу на второй этаж.
– А куда эта дверь? – спросил Александр, указывая на небольшую боковую дверь справа.
– Это дверь в мастерскую. Хотите посмотреть?
Саша кивнул.
Георгий распахнул дверь и собравшиеся увидели довольно большое помещение, заполненное разным механическим оборудованием. Внимание Сергея сразу привлёк универсальный обрабатывающий центр. Он видел такой в рекламе по телевизору. Центр выполнял любые токарные и фрезерные работы. Кроме того, он мог строгать, пилить, шлифовать, сверлить. Это была мечта любого умельца. На противоположной стороне стояли стеллажи с какими-то заготовками, деталями.
– Вот это даа! – изумился Саша. – Тут можно всё, что угодно сделать! А что это у вас за детали, дядь Жора?
– Это будет макет новой космической станции, которую скоро запустят к Марсу.
– Так вы эти макеты сами мастерите?
– Конечно. Отпуск у меня большой, надо же чем-то заниматься. Отдыхать всё время надоедает.
– Папа и панно в зале нарисовал, – похвастал Валера. – Он у нас и художник, и скульптор и космонавт.
– Перестань, – неодобрительно сказал Георгий, – хвастать некрасиво.
– А скромность это достоинство тех, у кого нет других достоинств, – ответил Валерий. – Когда о человеке сказать нечего, то говорят, что он простой и скромный. Это значит, что он дурак и бездарь.
– Ты не прав. Я знаю десятки талантливых людей, которые ведут себя очень скромно, не заносятся и не хвастают.
– Так ты и не хвастаешь. Это же я говорю, что ты у нас талант. А тебе надо скромно молчать и не спорить со мною.
Георгий Евгеньевич покачал головой. – Трудный возраст, прямо беда с этими парнями. С девочками спокойнее.
Во время разговора Саша заметил, что потолок в мастерской довольно низкий и наклонный. У стеллажей он был ниже двух метров.
– А почему потолок такой странный?
– Потому, что над ним находится бассейн, а это его дно, – ответил Раковский. – А ниже установлены насос, фильтр, нагреватель воды и пусковая аппаратура. Ещё есть вопросы?
– А бассейн можно посмотреть?
– Можно. Сейчас мы поднимемся на второй этаж.
Гости поднялись на лифте и вошли в первую от лестницы дверь. Они увидели просторную комнату с множеством тренажёров вдоль стены. По другую сторону были окна, а вдоль боковых стен стояли шкафы, столы, стулья. На полу и на столах множество игрушек, радиоаппаратура, компьютеры.
– Это детская, – пояснил Георгий Евгеньевич. – Здесь Валера с Женей учатся, играют, занимаются физкультурой.
Посредине детской стоял большой бильярдный стол.
– Сыграем потом? – предложил Валерий.
– Ладно, – кивнул Саша. – Только я не очень хорошо играю.
– Ничего. А то мне с Женькой надоело. Жилит всё время.
За детской комнатой шла детская спальня, а за ней спальня для взрослых. Дальше шла ванная комната с просторной раздевалкой и туалетом. Она была отделана бело-голубым пластиком с рисунком под гжель. Из раздевалки двери вели в ванную и в бассейн.
Бассейн оказался небольшой. Длиной метров шесть, а шириной метра три, но с идеально чистой и какой-то голубоватой водой. Глубина бассейна менялась от полутора до двух метров.
– Может быть, вы помоетесь с дороги? – предложил Георгий.
– Наверно лучше завтра с утра, – ответила Юля. – У нас в Найске уже два часа ночи и я боюсь, что не смогу уснуть, если сейчас намоюсь.
– Ну что же, тогда давайте ужинать и спать.
– Нет, нет. Мы не хотим ужинать, – запротестовала Юля. – Мы ужинали в поезде.
– Да вы не стесняйтесь, будьте как дома.
– Ну, если только немного перекусить, – помедлив, ответил Сергей. – Чего-нибудь лёгкого.
– Тогда стакан молока и сдобную булочку, устраивает? – спросил Георгий.
– Вполне.
– А я бы ещё яичницу съел, – мечтательно произнёс Александр. – Желательно с колбасой.
– Сейчас я всё устрою, – кивнул Георгий и ушёл на кухню.
Гости вышли на балкон и стали осматривать зал с высоты второго этажа. Внизу появилась Женя.
– Мама сказала, чтобы все шли в столовую. Всё уже готово.
Легко поужинав салатом из кальмаров, яичницей и молочным коктейлем, гости почувствовали, что изрядно устали. Рита постелила Саше в детской комнате кресло-кровать, Юле и Сергею – на диване в кабинете Георгия Евгеньевича.
– Извините, что мы вас стесняем, – сказала Юля. – Из-за нас Георгий Евгеньевич не сможет работать в своём кабинете.
– Не беспокойтесь, по ночам он не работает. Спите спокойно, – ответила Рита.
