София посмотрела в окно. Сегодня вовсю светило солнце, но оно было обманчиво. Осень вступила в свои права, как только начался Сентябрь. И вот, середина месяца, а уже люди одели свои теплые, меховые накидки и своими сапожками утопали в грязи, после продолжительных дождей. София, отложив книгу в сторонку, подошла к окну и открыла его нараспашку. Вдыхая холодный, морозный воздух, она подняла голову к небу. Голубое, ясное, как в летний день. Не облачка.
– Да, – протянула тихо девушка, чувствуя, как прохлада, будто колючками щипает белоснежную кожу лица. – Это земля заслуживает большего, чем амбиции власть имущих.
«Первое правило и самое важное, – размышляла София, наблюдая за людьми внизу, опиравшись на подоконник грудной клеткой. Ее белоснежные кудри повисли, их не сильно трепал ветерок в воздухе. Она вспомнила высказывания Черного Принца, о том, как добро может разрушить мир и еще раз согласилась с ним.
Каждый человек, сколько в нем не было бы уверенности, может ошибиться. И добро для каждого может быть разным проявлением. Сеять добро можно везде. Но что в итоге вырастит, никто не знает. Девушка обратно вспомнила принца. Перед глазами встала его улыбка. И она не могла, не согласится, что внешность мужчины была привлекательна. Он был настоящий принц из сказок, только жаль, что со стороны зла. Впервые София размышляла о мужчине, и стало непривычно, неловко. Она покраснела и попыталась подумать о чем – нибудь другом. Всегда ли теперь будет вспоминать о принце, после прочтения очередного закона в книге? София внезапно осознала, что если бы дискуссии с принцем были после каждой главы, то она лучше бы поняла ее смысл. И усмехнулась про себя. Ну и нашла учителя. Он был практически ее сверстник. Еще внешность этого учителя не осознано отвлекала бы юную ученицу. Интересно, а что принц подумал о ней?
Очередной порыв ветра привел в чувства, задумавшуюся девушку. Она поспешно закрыла окно, обхватив себя руками, поежилась. Холод все – таки пробрал до костей, а София и не заметила. Кинув взгляд на книгу, она снова взяла ее в руки. И держав ее перед собой, неспешно прошлась по комнате, вчитываясь в текст. Затем села на стул и положила книгу на стол перед ней. Так она просидела до вечера, изучая литературу, данную Сержем, пропустив все приемы пищи. Только к ужину София решила спуститься в столовую.
Царская семья была уже в сборе, и трапеза была в полном разгаре. Смех и оживленные разговоры были слышны еще за поворотом. Когда София приблизилась к столу и села на свободный стул, ее встретили с приветливой улыбкой.
– Наконец – то проголодалась, – сказал царь бодро, отправляя очередной кусок мяса в рот и оживленно жуя, спросил: – Ты чего, как в заточении сидишь? Слуги, наверное, уже думают, что я тебя в плену держу.
Тем временем женщина средних лет в простом коричневом платье ставила перед Софией ее ужин, после последних слов царя, она мило заулыбалась и ответила:
– Я так не подумаю о вас, ваше высочество. София Светлая вероятней всего равнодушна к еде. Сколько она здесь гостит, всегда один или два раза ест.
– Кому – то стоит тоже перенять режим питания Софии, – встряла в разговор с намеками царица. Она в упор посмотрела на мужа. Тот постучал ладонью по своему массивному брюху и с улыбкой, прижал палец ко рту:
– Царь должен быть добрым и справедливым, – произнес тот, стараясь придать голосу серьезности: – На голодный желудок так не получится.
Анютка, сияя, как солнце в ясный день, энергично мотала ногами под столом.
– Я тоже не хочу кушать, – пролепетала она и оттолкнула от себя тарелку.
Царица неодобрительно взглянула на маленькую принцессу.
– Ты в обед тоже не хотела, – заметила серьезно Ева. – Ты только поковырялась в тарелке.
Анютка спрыгнула со стула и побежала к выходу.
– Завтра я точно поем, мам! – крикнула девочка и скрылась за дверью.
За столом вдруг повисла тишина. София, доев свое рагу, протянула тарелку той же миловидной служанке, женщине в коричневом платье. Она собрала Софии и маленькой принцессы грязную посуду и торопливо удалилась.
– Аня вообще ничего не ест, – наконец заговорила царица, а затем обратилась к Софии. – Может можно какой – то отвар ей подавать?
– Я посмотрю, – хмуро ответила ей София. – Проблема в том, что у меня нет вообще ничего. Надо сходить в лес. Или съездить домой? Но это долгая дорога.
– Раньше Анютка ела за двоих, – обеспокоенно произнес Юрий. – Я могу попросить Александра провести тебя в лес и собрать самые свежие травы для сестрички.
Кто такой Александр? – спросила у себя София.
– Точно, Юрий, – подхватил царь. – Он может поделиться тем, что у него уже есть.
София встала из – за стола, вытирая руки салфеткой.
– Итак, сегодня вечером нужно идти. Я должна поговорить с Анютой. Все будит хорошо, – заверила девушка царскую пару. – Нужно идти по – светлому, чтоб собрать часть трав, а другая часть только ночью собирается.
– Хорошо, – проговорил обеспокоенно царь, оставив пол тарелки не съеденной.– Тогда я пошлю гонца за Александром. Он, хороший малый, непременно поможет и лес знает хорошо.
София направилась к выходу, собираясь сначала сходить к Анютке. Затем собираться в долгий поход.
София легонько постучала в дверь в комнату Анютке и вошла вовнутрь. Принцесса, лежа на полу, рисовала на листочке. Заметив вошедшую Софию, она встала и, запрыгав на месте, прокричала тоненьким голоском:
– София, как хорошо, что ты пришла! Мне так скучно! Давай я тебя нарисую!
Девушка улыбнувшись, оглядела девочку. Прошла дальше и села на диван.
– Конечно, хочу, – ответила София на предложения девочки.
Анютка принялась поднимать рисунки и подавать их Софии.
– Смотри, – указала она на двух по – детски неуклюже нарисованных человечка. – Это мама и папа.
София сосредоточенно рассмотрела их.
– Ты хорошо рисуешь для такой малышки, как ты. Будешь тренироваться и станешь художницей, – похвалила девочку София.
У принцессы засверкали глаза:
– Я люблю рисовать, – проговорила она задорно. – И хочу научиться быть художницей, только времени у меня очень мало, – вдруг грустно закончила она.
София это уловила и осторожно спросила:
– Почему? У тебя так много занятий?
Девочка кивнула.
– Я только в обед быстро кушаю и рисую и вечером, немного. Потом спать надо, – печально ответила принцесса. – Но я тебя нарисую! – пропищала Анютка, звонко. – Ты очень красивая! Я прямо сейчас нарисую! Ты мне поможешь, София? София Светлая?
И тут девушка все поняла, обреченно вздохнув, улыбнулась девочке и ответила:
– Слушай Анютка, – София посмотрела в глаза принцессе и взяла ее маленькие ручки себе в руки, собираясь отказать деликатно малышка, как вдруг все заплыло перед глазами, и появился образ молодой девушки. София узнала в ней Анютку. Ее глаза, ее улыбка. Прекрасная принцесса, в нарядном голубом платье сидела на троне. На ее голове была надета увесистая корона царя Ивана. Пышущая здоровьем и молодостью Анютка гордо восседала на троне. В образе королевы. Вокруг была привычная обстановка уже знакомого царства. В центре зала висела большая картина, где была изображена царская пара, уже в зрелом возрасте.
– София! Ты чего уснула!? – услышала детский голосок Анютки, и София сразу пришла в себя, смотря растерянным взглядом на девчушку. Она никогда не выделялась способностью, к виденью будущего, поэтому была поражена тем, как ясно увидела и тем, что увидела.
– Анют, давай я к тебе в обед зайду завтра, и мы с тобою будем рисовать, – проговорила мягко София, натянув усталую улыбку. – Сейчас, я должна кое – куда отправиться.
Девушка встала и на ватных ногах вышла из комнаты. Проходя по коридору вперед, София пыталась обдумать увиденное. « Что случиться с Юрием, раз Анютка будит сидеть на престоле? – спросила себя девушка, как вдруг столкнулась с кем – то». Подняв взгляд, София увидела его. Черного принца.
– Вы, почему на дорогу не смотрите? – спокойно поинтересовался он у нее. Мягкий, с поволокой взгляд неторопливо изучал ее лицо.
Она не сразу сообразила, что ответить и вообще, что происходит. Растерянно оглядела вокруг, затем на него.
– Так это вы, Александр? – потеряно поинтересовалась София, вспоминая, говорил он свое имя на балу или нет. – Вы не представились на балу…
Выражения лица принца вмиг изменилось. Стало, посерьезней и Софии показалось, что в их глубине промелькнула злость. Напряжения тронуло идеальное лицо принца, на щеках заиграли желваки.
– Или представлялись, – засомневалась София, испугавшись реакции. – Я могла забыть…
– Я всегда представляюсь незнакомым людям, – на удивления спокойно ответил черный принц. – Королеве стоило бы потренировать память. Вам многих надо будет помнить, и такая забывчатость будет портить все представления о доброжелательности повелительницы света.
София сжалась под тяжелым взглядом принца зла и почувствовала себя маленькой девочкой, которую отчитывают за провинность. « Я никуда не пойду с этим грозным дядей, – заскулила эта бедняжка где – то внутри сознания, стыдливо опуская глаза».
Она подняла на него загнанный взгляд, и ей показалось, что глаза принца смягчились, лицо разгладилось. И затем тот улыбнулся. « Совсем другой человек, – подумала смущенно София. – Фу, какой же не красивый, вы злой. Надо почаще вас злить. Лучше чувствовать страх или испуг, чем вспоминать обворожительную улыбку при каждом прочтении книги свода законов».
Коридор показался таким узким и длинным. Воздуха мало. Принц вроде был не такой уж и большой, но выше Софии. Ей показалось, что он везде и невозможно уйти, спрятавшись даже за двумя кварталами от него. На идеальном лице мужчины запечатлелось напряженное ожидания. Он ждал ответа от нее? София не знает, не хочет. « Что он смотрит на нее? Как не стыдно? – пронеслось у нее в голове. Ее затрясло. Девушка сама не осознавала от чего. Или от кого?
– Хватит на меня смотреть! – вырвалась против воли у Софии и она тут же пожалела, потому что не знала, что теперь делать. Смотреть твердо и уверенно или…
– Извините, – проговорил с усмешкой принц и затем надменно бросил: – Просто привык делать, что хочу.
Александр развернулся к ней спиной и собрался зашагать по коридору. София ослепла от гнева. Да сколько это будет продолжаться!? – мысленно взвыла девушка и со всей силы ладошкой ударила принца по спине. Он остановился и замер.
– София!? – услышала она за спиной голос Царя.
– Ах! – потрясено воскликнула, потом царица.
Секунды превратились в часы, время испуганно остановилось, ладошка Софии горела огнем, лицо было белее полотна бумаги. Казалось, что сердце замедлило стук в ожидании неизбежного. Не было слышно собственных мыслей от нарастающего гула в ушах, заболела голова. Девушка совсем ослабла от переживаний, и не столько физически, сколько морально. Как она на это решилась, не известно даже бесам. Хотя все понятно, он ее довел! На ее участь выпало испытания свыше, в лице настоящего демона. Как и положено: красивого, сильного, властного и хитрого.
София от переживаний совсем забыла нить разговора, который привел к таким последствиям. Сколько бы девушка не пыталась, не могла вспомнить свои и его последние слова. Голова совсем опустела, и она встретилась глазами с Черным принцем. Ожидаемо, там пылала ярость. Такое ощущения, что в их глубинах живет сам ад. И языки пламенем сейчас вырвутся, будут ее наказывать. Это так символично. Сама повелительница добра, грешница и сейчас молча, ждала откуп за свои действия.
– Вот теперь, ты меня извини, – выдавила тихо София. И немного удивилась своему голосу. Насколько он был уверенным, сама сталь прозвенела, и казалось по любой душе пройдет своим лезвием, оставляя кровоточащие раны.
В кого превратилась она, повелительница добра, рядом с демоном. В дьяволицу? Как заразно зло. Как близок ад. Черти, наверное, уже идут по ее душу.
– Нет, – грубо шепнул Александр, приблизившись к ее уху. – Не извиню. Но вам, юная леди, надо немного поработать над своей душой и залатать черное пятно белым. Вы же у нас, Светлая Королева.
Принц прошел мимо ее и зашел в комнату Анютки, даже не хлопнув дверью. Она осталась совсем одна, разбираться со свидетелями. Свидетелями ее позора.
– София, что произошло!? – первым на нее набросился царь.
– Александр, само терпения, – прошептала взволнованно Ева. – Настоящий джентльмен
София не знала, как будет оправдываться. Она стояла и смотрела на царскую чету, взглядом загнанной зверушки. Вдруг вышел Александр и проговорил, так, будто ничего и не случилось три минуты назад:
– Анютка здорова. Не зачем ей пить травки, – вынес он свой вердикт, затем подошел к царю Ивану, положил руку ему на плечо и спокойно произнес:
– Сами разберемся. Оставьте ее в покое. Лучше угостите меня моим любимым чаем. Я разнервничался за маленькую принцессу, пока ехал.
Царевич улыбнулся черному принцу и пошел за ним по коридору.
– Конечно Александр, – сказал бодро он, сравнявшись с ним. – Там Ларочка такой пирог с ягодами испекла. Ммм, достойный повелителей.
Царевна покачала головой, укоризненно взирая на Софию и пошла за ними следом. Девушка осталась, наконец, одна. События вечера упали на ее плече, тонной плитой. Она почувствовала усталость, тело потяжелело, душа ныла и хотела спокойствия. Именно этим и занялась девушка. Сном, спасительным сном. Утро вечера мудренее.
Глава5.
«Каждый повелитель может приносить пользу человечеству. Это добровольное решения каждого из сторон. Повелитель может жить обычной жизнью, но не потерять способность чувствовать силу. Это помогает определить уровень силы, и где она сосредоточенна. Это необходимо, для того, чтоб почувствовать уровень опасности для мира на земле. Для того и существует повелитель. Вся волшебная сила, будь то зла или добра должна контролироваться. Каждый повелитель должен научиться определять тот механизм в себе, где хранятся эти знания, и научиться, ими пользоваться».
«Закон №2 в книги свода законов добра и зла».
София открыла глаза и еще долго лежала в кровати. Воспоминания о вчерашнем, как ледяной водой окатили ее, она решила подумать, обо всем на свежую голову. Александр поступил достойней ее. Сегодня все казалось не так трагично, как вчера. И вчерашняя София не была знакома с сегодняшней. Проснулся стыд и начал волнами наступать на девушку.
«Может еще раз попросить прощения? – спросила себя София. – Одного раза достаточно, – одернула себя девушка и встала все – таки с постели. Потихоньку поднявшись с постели, София лениво потянулась, направляясь к столику с зеркалом, и замерла на месте. На нее в отражении смотрела она, только все лицо было испачкано, будто в саже. София наклонилась к зеркалу и лихорадочно принялась обслюнявливать палец и тереть по лицу. Ничего не выходило, грязь, покрываемая ее прекрасное лицо, оставалось, словно девушка трубы чистила всю ночь. Лицом. Постепенно начало приходить осознания, осознания действительности. Знала она, что это может быть. Помнила с детства такое колдовство.
– Нет, – плаксивым голосом прошептала София. – Этого не может быть.
Девушка перестала мучить лицо, принимая эту действительность. Только не спокойно совсем. Внутри была настоящая паника. Она нарастала и превращалась в бесконечное бессилие. Девушку затрясло от ярости и безысходности. « Магия Чернилица! В детстве мстили таким образом. Какой коварный! Какой хитрый! Ненавижу! Ненавижу! Ненавижу!»
– Где я найду траву мочалку? Она не растет в этих краях, – беспомощно пролепетала она, спрашивая саму себя.
«Дома ее навалом, – подсказало ей сознания. – Но как я поеду с таким лицом!? Откуда я знала, что встречу здесь взрослого демона, который мстит, как маленький мальчик!? – А как он должен был тебе ответить за вчерашнее рукоприкладство? – самоуверенно спросило у Софии ее сознания. – Припечатать тебе в ответ? Его удар оставил бы не только грязь».
София принялась нервно ходить вперед и назад, обдумывая, решения ее проблемы. Но выход был один. Как – то достать мочалку. Эта волшебная грязь не исчезнет иначе. Но это невозможно, если София не выйдет из комнаты. А девушка осознавала, что не сможет выйти в таком виде.
Она бессильно заплакала, уткнувшись лицом в белоснежную наволочку подушки.
– Уже ужин, – выдохнув обреченно царь. – София вообще собирается сегодня есть?
Уже был конец трапезы и за столом остались лишь царская пара. На улице заметно стемнело, и столовая тускло освещалась только тройкой свечей. По центру восседал царь Иван, полноватый мужчина, которого уже заметно тронула седина, несмотря на не слишком престарелый возврат правителя.
– Она не выходила сегодня, – обеспокоенно проговорила царица. – Может, девочка стыдиться вчерашнего происшествия. Я совсем не хотела с ней затрагивать эту тему. Самое главное, что Александр был терпелив к выходке Софии. Ну, какой прекрасный мальчик! Серж воспитал настоящего джентльмена.
Царь грозно посмотрел на жену и недовольно прошептал:
– Ты чего хочешь этим сказать? Что София получила дурное воспитания!?
– Не совсем так, – встревоженная реакцией мужа, пошла в отказ Ева.
– Это не может быть! А если и так, то мы с тобой в ответе за это. Мы с тобой Егора держали, чуть ли не на привези. Если бы не он, то наш мальчик давно бы умер. И я в ответе за Софию. Она молода и горяча! Это пройдет!
Царица подошла к мужу и присев рядом, на стул, накрыла его руку своей.
– Ты прав, милый, – успокаивающе проговорила она, смотря в глаза мужу. – София, прекрасная девочка, с прекрасным воспитанием. Пойдем с тобой к ней и скажем ей, что не виним ее не в чем и любим, как родную дочь.
Царь согласно кивнул, они поднялись со своих мест и направились к лестнице, на второй этаж. Уже через пять минут, они стояли возле двери к комнате Софии. Толпясь возле входа, царь неуверенно постучал.
– Кто там? – прозвучал голос Софии.
