Вдруг, они внезапно остановились, будто перед ними выросла невидимая преграда. Волшебник застыл, не понимая, что происходит. Мертвецам требовалось пройти всего пару метров, чтобы достать до него, но они не двигались, лишь вытягивали руки вперёд.
– «Что это с ними? Почему они стоят на месте?.. Такое ощущение, что их что-то держит, будто они находятся на привязи», – Лагрис любил рассуждать вслух.
Тут одного из мертвецов нечаянно толкнули его соседи по могилам, он сделал несколько шагов вперёд и упал. Юноша подошёл к телу, присел на корточки и стал рассматривать его.
– «Глаза закрыты, тело не двигается. Никаких признаков жизни, как и должно, быть. Но и связи с некромантом тоже никакой нет. Но почему, ведь над остальными зомби он по-прежнему сохранил контроль?» – молодой маг потирал согнутым указательным пальцем правой руки подбородок, глядя то на лежащего зомби, то на стоявшую перед ним армию мертвецов. – «Стоп… Рунаер мне сказал, что сначала зомби бродили только по кладбищу и лишь недавно начали бродить по деревне, значит, сначала некромант мог контролировать зомби только на территории кладбища. А потом он что-то изменил в заклинании или сам стал сильнее, и его зона контроля над мертвецами увеличилась. И именно сейчас зомби дошли до границы этой зоны, поэтому они и не нападают, но ведь некроманту достаточно сделать несколько шагов в мою сторону, и они смогут подойти ко мне. Почему же он этого не сделал? Потому что не может! Когда он управляет зомби, он сам становиться неподвижен. Ага, я нашёл его слабое место! Если конечно, это можно назвать слабым местом. Ведь его окружают три кольца мертвецов, которых не берут ни огонь, ни молнии. А почему я, вообще, решил, что мне нужно бороться с зомби?! Достаточно пробиться к их хозяину и убить его, а зомби умрут сами. Но как пробиться до него?»
Он поднялся и пошёл вдоль ряда мертвецов, продолжая рассуждать вслух:
– «Нужно что-то большое и сильное, что сможет растолкать их и проложить тем самым мне дорогу прямо к некроманту. Что это может быть? Голем? Точно, я призову голема! Он сможет пробиться сквозь эту толпу мёртвых крестьян».
Чародей прижал руки к земле и медленно поднял. Вслед за ладонями тянулась земля, образуя небольшой холм. И когда холм стал выше, чем он с поднятыми над головой руками. Маг остановил его рост и направил в него поток энергии. После чего у этой кучи земли появились руки, ноги и голова с глазами и ртом.
Голем сделал шаг, затем второй, осмотрел себя и несколько раз согнул и разогнул руки. А потом издал громкий оглушающий крик и повернулся к создателю.
Созданное существо на полметра выше Лагриса и в два раза шире. Юноша от страха присел. Конечно, на уроках они создавали големов, но те были маленькие и безобидные. А сейчас он создал гиганта, мощь которого пугала его.
Великан смотрел на человека: он не собирался на него нападать, а просто стоял и ждал от него приказов, понимая, чья сила его создала. Испуг мага прошёл так же быстро, как и пришёл. Он поднялся с земли, отряхнул мантию и посмотрел в глаза голему:
– «Я твой хозяин, чувствуй мои мысли и подчиняйся им».
Голем молча смотрел создателю в глаза. Молчание – знак согласия. Если бы он был против, то угрожающе закричал бы.
Волшебник взобрался на спину своему созданию и повёл его в сторону кладбища. Голем, несмотря на кажущуюся неуклюжесть, бежал быстро, руками раскидывая мертвецов. Те старательно пытались преградить ему дорогу, но тщетно. Он давил ногами и сбивал их мощным телом. Не встречая на пути никаких преград, Лагрис домчался до кладбища верхом на големе.
Некромант стоял там же, на камне с начерченной звездой. Глаза его закрыты, а руки расставлены в стороны. Юноша, не останавливая голема, поднял руку вверх. Ладонь засветилась ярко-белым светом, этот свет, словно небольшой ручей, вытекал из ладони, но в отличие от ручья, он тёк вверх, образуя копьё.
Когда заклинание завершилось, и свет перестал течь из руки. Чародей схватил копьё, оно тоже светилось ярким слепящим глаза белым светом.
Бросать копьё в некроманта он не стал, а выставил его вперёд, словно рыцарь на турнире. Голем продолжал бежать к указанной цели и когда добежал до камня, копьё света вонзилось в грудь Теорема.
Он открыл глаза и закричал, лучи света расползались по нему, как змеи, только кусали гораздо больнее. За доли мгновения от некроманта не осталось и тени. Лагрис слез с голема на камень и осмотрелся. Ходячих мертвецов нигде не было видно.
Что ж, у меня всё получилось. Я победил мага восьмой ступени, который управлял мертвецами! Заклинание «Копьё света» сработало отлично! А ведь этим заклинанием и зомби можно было убить… Ну и ладно, и так всё замечательно вышло.
Маг повернулся к голему, хлопнул в ладоши, и тот рассыпался, став кучей земли. Затем Лагрис отправился в деревню, чтобы обо всём рассказать Рунаеру.
Глава третья: Другой город.
Вновь Лагрис брёл по пыльным дорогам империи, но на этот раз он знал, куда ему следует идти. Где находиться болото теней, лес призраков и прочие места, названные некромантом, знал любой житель империи. Эти «достопримечательности» считались самыми опасными, о них ходили разные легенды, пугающие даже самых смелых путешественников. И мало кто из магов отважиться пойти туда.
Но молодой странник не думал об этом, до этих мест было ещё очень далеко. Сейчас ему нужно успеть добраться до города к вечеру, чтобы остановиться там на ночлег. Больше ночных походов, ему совершать не хотелось.
Поэтому он шёл весёлый и сытый. Жители деревни провожали его, как героя, и дали ему целый мешок с едой. Мешок, правда, не большой, а обычный с ремнями, чтобы можно было носить на спине – с такими ходили все путешественники.
Он шёл всё так же бодро, вспоминая битву с некромантом:
– «Маг восьмой ступени, совершавший заклинания, которые до этого считались невозможными, и сотня живых мертвецов против меня одного! Но я не испугался, не отступил! Я призвал голема и одержал невероятную победу! Я спас от гибели целую деревню! Правда, чуть было не стал элементалем, но всё же справился со своей силой. Вернусь домой, кому расскажу, не поверят».
Тут Лагрис вспомнил о доме и о той, что лежит там, погруженная в вакуум. Рука чародея непроизвольно полезла в карман мантии и взяла брошь. Он вытащил её, взглянул, погладил и убрал обратно.
– «Я воскрешу тебя, Олира. Обязательно воскрешу», – вся радость в нём пропала, и остаток пути до города он плёлся погружённый в раздумья.
***
В грязный захудалый городок он пришёл, когда небо ещё терпело на себе присутствие солнца, но уже наполнялось багрянцем заката, намекая, что дневному светилу уже пора и честь знать. Улочки выложены камнем лишь в центре поселения, в остальных его частях дороги песчаные. А поскольку местные помои выливали в окно, дороги превратились в скользкую смесь песка и объедков, в которой ползали черви и мелкие насекомые, которых привлекали эти объедки.
Лагриса очень удивило то, что этот городишко до сих пор не скосила чума. Но если так будет продолжаться и дальше, то она довольно скоро придёт сюда.
Как хорошо воспитанный маг, он сразу же отправился к главе города, который тоже был магом. В империи все важные посты занимали маги. Лагрис должен представиться и рассказать о своих планах, а глава города должен его радушно встретить, накормить и предоставить ночлег. Конечно, так встречали не всех прибывших в город, а только магов.
Не трудно предположить, что мэр живёт в центре города. И чародей, недолго думая, отправился в сердце селения. По пути ему встретилось несколько пекарней.
Вкусные запахи пищи реками текли оттуда. Юноша жадно ловил их носом, и у него сильно разыгрался аппетит. Но стоило ему опустить взгляд, как тот сразу же исчез, испугавшись той грязи, в которой по щиколотку стоял Лагрис.
Когда похожая на глиняную колею дорога закончилась, и волшебник ступил на каменный тротуар, он увидел дом алхимика, об этом свидетельствовала вывеска и запахи идущие оттуда. Дом красивый и изящный, но давно нуждающийся в ремонте – обычно алхимики не бедствовали, потому что их было очень мало, даже меньше, чем магов.
В зельях молодой человек не нуждался, поэтому пошёл дальше. Однако его сильно удивило отсутствие клиентов. Обычно возле алхимических лавок всегда собиралось большое количество людей. Кому-то нужны были целебные зелья, кому-то крысиная отрава. А здесь не было никого.
Раздумывая о странностях этого города, Лагрис подошёл к дому мэра. То, что это дом главы города становилось понятно сразу, непонятно было лишь, почему при виде этого дома все предположения о том, кто здесь живёт, отпадали сразу.
На самом деле, все маги, в том числе и Лагрис, знали, что на дом наложено специальное заклинание, чтобы все новоприбывшие интуитивно чувствовали, куда им следует обратиться по прибытию.
Он зашёл внутрь, где его уже ждал довольно старый, но всё ещё сильный маг.
– Здравствуйте, меня зовут Лагрис, я маг седьмой ступени.
– Ну, извольте, где же седьмой ступени, я вижу только шесть.
– Но я недавно использовал заклинание факел.
– Да, я это вижу, ты использовал заклинание седьмой ступени, но вот твоё тело ещё не перешло на эту ступень. Ему нужно время, я думаю, оно перестроиться совсем скоро.
– Хорошо. Я Лагрис, маг шестой ступени.
– Я Каудин, маг девятой ступени и глава города, – он был почти лысый, лишь по бокам, над ушами, оставался ряд седых волос. Лицо морщинистое и серое. На вид мужчине лет восемьдесят.
– Вы маг девятой ступени? А где ваш фамильяр?
– Он вампир и не особо любит бодрствовать днём.
– Заполучить в фамильяра вампира, способен только очень сильный маг! Я искренне рад знакомству с вами! – Лагрис приложил правую ладонь к груди и слегка поклонился.
– Я тоже рад знакомству, юноша. Хватит стоять на пороге, пройдём к столу, – мэр указал рукой на лестницу, которая вела на второй этаж.
Изнутри дом обставлен ещё дороже, чем снаружи. Стены украшали золотые подсвечники и картины. На потолках висели золотые люстры, пол застлали дорогие ковры. Мебель из редких пород древесины.
– А вы любите роскошь, – юноша обводил взором каждую вещь, воровать он ничего не собирался и богатствами не восхищался, но полюбопытствовать был не прочь.
– А кто её не любит? Тем более если средства позволяют.
– Неужели вам столько платят?
– Да, маги зарабатывают больше, чем большинство купцов.
– Не может быть?!
– Вот, парень, дорастёшь до восьмого уровня, определят тебя на государственную службу, и тогда узнаешь, сколько мы зарабатываем.
– Не хотелось бы. Мал я ещё в деньгах купаться. Они меня испортят.
– Может и так. Прошу к столу.
Каудин сел в большое мягкое кожаное кресло, гость сел в точно такое же. Кресла располагались так, что собеседники полностью видели друг друга и камин, где лениво полыхал огонь. Между ними стоял небольшой круглый стол с изогнутыми ножками, сделанный из дорогого чёрного дерева, и чтобы подчеркнуть его природный цвет, его дополнительно покрыли чёрным полупрозрачным лаком. Благодаря чему древесина получила более насыщенный оттенок и слегка блестела на солнце.
На столе стоял редкий в этих местах зелёный чай и жареная курица, тушёные овощи и свежеиспечённый хлеб. Все тарелки и вилки серебряные, а чашки фарфоровые. Маги сделали по глотку чая, после чего начали трапезу, попутно продолжая разговор.
– Так что вас привело в мой город? – Каудин отрезал от куриной ножки, которая лежала у него на тарелке, небольшой кусочек мяса.
– Я держу очень далёкий путь. А в вашем городе остановился, чтобы переночевать. Утром я продолжу путь, – Лагрис сразу отправил кусок курицы в рот.
– Что ж, не стану спрашивать, куда вы идёте. Это уже не моё дело. Но мне очень жаль, что вы здесь всего лишь на ночь. Я единственный маг в этом маленьком городке. И чародей сюда приезжают редко. А так хочется поговорить с человеком, обладающим магическим даром. С обычными людьми не обсудишь то, что можно обсудить с магами.
– Так давайте поговорим, пока есть время. Например, мне очень интересно, почему в городе так грязно? Вы не боитесь, что придёт чума?
– Нет, абсолютно!
– Почему?
– Дело в том, что в нашем городе есть источник. Из него бьёт вода с уникальными свойствами. Люди, которые её выпивают, становятся невосприимчивыми к болезням. И живут до трёхсот лет, мне, например, всего лишь сто пятьдесят лет.
– Ого! – у Лагриса приподнялись брови от удивления. – Вы, довольно молодо выглядите, для человека прожившего сто пятьдесят лет.
– Спасибо.
– Но если этот источник такой целебный, то здесь город должен просто трещать от наплыва приезжих?
– Именно поэтому, маги держат этот источник в секрете. Ведь если люди узнают, то они забросят все дела и поедут сюда, чтобы сделать хоть один глоток. И естественно, при таком количестве желающих, сделать это успеют не все. Начнутся восстания, забастовки, и империя магов может рухнуть. А ведь мы с таким трудом завоевали власть над миром, пролив столько крови, что нам не хотелось бы проливать её снова. Естественно под словом «мы» я подразумеваю магов, а не себя лично.
– Это понятно. Но ведь её можно наливать в бочки и развозить по городам.
– В том-то и дело, что нет. Мы пытались, но вода в сосудах сохраняет свои целебные свойства не более суток. И это очень странно.
– Да, странно. Но все-таки, почему в городе так грязно? – он, с наслаждением ловя взглядом танцы огня в камине, сделал долгий глоток уже чуть остывшего чая.
– Это для того, чтобы приезжие не оставались здесь надолго, и чтобы у них не возникало желания вернуться.
– Довольно хитро. А местные жители никому не рассказывают?
– Нет. Им разрешено пить из источника в обмен на их молчание.
– И это действует?
– Как видишь, – старый волшебник пожал плечами, выставляя ладони перпендикулярно щекам.
– А что насчёт магов?
– Когда маг заканчивает учение в академии, его отправляют сюда. И я отвожу его к источнику, он пьёт из него и уезжает. Представляешь, с некоторыми я даже и не разговаривал. Приезжают, пьют и уезжают. Ни здравствуй, ни до свидания, как будто, так и надо.
– Весьма невежливо.
– Да просто возмутительно! И кстати, ты, конечно, маг шестой ступени, но вижу, парень хороший, поэтому завтра, перед тем как уходить, зайдёшь ко мне, отведу тебя к источнику. Попьёшь нашей водицы, и путь держать легче станет, не заметишь, как до места доберёшься.
– Простите! Вы сказали что завтра, я должен буду зайти к вам?
– Да. К сожалению, я не могу принять вас в своём доме. У меня здесь завёлся призрак, никак не могу изгнать.
– Призрак, поселившийся в доме, это очень опасно.
– Именно! Поэтому вам придётся переночевать в гостинице. Разумеется, денег с вас не возьмут.
– А места-то свободные есть?
– Гостиница у меня в городе всего лишь одна, но приезжают к нам так редко, что она почти всегда пустая.
– Что ж, спасибо вам за приём. Думаю, пора отправляться в гостиницу. Завтра я встану очень рано и непременно зайду к вам. Вы уж меня в заранее извините, что подниму вас в такую рань.
– Да нет, что вы, это уж вы меня извините, что не могу оставить у себя дома. Вас проводить до гостиницы?
– Да нет, спасибо, я сам дойду.
– Владелец гостиницы уже в курсе. И приготовила вам номер, не беспокоитесь, я всё оплатил.
– Ещё раз спасибо.
***
Лагрис ничуть не сомневался в словах мэра. Город, действительно, не привлекал приезжих, и гостиница часто пустовала. Но сегодняшний день был исключением.
Распахнув дверь постоялого дома, юный маг увидел толпу народа, посетители сидели за столами, ели и пили. А служанка, она же хозяйка гостиницы, проворно бегала между ними разнося еду и выпивку. Раздав блюда, она встала за деревянную стойку, где лежала книга и стояла чернильница с пером, а за её спиной висела деревянная доска с дюжиной вбитых гвоздей. И только на одном висел ключ с ручкой в форме сердечка.
Волшебник медленно подошёл к стойке. Внимание на него никто не обращал: все сильно заняты. Даже хозяйка гостиницы уткнулась носом в книгу и делала в ней записи. Разумеется, ни один маг не потерпит такого обращения к своей особе: все они привыкли купаться во внимании простых смертных. Ловить на себе взгляды людей, выражающих одновременно уважение, восхищение и страх.
Лагрису захотелось спалить пару столов или несколько посетителей, но он сдержался и придумал другой способ привлечь внимание.
– Здравствуйте! – он кричал так, будто обращался к глуховатому старику.
– Здравствуйте, многоуважаемый маг, – девушка слегка склонила голову.
– Дайте мне ключ от моего номера!
– Вот, пожалуйста, – девушка сняла с гвоздя ключ и протянула его Лагрису.
На ключе выковано число шестнадцать.
– А почему у него ручка сделана в форме сердца?
– Люблю романтику. У меня все ключи так выкованы.
– Что ж, я пойду в свой номер, принесите туда каких-нибудь закусок.
– Простите, почтенный маг, но вы не могли бы немного подождать?
– А в чём дело?
– Просто там до вас заселился один человек. Вёл себя очень странно. И пару дней назад покинул гостиницу, оставив в номере все свои вещи. Я думала, что он вернётся, и вещи его не выбрасывала. Но теперь, раз уж вы пришли, думаю, надо убрать вещи и сменить бельё.
– Оставить в гостинице все вещи?! Довольно странно!
– А ещё он нож у меня украл, кухонный.
– И был он лысый низенький такой коренастый мужичок с большим животом и кучей морщин? – чародей сильнее навалился настойку, едва не перекидываясь через неё, поближе приставил лицо к хозяйке гостиницы и, щурясь, посмотрел ей в глаза.
– Да, точно! Так вы его знаете?!
– Нет. Я просто видел его недавно.
– И что?
– Нож он вам не вернёт. И за вещами не вернётся.
– Очень жаль. А я думала содрать с него денег, за то, что два дня хранила его вещи.
– А вы не подскажите, откуда пришёл этот человек и как его звали?
– Звали его Вигор, а вот откуда он пришёл, я не знаю. Он был неразговорчив. Вы поговорите с Палридом, он разговаривал с ним весь вечер. Быть может, он что-то знает, садитесь к нему за столик, я принесу вам закуски. А пока будете разговаривать, я наведу порядок в вашем номере. Согласны?
– Да, разумеется!
Чародей направился к столику, за которым сидел немолодой, однако и не старый мужчина. Он ел пирог, смотрел прямо перед собой, но при этом ничего не видя, взгляд его уходил куда-то в пустоту. Лагрис сел к нему за стол: он не стал садиться напротив него, а сел с боку. Хозяйка гостиницы принесла на закуску сухари и орехи.
– Здравствуй, Палрид, – юноша закинул в рот пару сухариков.
– Здравствуй, волшебник! – это детское слово «волшебник» Палрид произнёс с презрением и злобой.
Лагрис сделал вид, что не заметил враждебного тона, и продолжил разговор:
– Послушай, ты ведь местный?
– С чего ты взял?
– Из-за ключа в твоём кармане. Ручки всех ключей от номеров гостиницы сделаны в форме сердца. А у твоего ключа в форме ромба. Значит, ты не снимаешь номер.
– Может, я остановился у друга.
– Не похоже. Ты сидишь спокойно, следовательно, часто здесь бываешь. Заходишь сюда поесть, значит, ещё и не женат. Также ты единственный, кто посмотрел на меня, когда я вошёл. Причём посмотрел с разочарованием. Ты кого-то ждёшь.
– Это домыслы. Я тоже могу сказать, что у вас тут с кем-то встреча.
– И это будет правдой. Я пришёл сюда, чтобы встретиться с другом, но оказалось, что он ушёл пару дней назад. Я думаю, что он отправился домой, потому что я опоздал на один день. Вот только я не знаю, где он живёт, а встретиться с ним мне очень надо. Хозяйка гостиницы сказала, что не знает, где он живёт, но сказала, что вы с ним сильно сдружились, – для более убедительной лжи он закинул ногу на ногу и сложил на коленях руки, делая непринуждённый вид.
– И ты решил сидеть здесь и надоедать мне, пока я тебе не скажу, где он живёт?
– Мне не нужен точный адрес, мне достаточно одного названия города, а там я его сам найду. Вы же меня понимаете, вы сами кого-то очень сильно ждёте.
Тут дверь в гостинице открылась, и в помещение вошёл человек, одетый в серые шерстяные одежды. Лица его не было видно из-за капюшона. Так обычно выглядят грабители, нападающие на людей, путешествующих между городами.
Он подошёл к столу, за которым сидели Лагрис и Палрид, и бросил тряпичный свёрток. Палрид развернул его и внимательно рассмотрел содержимое. Маг тоже без всякого любопытства взглянул, тем более что никто не старался спрятать это от его глаз.
Там лежали травы, применяемые в приготовлении зелий, причём очень редкие. Он сразу их узнал – там были: царский мох; змеиный щавель; стебель волчьей лианы.
Палрид достал из кармана мешочек, судя по звону с золотыми монетами, и кинул его человеку в капюшоне. Тот убрал награду в карман, быстро развернулся и так же быстро вышел из помещения.
Собеседник Лагриса завернул травы обратно в тряпки, после чего поднялся и косо посмотрел на волшебника:
– Антик, – бросив на стол две золотые монеты, он тоже вышел из гостиницы.
Юноша слегка принюхался: от монет слегка попахивало кислотой и жутко воняло крысами. Тут подошла хозяйка гостиницы, взяла монеты и обратилась к нему:
– Ваш номер чист, можете идти.
– Спасибо! А вы не скажете, чем занимается Палрид?
– Он наш алхимик, а почему вас это интересует?
– Да так, просто. Сколько я вам должен за ужин?
– Нисколько, это бесплатно.
– Ещё раз спасибо, – он поднялся и отправился в номер.
Несмотря на то, что уже довольно поздно, остальные расходиться не собирались.
***
Сильно за полночь, все постояльцы гостиницы разбрелись по номерам. На улице, как и в здании, царила полная тишина, но Лагрис всё равно не мог уснуть. Довольно тяжело засыпать в комнате, где всего лишь пару суток назад жил убийца самого близкого тебе человека.
Маг сидел на кровати и смотрел на брошь, лежавшую на ладони. Его сердце разрывала боль, такой же силы, как и в день гибели Олиры.
– «Ничего, любовь мая, потерпи, я тебя воскрешу», – не желая разговаривать с пустотой, он закрыл глаза и представил лицо любимой. – «Только мне придётся немного сбиться с курса. Ты ведь не против? Сначала я должен прийти в Антик и найти семью Вигора. Конечно, такое отклонение с пути задержит меня на пару дней, но я должен это сделать».
Он открыл глаза и встал с кровати, перестав говорить вслух. Подойдя к синему окну и осмотрев плывущую там ночь, чародей потянулся, вздыхая, и продолжил беседу, но уже мысленно.
Проклятье, я уже сам с собой начинаю разговаривать. Пойду проветрюсь. К тому же надо разобраться с алхимиком, больно он странный.
Он вышел на улицу, где было довольно светло, но не от фонарей, а от света луны и звёзд. С помощью заклинания левитации, юный маг взлетел на крышу трёхэтажной гостиницы. Оттуда он увидел, где находиться источник, и направился к нему.
Пользуясь этим же заклинанием, он перелетал с крыши на крышу, медленно, но верно приближаясь к источнику, ему ещё не хватало опыта, чтобы перелетать на более длинные расстояния. Заклинание левитации довольно коварное. Оно может выйти из-под контроля. Причём маг узнает об этом только в падении или не узнает вообще.
Такая жестокая участь Лагриса обошла стороной. Он долетел до источника, ни разу не потеряв контроль. Перемещаясь такими короткими промежутками потерять контроль невозможно. Хотя это отнимало больше сил, чем полёт на длинные дистанции. Теперь он сидел на крыше и ждал. Ждал подтверждения или опровержения своих догадок.
На улице по-прежнему мертвецки тихо, не доносилось даже пения птиц и криков животных. Лагрис сидел уже не один час и решил, что он всё-таки ошибся или опоздал.
Снизу послышались шаги.
Звук вился не из дома и не из чердака – кто-то шёл по дорожке, направляясь к источнику и держа стеклянную колбу, наполненную жидкостью. Волшебник почти наверняка знал, что за жидкость несёт этот человек, и кто он.
– Здравствуй, Палрид, – он спустился прямо перед алхимиком.
– Здравствуй, юный маг. Что ты здесь делаешь? – мужчина шагнул назад, непроизвольно убирая бутыль за спину. Зрачки его судорожно забегали, а на лбу проступил пот.
– Тебя жду!
– Зачем? – он ещё пытался сделать вид, что ничего не происходит, и его застали просто во время прогулки, но выходило это крайне неубедительно: глаза всё так же продолжали бегать, а тряску рук он не мог скрыть, даже убрав их за спину.
– Затем, чтобы помешать тебе, отравить источник!
– Почему ты решил, что я буду его травить?
– А зачем ещё алхимику могли потребоваться царский мох, змеиный щавель и стебель волчьей лианы?
– Чтобы готовить зелья.
– Вот именно! Из этих растений получается очень сильный яд, ничего другого из них сварить нельзя.
– Ну, так я применил их для приготовления разных снадобий. Царский мох использовал для настойки очищающей желудок. Из змеиного щавеля и стебля волчьей лианы, а также ещё нескольких трав, сварил зелье для больного ребёнка. Он живёт как раз в этом доме, на крыше которого ты сидел.
– Ты лжёшь! Местные не болеют, этот источник исцеляет их от всех болезней.
– Я изучал воду этого источника, и поверь мне, он исцеляет не от всех болезней.
– Даже если это и так, то клиентов у тебя всё равно нет, и, похоже, не было уже давно. Иначе ты бы не стал подделывать деньги.
– Как ты мог такое обо мне подумать?!!
– Монеты, которыми ты расплатился за ужин в гостинице, пахли кислотой. Я почувствовал этот запах, несмотря на то, что ты полил эти монеты крысиным экстрактом. В академии я тоже занимался фальшивомонетчеством, я поливал оружейную сталь раствором кислоты. После этого она выглядела, как золото, только вот от неё разило кислотой, и я так же, как ты, сбивал этот запах, но магистры меня всё равно меня раскусили. Тебя тоже чуть было не раскусили, Каудин заподозрил, что с твоими деньгами что-то не так. Тогда ты стал подсыпать ему в чай лёгкий яд, сваренный из чёрных грибов и ягод тонкостебля, теперь он пытается выгнать из своего дома призрака, которого на самом деле нет. Маркус угощал меня своим чаем, и он слегка горчил. Такой горький вкус дают только чёрные грибы, их ни с чем другим не спутать. Пока мэр занят призраком, ты решил избавиться от источника, из-за которого ты бедствуешь.
– Вижу, ты обладаешь талантом к алхимии, люди с тонким нюхом рождаются ещё реже, чем маги. Ну а люди, обладающие и магической энергией, и тонким нюхом, это вообще ужасная редкость. Таких, как ты, один на миллион, и поэтому я не стану тебя убивать. И не только поэтому. Ты очень умён, всё, что ты сказал, всё, правда. Я, действительно, очень беден, мои трюки с фальшивыми деньгами скоро раскроются. Я просил магистрат направить меня в другой город, но они не стали меня слушать. И тогда я решил отравить источник.
– Какая это уже по счёту попытка загубить источник?
– Восьмая или девятая, я уже не помню. Я перепробовал множество разных ядов, но ни один не справился. И тогда я приготовил вот это, – Палрид поднял руку с колбой. – Ты угадал, здесь самый сильный яд из всех придуманных ядов. Надеюсь, он меня спасёт.
– Не уверен. Скорее всего, этот яд раствориться так же, как и предыдущие. К тому же я не позволю вылить туда его. Я намерен задержать тебя и отвести к главе города.
– Сначала догони меня.
Алхимик снял с пояса ещё одну колбу и бросил её под ноги Лагрису. Колба разбилась, и повалил жёлтый дым. Палрид снял ещё одну и выпил содержимое. Что случилось дальше, маг не увидел, так как жёлтый дым окутал его, закрывая обзор.
Чародей вылетел из жёлтого облака и приземлился на крыше. Оттуда он увидел убегающего алхимика, зелье, которое он выпил, было зельем скорости.
– Ох, как быстро бежит, – Лагрис глядел в след Палриду. Заклинание «Кошачий глаз» позволяло ему видеть в темноте. – Сейчас его только ветер сможет догнать. Ветер? Точно, ветер!!! Я превращусь в ветер так же, как на кладбище я превратился в огонь. И уж тогда он от меня не убежит!
Вдохновлённый этой идеей, он повторил заклинание, которое в прошлый раз чуть не превратило его в элементаля, зато помогло освободиться от лиан.
Сейчас оно получилось гораздо быстрее. Он в точности повторил все необходимые действия, которые он проделывал обездвиженный лианами на кладбище, с той лишь разницей, что на этот раз энергию превратил не в огонь, а в ветер.
Как только приготовления магии завершились, Лагрис растворился в пространстве. Даже он сам не видел своих рук и ног, поскольку их не было. Он стал един с ветром, маг стал таким же, как ветер, и так же, как он, полетел над землёй.
Юноша летел по изогнутым улочкам, огибая дома, иногда пролетая сквозь них через открытые окна. Алхимик же бежал молниеносно, но умчаться от ветра не мог.
Маг догнал и даже обогнал его, принял человеческий облик прямо перед ним, загородив ему проход. Палрид, не сбавляя скорости, свернул на другую улицу. Волшебник опять превратился в воздушного элементаля и понёсся вдогонку.
Мастер зелий не успел пробежать и тридцати метров, как соперник вновь материализовался из воздуха у него на пути. Он опять свернул в другой переулок. Ничуть не сбавляя скорости, алхимик бежал, куда глаза глядят. Буквально на мгновение он оглянулся, его преследователя не было видно. Но как только его взгляд устремился вперёд, он увидел стоящего впереди мага.
Сворачивать больше не куда: что справа, что слева стояли дома, и между ними ни капли пространства, куда можно было бы втиснуться. Тогда Палрид развернулся и побежал в обратную сторону, но тут на пути возникла стена из чистого полупрозрачного синего льда. Алхимик не успел остановиться и на всей бешеной скорости врезался в неё, и всё его тело охватила боль и прохлада, ему стало одновременно больно и хорошо. Поскольку, бегая, он сильно вспотел.
– Тебе не убежать, алхимик, – сохраняя спокойный вид и тихий голос, Лагрис стоял над лежавшим противником.
– Как же мне не хочется тебя убивать. Ты такой талантливый, – Палрид с трудом поднялся с дороги.
– Тебе и не удастся меня убить!
Чародей выставил руки вперёд, а потом быстро согнул их. Со стороны выглядело так, будто он кого-то подзывал к себе. И когда ладони почти коснулись его плеч. От стены в сторону мага подул морозный ветер, настолько холодный, что там виднелись кусочки льда. Ветер окутал мастера зелий, кружился вокруг него всё сильней и сильней, выдавая неприятный свист, который больно бил по слуху алхимика, но кроме него этот свист никто не слышал. Только Лагрис знал, что сейчас чувствует его соперник. Он стоял и смотрел, как ветер закутывает его противника. Спустя какие-то секунды, ветер стих, и алхимик оказался замурованным в ледяной кокон, только голова оставалась свободна.
Юноша подошёл вплотную к Палриду и посмотрел ему в глаза, выдавая грозную волнистую ухмылку.
– Мы отправимся к Каудину, и ты всё ему расскажешь, – конечно, он знал, что в данный момент собеседник ничего не слышит: в его ушах до сих пор раздаётся жуткий свист ветра. Но Лагрис всё равно счёл нужным это сказать. Затем он произнёс ещё одно заклинание, которое приподняло замурованного алхимика и понесло вслед за чародеем. Подойдя к стене, маг коснулся её, и она рассыпалась. Теперь он отправился в дом мэра, а замурованный мастер эликсиров, паря над землёй, направлялся вслед за ним.
Глава четвёртая: Новый друг.
Лагрис – теперь уже маг седьмой ступени, и это было подтверждено Каудином – гордо шёл по лесной тропе, направляясь в Антик. Пришлось свернуть с курса и потратить драгоценное время, но он решил, что ему необходимо туда прийти.
Целебная вода источника придала ему много сил, поэтому путь стелился под ногами. Вдобавок, он получил благодарность от всех горожан за поимку опасного преступника, – Палрид всё рассказал мэру и теперь находился в тюрьме, – это тоже добавляло юноше бодрости.
И утром, когда Лагрис пил воду из целебного источника, Каудин пообещал написать в магистрат письмо, в котором подробно расскажет о подвиге молодого мага, а уж магистры сами решат, как его наградить. Сами же жители наградили Лагриса исключительно лестными словами и добрыми пожеланиями. Что польстило ретивому волшебнику, но хотелось бы получить вдобавок к ним ещё и немного еды, поскольку вся полученная от крестьян пища уже заплесневела. И Лагрис отправился налегке, оставив мешок с провизией в гостинице – вот уж хозяйка удивиться: второй посетитель подряд в том же номере оставляет свои вещи. При вспоминании постоялого дома, в животе у странника заурчало, и он зашагал ещё быстрей. Но вынужден был замедлиться, когда услышал за поворотом крики и звон стали.
Столь густой лес не позволял чародею разглядеть, что там происходит. Лишь когда юноша зашёл за поворот, то увидел, как один человек, одетый в кожаные вещи с семейным гербом на спине, отбивается от пятерых разбойников.
