– Спасибо, мам, я это ценю, – искренне произнес я.
Мы попрощались, и я неохотно слез с кровати. Честно говоря, одной ногой я был уже не здесь. Я должен был взять себя в руки и сосредоточиться на работе, но больше всего на свете мне хотелось наступления вторника, когда я окончательно вернусь и буду жить в своем доме в Орландо. Я страстно хотел увидеть Кейт. Да кого я обманываю? Мне до безумия не хватало ее рядом с собой. Дотронуться до ее прекрасного лица, плеч, поцеловать ее в кончик носа, а потом прилипнуть губами к ее мягкой коже… Я отправился в душ, чтобы смыть с себя это возникшее желание, но вода не помогала. Я был возбужден. Встав под душ, одной рукой я оперся на плитку стены, а во второй уже держал свой затвердевший член. Сначала медленно, а потом ускоряя темп, я мастурбировал, думая о ней, представляя ее зелёные глаза, которые смотрят на меня. Шум воды сопровождался хлюпаньем от движений моей руки. Я уперся лбом в стену и продолжал интенсивнее продвигать себя к развязке. Я представлял ее ноги, и покачивающиеся в такт ее шагу бедра, ее сочные губы и даже ее грудь, обтянутую майкой. Все мои мускулы были напряжены, я так отчаянно представлял ее, покрывающей поцелуями мое тело. Я издал рык и кончил, заливая своей влагой стену.
Блаженство. «Спасибо, Кейт!» – слабым голосом произнес я. После освобождения я намылил свое тело и еще минут 5 стоял под струями воды. Мне стало стыдно. Для меня она была невинной, ранимой, а я втянул ее в свои грязные фантазии. Но я нуждался в ней. Отчаянно. Когда это случилось? Может быть я давно мечтал о ней, но никогда не смотрел на нее так, потому что в других обстоятельствах она не могла быть моей. Я не хотел использовать ее уязвимость в своих целях, но мне хотелось быть рядом: дарить ей свою любовь, заботиться о ней и ее дочерях, которые вызывали во мне самые светлые чувства. Я готов быть с ней на любых ее условиях, но при этом не быть заменой, а быть собой, просто потому, что она этого хочет. Но она не нуждалась во мне. По крайней мере, я этого не чувствовал. Мне стало страшно от мысли, если она не почувствует этого никогда.
Глава 8
Кейт
В четверг утром я встала пораньше, чтобы развесить праздничные флажки, украсить комнату и поставить подарок посреди гостиной. Николь исполнялось 9! Моя взрослая девочка. Ей столько пришлось пережить, но сегодня должен быть счастливый день. Я попросила босса освободить меня от работы после обеда, чтобы забрать Николь из школы и провести с ней вдвоем несколько часов. Николь проснулась в прекрасном настроении, Эшли обнимала ее и радовалась, как будто это был ее праздник. Еще сонная, Николь распаковала подарок.
– Вау! Мама, оно потрясающее! – воскликнула она, доставая из коробки платье, которое я купила для нее.
– Загляни внутрь коробки! – В этот момент я снимала видео на свой телефон. Она потянулась внутрь и достала маленькую коробочку. Николь посмотрела на меня воодушевлённым взглядом и открыла ее. Спустя мгновение, она подняла глаза на меня и произнесла:
– Мама…– ее глаза наполнились слезами. Внутри коробки были серьги, одна из которых была выполнена в виде буквы Н – от первой буквы ее имени, а вторая в виде птицы с маленьким бриллиантом на месте глаза. В том же дизайне был выполнен тонкий браслет, имевший в середине знак бесконечности.
Я могла позволить себе такие подарки, тем более, что они были сделаны специально для моей Николь. Она подбежала и крепко обняла меня. Я выключила камеру и сжала ее в своих объятиях.
– Поможешь надеть?
Эшли кричала от восторга «как же класииииво» и хлопала в ладоши.
Я помогла Николь надеть серьги и застегнула ее браслет на запястье. Она схватила и расправила платье, прижала его к себе и закружилась.
– Мам, ты лучшая! – для меня это были самые важные слова в мире. Этот момент был идеален.
Эшли спросила, где ее подарок. Во избежание слез, я подготовилась. Младшая дочь получила от меня джинсовый сарафан с изображением единорога и набор заколок и резинок для волос, что вполне сделали ее не менее счастливой, чем сестру.
После школы я забрала Николь и предложила ей несколько вариантов. Она выбрала Уолт Дисней парк и большую порцию мороженого. Основной праздник будет в субботу, но мне хотелось устроить имениннице незабываемый день. Три часа пролетели незаметно. По счастливому лицу Николь было понятно, что ей все это нравилось до безумия. Позже мы забрали Эшли из сада, заехали в химчистку и отправились домой. Я планировала заказать пиццу с сыром для нашего праздничного ужина, потом заниматься всякой девчачьей ерундой с девочками до сна.
Когда мы подошли к двери своей квартиры, нас ждала посылка. На полу стояла коробка, а рядом два красивых букета цветов. На коробке лежал конверт, а сверху надпись «Николь». Она схватила конверт и прочитала надпись:
«Для прекрасной именинницы, которая не любит все розовое. Ник.»
– Вау, мам, Ник прислал мне подарок и цветы, – она просияла.
– Даже два букета! – Эшли подошла к одному из них и вдохнула аромат. – Можно этот будет моим?
– Здесь есть записка! – Николь вытащила ее из одного букета.
Она быстро раскрыла бумагу и прочитала: «С Днём рождения, Николь! Эти цветы для тебя». Я потянулась к записке на втором букете, но Николь меня перехватила. Она зачитала текст:
«А это для твоей прекрасной мамы». – Николь расплылась улыбке.
– Мама, кажется, это тебе!
Неожиданно. Приятно.
Эшли дотронулась до моей ноги и тихо спросила:
– А где мой будет?
Николь засмеялась и напомнила Эшли, что сегодня не ее День рождения.
– Но у мамы тоже нет сегодня дня рождения! А цветы есть! – Она была очень недовольна.
– Эш, я помню, пару дней назад кто-то съел очень, нет, безумно большую порцию клубники, которую Ник привез специально для тебя!
От угрюмого лица до сияющей улыбки Эш, которая вспомнила подарок, предназначавшийся ей, не прошло и пары секунд. Николь подхватила коробку и потрясла ее. Я предложила девочкам войти в дом, чтобы не стоять на пороге.
Я перенесла букеты в дом и разместила в вазы, а Николь уже распаковывала свой подарок. Внутри были беспроводные наушники желтого цвета, сверху которых были ушки, напоминающие кошачьи.
– Мам, смотри, какие они крутые! – Николь примерила наушники. – Супер, Ник супер! Он знал.
– Что ты имеешь ввиду? Что он знал? – Я сморщила лоб, хмурясь, но меня выдавала улыбка.
– Ничего мама. Я просто очень рада! – Она подбежала ко мне и сковала меня в своих объятиях. Эшли уже потеряла всякий интерес к подарку Николь и убежала в комнату примерить свой подарок.
Эти презенты стали приятной неожиданностью. Я достала телефон и написала Нику сообщение:
Я: «Привет и спасибо. Николь очень приятно. Очень красивые цветы и подарок для нее»
Ник ответил очень быстро:
Ник: «Привет! Надеюсь, я угадал с цветом. С днём рождения!»
Я: «Она счастлива! И мне тоже приятно. Люблю ирисы»
Он долго не отвечал. Поэтому я написала снова:
Я: «Откуда ты узнал про наушники?»
Ник: «Нельзя меня оставлять в комнате с девочками наедине. Я могу выведать все тайны». В конце был подмигивающий смайл.
Я улыбалась. Это был прекрасный момент. Мне действительно давно никто не дарил цветы.
Я: «Мы можем привыкнуть»
Ответ Ника не заставил себя долго дать:
Ник: «Я надеялся на это».
Я прижала телефон к груди, прочитав его смс, и на моих глазах навернулись слезы. Впервые за долгое время это были слезы счастья. Я чувствовала этот момент.
Мне нравились эти ощущения.
***
Выходные прошли немного напряженно для меня. Утром в субботу приехали родители Райда. Они забрали девочек на пару часов на прогулку, а после обеда наш дом наполнился гостями: первыми были Лора с Рони и Мией, затем приехали наши родители и друзья из школы. Николь блистала в новом платье, никто из родственников не забыл купить подарок и для Эшли во избежание слез, а я носилась по кухне, готовя закуски для праздничного стола.
– Кажется, я отстала от жизни, – играя бровями сказала мне Лора, когда мы остались наедине.
– О чем ты?
– Два шикарных букета украшают ваш дом, а я не припомню, чтобы ты сама покупала себе цветы, – она точно провидица.
– Они от Ника, – мне кажется, я покраснела перед сестрой.
– Ух ты! Видимо твои макароны действительно вкусные! – Она подмигнула.
Я демонстративно закатила глаза и ушла прочь от дальнейших расспросов.
Я подошла к Николь, которая распаковывала подарок от Гарри и Линн Локеров.
С момента его смерти Райда мои разговоры с Линн были очень короткими. Она как будто избегала их со мной. Мы говорили исключительно о девочках и ни фразой больше. Меня это устраивало, потому что обсуждать с ней мне ничего не хотелось. Райд был ее единственным сыном, и у меня было ощущение, что она винила меня в его смерти, как будто это я была за рулем того грузовика, который выехал на встречную полосу и не оставил машине, в которой находился Райд и его водитель, шанса. Тем не менее, мистер и миссис Локер не отказывались от общения с внучками: они приезжали так часто, как могли, а скоро заберут их на пару недель к себе. Николь получила от них новый набор для рисования и была на седьмом небе от счастья.
Лора весь вечер посылала мне недвусмысленные сигналы, подмигивая и направляя взгляд в сторону букетов, я снова и снова закатывала глаза и делала глоток вина, если бокал был в моих руках.
Николь играла с одноклассницами, которые пришли на ее праздник, Эшли пыталась научить Мию крутить обруч, Рони успокаивал свою дочь, потому что обруч ей никак не поддавался, наши с Лорой родители активно участвовали во всех развлечениях. Я поймала себя на мысли, что здесь не хватает Ника. Он так внимательно отнесся ко Дню Рождения Николь и запомнил, что «никакого розового» – закон этой девочки.
Лет с 6 Николь действительно отказалась от всего розового: не дай Бог на ее одежде будет хоть маленькая деталь этого цвета – она не наденет. Она не ела ни еду, которая, по ее мнению, имела розовый оттенок, не принимала розовый декор. Я списывала это на кризис 6 лет. Есть ведь такой? Кризис, кажется, затянулся, поэтому сегодняшний праздничный торт был желто-зеленого цвета, украшенный серебряными звездами. Платье, которое я выбрала в качестве подарка для нее, было нежно фиолетового цвета с серебряными вставками и цепочками сверху. Оно не было «детским», все-таки моей дочери исполнялось 9, и она говорила, что больше не ребенок! Я не хотела доказывать ей обратное. Мне важны были наши с ней отношения: я поддерживала и старалась понимать ее, а в ответ получала уважение и безграничную любовь!
Все собрались в гостиной. Лора помогла зажечь мне свечи. Мы погасили свет, и я вынесла торт. Гости хором пели «С Днём Рождения», Лора снимала видео на телефон, дети завороженно смотрели на торт, звезды на котором переливались от света свечей. Николь зажмурилась и начала загадывать желание. Потом она распахнула глаза и пристально посмотрела в мои. Набрав полную грудь воздуха, она выдохнула, задув свечи. Все радостно захлопали в ладоши! Затем мы разрезали торт и Николь угощала всех. Позже она подошла ко мне и спросила:
– Мам, я могу оставить один кусочек для Ника в благодарность за его подарок?
– Ты могла бы, но, боюсь. до его возвращения торт испортится, – успокаивающе ответила я.
– Жаль. Его сегодня не хватает! – Мысли моей дочери совпали с моими.
Почему всего пара наших встреч и несколько его маленьких жестов так действовали на меня? Может быть, потому, что более полутора лет я не разрешала никому оказывать нам такого внимания. Рони был мужем Лоры, поэтому он был мне как брат, и я не воспринимала его внимание и помощь как-то иначе, нежели как от члена семьи.
Я закрыла в глаза и глубоко вздохнула. «Господи, Кейт, ты не пускаешь никого в свою жизнь. Ты отвернулась от всех своих друзей. Ты не ходила на свидания. Ты не флиртовала. У тебя не было секса полтора года, Кейт! Вот почему коробка клубники, пара букетов и подарок для Николь так взбудоражили тебя. Успокойся. Это ничего не значит». С чего я вообще могла думать иначе? Ник просто проявил немного внимания, а я уже напридумывала себе что-то. Мне нужно было успокоиться.
После торта все стали расходиться по домам. Родители Райда останутся у нас до завтрака, и пока Николь с Эшли распаковывали все подарки, я приготовила для них гостевую комнату.
Сегодня было трудно уложить девочек вовремя, потому что от пережитых эмоций им совсем не хотелось спать. После 11 вечера в доме стало тихо, девочки спали рядом со мной, а я решила написать Нику:
Я: «Привет. Прости, что так поздно. Николь хотела оставить для тебя кусок торта в знак благодарности, но, видимо, тебе просто придется поверить на слово, что он был вкусный!»
Ник: «Клубничный? Привет!» его ответ пришел сразу же.
Я: «О нет, временно в этом доме запрет на клубнику»
Ник: «Там точно не было единорогов, ведь розовый использовать нельзя. Мне нужна подсказка.»
Я: «Верно подмечено. Луна и что-то блестящее»
Ник: «Голосую за желтый торт и сияющие звезды»
Я: «Очень близко к правде»
Ник: «Эх, действительно жаль, что я не попробую»
Я зажмурилась, потом открыла один глаз, оставляя второй закрытым и одним пальцем напечатала следующее сообщение, а потом откинула телефон от себя.
Я: «Может быть по приезду мы могли бы… ну не знаю…угостить тебя тортом?»
Мне показалось, что он отвечал вечность. Я посмотрела на экран. Там было всего два слова.
Ник: «Я подумаю».
Что? Серьезно?
Подумает?
Я как бы могла и обидеться, Ник Торн!!! Поставив телефон на беззвучный, я решила забыть об этом сообщении. Потом посмотрела на своих девочек, мирно сопевших по обе стороны от меня.
«Люблю вас, мои крошки». А потом я провалилась в сон.
Глава 9
Ник
Получать сообщения от Кейт – это как десерт, который тебе нельзя. Я поймал себя на бесконечной проверке своего телефона на наличие посланий от нее. Мне казалось, что мобильный в кармане вибрировал, но это всегда была иллюзия. Мои суббота и воскресенье тянулись невозможно медленно: я собрал все вещи, которые у меня были на съемной квартире, перепроверил билет на самолет на вторник, позвонил Рони, поболтал с мамой. Если кто-то когда-нибудь оказывался в такой же ситуации как я, то понимает, что я практически считал минуты до возвращения. Телефон завибрировал, и я кинулся к нему в надежде, что это была Кейт.
Д: «Привет! Слышала, ты уезжаешь. Прощальный коктейль?»
Черт, это Дори. Надеюсь, под прощальным коктейлем она подразумевает именно алкоголь, а не секс.
Я: «Привет. Улетаю во вторник. Коктейль можно».
Дори: «8 вечера бар «Red fox».
Я: «До встречи».
Дори. Дори, Дори, Дори… в течение примерно года мы занимались сексом, когда нам это было обоим необходимо. Не было никаких обязательств и обещаний: лишь встречи в баре и секс. Месяцев 5 назад она решила, что хочет серьезных отношений, но я сразу объяснил, что не подхожу для этого, потому что уже тогда переезд был моим основам планом. Она не устроила скандал. Мы остались друзьями, но продолжали заниматься сексом между ее неудачными свиданиями в поисках настоящей любви.
Прошло около трех месяцев с нашей последней встречи. В 8 я сидел за барной стойкой места, где мы не раз встречались. Дори не заставила себя долго ждать. Она подошла ко мне сзади и шепнула на ухо:
– Привет, странник.
Я развернулся к ней.
– Привет, Дори! – Я постучал рукой по барному стулу рядом с собой, приглашая ее сесть.
Она смущенно села, явно ожидая более теплой встречи. Я посмотрел на нее: весь ее образ кричал «бери меня». На ней было миниатюрное чёрное платье на бретелях, подчеркивающее ее грудь, бордовые замшевые туфли с ремешками, которые обвивали ее ноги до середины икры, черные волосы были затянуты в тугой хвост сверху, на полных губах помада в тон ее обуви, а в ушах серьги-кольца. На плечи она накинула черный пиджак. Мне она нравилась. Раньше… а сейчас? Сейчас я видел просто девушку, которая в свои 26 лет выглядела горячо, но не была прекрасной для меня.
– Что будешь пить? – спросил я Дори, жестом подзывая в этот момент бармена.
– Как обычно, – негромко сказала она и отвела взгляд от меня.
– Виски-кола для дамы и чистый для меня. – я положил двадцатку на барную стойку.
Она развернулась ко мне всем телом и посмотрела в глаза:
– Итак, ты уезжаешь…
– Да, – я пристально глядел на нее.
– Почему сейчас? – она была спокойна.
– Тебе кажется, момент не подходящий?
– Ник… я… я знаю, что у нас все не было серьезно, и я давно знала, что ты собираешься вернуться в Орландо, но…., – она замешкалась и смахнула несуществующую пылинку со своего платья.
– Говори, Дори, я слушаю! – Я положил свою руку на ее ладонь.
Она глубоко вздохнула, медленно выдохнула, собираясь с мыслями.
– Могу я поехать с тобой? – Я увидел надежду и наворачивающиеся слезы на ее глазах. Это отчаяние?
«Нет, Дори. Со мной нельзя! Мы никто друг другу.» Одни отрицания в моей голове на этот счет.
– Дори, послушай. Не так давно ты сказала, что ищешь серьезных отношений. Так? – Я смотрел ей в глаза.
– Да.
– И мы оба согласились с тем, что я не подхожу на роль того самого парня. Так?
– Но….– она смотрела на наши руки.
– Дори, пожалуйста. Посмотри на меня, – она подняла взгляд. – Я не хочу быть нечестным с тобой. Но я скажу, что до сих пор считаю, что я действительно не подхожу. Секс с тобой был прекрасен, но мы оба понимали, что это только секс, и я не ждал большего. Прости, возможно это прозвучит больно, но я не хочу большего, – слеза скатилась по ее щеке. Она снова отвела взгляд. – Я действительно хочу, чтобы ты была счастлива.
Бармен принёс заказ и поставил перед нами. Не глядя в мою сторону, Дори убрала руку из моей и сделала несколько больших глотков своего напитка, а потом смахнула слезу со щеки.
– Я тебя услышала, Ник.
– Прости, мне очень жаль.
Я говорил правду. Наша встреча произошла случайно в одном из баров чуть больше года назад. Секс с ней был хорош. Она была изобретательна в постели. Но на этом все. Я не хотел знакомиться с ней как с женщиной, с которой я планировал бы иметь серьезные отношения и светлое будущее. Это был просто секс.
– Проводишь меня? – Спросила она, отпив еще из своего бокала.
– Даже не поболтаем?
– Не люблю прощаться. – Она взяла сумочку, которую повесила на ручку стула, когда пришла, и встала.
Я чувствовал себя виноватым. Мы вышли из бара, и я поймал ей такси. Молча она села в машину, а я, до того, как захлопнуть дверь, решил снова извиниться:
– Я не хотел тебя обидеть. Прости.
– До свидания, Ник. – она посмотрела на меня, а потом быстро отвернула взгляд и села глубже в салон авто.
Я захлопнул дверь машины, и водитель нажал на газ. Мне было не жалко ее отпускать, ведь она и не была моей. Я хотел другую девушку рядом с собой: ту, чья улыбка обескураживает, чей голос заставляет трепетать все внутри, чей запах сводит меня с ума, одно касание которой возбуждает меня. Я хотел Кейт. Вернувшись в бар, я заказал еще порцию виски. Затем достал телефон из кармана, чтобы проверить, не писала ли она. Пусто. Я залпом выпил содержимое и заказал еще. Кажется, сегодня я напьюсь. И во всем виноваты мои фантазии и чувство вины.
После пяти порций виски я не мог мыслить трезво. Достав телефон и открыв переписку с Кейт, я боролся с желанием что-то ей написать. На часах было 22:37. Только время меня остановило. Я знал, что утром ей нужно рано вставать, собственно, как и мне, и что с большей вероятностью, она уже спит. Я погасил экран телефона, расплатился и вышел из бара. Холодный воздух окутал меня. Пару кварталов я шел пешком, размышляя о встрече с Дори этим вечером: о ее просьбе поехать со мной, и о моем нежелании видеть ее в своей жизни. Даже полгода назад я не хотел быть с ней. Почему она решила, что что-то изменилось? Я поймал такси. Вся дорога до дома занята около 7 минут. Зайдя в свою съемную квартиру, я увидел только одно: все здесь было для меня чужим. Этот город, эти стены, даже люди. Я прожил здесь почти 5 лет, я построил здесь бизнес, который приносит мне неплохой доход, но это место, люди, живущие здесь, так и не стали мне родными. Я разделся, принял душ и рухнул на кровать. Мне нужно поспать. Через пару суток я буду в своем новом доме, на своей кровати в своем родном городе. С этими мыслями я провалился в сон. Скорее бы вторник.
***
Орландо встречал меня солнцем. У меня была только ручная кладь, потому что оставшиеся вещи уже в понедельник уехали с транспортной кампанией. В аэропорту меня встретил Рони на моей машине.
– Добро пожаловать домой, брат!
– Рони, чертовски рад тебя видеть! – Я обнял его и похлопал по плечу.
– Я заказал солнце к твоему приезду! И пару телочек ждут тебя дома, – он снял с глаз солнцезащитные очки и поиграл бровями.
– Всего пара? – я подыграл ему.
– Можно подумать, у тебя хоть раз было сразу две, – Рони ударил меня в плечо кулаком.
– Хватит, чувак. Лучше отвези меня домой. Мне нужно поспать, – я тоже надел очки.
Закинув мою сумку в багажник, мы сели, и Рони незамедлительно рванул с места.
– Твоя мама хотела поехать со мной встречать тебя. Я почти сдался… – он повернулся ко мне.
– Спасибо, друг. Меньше всего мне сейчас хочется, чтобы она донимала меня расспросами о моих планах, о том, как я буду один в таком большом доме, и цитирую «кто будет там прибирать за тобой?», – я ухмыльнуться после последней фразы.
– Ооооо, не хочет ли она жить с тобой? Это же намек, – Рони почесал затылок.
– Слава богу, она понимает, что я уже большой мальчик, и жить со мной – это лишнее, хотя, кажется, именно этого она и хочет. – Я смотрел в окно. – Как Лора?
– Ты сейчас о моей жене хочешь меня спросить?
Я посмотрел на Рони. Гаденыш, раскусил.
– Ок. Как она?
– Кто? – издевается.
– Ты знаешь.
– Назови имя, – продолжал бесить меня он.
– Кейт, как Кейт?
– Ах, ты о ней! – почти напевал Рони. – Она хорошо. В выходной мы отмечали день рождения Николь у них дома. Кажется, снежная королева оттаивает, – он смотрел на дорогу.
– Что ты имеешь ввиду? – поинтересовался я.
– Нуууу, – протянул он, – она стала мягче к нам. Ко всем нам. Я впервые за все время после трагедии слышал от нее больше слов, чем когда-либо. С Лорой то они могут болтать часами, но вот с остальными… – он усмехнулся.
– Я прислал подарок Николь и цветы для Кейт и именинницы, – признался я.
– Что ты сделал? Вот это поворот, чувак. Да ты, вижу, не терял времени зря. Значит цветы в ее доме были от тебя, – утвердительно сказал Рони.
Я промолчал. Мои действия из уст Рони звучали как-то странно. Хотя для меня это было вовсе не так.
– Ладно. Я не буду задавать лишних вопросов. Но не перегни палку, ок? – Он не смотрел на меня.
– Не перегибать палку? Кажется, ты был на моей стороне.
– Так и есть, Ник. Но только если ты не собираешься потом достать «скелет из шкафа», оставив ее вновь с разбитым сердцем. Вторую волну я не переживу, – он смотрел на дорогу и постукивал пальцами по рулю.
– Рон, – я говорил серьезно, – я не могу обещать, что все получится, и я не дам маху, – я взялся рукой за переносицу. – Но я буду стараться изо всех сил. Мне действительно она нравится. Очень.
– Ок, ок, я понял, – он поднял руки в защитном жесте, а потом снова взялся за руль. – И что эти сестрички сделали с двумя братьями-вечными холостяками как мы? – Он засмеялся.
Всю оставшуюся дорогу мы не поднимали тему Кейт. Рони рассказал мне о финальных этапах стройки, о том, что еще предстоит сделать. Я сказал, что самая большая гостевая комната теперь его, что его насмешило, и что они с Лорой сами могут там все обставить по своему вкусу, а я все оплачу. И, что естественно, они могут приезжать, когда захотят.
Рони и Лора жили в большой городской квартире, и поскольку у его родителей был загородный дом, куда они могли приезжать на выходные, необходимости строить свой собственный он не видел.
Мы подъезжали к моему двухэтажному коттеджу и у меня колотилось сердце. Я уже был здесь на всех этапах строительства, видел его внутри, так что это не должно было так будоражить меня. Но сейчас это было другое возвращение. Я был дома. Рони вытащил брелок из бардачка и нажал на кнопку. Ворота открылись, и мы заехали внутрь. Боже, даже за неделю тут изменилось многое.
Я не сентиментальный человек, но сейчас, сидя в машине и глядя на все это, мне хотелось заплакать. Хорошо, что я был в очках, и брат не заметил момента моих наполнившихся слезами глаз.
– Шикарно! – восторженно сказал я.
– Согласен! – подтвердил Рони.
Мы вышли из машины, ворота за нами закрылись. Я любовался всем: выложенным газоном, аккуратно посаженным деревьям по левой стороне от входа в дом, верандой, которая еще неделю назад была недостроенной.
– Ты должен оценить мангал, Ник, – Рони прошел вперед. – в выходные на новоселье будет мясо. Много мяса!!! Ух!
Он всегда готовил мясо, на всех вечеринках его место было рядом с мангалом! И у него это великолепно получалось.
– Кстати, кто приглашен? – поинтересовался он.
Я почесал затылок.
– Нуууу, – протянул я. – Сначала я хотел пригласить старых друзей и родственников, но потом решил ограничиться узком кругом. Кроме нас и твоей семьи, будет моя мама. Еще я позвал Кейт. Но не знаю…
– Я понял. Думаю, Лора знает, что делать, чтобы ее явка была обеспечена, – ухмыльнулся он и сел на один из стульев на веранде.
– Спасибо, брат.
Я повернулся и снова оглядел участок. Боже, все наяву. После минутной паузы мы с Рони зашли в дом. Он показал мне все недоделки, которые мне предстоит устранить за неделю. В гостиной стояли нераспакованные коробки. Мы попрощались, и он уехал на своей машине.
Я долго не мог сесть. Я прошел по дому, изучая его. Чувство голода напомнило мне, что в последний раз я ел часов 7 назад. На кухонном столе я заметил брошюры служб доставки еды, которые, как я понимаю, любезно притащил сюда Рони. Отлично. Я быстро заказал еду, а сам пошел принять душ. За город доставка едет небыстро, поэтому я сходил в машину за ноутбуком, и следом заказал продукты из магазина, чтобы утром у меня был завтрак.
Я налил себе воды и вышел на веранду. Было тепло. Оставалось меньше двух недель до официального лета. Этот сезон в моей работе менее загруженный, а значит, у меня будет больше свободного времени, чтобы обустроить дом. Я уже нанял команду сотрудников, которые будут вести мой бизнес, но мое участие всегда занимало в нем большую долю. Я все держу на контроле, иначе мои результаты в работе не были бы такими успешными.
Пицца и паста на ужин – идеально. Я был настолько голоден, что проглотил все за несколько минут. Еще через час приехала доставка из магазина. Черт. Я понял, что у меня нет алкоголя. А выпить пару бокалов пива мне было просто необходимо.
Изучая кухню, я начал шарить по шкафам в надежде, что Рони позаботился обо мне еще больше, чем должен был. И каково было мое удивление, когда я обнаружил полностью заполненный бар: несколько бутылок виски, текила (это для кого?), вино, шампанское (и это явно не для меня). Неплохо. А в холодильнике меня ждали пару упаковок холодного пива. Я везунчик!
В начале 11 я устроился на диване в гостиной, распивая уже вторую банку пива, и включил телевизор. Мне не хотелось ничего смотреть, мне нужен был фоновый шум. Я снял телефон с зарядки и открыл свою переписку с Кейт. «Я подумаю» – это было мое последнее сообщение в ее адрес, оставшееся без ответа. Вероятно, оно могла неправильно понять его. Сейчас я хотел пояснить значение своих слов.
Я: «Привет. Если ты не спишь, то могу я позвонить?»
Я ждал долгих 5 минут, но ответа не было. Щелкая каналы телевизора, я остановился на каком-то кулинарном шоу. Неинтересно. Но смотрю дальше.
Рядом со мной завибрировал телефон. Это была Кейт.
– Алло!
– Привет, Ник! Прости, я была в душе. Девочки уже спят и…, – она тараторила.
– Все в порядке. Привет, Кейт, – я дал ей успокоиться. – Слушай, я уже дома и хотел бы реализовать наш план!
– План? Какой план? – Она как будто снова запаниковала.
– Вы хотели угостить меня тортом. Я сказал, что подумаю, – я улыбался. – Так вот, я подумал, что я хотел бы пригласить вас с девочками на торт. Например, завтра вечером. – Я прищурился, ожидая отказа. Но, слава Богу, она этого видеть не могла.
– Оу! Так вот, в чем состоял твой план, – я слышал, что она улыбалась и смущалась одновременно.
– Какое в городе самое лучшее кафе с самыми вкусными десертами, которые едят Николь и Эшли? – спросил я.
– Дай подумать. «Lop top»? Это место им нравится.
– Ок. Завтра в 7? – я хотел, чтобы она сказал «да».
– Завтра у девочек рисование…– в голосе звучала досада.
– Тогда может быть в четверг? – с надеждой выбрал я следующий день.
– В четверг подойдет, – воскликнула она. – Я скину тебе адрес в смс, потому что это кафе открылось не так давно, и ты, должно быть, не знаешь, где оно находится, – она снова тараторила, но говорила тихо, наверное, чтобы не разбудить детей.
