Хозяин дома шел впереди, а гости послушно ступали за ним. София разглядывала интерьер. Все было выполнено в готическом стиле, но все дорого и даже не прилично роскошно. В глаза бросились бархатные шторы синего цвета. Вместе со светло — серой стеной под кирпич, все смотрелось очень уж впечатляюще. Они зашли в просторный холл, и тут девушка онемела от красоты. Все было выполнено в черно — белых тонах. Шторы большие, роскошные ослепляли своей белизной и выгодно подчеркивали огромное окно, которое выходило на легендарный замок, где хранилась подлинная книга свода законов.
София заворожено подошла к нему, не отводя потрясенных глаз от интересного вида. Посреди комнаты раскинулся величественный, черный, мраморный стол, покрытый белоснежной скатертью, на которой уже было подано множество закусок в изящной серебряной посуде. Рядом стояло множество таких же черных, мраморных стульев, с мягкими белоснежными подушечками. На таком же черном полу, лежала белая шкурка неизвестного зверя, чтоб ноги гостей не мерзли. По центру горел роскошный камин из белого камня, выполненный нарочно из дикого, необработанного материала. Из абсолютной черноты камина вырывались горячие языки пламени, согревая столовую.
Софии обратно затошнило от тепла. Такого приятного для замершего тела, но в тоже время возвращающее девушку в болезненное состояние. Она отвлеклась от вида, потому что захотела присесть. Казалось, что ноги вот, вот подкоситься. В то же время окончательно поняла, что скорей всего заболела. Хотелось быстро закончить этот вечер и уехать лечиться в замок: в кровать, пить отвары, и отлеживаться.
София села за стол, где все уже заняли свои места.
— Добро пожаловать в логово зла, София Светлая, — поприветствовал Серж девушку сидя в своем кресле в самом отдаленном уголке стола, и задумчиво подперев руками подбородок.
— Спасибо, что пригласили, — ответила с полуулыбкой София. — У вас очень красивый замок.
— Его строил еще мой отец, — бодро заговорил с гордостью повелитель. — Немного жутковат, но для повелителя зла, самое то.
В столовую вошла высокая женщина в потрясающем, красном платье, Серж поспешил их представить:
— О, я должен вас представить. Это моя супруга, Елизавета. Она очень хотела, познакомиться с вами.
К Софии подошла статная женщина средних лет с черными, длинными волосами по пояс. Очень красивая, но ее стиль был, как и у всей семейки, агрессивно отталкивающий. Лицо напоминало волчицу, такое же породистое и выразительное. На нее смотрели глаза, глаза Александра, сверкнули интересом и умом.
— Приятно познакомиться с новой светлой повелительницей, — пролепетала Елизавета на удивления нежным и добрым голоском.
— И мне, — поспешила ответить София, улыбнувшись виновато, потому что не могла найти, что еще можно сказать. Голова болела, хотелось пить. Казалось, что горло сейчас потрескается, как земля при чудовищной засухе.
Следом вошли еще один мужчина, лет двадцати и парень — подросток. Сразу видно, что братья, потому что очень похожи.
— Это Андрей, мой средний сын и Дмитрий, младший сын, — представил прибывших Серж.
«Целых три сына? — мысленно удивилась София. — Наверное, повелитель мечтал о маленькой принцессе в своем замке. Хотя, Елизавета еще весьма детородная».
— Приятно познакомиться, — вяло выдавила София.
— Вы охрипли, — встревожено заметила Елизавета, обращаясь к девушке. — Вы приболели?
— После послеобеденного сна почувствовала себя не совсем хорошо, — честно ответила София и, наконец, дождавшись момента, попросила: — Можно воды?
— Конечно, — решительно ответила Елизавета.
Через пару минут служанка принесла Софии стакан воды. «Очень мало, — пронеслось в голове у нее». София осушила стакан в секунду. Голова закружилась от облегчения. Она приподнялась и попросила шепотом у служанки еще воды.
София, как через стекло, наблюдала за всеми за столом. Все мило общались и изредка поглядывали на нее, молчаливую, бледную, пьющую стакан за стаканом воду. Девушки вдруг стало совершенно безразлично, какое впечатление она произведет на всех.
— София? София!? — услышала она голос Сержа, через устойчивый гул в ушах. — Может, вам лечь, отдохнуть? Елизавета вам даст отличных травок. Мне всегда помогает.
Девушка растерянно оглядела всех и смущенно ответила:
— Все нормально, спасибо.
— Это не так, — тихо возразила Елизавета.
Все сразу перевели взгляды свои на нее, затем царь внезапно всполошился:
— А где Александр? Хотелось бы его увидеть и мы, наверное, поехали. Софии надо прилечь. Она с каждой минутой бледнеет сильней. Еще разболеется серьезно.
— Он должен уже приехать. Задерживается, — ответил кратко Серж, взглянув на массивные часы над камином.
София встала из — за стола.
— Я выйду на воздух, — обессилено оповестила всех она и пошла на выход.
Ступая по коридору на улицу, девушка, едва передвигала ногами. Ей захотелось вернуться и попросить помощи. Было настолько невыносимо, что София не могла собрать мысли в кучу. Ее качало из стороны в сторону, и она уже была не уверенна, что дойдет до долгожданного воздуха. Перед глазами стояла пелена, все шло кругом. Ее всю жарило, будто на костре, подвешенной на вертеле.
Захотелось сорвать этот тугой корсет и задышать полной грудью. В данный момент же дышать не получалось, как будто у нее отняли весь воздух. Отняли данную функцию у ее легких. София трясущими руками, загнув их за спину, нащупала шелковые веревочки корсета и лихорадочно принялась расшнуровывать его. Попытка не удалась, не хватало сил, выносливости и главное маневренности.
Заметив дверь на выход, девушка бегом, вырвалась наружу. Пробежала несколько метров. Ее потную кожу больно обжог ледяной дождь с ветром. Горло схватило спазмом, и София поняла, что больше не единого вдоха сделать не сможет. Стоя на крою крутой лестнице, девушка потеряла остатки сознания, упала, кубарем скатываясь вниз, словно тряпичная кукла.
— София!!! — вылетела наружу за ней Елизавета, и увидела, как гостья неподвижным телом вдруг взлетела вверх. И зависая в воздухе, медленно опустилась на пол.
— Какое счастья, сынок! — облегченно прокричала Елизавета, заметив Александра, который силой колдовства остановил роковое падение девушки и вернул ее обратно на крыльцо замка. Прямо на порог, к брюху дракона.
Ворота распахнулись и оттуда вывалились остальные.
— София! Доченька! — панически закричал царь, и бодро подбежав, обогнав остальных, припал на колени перед девушкой. — Егор! Не уберег! — плакал Иван.
Дождь водопадом лил, будто плача от горя. Холодный ветер мотал его в разные стороны. Спешно наступали сумерки, от густых туч, заполонивших все небо.
Александр мигом, вбежав по лестнице, наклонился над Софией. В глазах мужчины мелькнул ужас, когда он увидел бледное лицо девушки в кровоточащих ссадинах. Вода от дождя смывала кровь и розовой струйкой стекала вниз, на каменные ступеньки. Он легко взял ее на руки и понес вовнутрь. Все последовали за ним.
— Если бы не Александр, она бы разбилась, — всхлипывая, причитала Елизавета. — Он ее поймал.
Черный принц положил девушку на диван в гостиной и одним рывком порвал корсет на груди на две части.
— Она едва дышит, — обеспокоенно констатировал факт черный принц. — И горит. Мама, нужен отвар из Корнилы Цветущей.
Супруга Сержа не говоря не слова, отправилась за ней.
— Да, что такое случилось? — спросил царь, испуганно расширяя глаза. — В обед она была здоровая.
— На ней сильнейший наговор, — хмуро ответил Александр и посмотрел в глаза Ивану. — На смерть.
— Господи! — зарыдала горько царица. — Да кому могла перейти дорогу София? Она же, божий ангел.
— Злу, — ответил сухо Серж.
Все затихли, охотно соглашаясь. Были слышны только всхлипы женщин и скрежет зубов Александра от злости.
— Надо найти и уничтожить гада, — прошипел яростно черный принц.
Через полчаса София лежала в покоях для гостей, в сухой, теплой кровати. Ее глаза были обреченно закрыты, а дыхание слабое и прерывистое. В белоснежных, роскошных простынях медленно умирала повелительница добра. Последняя из рода. Елизавета делала примочки на лоб, чтоб сбить температуру девушке. Это было очень сложно. Практически невозможно. Супруга Сержа всегда была сильна в целительстве и любила изучать медицину. Колдовскую и простую. Поэтому именно она была оставлена с Софией. Остальные в соседней комнате, размышляли о дальнейших действиях. Спустя время, разговор зашел в тупик.
— Кто будет править на стороне добра, если она умрет? — спросила устало Ева, взглянув заплаканными глазами на Сержа. — Это означает, конец равновесию. Конец миру.
— Она не умрет! — прикрикнул на нее бледный и замученный царь, который от потрясения вдруг превратился в старика.
Царица подняла глаза на мужа, немного изучив его лицо, не поверила, что перед ней ее возлюбленный, ее царь, и ответила максимально отрезвляюще:
— Ты в первую очередь, царь. Судьба народа на твоих плечах. Судьба земли…
— Не волнуйтесь, — перебил ее повелитель зла. — Есть один выход.
На глазах царя заблестели слезы и тот, хрипло произнес:
— Разве молодая, здорова девушка, может так рано умереть?
— Нет, — холодно отрезал Александр. — Надо искать чету Трагоновских.
Серж кивнул, соглашаясь с сыном, и серьезно выговорил:
— Я пошлю самых лучших людей. Их из — под земли достанут.
Шли часы, долгие часы. Истекало время, утекала жизнь из хрупкой, молодой девушки. Единственные подозреваемые во вредительстве боязливо молчали. Чета Трагоновских. Это единственные, кого успела справедливо обидеть София. Зло поняло, что теперь не сможет отныне издеваться над народом и решили убрать единственную преграду к своим злодейским делам. И… У них отлично получалась.
Александр понимал, что поработал сильный маг. Магия древняя, мощная и снять может только, тот, кто наложил. И он тщательно скрывал себя от глаз всемогущих повелителей. Прошло пять часов. Все замерли в ожидании. Не спали, не ели. Елизавета истратила все силы на поддержания жизни в Софии. Наконец Александр тихо зашел в покои больной и увидел, что его мать спит, оперевшись об спинку кресла спиной. Голова тоже лежала на спинке кресла, усталые глаза прикрыты.
Ступая тихо, чтоб не разбудить измученную мать, он посмотрел на девушку. Казалось, что эти пять часов высосали все силы из недавно цветущей, красивой повелительницы. Она была в окружении самых могущественных людей этого царства, но так беззащитна. Так слаба, так прелестна. И так слаб он. Просто жалок, как щенок. Александр легонько прилег на кровать рядом, осторожно, боясь потревожить ее. Повелительницу добра. Лучик света на этой мрачной, неблагодарной планете. Она только начала сиять и ее заставили потухнуть. Мужчина взял ее руку в свою, такую маленькую, нежную и… холодную.
— София, — позвал он тихо ее. — София, не вздумай сдаваться.
Она все еще обездвижено лежала, не шелохнув даже ресницами.
— Помоги, девочка. Покажи, кто это с тобой сделал, — попросил еле слышно мужчина. — Вспоминай, кто тебе пел…
После этого глаза Александра закрылись. Он почувствовал сильнейшую усталость, боль, отчаянье. Но становилось легче, от близости Софии. Как она появилась в его жизни? Словно потихоньку подкралась, ослепляя до этого холодного и одинокого принца, своим светом. Еще красотой, наивностью и веселой, наигранной дерзостью. Первая, кто смог пробить его равнодушие и поселить там это странное зависимости. Зависимость от ее красоты, нежности, голоса, души и наконец, присутствия.
Мужчине снился сон. Там София, стояла, безмолвно смотрела него и указывала в сторону рукой. И там стоял он, виновник стремительного угасания бедной повелительницы.
— Спаси меня, — прошептала еле слышно София. — Я умираю.
Александр открыл глаза. София все еще лежала в коме.
— Александр? — услышал он удивленный голос мамы за спиной.
Мужчина встал и наткнулся на сонные глаза матери.
— Это Давид, — заявил уверенно он. — София мне показала, это Давид.
— Он же далеко, — возразила с нотками сомнения в голосе Елизавета.
Александр резко встал на ноги. Обернувшись, решительно обратился к Софии:
— София держись. Еще немного.
И спешно побежал к выходу. Елизавета последовала за ним, но передумала и направилась прямиком к супругу, не обращая ни на что внимания.
Серж стоял в гостиной и печально смотрел в окно. Елизавета подошла к мужу, и взглянув на него полными слез глазами, еле слышно прошептала:
— Она должна умереть. Она погубит нашего сына.
Александр переступая по две ступени, торопливо спускался в низ. В его душе появилась надежда и он должен спешить. Он может спасти Софию и непременно сделает это, что бы ему это не стоило. Найдет Давида и размажет по стенке гада. Надо просто спешить.
— Александр! — окликнул его Серж ледяным тоном, но сын даже не шелохнулся.
Серж стоял на крыльце и смотрел на удаляющегося Александра. Дождь мочил его одежду, волосы, но это его меньше всего волновало. Напряженное лицо повелителя исказилось от боли. Душевной боли.
— Сынок. Я тебя спасу….
Глава 7
«Повелитель должен продолжить свой род, это тоже часть равновесия. Мир должен быть спокоен, что есть наследник, наследник для мира на земле».
«Закон из книги свода законов»
Давид, это один из злостных и безбашенных колдунов прошлого десятилетия. Еще в детстве ему повезло родиться в семье талантливых волшебников. Сын схватывал уроки родителей на лету и впитывал знания, словно губка. Это единственная семья, которая владела древними науками магии, и его уже покойный отец преподавал самые мощные и старые знания в школе. Они мечтали вырастить сына умным, талантливым магом.
Но,… увы, Давид в подростковом возрасте попал в плохую компанию агрессивных и неадекватных чародеев. Малолетние преступники сразу приметили в незаметном мальчике искусного колдуна и поспешили привлечь в свою свиту. Давид, будучи совсем юным пареньком, посчитал себя особенным и принялся вместе с ними творить зло. Родители горевали о судьбе сына и не зря.
Вскоре на злодеяния обратили внимания повелители. Шайку крыс из так называемых друзей Давида уничтожили и только его одного не тронули. Благодаря родителям, которые внесли много хорошего и важного в умы других учеников. Его отправили в колонию исправления для колдунов. Туда попадают те, кто убил много обычных людей ради наживы или жажды власти. Срок был на десять лет, которые уже, к сожалению, прошли. Не исправившейся, мощный маг вышел и решил начать с верхов.
Хрупкая, молодая повелительница показалось лучшей жертвой сумасшедшего мага. Особые умения магии никуда не испарились, а росли с самим хозяином. И Давид знал, что такое колдовство подвластно только ему и его родителям. Его семья единственная, которая знала древнюю магию. Но так думал сам Давид…
Был еще один ученик его отца. И это был Александр. Отец Давида, Марк, мыслил здраво и хорошо осознавал, что древняя магия в одних руках, и не слишком доброжелательных, погубит планету. Он сам пришел к Сержу и предложил обучить сына, на которого тот возлагает больше надежд. Повелитель зла видел именно Александра достойным и мудрым правителем. Это случилось, двенадцать лет назад, когда Давида отправили в колонию.
Тогда Александру было десять лет. Марк обучал его пять лет и вскоре умер. Наследник статуса повелителя зла перенял достаточно знаний у старика мага. Именно поэтому Александр сам направлялся в логово Давида и знал, что найти того гада, будет не так легко. С помощью магии, возможно, сделать пузырь, который находится в нашем мире, но невозможно увидеть невооруженным взглядом.
В этом пузыре можно достаточно незаметно колдовать. Выудить паразита, это единственное решение проблемы. Именно София помогла понять Александру, где пузырь. Она указала на Давида, тот был дома у родителей. София помогла сама себя спасти. Александр удивлялся способностям девушки. Умение читать книги в картинках, ему встречалось впервые. В полумертвом состоянии показать столько, не каждый маг способен.
Александр верхом на коне, скакал в дом Давида, где в юности его талантливый отец пытался выучить сына мощным и опасным знаниям. На улице светлело утро, перестал лить дождь. Но тучи висели высоко и грозно взирали на мир своими серыми очами. Мужчина продрог до костей, но особо не ощущал этого. Он почти приблизился к цели. Приближался конец и силам Софии. Она уже была на грани.
У него было время, и Александр это чувствовал. Остановившись, он спрыгнул с лошади, подбежал к двери. Легонько толкнув ее, увидел, что она сразу же поддалась. Со скрежетом, не торопясь, мужчина вошел вовнутрь. Было тихо, пахло затхлостью и сыростью. Он огляделся, раздумывая, как возможно выманить Давида. Попалась на глаза полка с маленькими тряпичными куклами: главными атрибутами древней магии. Александр взял самую маленькую, похожую на маленького мальчика. Его потянуло к ней, он критично осмотрел ее.
Старая потрепанная куколка, сделанная очень давно, попорченная пылью и временем. Затем Александр увидел на столе кусочек серой тряпочки и сразу понял, что это вовсе не ткань. Улыбнувшись своим воспоминаниям, тот взял эту тряпочку и положил на нее этого маленького человечка. Схватив за четыре конца засохшего пузыря под куклой, принялся их завязывать в узел, крепко.
— Ты сукин сын! Что ты делаешь!? — услышал Александр за спиной удивленно — испуганный голос мужчины. Резко развернувшись, он продолжал держать этот сверток с куклой в руках.
Перед ним стоял Давид, высокий, крепкий мужчина лет тридцати. Статный и гордый блондин с длинными волосами по пояс.
— Не хочешь всю жизнь просидеть в пузыре? — с насмешкой в голосе поинтересовался черный принц.
Глаза Давида яростно блеснули, он удивленно прошипел:
— Откуда ты знаешь?
— Твой отец знал о твоей подлой душеньки и решил передать знания еще кому — то из семейства повелителей, — ответил намеренно самоуверенно принц.
Давид усмехнулся.
— Именно злу? — продолжая смеяться, едко спросил злодей. — Да, мой отец, наверное, тоже хотел, чтоб именно зло восторжествовало на земле.
Александр задумался.
— Не понятны твои планы… — сдавленно протянул черный принц. — Поэтому ты решил искоренить добро на корню? Ты хочешь, чтоб повторилась война, жертвы? Разве ты не читал историю и не знаешь, как все может закончиться в итоге?
Давид вдруг стал серьезен, сложил руки в пирамидку и призадумался.
— Не угадал, — наконец выдал он и засмеялся, как отрицательный герой со сказок. У Александра промелькнуло в голове, что Давид спятил, следующее предложения с его уст, укрепили его убеждения. — Я хочу убить повелителей и сам, единственный, возглавить магию. София скоро уже отправится к своему папаше. А вот и второй пожаловал, тепленький и глупенький.
— Ну и планы, — растерянно удивился Александр. — Да ты чокнутый! Ты не справишься с армией хранителей книги, они тебя уничтожат и весь мир заодно!
— Ты что, думаешь, что я такой глупый? — наиграно обиделся Давид. — Ты, наверное, не знаешь, что давно придумано средство, как оказаться невидимым для ваших головорезов.
Александр от злости сжал куклу в руке сильней и Давид, вдруг поменялся в лице. Принц догадался, что тому больно. Это было проверкой.
— Так, это все — таки тебя мастерили? — победно спросил черный принц. — Не дальновидно держать множество копий себя в доме.
— Я не знал, что кто — то еще владеет этой магией, — испуганно прохрипел Давид. — Отец даже в школе не учил ей. У меня тоже кое — что есть, — гадко усмехнулся Давид и вытащил куколку в женском платье из кармана. — Ей почти конец. Осталось только в сердце иголочку воткнуть.
Пока злодей любовался тряпичной жертвой в руке, Александр ловким движением пальцев погнул руку его миниатюрной копии. От резкой боли мужчина взвыл, кукла Софии выпала на пол. Следующим действием был резкий прыжок, откидывающий подальше злодея и на удивления, тот влетел в свой собственный пузырь, Александр завернул куклу мальчика обратно в пузырь и быстро запечатал магией.
Минуту Александр стоял с этим свертком в руке и не верил своей удаче. Напряженное лицо, так и показывало злобу, ненависть, растерянность и торжество. Мозг не мог поверить, что все вышло так гладко и быстро. Он избавил семью от угрозы и как все легко получилось? Реакция Александра всегда была молниеносной. Он расслабленно улыбнулся, полностью осознав реальность происшедшего.
— Вот так! — выдохнул мужчина и засмеялся. — С ленточками надо играть почаще.
Серж вошел в спальню тяжелобольной. Девушка выглядела так, будто уже и не жива. В комнате пахло сыростью и прокисшими травами, словно несколько часов здесь лежал труп. Повелитель зла подошел к окну и открыл его. Не приятная прохлада ворвалась в комнату со свежим воздухом. Мужчина устало взглянул на девушку. Долго, напряженно и вдумчиво, словно орел на свою будущую жертву. Будто выжидал, раздумывал, когда напасть. Глаза недобро сверлили беспомощную повелительницу добра.
Давним давно, в этом замке, малютка София, весело шагала по этим коридорам. Прелестная девчушка совсем крошкой, его гостьей сияла красотой и юностью. Была непомерно добра, искренне, как и мать. София была просто как две капли похожа на нее. Даже сам Серж иногда любовался ангельской красотой жены друга.
Она сияла, словно солнце в летний день. Была умна, считалась самой лучшей ученицей в их классе. Мудра, и рассудительна не по годам. Светлые волосы, словно струи волшебной, сверкающей реки, игривыми волнами спадали ниже пояса. Обаятельная улыбка цветочной феи. Казалось, что сами птицы прилетят на ее нежный голосок. Настоящая повелительница добра, что еще скажешь. Достойная партия на трон рядом с Егором. Тот и не знал, что весь мир любовался его женой. Весь мир готов был стать добрым, чтоб угодить прекрасной повелительнице. Она сеяла добро всего лишь своим присутствием.
Дочка, София, родилась вылитая мать. Когда Екатерина, мать девушки умерла. Серж поддерживал Егора, как мог и оставался таким же другом, не смотря на то, что сам горевал из — за смерти женщины не меньше.
У Сержа тогда уже рос сын, Александр. Егору пришлось отослать дочь подальше, когда родился второй сын. От греха подальше, чтоб не нарушился главный закон из книги свода законов. Наивно было предполагать, что Александр, полностью копия Сержа по характеру, не перенял вкусы отца. И не повелся на эту ангельскую, светлую, чистую красоту.
В окно резко влетел Филин и, усевшись на подоконник, взглянул своими огромными глазами на Сержа, выжидающе, укоризненно, тогда словно проявились голубые глаза Егора. Человечьи, добрые и честные.
— Все будет хорошо, — успокоил его повелитель зла, уселся рядом, и тихо продолжил: — принц спасет ее. Только равновесию конец.
София пришла в себя, как только Александр вынул из куклы последнюю иголку, развязал последний удушающий узел, вытянул душу из тряпичной подделки Давида, вернул ее девушке.
Со злом было покончено. Черный принц с чувством выполненного долга спалил куклу и сев на лошадь, поскакал домой. Уставший, измученный, обессиленный, он едва не засыпал на ходу. Теперь, он мог заснуть со спокойной душой. София жива и невредима, будет быстро приходить в себя в его замке, что наполняло душу счастьем, которое казалось, испытывалось по-настоящему впервые.
Вокруг Софии столпилось много людей. Все оживленно беседовали и радостно, беззаботно смеялись. Девушка была еще очень слаба, но все знали, что это пройдет. Главное, она очнулась, и сейчас немного порозовев, беззаботно улыбалась. Все самое страшное казалось далеко позади. Царь, с царицей облегченно выдохнув, готовы были летать от счастья. В покоях уже не больной, они все весело пили чай с пирожными. Серж и Елизавета тоже, отбросив свои переживания, проживали этот момент счастья и покоя со всеми.
Александра в тот вечер никто не видел, но Сержу доложил слуга, что тот дома, спит. Завтра он все разузнает. Все завтра. Повелитель зла сейчас убедил себя, что жене показалось и возможно, они зря наводят панику. А именно Серж воспитал сына так, чтоб тот желал совершать подвиги.
София иногда почти незаметно, грустно опускала глаза, посматривая на дверь. Это было расценено Иваном так, будто девушка устала и ей нужно ото всех отдохнуть. Все покинули ее покои.
Все хотели отдыха в своих постелях, через полчаса замок затих и окончательно потемнел. София встала с постели. На удивления, ее не мучила не боль, не усталость. Хотелось поблагодарить Александра. Героя. Если бы не он, то все давно бы организовывали ее похороны. Девушка все помнила. Помнила, каких усилий, ей стоило помочь принцу в ее спасении. Она верила, что он все поймет, что только он может спасти ее.
София тихо подошла и распахнула окно. Пасмурность так и оставалось, создавая впечатление, что на улице давно вечер. Хотя было всего три часа дня. Девушка, одетая в одну ночную сорочку, быстро начала примерзать. Распущенные, светлые кудри остервенело, развивались на ветру. София присела на подоконник и, протянув руку к серому небу, пустила несколько разноцветных молний. Они вмиг нашли цель и ворвались в голову, спящего мужчины.
— София? — удивленно вскрикнул Александр.
— Да, — ответила неуверенно девушка, появившись перед ним полупрозрачной фигурой. Затем ее образ стал четче. — Ты спишь. Я во сне пришла к тебе.
Александр осмотрел девушку, и неловкая улыбка осветила его лицо. София последовала его примеру и с ужасом поняла, что стоит перед ним в одной ночной рубашке.
— Я забыла, что появляюсь в том, в чем наяву одета, — смущенно выговорила девушка.
Мужчина продолжал мелком разглядывать девушку, довольно, улыбаясь.
— Отвернитесь! Я пришла только тебе сказать спасибо.
Она зажмурила от стыда глаза и обиженно отвернувшись, хотела исчезнуть, но мужчина схватил ее за руку, и беззаботно рассмеявшись, проговорил:
— Подожди. Я сейчас все сделаю, — и наколдовал ей платья, силой мысли.
София огляделась. Она была в красивом платье розового цвета.
— Я тоже растерялся, — признался Александр прекратив веселиться. — Ко мне в первый раз приходит молодая девушка в сон в полуголом виде.
— Да там ничего и не просвечивалось, — с возмущением высказалась София, заметив наглую ухмылку принца. — Обычная, плотная рубашка. Это не в полуголом виде. И вообще, я сказала спасибо. Мне надо идти.
София пыталась не смотреть на принца, коря себя за невнимательность и вообще, за эту идею.
— Я тебе спас жизнь, а ты мне просто спасибо? — спросил обиженно принц.
Девушка взглянула в его лицо, округляя глаза.
— А что я должна еще? — спросила неуверенно она.
— Не знаю. Спой хотя бы, — попросил мужчина, пытаясь скрыть улыбку.
София потупила взгляд, вспоминая хоть одну песню, но осознала, что поет не совсем хорошо.
— Тебе не понравится. Я ужасно пою, — призналась честно она. — Давай я лучше прочитаю что — то? Тебе же понравилось?
Александр молча, раздумывал. София почти невинно смотрела на мужчину, ожидая вердикта.
— Можешь мне рассказать, кто этот колдун и почему хотел меня убить? — спросила вдруг самый волнующий вопрос девушка.
Александр вмиг стал серьезным. Лицо его напряглось, ярость зажглась в глазах.
— Давний знакомый, — ответил сухо принц. — Он захотел власти и стал зачищать сразу верха.
— Так, — проронила робко София. — Я никому не навредила? Я не виновата?
Вдруг в ее глазах засветились слезы и девушка расплакалась. От облегчения.
— Ты корила себя, София? — мягко спросил Александр. — И поэтому пришла, в чем мать родила?
Девушка укоризненно посмотрела на принца раскрасневшимися глазами. В полутумане из — за пилены влаги на глазах, распознала нечеткий образ принца. И ей стало обидно, стыдно и страшно. Теперь Александр будет напоминать ее непозволительный вид при каждом удобном случае. Но София решила сделать вид, будто не заметила издевки, чтоб не кормить психопата.
— Я только начала править и уже так кого — то обидела, что меня хотят убить? — удивилась София сквозь слезы. — Я и так добивалась для семьи Трагоновских мягких наказаний. Царь хотел их казнить.
Принц секунду постоял в тишине, затем неловко дотронулся плеча рыдающей девушке.
— Ты поступила, как истинная повелительница добра, — аккуратно высказался он. — Ну, перестань плакать. Я не знаю, как успокаивать женщин, честно. Ты слишком чувствительна для такого статуса. Тебе только раем править.
— Почему? — поинтересовалась София, пытаясь, успокоиться.
— Туда попадают сразу ангелы, — ответил честно Александр. — Суды находятся уровнем ниже.
— Да, — обреченно протянула София. — Повелительница из меня слабая.
Почему — то девушки вновь захотелось плакать, она попыталась сдержать поток слез. Старалась со всех сил не показать глаз принцу, которые вновь повлажнели.
— Ладно. Тебе нужно отдыхать и видеть свои лучшие сны, — сказала девушка, захотев немедленно удалиться и поплакать. Без свидетелей, от души, просто так.
Александр нежно прикоснулся к ее руке и нерешительно взялся за нее, снова не давая ей уйти.
— Не уходи, — также нерешительно попросил он, затем с неуверенной улыбкой продолжил: — Лучшие сны, в которые девушки сами приходят к тебе.
Софии даже стало интересно из — за его необычно робкого тона и она посмотрела на принца округленными глазами. Легкая улыбка на губах, придала его лицу ослепительно совершенный вид. Принцу очень шла улыбка. Она давала ему света, легкости, немножко смягчая пронзительно черные глаза. Они казались от этого нежней, добрей. София расслабилась и не заметила, как и вторая рука была похищена черным принцем.
Черное и белое стояли, взявшись руками, любовались красотой, присутствием друг друга. Тишина не нарушала этой идиллии, но в головах был настоящий хаус из мыслей и чувств. Не существовало времени, не было страхов, не было сомнений. Одна химия, которую природа создала совершенной. Пьянеющей, затмевающей чистый разум.
Все самое реальное и настоящее будет в реальном, настоящем. Это всего лишь сон. Все во сне. Во сне можно все. Никто не видит. Никто не узнает. Идеально. Это останется с ними. С Александром и Софией. Между двумя молодыми людьми. Они забыли, что это не простой сон. Он почти реальный. Там двое реальных людей. Это не скроешь. Не от одного из них. «Как можно быть таким идеальным, таким нужным. Таким умным. Героем, — пронеслось в голове у девушки. — И героем. Для ее сказки. Героем для одной повелительницы добра. Почему герои такие прекрасные, такие манящие? Почему принцы, что в сказке, что в жизни такие идеальные? Во всех сказках, принцессы остаются с принцами и там хороший конец. Какой конец у них? Может этот ловелас пудрит ей мозги? Наивной, глупой дурачке? На самом деле может принц зла, так творит зло? Так выглядят демоны. Вот почему, так много людей часто охотно идут за ними? Это обман, который не хочется заканчивать».
София почувствовала, как сильные руки сжали ее ладони. Казалось, что сильно, но безболезненно. Наоборот, словно электрический ток пустился по телу. Приятный и незнакомый. Девушка так хотела отнять свои ладони, но не могла. Она так ослабла и наслаждалась этими минутами. Она влюбилась? Что это?
— Что добро, что зло, уже не то, — едко нарушил тишину Александр, София даже испугалась и вздрогнула. Она очнулась и принялась незаметно вынимать свои ладони. У нее не вышло.
— Отпусти, — тихо взмолила София.
Александр наоборот сжал руки сильней, лицо исказилось в раздражении и ярости. Девушка увидела перед собой незнакомого мужчину. Страшного похитителя в шкуре идеального принца.
— Ты не дочитала книгу законов, верно? — холодно спросил Александр. В глазах мужчины, в этой черной, неизвестной бездне едва не горел огонь. Так зол и нетерпелив он был.
Девушка старалась отнять свои руки силой. Костяшки пальцев захрустели, она почувствовала острую боль.
— Отпусти! — крикнула бессильно София. — Ненормальный псих! Отпусти!
Взгляд Александра вмиг смягчился, София увидела в них жалость, испуг, растерянность. Ее кисти освободились. Она так и осталось стоять с руками на весу, совсем забыв о них. Александр быстро развернулся и пошел прочь. И вскоре исчез. София закрыла лицо руками, в рыданиях… и проснулась.
В собственной постели. Вся в липком поту, трясущаяся от слез. Сердце колотилось, как птица, которая бьется об клетку, в надежде пробить ее и освободиться.
Она почувствовала холод и, задрожав от озноба, увидела открытое нараспашку окно. Быстро встала и закрыла его. Сон все не выходил с головы, но только София теперь сомневалась, что ходила к Александру. Это все приснилось ей во сне? Или сон был один на двоих с принцем? Она бы выбрала первое.
Девушка присела на кровать, пытаясь побороть страх, тревогу, сомнения и найти правду. Найти реальность. Она в ней? Или все еще во сне?
Огромная площадь, километры, сотни километров земли. На эту землю долгие годы не ступала нога человека. Много тысячелетий здесь находился только камень. Холодный, безжизненный камень. Но он живой. Ему не надо воды, еды, сна. Он умеет только ждать. Ждать своего часа. Еще умеет воевать, проливать тонны человеческой крови. У него нет сердца. В камне не течет кровь. Камень, словно робот может только выполнять свои функции. Этот камень, много камня, очень много камня может только убивать. Кровожадно, жестоко. Никто не сможет убедить или разжалобить его. Можно только разбить, если ты обладаешь богатырской силой, необходимым для этого оружием. Но и этого ничтожно мало. Одного врага ты разобьёшь, второго. А если их тысячи? Тысячи уродливых, беспощадных монстров. Никто не знает, сколько их на самом деле. Чтоб всех посчитать уйдет не один год. И скорей всего никто не сможет это выдержать морально. Ведь ужасающий, невероятно уродливый вид черных и белых существ с замершими стеклянными глазами способен отпугнуть или свести с ума любого.
Армия головорезов стоит в абсолютной тишине и ждет своего часа. Всем, даже всемогущим колдунам не под силу победить или подчинить их. Непобедимые, беспощадные куски камней, вид которых может только помочь смириться со смертью и поблагодарить судьбу, что она станет мгновенной. Каждое ожившее существо будет олицетворять всю неизбежность. А их тысячи. Возможно сотни тысяч.
Их могут разбудить только повелители. Все человечество зависит от двух практически обычных людей. Со своими мыслями, желаниями, чувствами. Десять законов, которые должны исполняться, десять правил. Десять ключиков к активации многочисленной армии беспощадных головорезов. Это должно было когда — то случиться. Кто мог подумать, что это произойдет не только в этом в этом веке, а именно в этот день…
Несколько статуй слегка покачнулись, громко выдохнули многовековую пыль через нос, как разъярённые, безбашенные быки. Огромные, под четыре, пять метров ростом ослепительно белых. Их глаза блеснули опасным красным светом. Острые шипы покрывали их массивное и неповоротливое тело, стоящее на двух мощных лапах, с огромными, острыми когтями — лезвиями.
Неподалеку очнулась пара угольно черных монстров. Также тяжело и страшно выдохнули пыль через нос, сверкнули, злыми, зелеными огоньками, вместо глаз. Также эти двое рослых чудовища обладали мощным, сильным и уродливым телом. Огромными когтями. На голове сияли цветом пламени рога, что делало их похожими на настоящих демонов. Так же там лежали черные волосы, которые на самом деле оказались червями, вечно дерущимся между собой. Их большие вытянутые морды с внушающим ужас рядом зубов вмиг открылись: клыки острые, большие, отполированные до блеска. Пространство пронзил истошный, разгневанный, звериный рев. Он был услышан в каждом уголке столицы, птицы в панике рванули черной тучей прочь. Дикие и домашние животные бежали из внутренних и приграничных территорий, куда глаза глядят. Их предупредили. Теперь, кто не спрятался, они не виноваты.
Люди на улицах замерли на месте и испуганно заозирались вокруг, с неприкрытым ужасом в глазах наблюдая за птицами, которые спешно спасались от неизвестного врага. Другие услышавшие выглянули из окон, и едва не выпадая из них, сосредоточенно прислушивались к природе. Вскоре все затихли, в ожидании подтверждения их самой страшной догадки.
Серж тоже встревожено поглядывал с полуоткрытого окна, на его лице застыла маска глубокой задумчивости и ужаса. Стук сердца на мгновение остановился, чтоб не мешать хозяину отчетливей вслушиваться. Он стоял так долго, не в силах шелохнуться, облокотившись на подоконник. Даже Елизавета, застыла в дверях, не решаясь, зайти и побеспокоить мужа.
Царская чета, завтракая в столовой, прервали трапезу, отложив приборы на стол. Ева вдруг беззвучно заплакала.
София отложила расчёску и вышла в коридор. И только Александр, даже не шелохнулся, лежа в постели, он открыл глаза, равнодушно уставился в потолок, полностью понимая и осознавая причину и следствия. Но ничего сделать не мог. Никто теперь не в силах что — то изменить. Это бессмысленно. Плохо, очень плохо, что правители, люди. Из камня правитель дал бы этим чудовищным статуям иссохнуть от времени.
Александр только внешне был так спокоен и терпелив. На самом деле, ему хотелось паниковать, прятаться и прятать, самую главную жертву этих чудовищ, Софию.
